Подобное к подобному... Только в сказках!

На тавтологии и прочее просмотрю завтра. Как обычно время находится только вечером, когда уже невыносимо хочется спать. А если отложу, опять забуду и не одну неделю с продой буду тянуть. - Идиоты! Недоумки! Шиноби! Расслабились, называется! Идиоты! Орочимару кружил по стоянке, в бешенстве ходил от одного дерева к другому уже минут десять на чём свет, ругая всё, подвернувшееся под руку. Джирайя с Цунаде Змея, конечно, понимали, только в счёт этого так долго мини-истерику терпели. Но ведь всему есть предел. Цунаде мрачно бросила. - А сам-то? Резко замерший саннин как-то обречённо посмотрел на напарницу. Зло выдохнул. - Я тоже идиот. Расслабился, думал, что мы пока слишком близко к Конохе. Уверен, видите ли, был, что не осмелится эта дрянь так близко подобраться, что самим теперь её искать. А оно вот что… - Что? – поднял глаза на корточках сидящий Учиха. В то время, пока саннины думали что делать, младшее поколение припрягли собирать палатки. Как раз закончивший Саске не спешил подниматься с земли, судорожно комкая свёрнутый спальный мешок и ожидая ответа. - Предполагаю, ей не столько Какаши, сколько джинчурики был нужен. Тогда Хотаке, лишь повод выманить Наруто из деревни. - Джинчурики? Это что? Видя, что напарник уже близок к срыву и вряд ли сможет ответить неповинному в своём незнании Учихе без резкого презрения, пояснения выпалил Джирайя. - Люди в которых запечатаны биджу. Говорит о чём-нибудь? Нет? Ладно… Значит так, биджу – это огромные скопления чакры, модифицировавшиеся и принявшие облик вполне разумных зверей. Огромных по размерам и по силе. Всего биджу девять, и у каждого из них разное количество хвостов, начиная с одного и заканчивая, соответственно, девятью. Сила биджу зависит от количества хвостов. Биджу неконтролируемы, единственным шиноби, способным их подчинять был Хаширама Сенджу, или первый Хокаге. При нём всех биджу переловили и распределили между великими деревнями, что бы использовать как оружие. С помощью фуиндзюцу биджу возможно запечатать в человека, давая ему возможность использовать некоторую часть силы хвостатого. Таких людей называют джинчурики. Наруто – джинчурики девятихвостого, и Орочимару только что предположил, что целью Кёри был не шаринган Какаши, а хвостатый демон запечатанный в Наруто. - В Наруто запечатан демон… - шокировано прошептала Сакура. Была перебита не менее поражённым Саске. - Но в Наруто не может быть демона! Он вообще слабак! Какая сила биджу?! - Он ещё ребёнок и пока не контролирует данную ему силу, - на удивление спокойно проинформировал Орочимару. Змеиный саннин, похоже, достаточно успокоился и даже начал складывать какие-то печати. - Именно из-за его потенциала, я и выбрал Узумаки своим учеником. А сейчас отправляемся: Хокаге не простит нам потери главной силы и авторитета селения. - Что она может сделать с Наруто? Как мы его найдём? – тихо, слабо обратилась к сенсею розововолосая. Джирайя посмотрел на ученицу с сочувствием, но и лёгким недовольством. Такой потерянной и слабой саннин её ещё не видел. Это ему не нравилось. Потрепав девчонку по волосам жабий мудрец вымученно улыбнулся. - Ничего не случится. Мы найдём его раньше… - Хватит успокаивать эту плаксу, - раздражённо прошипел Орочимару, недовольный даже не столько проявлением слабости, сколько банально тем, что его отвлекают тупыми разговорами. – Если она попытается извлечь биджу Узумаки погибнет – джинчурики никогда не переживают потерю хвостатого. А ещё в первый день, параллельно с операцией, я навесил на него небольшой жучок со сложной, незаметной, но очень удобной печатью. Сигнал слабый, но если вы не будете так меня отвлекать, я установлю направление через десяток минут. Все заткнулись. Против тона произнесшего последний приказ не решилось выступать даже хвалёное Учиховсткое упрямство. Саске мрачно разглядывал сначала землю, потом ствол дерева, а в итоге взгляд мальчишки переместился на лицо сенсея. Угрюмая Сенджу всё никак не могла понять, как же проспали нападение и похищение три первоклассных и три, ну, как минимум не худших, шиноби. Позор, что ещё можно добавить? - Нашёл, - наконец оповестил саннин. - Не отставайте. Когда Наруто проснулся с ощущением дикой головной боли и буквально выворачивающегося наизнанку желудка, первой мыслью блондина было: «И кто вчера пустил Орочимару готовить?!» Как ни странно, но за всю неделю почти совместного проживания, мальчишка ни разу не заметил, что бы саннин что-то ел. Нормальное что-то. Хотя в его кабинете всегда пахло чем-то подозрительно тошнотворным… Вот и решил страдающий пацан, будто бледнолицый, по старческой забывчивости (подумать только, пятьдесят четыре!), решил всех посадить на свою специфическую диету. Оказалось, нет. Оказалось хуже. Одна единственная попытка открыть глаза, и на огромной скорости со всех сторон выпрыгивающие деревья стали последней каплей для несчастного желудка. Шиноби, на руках с блондином в кроне деревьев перемещающийся, грязно выругался на такой специфический подарочек. Узумаки полетел на землю (слава Ками, уже после того, как оказался отделён от вышеозначенной всего одним человеческим ростом), но даже не ойкнул на болезненный удар копчиком. Наруто спешно анализировал ситуацию. Выводы неутешительны: трещит голова, всё ещё мутит, да и руки за спиной туго запутаны. Впрочем, как раз последнее… Узумаки начал торопливо растягивать сухожилия, изгибать кости под непонятными углами, и почти уже освободился от верёвок, как завершившая отряхиваться и отираться от его рвоты женщина прошипела, буравя мальчишку злобными глазами: - Паршивец. Если до этого мгновения джинчурики думал, как ему освободиться и ударить отравительницу побольней, то сейчас в голове резко заглянула конструктивная мысль: да кто она, собственно, такая? Ответ пришёл сам собой: Кёри. Кто же ещё? Блондин перестал брыкаться. Перестал выпутываться, хотя и оставался до освобождения всего лишь шаг. Думаете, Узумаки остановил страх? Нет, сделал это в кои-то веке проснувшейся рационализм: они ведь всё ещё не знают, где искать Какаши. Пусть Наруто пока и не представлял, что с ним безумная эксперементаторша желает сделать, но и это ведь такой шанс сбежать вместе с сенсеем! Освободиться он успеет всегда, а вот возможность узнать месторасположение и планы врага выпадает единожды. - Чёртов мальчишка, ты мне и за это ответишь, гадёныш! – продолжала, тем временем, возмущаться похитительница, через голову стаскивая запачканную водолазку. В руках возник какой-то шприц, и, даже не успевший заметить движения-нападения, блондин снова провалился в наркотическое беспамятство. Следующее пробуждение было несколько приятней: желудок не мутило, голова лишь слегка кружилась, и, самое главное, его уже никуда не тащили. Под плечом был болезненно твёрдый и холодный пол. Наруто помнил как ещё на второй день обучения у саннина (после побега нерадивого ученика в Ичераку и возвращения его в убежище абсолютно негуманными методами), Орочимару по секрету говорил о какой-то там метке, по которой всегда блондина сумеет найти. Вряд ли Кёри о ней знает. Вряд ли станет медлить команда, теперь уже и его, спасения. В идеале, лучше бы, конечно, сбежать самому, но, на крайний случай, просто потянуть время до прихода помощи. Главное, что бы он оказался в одном укрытии с Какаши… И мироздание откликнулось на просьбу ребёнка, знакомым, взволнованным голосом прозвучав за спиной. - Наруто? Ты как? – как же жаль, что следом за ним, на пробуждение блондина отреагировал и другой, куда менее приятный, женский голосок. - Наконец. Я уже начала опасаться, что переборщила с дозой. Не вздумай дохнуть, ясно, лисёныш? Мне пока не выгодна твоя смерть. Больше всего Наруто хотелось медленно поднять глаза на этот возмутитель мирового спокойствия и холодно уточнить, что же ему выгодно. Может и правда, что дельное удастся узнать. Но интуиция подсказывала – правильнее будет вести себя как идиот. Как обычно, тобишь. А интуиции хороший шиноби привык доверять. - Чёрт возьми, кто ты, даттебане?! Какого, я здесь делаю? И Какаши-сенсей! Ты и есть та больная истеричка, недоученица Орочимару?! Если Наруто хотел собеседницу взбесить, слов лучше ему подобрать бы и не удалось. Захваченная яростью, лишь чудом удерживающаяся на грани безумия, светловолосая женщина лет тридцати подскочила к решётке. Ох, так я за решёткой? Плохо… - Заткнись, гадёныш, ты мне ещё за всё ответишь! Ты ещё все вспомнишь, когда я из тебя биджу буду извлекать! - Би… Кого? – продолжил в дурачка играть блондин. - Девятихвостого! Или вы действительно думали, будто я стану светиться из-за этого шарингана Какаши? Хах, пройденный этап! Такими глазами мало завладеть, ими нужно уметь пользоваться, но даже тогда, даже после десятилетий тренировок, ты не достигнешь уровня прирождённых Учих. Чёртовы клановые дзюцу! Сила запечатанная в тебе… Эта сила принесёт мне куда больше пользы… - Ты надеешься контролировать демона? - Я изготовлю из него оружие, но об этом тебе знать уже не обязательно. Всё, что тебя касается: жить тебе осталось не больше пары недель. Ритуал извлечения, знаешь ли, сложно провести в одиночку. Нужно подготовиться. - А… что после этого будет со мной? – изображать страх оказалось сложнее всего. Дурачок - это ведь даже не маска – модель поведения и мироощущения (какие умные слова, оказывается, можно найти в книгах!), наиболее комфортная блондину. Заставить же голос легко дрожать, когда мысли кристально чисты – это, да, это почти искусство. - Джинчурики обычно не переживают извлечение биджу. Хотя твоей матери это удалось. Надеюсь, что и в тебе кровь клана Узумаки не дремлет – сохранённая на время жизнь была бы чудесным бонусом. - К чему? - Хех, к мести! Этому трусу Орочимару, бросившему свои гениальные исследования в шаге от самых величайших в истории шиноби открытий. Этому «Хокаге» так легко отдавшему приказ, о моём уничтожении, хотя и эксперимент позволил провести сам! Цунаде, нализывающейся непонятно по каким канавам, когда мои родители умирали в госпитале, и только её уровня медик мог помочь! Конохе! Всей этой деревне – сборищу идиотов и трусов, что всеми силами ставят препятствия передовым достижениям науки! - Передовые достижения – это эксперименты на людях? – с откровенным отвращением протянул блондин. - Да какая разница! Сотня, погибшая на столе, спасёт тысячи, которые потом будут эти техники применять! Игра стоит свеч, но такой недоумок как ты никогда не сумеет понять. Всё, что блондин понял - он действительно попал. Жажда мести маниакальнее, чем у Учихи, и тяга к исследованиям маньячнее чем у Кабуто с Орочимару вместе взятых. Дайте выбор – не за что с такой больной женщиной не стал бы связываться. Выбора не было, головная боль почти полностью прошла. Закопошился, задергался в верёвках Узумаки абсолютно рефлекторно. - И не пытайся, - уже спокойнее, с некими сухо-деловыми нотками обронила женщина, - верёвки крепки и связанны сложными узлами за спиной – техники ты не применишь, не выпутаешься, как ни старайся. Плюс, я специально прикрепила печать ограничивающую чакру девятихвостого твоим телом. Даже выпустив демона на свободу, эти путы не порвёшь. Мысленно усмехнувшись, Наруто неестественно вывернул запястье. Незаметно. Для пробы. Да кто тут вообще собрался что-то рвать? - Кстати, даже не знаю, известно ли тебе о метке в твоём правом плече… Но не думай, что тебя смогут спасти. Я превосходно знаю способности саннинов. Я их жду. И Цунаде, и Джирайю, и бывшего учителя… И твоего друга, Узумаки, - видя что сдержать тихий яростный рык мальчишке не удалось, Кёри добавила с садистским удовольствием, - Да, я хоть и не одержима шаринганом, но и отказываться от него не собираюсь. Твой друг пока слаб, слишком слаб, что бы меня заинтересовать. Однако, если он увидит твою смерть… Думаю, это станет достаточным потрясением, что бы у мальчика появились все три томоэ. Тогда он станет мне интересен. А уж если ты выживешь после извлечения, и мне удастся смоделировать ситуацию, в которой Учиха случайно тебя убьёт… - блондина передёрнуло, а собеседница лишь довольно сощурилась, продолжая ещё медленнее, - я получу в своё распоряжение мангекё шаринган! Вот это действительно сила, за которую стоит побороться! Счастливо оставаться. Секунд семь после ухода светловолосой Наруто молча рассматривал решётку. Тихо закопошился, наконец, приведя в порядок мысли. Готова, значит, к способностям саннинов? А к удару со спины в самый неподходящий момент? Мысль попытаться сбежать в голову пришла и тут же вынуждена была капитулировать – таких сумасшедших на свободе оставлять нельзя. Кёри пряталась три года и мало ли сколько ещё сможет прятаться, непрестанно мелко пакостя и подготавливая планы, если сейчас сбежать. Значит нужно что-то делать. «И срочно» - шепотом добавил парень, присаживаясь на колени лицом к Какаши. Освобождать руки было рано и пока рискованно. - Какаши-сенсей, камеры, ещё какие-нибудь средства наблюдения здесь могут быть? - Нет. Меня вели сюда ещё с открытым шаринганом, я бы заметил. Мальчишка удовлетворённо кивнул и задёргал плечами. Пепельноволосый разглядывал ученика. Наруто опустил голову, закусил верхнюю губы от усердия. Плечи задёргались судорожнее. Какаши решил, что ученик пытается сдержать рыдания. Наруто молча бесился, из-за невозможности снять верёвки не разбурив при этом узел. Путы не раз ещё придётся надевать, а что может быть подозрительнее иначе завязанных верёвок? Накачает ещё наркотой до самого извлечения, тут-то уже не подёргаешься. Надо как-то осторожно… - Наруто, прости, что поставил вас всех в такую ситуацию, что так глупо попался… - А? – непонимающе поднял голову мальчишка. – Какаши-сенсей, подождите минутку. Зачем ученику минутка Хатаке не понял, но, неожиданно для самого себя, подчинился. Наруто какое-то время ещё подёргался, а после, заметив у стены обломок не то трубы, не то крюка, целеустремлённо пополз к тому. Какое-то время копошился вокруг, пока, наконец, с радостным вздохом не вытянул вперёд уже свободные руки. Облегчённо начал разминать запястья. Поражённый Какаши даже слов найти не сумел, что только на руку было блондину. Тот подскочил к сенсею и разочарованно присвистнул. - Ну, она вас и того… Какаши верёвками действительно не отделался. Способности копиющего ниндзя нунекенша оценила аж на странное подобие железных перчаток с неизвестной печатью «на сладкое». Какаши пришёл в себя. - Наруто, я сейчас даже узнавать не стану, как ты это сделал – не время. Решётка автоматическая, код вводится чуть правее, видишь? 597FA18KLU78, я запомнил ещё когда она открывала, что бы меня кинуть. Сможешь ввести и сбежать? Джинчурики деловито кивнул. - А как с вас это снять? - Боюсь, тебе это не удастся, Наруто. Видишь печать? Она носит одновременно и защитные и барьерные функции. Я не способен сейчас использовать чакру и её не применишь ко мне. Цепь и перчатки крепкие – оторвёшь только с руками. Ты бежишь один. – Видя недоуменные глаза Узумаки Какаши много чего хотел было сказать. Об обдуманности жертв, о разумности, о рациональности, о тяжёлых, но верных решениях… Вместо этого тюремную тишину прорезало короткое: - Не смей спорить. Это приказ. А спустя мгновение, по радостной, широченной улыбке ученика шиноби понял: нужно было говорить об ответственности. - Не выйдет сенсей: я на миссии. Непосредственный командир – Орочимару. Без его приказа своих не брошу! - Наруто, ты не понимаешь… - Поздно, свой шанс меня убедить вы использовали. А теперь не мешайте, дайте подумать. Какаши даже засомневался: Наруто ли перед ним? Не ловушка ли? Хенге, знаете… - Даттебане… Что вы там о печати говорили? - Она не даёт мне возможность выбрасывать чакру. Даже шаринган использовать не могу, - осторожно ответил Хотаке. Если это подстава, то лучше не выдавать всех своих знаний… - Ммм… Замкнутый контур, значит… И от внешнего мира… Штудирование фуиндзюцу не прошли даром! Отдельные элементы печати виделись всё более и более знакомыми, а зная смысл символа можно было заодно прокрутить в голове все знакомые печати с похожим действием. Извиниться, что ли перед Орочимару за те слова о глупости и ненужности «книжной теории»? - Встречу Орочимару – извинюсь! – наконец, вслух пообещал себе блондин. Поднял пронзительно-синие глаза на пепельноволосого, откровенно наслаждаясь чужим шоком. – Какаши-сенсей, вас ведь неделю в Конохе не было! Я книжек за это время больше чем за всю жизнь прочитал, круто, правда? Про печать если я правильно понял, то ключ расположен здесь… Техника простая, но надежная. Сломать действительно очень сложно, однако может и получиться, если ударить вот сюда. В точку, видите, где две триграммы друг на друга накладываются, можно попробовать попасть большим количеством концентрированной чакры. Только… - Чидори бы подошло… - Не думаю. Слишком… мм… непостоянное и неравномерное напряжение. Вот! Расенган подошёл бы! - Ты уже и расенган изучил? – Ну, вот, если скажет да, значит точно подстава. Расенган техника не Орочимару, а Джирайи. Да и, даже если предположить, что они всё же поменялись учениками, за неделю подобную технику даже сам четвёртый не освоил бы. - Нет, не успел,- заметно пригорюнился Узумаки. – Днём с Орочимару времени нет, а за вечер и начало ночи не много-то успеешь. Извращенец сказал, что выучит меня технике в три этапа, я пока на втором застрял. И то… - А почему Джирайя стал тебя учить? - Ну… у нас с ним пара секретов от Орочимару, за сохранение которых, собственно, секретами, меня обещали научить мощной технике. Они, правда, ещё о чём-то там успели сговориться на счёт моих родителей, но мне уже не сказали. «А, Ками с ним. Нужно же хоть во что-то верить!» - Расенган – это как раз та техника, которую можно скопировать шаринганом. Я могу объяснить тебе принцип её действия и попытаться закончить твоё обучение прямо в этой камере… Но сначала снова хотел бы тебя попросить: уходи. - Какаши-сенсей… Кончайте нести чушь и тратить понапрасну время! Эта Кёри ещё пожалеет, что у Итачи шаринган не попыталась отобрать! И Какаши легко улыбнулся под маской, даже не понимая толком, к чему была последняя фраза.