Размышления о «Темной стороне»

Главный сквик поттерианы для меня не потерянные сюжетные детали, маховик времени или противоречивые решения некоторых героев, а то, что границы магического мира совпадают с… государственными границами маглов. Типа, серьезно? Посмотрите на карту Европы 17 века, потом на современную, потом снова на старую… видите там некоторые изменения? Совсем незначительные: исчезло четыре империи, Ирландия отделилась… Я уж не говорю, про предыдущие века, когда Польша делилась на 0, Италия и Германия собирались в кучу, а мелкие балканские народы выкраивали из османского покрывала себе по кусочку собственные государства… Велика загадка, каким образом ВСЯ магическая популяция мира ушла под Статут, но куда больше странно, что они соотносят свои границы с постоянно меняющимися маггловскими. Зачем? Статут секретности означает полную сепарацию магического мира (а то мы бы с вами все знали, ага). Отделились, и теперь вся их деятельность направлена на то, чтобы следить за всякими гоблинами-русалками, да за популяцией драконов. За каким Мерлином магическому магу следить за магловской политикой и думать о «большой земле», которая никакой ценности для него больше не представляет? А есть один случай, когда это имеет смысл. Если волшебник — нечистокровный и при этот не порвавший связей с маглами. Не ясно при этом, афиширует ли он, кто он есть на самом деле, важнее его личное отношение, чувство «сопричастности» к творящимся в магловском мире бедам. Соответственно, линией раскола, которая будет отделять «идейных» чистокровных от их промагловски настроенных собратьев, будет отношение к… Британии. В фанфикшене волшебники часто говорят о «стране» (иногда еще хуже — о «государстве»), но какая-такая у них страна? Люди, чьи перемещения ограничены десятком локацией, будут иметь представления о географии Британии? Да даже если они летают над ней регулярно, все равно это ни о чем. Чтобы возникло чувство «британскости», важно жить и участвовать в жизни Британии. Как говорится, «нация — это великая солидарность, устанавливаемая чувством жертв, которые уже сделаны и которые расположены сделать в будущем». Едва ли чистокровные волшебники расположены совершать какие-то «жертвы» и солидаризироваться со своими магловскими соостровитянами (соотечественниками их даже не назовешь — «отечество» у них не едино). И не важно, считают ли они, что их «хитростью и обманом загнали в подполье» — нормальный и имеющий все основания нарратив, или же напротив, «слава Моргане, отделались от этих уродов». В первом случае помешает ненависть, во втором — укорененное чувство «чуждости». «Это про этих там», нехай там копошатся, у нас своя жизнь. Посему, у изолированно живущих магов — вне зависимости от их отношения к «чистокровности», будет отсутствовать чувство общебританского патриотизма. Здесь есть задел для отдельной главы, а именно — на каком уровне «национальный вопрос» у магов, потому что сепарировавшиеся еще в Средние века чуваки могли и вовсе сохранить домодерные идентичности. Например, в магловском мире пиктов больше нет, они растворились в шотландцах, а у магов вполне может существовать своя пиктская община (при условии, что их было достаточно для воспроизводства). Хотя возможно, что в возникшем «плавильном котле» после принятия Статута все эти группы — этнические и сословные, перемешались бы, сплавившись в единую магическую «нацию». Магическая «нация», имеющая в основе чистокровное ядро, имеет по краям крайне зыбкую сферу: полукровок, чистокровных ренегатов, маглорожденных. Их социальная жизнь, которую фандом (да и чего греха таить, канон тоже) сводят к борьбе между «злыми шовинистами» и добрыми сторонниками принятия всех и вся, на самом деле должна представлять бесконечную «перекалибровку» понятия «нации»: кого включать, кого исключать и на каких условиях. Самоопределение — это не факт рождения, это в т.ч. «ежедневный плебисцит» — готовность участвовать в жизни сообщества, принимать его правила игры или наоборот, бороться за переустройство мира. Волшебники, находящиеся в «серой зоне», конечно, не обязательно являются истыми сторонниками отмены Статута или оказания помощи маглам. Но какая-то часть — вполне. Это уже они будут выдвигать претензии чистокровным: а че вы налоги не платите/в армии не служите/королеву не чтите? Те им в свою очередь ответят что-то вроде «пшли вон в свой маглятник!» «Британский патриот» не будет чистокровным шовинистом, равно и наоборот. «Магическая» лояльность исключает национальную (но не этническую, но это совсем другое: сохранение милых сердцу рубашек/песен/традиций/языка ничего само по себе не стоит). Из этого косвенно вытекает мой скепсис к лютой фанонщине, связывающей Гриндельвальда и одного магловского политика. Видите ли, именно в протестантских странах имела место самая жестокая «охота на ведьм» (отвалите уже от инквизиции!). Ну и вообще, оснований считать, что магическая популяция резко начала ни с того ни с сего соотносить свои интересы с магловскими, нет… кроме случая нечистокровных: вот кто главный претендент на службу в СС (или ИРА, или в любой магловской армии или организации). Он же патриот! Ему не все равно, что его державу обижают, Deutschland über alles! В то время как их маглофобски настроенные соседи точат ножи против маглов и «предателей крови», присоединяясь к Гриндельвальду или Темному Лорду впоследствии. Что касается «границ» между реальными странами, то это такое «омагливание» от Роулинг. Их либо можно игнорировать — в не британском случае, либо дать какое-то изящное объяснение, на кой черт они нужны. Возможно, это позднее приобретение — чтобы лучше контролировать «своих» магов? Статут же всеобщий, МКМ не может контролировать все, соответственно, передает эти полномочия «на места». Границы в Европе утряслись к 1945 году, посему волшебники, пережившие две войны, могли вздохнуть с облегчением и наконец-то привести все дела в порядок, скопировав форму организации того же Министерства у маглов (они постоянно все воруют). п.с. Я с трудом представляю «Министерство» где-нибудь в Албании, которой до 1913 года не существовало на карте Европы. А что происходило на Балканах в 1990-е…