Шапито

Пара тянулась очень долго и медленно. Как черепаха, неторопливо ползущая вперёд. Канда нажал кнопку на сотовом – дисплей загорелся неярким светом. Казалось, время не сдвинулось ни на минуту. Оно упорно стояло на месте. Парень обречённо вздохнул – делать нечего, придётся сидеть и ждать. Нет, он может просто выйти из аудитории, проигнорировав возмущённые вопросы преподавателя. Но в таком случае появится множество лишних разговоров потом. - Юу, - Лави придвинулся ближе к брюнету, чтобы он мог услышать его шёпот. – Ты чего такой взвинченный? Открыв тетрадь, Канда начал записывать не интересующую его до этого лекцию. - Я тебя чем-то обидел, что ты даже разговаривать со мной не хочешь? Длинноволосый юноша ударил кулаком по столешнице. Сидящие рядом студенты обернулись на шум, некоторые попросили их быть тише. - Глупый Кролик, не доставай меня сейчас! – прошипел Юу. - Когда же тебя доставать? Ты в последнее время вообще со мной не общаешься, - надулся тот. - Есть вещи, которые я не хочу обсуждать с другими. - И они настолько прочно въелись в твою голову, что другим мыслям просто не хватает места? Брюнет тут же предпринял попытку воткнуть остриё ручки в ладонь беспардонному другу. Привыкший к подобным неожиданным выпадам, Лави умудрился спасти свою руку от травм, быстро отдёрнув и спрятав её под столом. - В моей голове достаточно места для всего, что я считаю нужным! – в глазах Канды появилось огорчение от того, что кончик ручки воткнулся всего лишь в тетрадь. - Значит, лекция тебе абсолютно не нужна? Можно хотя бы послушать, раз не пишешь ничего уже вторую неделю подряд. Брюнет перевёл взгляд на свою полупустую тетрадь. Новых записей в ней не появлялось довольно давно, с тех пор, как разумом завладел тот мальчишка. Он как паразит. И выкинуть его из головы не получается… Спасительный звонок раздался как раз вовремя. Схватив пакет, Канда пропихнулся через медлительных сонных студентов к выходу. - А меня подождать? – крикнул вслед рыжеволосый юноша. - У меня дела. - Второй день подряд? - Незавершённые дела, - вывернулся Юу. - Как же, - Лави совершенно не нравилось поведение друга. – Мне не суждено понять твою логику никогда… *** Канда не выдержал. Сорвался. Несколько дней подряд он как заведённый продолжал тайком приходить на представления, покупая у кассира билет на одно и то же место в зале. Парень с завидным терпением пережидал уже знакомые ему речи ведущего, который так и продолжал раскручивать зал на аплодисменты. Пережидал выход неуклюжих клоунов, от которых были в восторге дети, и маленьких забавных собачек, с мольбой в чёрных глазах-бусинах выпрашивающих лакомство, стоя на задних лапках. В какой-то момент брюнет даже проникся сожалением к этим животным. Каждый день повторять одинаковую последовательность действий, слушаться дрессировщика и позволять напяливать на себя цветастые костюмчики. Хотя они, конечно, этого не понимают. Если учесть, с каким задором собачки выполняют трюки, то плохой их жизнь никак не назовёшь. Им же нравится? Канда решил, что да. Их кормят, поят, дают тёплое место для ночлега – что ещё нужно животным? Забота хозяина. Если дрессировщик попался добрый, то у собак в самом деле отличная жизнь. А люди… люди в этом цирке столь же счастливы? Тот мальчишка-гимнаст… что он чувствует, раз за разом поднимаясь в воздух? По его улыбке было понятно – да, счастлив. Но он один из немногих, кто делает это искренне. К Юу даже начинали закрадываться сомнения – а не обманчивый ли образ, благодаря гриму? Единственный раз, когда парень видел артиста без «маски», во время его карточных фокусов для детей, убеждал его в том, что мальчик на самом деле такой - живущий своим номером, живущий полётом. Мальчишка стал тем, кем Канда невольно восхищался в глубине души. Восхищался, но не говорил вслух. До определённого момента. - Простите, могу ли я поговорить с одним из выступающих? – Канда обратился к первой попавшейся личности. Миниатюрная девочка с худенькими ножками и хрупкой талией, катившая огромный надувной резиновый шар, посмотрела на парня большими глазами. Её макияж никак нельзя было назвать уличным – ярко подведённые глаза с длинными накладными ресницами, румяна и красная помада – всё, чтобы лицо хорошо смотрелось на сцене. Она выступала как раз с этим гигантским шаром, исполняя различные трюки, вплоть до жонглирования на нём. - А кто вы? – вежливо поинтересовалась артистка. Если Канда правильно запомнил, то её представляли как Роад – девочку на шаре. Юу замер, не зная, что ответить. В самом деле – кто? - Просто зритель. - Чей-то поклонник? - Не совсем, - усмехнулся парень. Хотя, в его ситуации, это слово подходило в самый раз. – Я же сказал – просто зритель. Роад, пожав узкими плечами, облокотилась на свой шар. - Кого же вы ищите? - Аллена, - тут же выдал он, но, заметив некоторое удивление на её лице, пояснил. – У него очень хороший номер. - Аллен и сам хорош, - с некоторым сожалением улыбнулась девочка. – Но на меня не обращает никакого внимания… что ж, я провожу к нему. Роад отвела Канду к одному из многочисленных «домиков на колёсах». Они все чем-то были схожи между собой, различаясь лишь фантазией оформителей. Каждый из артистов украшал и расписывал жилище на свой вкус. Кто-то, обладая художественным талантом, разрисовывал вагончик яркими красками, кто-то просто оформлял рамы окон, кто-то - дверной проём. - Это пристанище Аллена, - девочка подошла к однотонному светло-голубому вагончику без всяких узоров. – Заходи, он там. Поблагодарив проводника, брюнет поднялся по небольшой приставной лестнице и, постучав пару раз в дверь, заглянул внутрь. Ему ответила лишь тишина. Приглушённый свет, выкрашенные в тёмный цвет стены создавали слегка мрачноватую обстановку. В «комнате» было множество вешалок с костюмами, обшитое бордовым бархатом кресло и небольшая кровать в углу. Большое пространство занимало зеркало со стоящим перед ним столом, на котором расположились множество предметов для создания циркового образа артиста. - Есть кто? – позвал Канда, остановившись у входа. Ткань тёмной ширмы около зеркала чуть дрогнула, и из-за неё выглянула слегка удивлённая мордашка Аллена. - Прости, я не слышал, - мальчик совершенно не ожидал увидеть кого-то у себя в гостях. – Грим смывал. Потом он снова скрылся за ширмой, видимо, убирая с лица остатки краски, и вышел с полотенцем в руках, вытирая влажный от воды лоб. Светловолосый парнишка с интересом осмотрел гостя, то и дело на секунду заглядывая ему в глаза. - Садись, - он указал рукой на кресло, кинув полотенце на спинку стула около стола. Канда послушно сел. - Что привело тебя ко мне? – устроившись на уголке кровати, мальчик облокотился на свои колени, подпирая руками голову. - Странный вопрос. На него нет ответа, - Юу отвёл взгляд. Серые глаза Аллена завораживали едва ли не сильнее, чем его цирковой номер. - Ну, зачем-то ты пришёл ко мне, ведь так? – тепло улыбнулся мальчик. Брюнет согласился, отделавшись кивком. Он понятия не имел, что можно выставить в качестве причины его нахождения здесь. - Я помню тебя. Около шатра, после представления, - Аллен видел некоторое оцепенение гостя, поэтому решил продолжить сам. – А потом – несколько раз в зале. Сколько времени ты уже приходишь? Изумлённо приподняв брови, Канда всё же посмотрел мальчишке в глаза. Он помнил его. Помнил, невзирая на то, что Юу был лишь одним из сотен зрителей. Почему так? - Достаточно, чтобы осмелиться прийти к тебе лично, - выдохнул брюнет. Фраза несколько смутила Аллена, он сразу нервно заёрзал, опуская голову. - Знаешь, я рад, - спустя несколько секунд молчания, признался мальчишка. – Не знаю, почему, но я рад. Глуповатая улыбка не сходила с его лица, пока он теребил пальцами кончики своих волос. Что-то сразу изменилось. Пусть они ещё, можно сказать, не знакомы, но Канду сжигало изнутри странное ощущение, будто бы это не так. Будто бы Аллен его давний знакомый. Из другой жизни, другого времени – не важно. Ему доставляло неописуемое удовольствие просто сидеть вот так, наблюдая за весёлыми огоньками в чужих глазах, за неловкими движениями и бесконечными покусываниями губ. - Меня, кстати, Аллен зовут, - тихонько обронил он, вопросительно посмотрев на сидящего напротив парня. - Канда, - коротко представился тот. - Имя? - Нет. Но Канда. Мальчишка не стал уточнять, почему «Канда». Он будет звать его так, как юноша и представился. - Я пойду. Тебе отдохнуть надо, - Юу поднялся с мягкого кресла. - Канда, - остановил парня Аллен. – Ты придёшь снова? Брюнет замер, обдумывая полученный вопрос. Придёт ли он снова? Пожалуй, да. Иначе он просто задохнётся от нехватки воздуха. - Приду, мелочь, не переживай. И в следующий раз подготовь мне встречу. Мальчик хотел возмутиться из-за придуманного прозвища, но передумал. Слишком уж тепло стало от такого, казалось, обидного слова. Он лишь помахал рукой на прощание новому знакомому, стараясь запомнить его глаза до следующей встречи.