Безумная богиня

      Стоя на коленях, старый гвардеец просил прощения, совершенно точно. Не ожидавшая такого поворота событий Тиа несколько секунд находилась в прострации. Она могла бы находиться там ещё дольше, но до неприличия спокойный и самоуверенный голос Лары немедленно вторгся в еë сознание, оглушая:       — За что именно вы просите прощения?       Стоя позади религиоведки, служащая богини пожирала взглядом пожилого мужчину, источая ледяную ауру. Забавно, ранее Тиа думала, что "ледяная аура" — не более, чем красивые слова для создания атмосферы в тексте. Сейчас, затылком чувствуя холод и злость, девушка в одно мгновение поменяла своë мнение.       — Я... Я сделал много плохого... И для Халы тоже... — Полушëпотом мялся мужчина, явно не желающий отвечать.       — За что именно вы просите прощения? — Повторила Лара, заметно усиливая давление в голосе.       Гвардеец ничего не ответил, лишь значительно побледнел.       Смотря будто сквозь него, служащая храма сделала два шага навстречу.       — Не заставляйте меня спрашивать в третий раз, Гаррет.       Время будто застыло.       — Откуда... Ты знаешь моë имя?..       Подняв глаза, Гаррет посмотрел на девушку.       Секунда.       Военный снова упал, начиная биться головой о пол, так, что с потолка храма посыпался песок:       — Простите. Простите. Простите-простите-простите. Прости-прости-прости-прости-прости! ПРОСТИ!!!       Гаррет завыл, повторяя вновь и вновь мольбу о прощении. Стены сотрясались, гулом повторяя его вопли. Лара стояла рядом с ним, совершенно неподвижно, будто этого просто нет.       Тиа сделала громкий вдох, осознав, что в какое-то время не дышала вовсе. Но на неë ни Лара, ни Гаррет не обратили никакого внимания. В этот момент религиоведке показалось, будто еë самой тут нет для них. Может забыли о ней, а может это и вовсе сон самой Тии. Хотелось бы первое. Но в реальности был первый вариант.       Вопль прекратился.       Тиа вынырнула из своих мыслей, вновь отдавая всë своë внимание происходящему в пяти шагах от неë.       Лара вынула ритуальный кинжал и сейчас держала его в руках, остриëм касаясь затылка Гаррета.       — Прекрати орать. Надоело. — Всë также спокойно и тихо произнесла она.       — Хала... Хала... Пожалуйста...       — Закрой. Свой. Рот.       Взяв его руку, Хала вложила кинжал ему в вспотевшую ладонь.       — Хала не простит тебя. Но ты можешь порадовать Лару. Уйди. Сейчас же.       Голубые, и без того холодные глаза, сейчас и вовсе были сделаны изо льда.       Судорожно сжав полученное оружие, Гаррет распахнутыми глазами смотрел на девушку.       Она хочет его смерти? Хочет, чтобы он ушел сам? Чтож. Он уйдёт. Он пришёл сюда, что бы просить прощения. Он не получил его, но получил возможность хоть немного искупить свою вину перед той, кому обязан.       Посмотрев на кинжал он увидел в нём свой старый давно потерянный нож. Гаррет едва заметно и с горечью усмехнулся. Поднеся оружие к руке, мужчина почувствовал прикосновение холодной ладони к запястью. Перенаправив его руку к шее, Лара отошла, спиной едва не врезаясь спиной в Тиу. Бывший военный, не отрывая глаз от девушек,одним, будто даже натренированным движением, расстался с жизнью.       Это всë?        Тиа стояла в недоумении.       — Что это было? — Задала вполне логичный вопрос религиоведка.       По сути, она являлась свидетелем... М... Не сказать, что это преступление. Гарррет даже не сопротивлялся. Более того, сам насадил себя на нож. Но... Навряд ли Хала... Простите, Лара, захочет, чтобы у неё оставались очевидцы.       — А что, непонятно было? — Спросила девушка, чуть улыбаясь. — Я просто отомстила за свою богиню, вот и всë.       Она виновато опустила голову, руками сминая юбку платья.       — За свою богиню или за себя? — Всë же уточнила Тиа, тут же желая отрезать себе длинный язык. Не хватало ещё наговорить лишнего.       Лара же просто улыбнулась:       — Ты.. И впрямь очень умна, Тиа. Как ты догадалась?       — А разве ты не сделала всë, чтобы мне стало понятно? — Удивилась в свою очередь исследовательница.       Лара подняла глаза:       — Совсем нет. Ты могла рассказать всë ему. Я бы не стала так рисковать.       В этот момент Тиа подумала, что является слишком внимательной. А Лара же решила, что беспросветно глупа.       — Я... Ха-ха-ха... И вправду. Раз уж ты стала свидетелем... Этого... Хочешь узнать настоящую историю богини Халы? — Глаза девушки сверкнули.       — А после этого я смогу уйти живой? — Высказала свои опасения Тиа.       — Конечно. На самом деле... У меня есть просьба. Когда вернëшься, то уничтожь, пожалуйста, все документы, что связаны с Халой, хорошо?       Религиоведка подавилась воздухом:       — Но это же часть истории, нашего мира и...!       — Не более, чем подделка. — Перебила еë Лара. — Никакой Халы никогда не существовало. За то была маленькая Лара. Еë... Моя история полностью совпадает с тем, что я рассказывала тебе в легенде. Когда бордель сгорел я... Будто обрела второе дыхание. Мне не составило особого труда найти тех, кто сделал мне больно. Я научилась убивать и калечить. Но Гаррет... Командир того отряда, просто пропал на долгие тридцать лет. Я нигде не могла его найти. В это же время народ ближайших деревень, где жили мои обидчики, пустили слух о Хале. Подхватив эту идею, я сделала всë, чтобы она стала богиней. Я надеялась поиграться на воспоминаниях и чувстве вины со стороны Гаррета. Как ты знаешь, это сработало.       — И... Что же ты теперь будешь делать? — Тиа смотрела на девушку. С неë будто бы убрали огромный камень. Она стала... Живее?       — Храм в городе является моим домом. Хочу восстановить его. А потом... Потом буду жить в нëм, до самой старости. Может даже возьму себе ребëнка из приюта, создам семью. В общем... — Она вздознула. — Начну жить.       Тиа кивнула. Действительно, неплохо. Возможно, когда она и сама решит оставить исследования, то тоже переберëтся сюда. И может даже поселится по-соседству от Лары.       — Хорошо. Я... Желаю тебе удачи в этом. И надеюсь, что теперь у тебя всë будет хорошо.       Лара подняла голову, с улыбкой провожая девушку, что, помахав ей напоследок, вернулась к своему путешествию к знаниям.       «И я надеюсь, что у тебя всë будет хорошо».