Френдзона

—— Солнце садится на Западе, а встаёт на Востоке, сильнейший порабощает слабейшего, день сменяет ночь и наоборот. Всë это - законы природы и ничто не способно это изменить. Ты должен будешь потом возглавить род Винтеров, Берт. На тебя возложены большие надежды, не разочаруй нас с матерью. — Я не разочарую вас, отец!

***

— Отец, смотрите что я нарисовал! - мальчишка, лет пяти, подбежал к своему отцу, держа в своих крошечных ручках рисунок, что он нарисовал рано утром. — Не сейчас, Берт, ты не видишь, что я занят? Только сейчас мальчик увидел за отцом Адольфа, дворецкого и правую руку Николаса Винтера, его отца. Адольф отвечал за порядок в большом доме, оповещал Николаса и Мери Винтер, горячо любимую мать Берта, о мероприятиях, которые тем нужно было посетить, да и вообще отвечал за весь рабочий персонал в здании. — Простите, отец.. — Так на чëм мы закончили, Адольф? - статный мужчина сразу же переключился на подчинëнного. — Вам с мисс Мери нужно будет посетить собрание высшего общества, визит обязателен. Пройдёт завтра в 2 часа дня. — Да, хорошо, перенеси тогда все встречи на послезавтра. Теперь можешь идти. Адольф кивнул, развернулся и ушёл, оставляя отца с сыном наедине. Николас Винтер громко вздохнул, он не хотел, чтобы Берт вырос нежным и зависящим от внимания человеком, поэтому, в его-то пять лет он относился к нему как ко взрослому человеку, холодно и рассудительно, надеясь, что сын станет таким же, как и он. — Сходи к матери, покажи ей рисунок, я уверен, что он ей понравится, - не сказав больше ни слова глава семейства пошëл в свой кабинет, желая как можно раньше закончить свои дела. Мальчик ничего не ответил и остался один в длинном, пугающем коридоре, переварив всю информацию в своей голове он пошёл с рисунком к матери, по которой он уже успел соскучиться. Он шëл, не смотря на страх этого здания, высокие потолки, большие двери и окна, которые, даже не смотря на свой размер, пропускали мало света. В здании всегда была гробовая тишина, ведь отец не любил много шума и именно поэтому строго велел Адольфу следить за тишиной в доме. Николас Винтер, несомненно, был строгим человеком, который любил тишину и порядок, он был примером для подражания Берту, но было в нём и что-то пугающее, может, чëрные, зализанные назад, волосы? Или его грубые черты лица? А может пронизывающие холодные, будто лёд, голубые глаза? Кто ж знает, Берт и сам не знал, что заставляет его насторожиться при отце, но он понимал, что это ощущение с каждым днём все больше нарастало. Дойдя до нужной двери, он постучал и стал ждать разрешение войти. — Входите, - раздался из комнаты нежный и трепетный голос. Берт вошëл в светлую комнату своей матери, она была обставлена утончëнной мебелью, стиль его госпожи вызывал лишь одни восхищения. — Матушка, смотрите что я нарисовал! Берт побежал в объятия своей матери, она с улыбкой принял их. — Вау, какая красота, это мы? Леди Мери взяла в руки рисунок мальчика, на котором был изображён большой дом, около которого стоял Николас Винтер, она и Берт. — Ха-ха, как точно ты передал своего отца, - посмеялась Мери, рассмотрев нарисованное лицо своего мужа, он, как и всегда, был серьёзен, даже на рисунке можно было почувствовать исходящий от него холод. - но ты кое-кого не нарисовал, хм.. — Кого же, матушка? — А как же старик Адольф? Думаю, он бы обиделся на тебя, если бы увидел, что его нет на рисунке — Ой! — Ха-ха, обязательно дорисуй его, - женщина потрепала по чëрным волосам своего сына, не сумев удержать свою лучезарную улыбку. Мери Винтер происходила из знатного рода и была полной противоположностью своего мужа, светловолосая женщина с карими глазами, она обладала светлой кожей и длинными, тонкими пальцами, что считалось признаком аристократии. Она была светлой, приветливой и притягательной леди, она могла с лëгкостью привлечь внимание своей простотой и отзывчивостью, что, как раз-таки, и приметил в ней Николас. Они познакомились на банкете в честь совершеннолетия Мери, она была очень болтливой и шумной, но, не смотря на это, Николас влюбился в неё с первого взгляда, захотев связать с ней свою жизнь навеки. Влюблённость была взаимной, поэтому, не долго ждав, они сыграли свадьбу, а через несколько месяцев Мери забеременела и на свет появился Берт. Его мать любила рассказывать историю о том, как они познакомились с его отцом. А ведь действительно, тогда его отец был совершенно другим человеком. Берт побежал в свою комнату, не жда ни секунды, чтобы дорисовать дворецкого. Его комната находилась недалеко от комнаты матери. Забежав в неё, он быстро нарисовал Адольфа и оставил рисунок на столе. Мальчик не завтракал, это не входило в его расписание. День начинался с умывания, чистки зубов, немного свободного времени и уроков, потом был обед, уроки, прогулка по саду, занятия верховой езде, умывание и спать. Все уроки и занятия проводил Адольф, только ему доверялось следить за юным господином. Приближалось время обеда, мальчик быстро сложил свои принадлежности после урока правописания и красноречия. Адольф, поклонившись мальчику, ушёл за служанками, чтобы бы те, в свою очередь, накрыли на стол. В дверь постучала Мери, зайдя за сыном, они вместе направились в зал, чтобы поесть. Николас, насколько помнил Берт, никогда с ними не ходил вместе, он первый оказывался за столом, ожидая свою супругу и сына. Так оказалось и сегодня. Мери и Берт сели на свои места. — Николас, я бы хотела кое-что сказать. — И что же это, Мери? - мужчина, как обычно, не проявил никакой заинтересованности. — Я вновь беременна, у нас будет малыш. Наступила тишина, глаза Николаса Винтера медленно упали на живот его жены. — Это правда? — Да, уже несколько недель. Берт сидел в шоке, он всегда хотел себе братика, но ещё больше он хотел сестричку, чтобы быть для неё рыцарем, который будет защищать и оберегать еë. — Действительно, хорошая новость, - мужчина заулыбался, такое происходило довольно редко. - нужно сообщить об этом в высшем обществе, чтобы нас поздравили. — Верно, надо. На это диалог закончился и они все приступили к обеду. День сменялся следующим днëм, месяц следующим месяцем, а год следующим годом. Дни были довольно однотипные. Роды госпожи Мери проходили нелегко, но ничего ужасного, слава Богу, не случилось и на свет появилась чудесная девочка - Кэйт Винтер. Кэйт Винтер была светловолосой и голубоглазой девочкой. Она любила шутить и поболтать, конечно же, эту черту она переняла от матери. Николас Винтер души не чаял в своей дочурке, выполняя все еë желания. Она заслонила собой Берта, который совсем остался без внимания отца, которого и так ему не хватало. Шли годы, Берту исполнилось 16, в то время как его сестре - 11, их отношения были довольно натянутые, она жаждала его внимания, но он охладел к ней, не проявляя никакого внимания, как в детстве. Зависть ли это или презрение без повода? Берт сам не понимал, он не разбирался в своих чувствах к сестре. Она не сделала ему ничего плохого, хотя, есть одно, она забрала всë внимание себе, но для него это не имело особого смысла, ведь он - следующий глава рода. Берт окреп, стал широкоплечим, высоким юношей, за которым бегало много юных дев, жаждущих хотя бы его взгляда в их сторону. Он учился в школе-пенсионе для мальчиков, где ему не было равных, он был самым умелым среди своих сверстников. Красота, так ещё и ум с галантными манерами, что же может быть лучше? Каждый день он писал письма своей семье, а точнее - матери. Увы, но только еë интересовало то, как проводит дни еë сын. — Берт! Тебе тут доставили письмо, видимо от семьи и что-то важное, - юноша, одного возраста с Бертом, без стука вошёл в его комнату. — Дитрих, я же говорил, не заходи в мою комнату без стука, - спокойным и холодным, будто лёд, голосом, проговорил парень. Берта раздражало то, что его друг заходил к нему без позволения, ведь, хоть они и дружат на протяжении нескольких лет, он - простолюдин и должен с уважением относиться к личному пространству Берта, чья кровь была чиста и благородна. Берт взял из рук друга письмо, а ведь правда, письмо было оформлено довольно официально.

"Дорогой сынок, Пишу тебе со своей последней волей, не позволяй душе заполниться гнилью и жестокостью, будь всë тем же ясным и милым парнем. Дни мои скоро будут сочтены, чувствую, что осталось мне совсем недолго. Если ты получил это письмо, то значит, что меня уже не стало, не отчаивайся и проживи эту жизнь с достоинством. На день совершеннолетия ты должен будешь пройти обязательную традицию по принятию веры рода, умоляю тебя, не отрекайся только от семьи. С любовью, твоя матушка. "

Глаза Берта наполнились слезами, неужели его любимая мать покинула этот мир? У него было довольно много вопросов, на которые он хотел получить ответ. Следующие два года прошли также незаметно, Берт с отличием окончил пенсион и стал жить в своë удовольствие. И вот настал день, когда надо пройти традицию взросления души. Берт ехал на своей любимой серебристо-буланой лошади в поместье Винтер, где всë уже было готово к церемонии. — Персефона, как думаешь, мне там обрадуются? - спросил Берт у любимицы, но в ответ лишь последовали томные вздохи кобылы. Лошадь появилась у Берта спустя пару недель, после смерти матери, он выкупил еë у заядлого купца, что так расхваливал еë. Но он купил еë не за пылкий нрав и выносливость, а за что-то родное, близкое душе парня. В это время Берт уже подъехал к высокому зданию, которое ни капли не изменилось. На входе его встретил старик Адольф, который с потерянным огоньком в глазах посмотрел на Берта. — Как отец и Кэйт? - чуть ли не шёпотом спросил парень, ему было до сих пор больно вспоминать об утрате. — Мисс Кэйт стала лучиком света для господина Николаса.. Даже и не знаю, что было бы, если бы юной мисс не было, благодаря ей господин не отчаивается. — Хорошо, куда мне идти? — Прошу за мной. Адольф и Берт направились по неизвестному пути для второго. Они спустились в подвал, сердцебиение юного господина участилось и ком встрял в горле, не давая ему не сказать ни слова. Дворецкий отворил дверь, за которой ждал уже сына отец. Он стоял непоколебимо, серьёзно смотря Берта и хмурясь. — Уже всë готово, сын мой, ты готов? — Да, отец, - выдавил из себя парнишка, он не знал, удовлетворит ли этот отца или нет. — Замечательно, снимай с себя весь верх, дальше Адольф все сделает как надо. Господин отошёл, а Берт послушно снял с себя весь верх, как и приказал отец. Он посмотрел на Адольфа, что связал ему руки и смотрел на него с сожалением. Вдруг, вошла Кэйт, что была шокирована происходящим. — Батюшка, что вы собираетесь сделать с братиком? - она повысила голос, требуя ответ от отца. — Он уже совершеннолетний, ему надо пройти церемонию очищения и принятия рода, - Николас Винтер не сводил глаз с сына, который даже не повернулся на голос сестры. 13-летняя Кэйт схватилась за руку отца и отвернулась, не желая видеть происходящее. Берт сел на стул, тогда Адольф начал проводить церемонию. — Будет больно, юный господин, вы точно готовы? - прошептал вопрос дворецкий. — Да, раньше начнём - раньше закончим. Это были последние слова, которые помнил Берт. Его тело охватила жуткая, пронзающая боль. Он начал превращаться в лучшую версию себя. Крик его разносился по всему дому, Кэйт усилила хватку, из еë глаз хлынули слëзы, она не могла пережить ещё и смерть брата. Это продлилось не долго, после чего Берт потерял сознание и упал на холодный пол. Николас ухмыльнулся, он знал, что его сын - совершенство. Проснулся Берт уже в своей прошлой комнате, она ничуть не изменилась, боль до сих пор мучила его, всë тело горело, но не смотря на это он нашёл в себе силы подняться. — Братик, я так волновалась за тебя!! - с такими возгласами Кэйт ворвалась в его комнату. — Я тоже рад тебя видеть, сестрëнка, - саркастично ответил Берт. — Составишь мне компанию на чаепитие? Пожа~алуйста, там будут и мои подружки, - девочка сделала невинные глазки, которые так и говорили "не смей отказываться". — Ну хорошо, только ненадолго, - парень закатил глаза, хотел ли он находиться в компании девчонок? Конечно же нет. — Вот и славно, ждём тебя в саду после 4. Девочка быстро ретировалась, ведь ей ещё нужно собраться, чтобы выглядеть великолепно перед подружками. Настало время чаепития, Кэйт с двумя своими подругами уже сидели в саду, ожидая чай и Берта. — Кэйт, ну когда же уже придёт твой братец, - заныла Эмили, которая на два года старше Кэйт. — Да, подруга, когда он уже придёт? - поддержала еë другая подруга - Адала. — Он совсем скоро придёт, о, а вот и чай несут! - девушка умело поменяла тему или это просто везение? — Леди, юный господин попросил сообщить, что он немного задержится, - сказала личная служанка Кэйт, которая прислуживала ей с детства. — Да, хорошо, ничего страшного, мы же подождëм его, так ведь? - с улыбкой сказала Кэйт, в голове проклиная брата за то, что он ставит еë в неловкое положение перед подругами. Спустя, действительно, небольшое время показался Берт, официально одетый и неся с собой два букета, каждый из них насчитывал 9 цветков белых хризантемы. Каждый человек, изучающий язык цветов знает, что 9 цветов в букете - яркий знак дружбы, а белые хризантемы - чистоту помыслов дарящего. Леди опешили, когда увидели перед собой старшего брата подруги, он пошëл к ним. — Леди, прошу прощения за задержку, в знак извинений я хотел бы преподнести вам эти чудесные цветы, - парень дал Эмили и Адале букеты, поцеловав им тыльную сторону ладони. Девушек немного засмущал этот жест, но все же он им льстил. — Ничего страшного, братик, присаживайся, - Кэйт указала на стул рядом с собой. — И всë же мне слегка неудобно, - он притворно улыбнулся до ушей, давая сестре знать, что он опоздал специально. — Мы всë понимаем, - сестра прокусила этот жест и со скрежетом зубов проговорила это. Берт сидел между Эмили и Кэйт. Девушки мило болтали о разных сплетнях в высшем обществе, в это время Берт лишь "грел уши", слушая о чем они говорят и мимолëтно хихикают, прикрывая рот веерами. Служанка несла чай с пирожными для Берта, но споткнулась и упала, разбив чашку и пролив чай, Кэйт пришла в ярость от этого. — Ты с ума сошла?! Я доложу об этому Адольфу! — Не стоит, сестра, - парень встал и поднял с колен служанку, отчего так покраснела, отводя взгляд. Берт ухмыльнулся и продолжил. — Главное, что никто из леди не пострадал, а на чашку всë равно, у нас их и так много, - Берт передал раненую служанку горничной и стал убирать осколки от чашки. — Ох, господин Берт так почтителен и добродушен, - зальстила Эмили, активно замахав веером. — Соглашусь с тобой, подруга, любая леди была бы рада такому кавалеру, как юный господин. — Ну что вы, вы слишком добры ко мне, - парень заулыбался, положив осколки на поднос, который был уже поставлен на другой стол. Они ещё посидели час и пришло время Эмили и Адале уезжать, они ещё раз поблагодарили Берта за букете милых цветов. — Ну чего вы, мне было приятно находиться в присутствии столь прелестных девушек, - Берт поклонился перед уезжающими девушками. Эмили а Адала хихикнули и скрылись в каретах. Берт и Кэйт дождались, пока они уедут и прошли в дом. — Братик, а когда ты уже женишься? Берта слегка передëрнуло. Женитьба? Он никогда не задумывался об этом. — А что, ты хочешь, чтобы я нашëл себе жену? - юноша начал подшучивать над сестрой. — Не неси чепуши! — А почему же? Хотя если честно, то я не задумывался об том. — Ну ладно. В своей комнате Берт снял весь верх, только тогда он разглядел на своей правой лопатке татуировку, это собака? Или все же волк? Он принял горячую ванну, после чего лёг на кровать, смотря в окно за закат. А ведь красиво. Берт провалился в глубокий сон. Зелëный лес, птицы, что поют свои весёлые песни и.. Погоня за жертвой! Чëрный волк гнался за оленихой, что отчаянно пыталась спастись от хищника. Волк не расслаблялся, он видел только свою цель и ничего больше. Олениха выбежала к пропасти, теперь ей бежать некуда, она уже было бы попятилась назад, но маленькие камни посыпались вниз, отчего та остановилась. Волк вальяжно и медленно подходил в жертве, играя с ней. И вот, одним мощным прыжком он схватил еë за гладкую, тонкую шейку, мощными челюстями перекусив еë. Вкус железа в пасти пленил его и он начал с диким аппетитом откусывать от мертвой оленихи куски мяса. Вдали послышались крики, он устремил свой взгляд и увидел кудрявого парня, распластавшегося внизу пропасти, а сверху сидела девушка, с заплаканными глазами она смотрела вниз на парня. Волк резко превратился в человека, Берт оказался в одиночку сидеть на коленях, в кровавой нижней частью лица. — Великолепное зрелище, не правда ли? Позади парня раздался нежный, словно мурчащий, голос девушки. Он обернулся, но никого не увидел. " — Что это, чëрт возьми, было?! " — Ты же чувствуешь, как твои животное нутро просыпается? — Кто ты.. — Я - твоë спасение. Твоë будущее. Стань моим слугой, не пожалеешь. — Ты с ума сошла, дрянная девка! А ну живо появись предо мной. Берт поднялся на ноги, со злостью ища глазами собеседницу. — Ещë не время, мой милый Берт, ещë не время. Всë начало пропадать под ногами Берта и он проснулся. Холодный пот так и стекла со лба парня. Он попытался отдышаться после ситуации. Всë оставшееся время незнакомка не выходила из головы парня, потому он решил съездить один на охоту. Охота шла довольно удачно, до одного рокового момента. Берт спокойно шёл по тропе, оставив Персефону попить воды из небольшого ручейка. Резко, из кустов начало доноситься грозное рычание, за которым последовал и рëв, оттуда показался большой бурый медведь, не ждал ни секунды парень натянут тетиву лука и отпустил стрелу в пузо большой твари, но она даже не шелохнулась, а лишь поднялась на задние лапы и со всей силы ударила по Берту, отчего тот отлетел на пару метров. Персефона начала стучать копытами и громко фыркать, перенимая внимание грозного хищника на себя, но ничего не получалось. Зверь подошёл к лежачему на земле парню, потупил и что-то его испугало, да так, что он убежал глубоко в чащу леса, откуда он и появился. Берт потерял сознание, а очнулся он только в темноте, не понимая что происходит, он медленно начал осматривать всë вокруг себя. Постепенно начала прорисовываться главный зал его дома: большой каменный камин, крупное бархатное кресло, на котором его отец любил подымить поздно вечером, коврик из шкуры злосчастного медведя, который не уступал в размерах сородичу, которого встретил Берт, и семейные картины, на которых было перечеркнуто лицо Берта. — ~♬♩♪♩ ♩♪♩♬♬♩♪♩ ♩♪♩♬~. Парень услышал нежное пение, доносившееся за креслом отца. Там он увидел сидящую в нём девушку, но одно было подозрительно: она явно была не человеком. — Вот мы и встретились вновь, Берт, - дух расплылся в улыбке, завораживая парня.

***

" — Поверить не могу, что хозяйка сказала мне жить в этом колхозном городке , - думал Берт, обустроившись в новом доме в городе Энканто. - да и зачем ей эта девчонка? Грх, как же раздражает. " Парень посмотрел в окно, вид открывался на большой дом, где жила цель - Каситу. " — Живой дом? Бред. А ещё большим бредом считается то, что я должен выполнять всю грязную работу. " Одевшись на прохладный вечер Берт вышел из дома, идя прямиком к Т/и и Камилло. Берт шëл вдали, он чувствовал, что приближается к цели. Так медленно, не торопясь, он уверенно приближался к ним. — Мадам, позвольте, - Берт накинул на плечи мисс свой черный пиджак, оставшись стоят в белой рубашке, черных штанов и черных лакированных туфлях. — Благодарю, - только и смогла выдавить из себя Т/и, не смея отрывать глаз от, для неё, незнакомца. В это время парень рядом недовольно стиснул зубы, от которых, как казалось, уже исходил ревнивый скрежет. Он обнял девушку за плечо, показывая всем видом, что она его спутница. Берт ухмыльнулся, чуть запрокинув голову назад, чтобы провести своей рукой по волосам. — Позвольте представиться, я Берт, - парень галантно поцеловал тыльную сторону ладони леди. — Т/и. — Камило, - новый знакомый пожал руку Берту, сверля его взглядом. Между двумя парнями нарастала буря, но за этим было смешно наблюдать, ведь Берт был на голову выше Камило, и по всем параметрам превосходил его. — Вы гуляли, верно? Не хотел было вас напугать. — Ничего страшного, мы уже уходим, - съязвил Камило, поспешно хмыкнув. — Вот оно как.. я живу неподалёку отсюда, - Берт указал пальцем в сторону своего дома, - если будет время, то приходите, буду вам рад. — Да-да, обязательно, идём, Т/и, - Камило уже тянул девушку с этого места. — Всего хорошего. — До скорой встречи, - попрощалась Т/и с Бертом, помахав ему рукой. Они быстрым шагом ушли с этого места, начало уже темнеть, а это значит нужно быстрее идти домой. — До скорой, Т/и. Берт стоял с хищной улыбкой и смотрел им в след, пока они не исчезли из поля зрения. — Как же тяжело играть сладкого мальчика, - парень иронично вздохнул, - но, раз этого требует моя госпожа, значит мне надо и дальше продолжать быть миленьким с ней. Берт развернулся и пошëл домой, довольный своими актёрскими навыками.