Жиртрес мёртв?

Очередной школьный день, очередная перемена, в очередной раз к нему пристаёт этот хуила: —Еврей, чего игноришь, решил из себя неженку построить? А я и не знал, что ты такой рани-и-имый.– Усмехался Картман. —Заткнись, жиртрес.– в который раз повторял ему Кайл. —Ой, тебя, задела безобидная шутка, про то какой ты пидр? Неужто это правда? — Ещё хоть слово и получишь.– Уже еле сдерживая агрессию, сказал рыжий. —Ладно, ладно, не кипишуй. Мы всё равно тебя любым примем. Кайл был готов накинуться и отметелить Эрика, но поняв, что тот отстал, забил. Картман был его одноклассником и даже тусил в одной компании с ним. Многие считали их друзьями, возможно, и сам Эрик так считал, но Кайл просто не выносил этого припухшего эгоиста. Его присутствие было для Брофловски пыткой наполненной ненавистью. Как будто из каждого угла могло прозвучать протянутое: —Ка-а-е-е-е-е-ел! Картман над многими издевался и злостно шутил, но Кайлу казалось, что он в самом центре внимания этого больного ублюдка. Его псевдо пранки по отношению к Кайлу часто переходили черту. И сколько бы раз Картмана не избивал еврей, в итоге всё начиналось по новому. Эрика было будто не остановить. В этот раз жирдяй решил наплести всем, что Кайл гей. Достаточно безобидная «шутка», бывало и намного хуже. Но для Кайла это была последняя капля. Он шёл по школе и отовсюду был слышен шёпот и смешки. Каждый раз когда они доносились до него, в голове всплывал образ злорадствующего Картмана. Его противная свинячая рожа. Все мысли Кайла были заняты им. Он и так постоянно был в мыслях рыжего, так как тот всегда ожидал от него подлости. Кайл старался быть поближе к Эрику, он считал, что это его успокаивает, потому что Картман у него на виду и Кайлу не придётся гадать, что в этот раз учудит Эрик. Кайл захотел поставить точку, чтобы Картман не сидел у него в голове, чтобы все эти издевательства закончились, чтобы больше не чувствовать бурлящей злости. Просто побить его уже не сработает, надо сделать что-то серьёзнее… Подвернулся идеальный случай для этого. Кайл был приглашён вместе со Стэном и Кенни на ночёвку к Эрику, его мать как раз уехала куда-то на день. Но Стэну нужно было готовить школьный проэкт, а Кенни дежурить на ночной смене. Кайл решил воспользоваться шансом самому пойти к Картману. Если бы не замысел, он не за что не согласился на это. Вечер, начало темнеть. Рыжий стоял у двери и ждал пока ему откроют. —Приве-ет, Ка-а-е-ел! А чего один? —Остальные заняты. —Ты всегда отказываешься ко мне приходить. А тут вдруг зашёл. Ещё и один. —Скучно стало. Все заняты и делать нечего. —Не оправдывайся. Ты пришёл, чтобы остаться со мной наедине? И признаться мне в любви, так и знал, что ты педик. —Заебал со своей больной фантазией. Мне хватило того, что ты в школе наделал. Если будешь меня и сейчас доставать, то я уйду обратно. —Ладно, успокойся, вон как бровки напряг. Так и морщины появятся. И никакие красивые зелёные глазки не спасут и девчонок не привлекут. Ну или мальчиков хи-хи. Он, что, назвал его глаза красивыми? Хотя это Картман, он всякое сморозить может. Побыстрее бы всё закончилось. Кайл только пришёл, а уже всем сердцем ненавидел Эрика. Дальше они проводили время, играя в приставку. Когда жиртрес проигрывал, он ныл, когда выигрывал, принижал Кайла. Брофловски это бесило. Эрик бесил. Картман находился очень близко. Так и хотелось дотянутся до него и ударить. Наступила ночь, играть обоим надоело, они пошли спать. Конечно же, Эрик не уступил свою кровать. Кайлу нужно было ложится в спальник. Картман выключил свет и оба уляглись. —Кайл... Темно. Кровать. Только ты и я. Я прям чувствую, как тебе хочется отлизать мне яйца. Настал момент, когда Кайл не выдержал. Он запрыгнул на лежащего Эрика. Схватился за его шею и начал душить. —Ты что творишь, БДСМ нравится?!– Эрику было не до смеха, но он всё же бросил шутку. Кайл стал сильнее сдавливать. Картману оставалось лишь, задыхаясь, хныкать. Наконец, он заткнулся. Лучше бы он навсегда замолчал. Картман хоть и был увесистым, но против Кайла его сопротивления были неудачны. Еврею нужно было остановится, пока не поздно, но он не мог. Только представлял, как эта свинья как ни в чём не бывало опять продолжит над ним хрюкать, его руки смыкались ещё сильней. В голове проносилось много мыслей, и в то же время, он тупо наслаждался моментом. Он всем телом чувствовал Эрика. Кайл не мог оторвать взгляд от карих глаз Картмана. Губы жиртреса безуспешно пытались втянуть воздуха. Брофловски налягал почти всем телом. И вдруг, он понял, что чувствует что-то кроме ненависти. Неужто Эрик прав и ему нравится БДСМ и он садист? Но нет, Кайл на секунду представил на месте Эрика кого-либо другого и не почувствовал такой же реакции. Может это триумф ближущейся победы? Но нет, это было нечто иное. То, что он всегда испытывал вблизи с Картманом, то, что Кайл так тщательно скрывал за злобой в далёких глубинах души… Пока он всё это обдумывал, Картман перестал двигаться. —Жиртрес мёртв? В руках его была посиневшая шея бездыханной тушки. Что он наделал. Он просто хотел, чтобы перед ним не светился этот жирдяй, чтобы, он понял чувства Кайла. Но еврей не смог вовремя остановиться. Теперь Картман не сможет понять что либо. В этот момент в глазах Кайла выступили слёзы. Эрик больше никогда не заговорит, прям как он и хотел. Но хотел ли он этого? Нужно ли было убивать его? Только сейчас Кайл осознал, почему в его мыслях постоянно появлялся образ Жирдяя. Не потому что он его докучал и ошивался поблизости. И чувствовал он не только злобу к Эрику. И находиться он рядом хотел не потому что так было безопаснее. Всё встало на свои места. Но было уже поздно. Не скрывая слёз, он обнял Картмана. Из рта Брофловски стал доносится истерический крик: —Нет, нет! Ты должен жить! Я не должен был этого делать! Ты мне нравишься! Каждое твоё действие, каждый твоё слово в мою сторону! Всё это вызывает во мне кучу эмоций! Твоя довольная рожа бесит меня и в то же время завораживает! Можешь хоть весь остаток жизни называть меня педиком, главное чтобы ты был жив! Но в ответ лишь тишина. Луна светила в окно. Слёзы парня стекали по щекам. Вот он и положил конец. Но чувства к Эрику никуда не ушли, прошла только злоба. Неужто это так закончится? Правильно говорят, что ценность осознают, лишь тогда, когда теряют. Резкий всхрип над ухом отвлёк рыжего от раздумий. — Ох-ох. Ты что… Жидяра. Ох-ах. Пока Картман пытался отдышаться. Кайл молча смотрел на него и не мог поверить. Как он мог не проверить пульс. Дурак. —Мне никто блять ещё так не признавался в любви. Я знал что ты ёбнутый, но чтоб настолько. Нет чтобы на свидание пригласить, на крайняк отсосать. Так надо до присметри довести и, как баба, реветь потом! На лице Кайла появилась улыбка. —Что лыбишся, это вообще-то покушение на жизнь! — Главное, что ты жив. — Ты что, голубок, в облаках летаешь? Раз так, то предложение отсосать мне ещё в силе. —Придурок. —А ты псих. Пару минут оба молчали. — Ка-а-е-е-ел. —Что? —Может перестанешь меня обнимать? —Ни за что.