Забытое

      Однажды император решил навестить свою дочь. Но она спала. Тихо войдя в ее комнату, правитель присел на ее кровать, рассматривая мягкие черты лица. Но в следующую секунду вздрогнул.       -Пожалуйста… Не убивай меня… Только не ты…-тихо хныкала принцесса, еле шевеля губами.-Папа…       В тот день император ушёл.

***

      Очередное чаепитие в розовом саду проходило как обычно. Любящая отца дочь сверкала яркой улыбкой, приветствуя его. В свою очередь любящий дочь отец слегка улыбнулся. Тишина заполнялась разговорами златовласой девушки, что не спеша пила ароматный чай. Ее глаза счастливо рассматривали умиротворенное лицо императора. В ту же секунду точно такие же топазовые глаза посмотрели на Атанасию в ответ. Правитель вновь сидел в одном из своих восточных нарядов, в то время как принцесса сидела в красном платье, украшенное тонкой вышивкой в виде карточных мастей.       Яркая улыбка Атанасии на секунду сменилась облегчением. «Всё позади.» — мысль гудела внутри ее души, звеня в ушах. Но она продолжала поддерживать разговор о какой-то ерунде. Недавно прочитанная книга, содержание которой она могла поведать отцу. Правда Атанасия глубоко сомневалась, что Клоду интересно слушать о видах моды на севере. Но отец не перебивал ее и даже поддерживал беседу.       Это было первое чаепитие с тех пор, как он вспомнил все. Событие, которое раньше было рутиной, внезапно стало чем-то очень важным. И это грустно.       Но все подходит к концу, как и день. Солнце садилось, когда принцесса встала из-за стола. Вслед за ней поднялся и Клод. Только Атанасия прощально улыбнулась, как рука мужчины потянулась к ее лицу… И замерла.       Только спустя какие-то секунды, девушка осознала почему рука отца застыла в воздухе. Она осознала, что в ужасе отшатнулась и тяжело дышала. Дрожь в руках заставила Атанасию замереть. Медленно поднимая взгляд на отца, принцесса заметила как его рука дрогнула прежде чем спряталась за складки одежд. Топазовые глаза императора метались по саду, опасаясь встретиться взглядом с дочерью. Так они и стояли, пока Клод не отвернулся. Одеревеневшей походкой он прошёл несколько шагов, прежде чем одно слово не донеслось до ушей дочери.       -Прости.       Быстро уходя, Клод пронёсся мимо ждавшего в десяти метрах Феликса, что проводил его удивлённым взглядом. Но устремив серые глаза на принцессу, Робейн быстро подбежал к ней.       -Боже… Ваше Высочество, вы в порядке? — обеспокоенные слова рыцаря доносились до девушки через гул в ушах. Громкое биение сердца, сбитое дыхание и свист в ушах. Невыносимо громко. Этот гул напоминал ей банкетный зал императора, совет аристократии, взгляды, слова… Они напоминали ей кошмар.       -Громко… Прекратите… Отстаньте…- прикрывая уши дрожащими ладонями, Атанасия зажмурила глаза. Но даже так она видела как руки солдат, Этерниаса и…ее отца… тянутся к ней. И пара теплых рук коснулась ее плеч. Громкий вскрик вырвался из ее горла, которое казалось сдавили десятки чужих ладоней. Распахнув глаза она увидела как поспешно убрал руки ее рыцарь.       Феликс смотрел на госпожу с обеспокоенностью, пытаясь что-то сказать. Но ни одного слова он так и не произнёс.       Тщетно стараясь унять дрожь, принцесса обошла рыцаря, пытаясь как можно скорее оказаться в своей комнате.       С тех пор Атанасия не видела отца. Император ее избегал, они оба это понимали, но не хотели что-то менять. Принцесса проводила время в одиночестве, пытаясь обуздать дикий страх, который она испытывала от прикосновений отца. Но даже так, прогуливаясь по саду роз, она видела перед собой Клода, который пытался ее убить. Среди этих красных роз могла пролиться ее кровь. Ноги сами вели ее по тропинке, пока запах любимых цветов душил, словно яд, обволакивая разум. Трогая кончиками пальцев шипы, девушка не обращала внимания на боль, игнорировала капли крови падающие на зелёную траву. Невидящим взглядом она смотрела в пол. Так и проходили ее дни последнюю неделю. Молчание на вопросы Лили, игнорирование беспокойного взгляда Феликса и отшучивание от Лукаса. Тёмные круги под глазами стали обычными явлением, которое исправляла капля магии. Бессонница стала мучать ее каждую ночь, а принцесса с растущим чувством вины понимала, что злом в снах стал отец.       Наконец тропинка закончилась и туфли упёрлись в мраморную ступень небольшой лестницы. Делая каждый шаг, принцесса чувствовала слабость. Сил не было даже на слова. Ступая через многочисленные, знакомые коридоры, она остановилась перед слегка приоткрытой дверью. Слабые голоса еле доносились до Атанасии, но она сразу узнала обладателей.       -Как Атанасия? — первым делом спросил Клод у рыцаря.       -Принцесса сейчас в саду. Но может вы сами у неё спросите…? — с надеждой спросил в ответ рыцарь, но получил лишь злой взгляд.       -Уйди.       -Ваше Величество, вам надо поговорить с принцессой.- обеспокоенный Феликс стоял перед столом императора, который неотрывно читал и подписывал бумаги, иногда с раздражением кидая некоторые в мусор. -Если она просто услышит вас, то вы обязательно найдёте решение…Вы оба...       -Не мешай.-перебил его Клод. Его вид был ещё более изможденным, чем у его дочери. Чтобы не видеться с Атанасией, он завалил себя работой, стараясь не выходить из кабинета. Империя и так процветала, а теперь казалось ,что деньги и вправду могут расти на деревьях. Но Феликс прекрасно видел, что продолжись это ещё неделю и Клод опять свалится в беспробудный сон.       -Неужели вы не хотите чтобы все было как раньше? — в отчаянии взмахнул руками рыцарь, прежде чем кулак златовласого мужчины ударил по столу.       -Ничего не может быть как раньше! — сорвавшись на крик, император с отчаянием и злостью взглянул на друга. Сжимая кулаки до побелевших костяшек, Клод игнорировал дрожь и боль в своих руках. -Думаешь я сам хочу сидеть здесь и не видеть ее?! Думаешь я хочу спрашивать о самочувствии дочери через тебя?! Нет! — вновь ударил по покрытому стеклом столу мужчина. Стол разбился, осколки впились в костяшки императора и алая кровь полилась на пол.       -Ваше Величество…       -Но она боится меня! И я сам в этом виноват! Ты знаешь какого это, видеть ужас в глазах собственного ребёнка?! Когда дочь отшатывается от твоих рук, в ожидании удара или того хуже, смерти! — игнорировав попытки Феликса его успокоить, Клод прошёлся по осколкам босыми ногами, обессиленно падая на диван. Взявшись ранеными руками за волосы, он замолчал. Кровь пачкала сияющие, как золото локоны. Закрытые глаза императора широко раскрылись, а голова резко повернулась к двери. Мужчина тут же замер, отводя от нее глаза. Феликс так же повернулся к двери, встречая своим взглядом растерянные, топазовые глаза.       Стремительно шагая к двери, Феликс хотел выйти и поговорить с принцессой, но только он схватился за ручку и Атанасия сама распахнула ее. Пробегая мимо рыцаря золотой копной, она устремилась к отцу.       Клод в растерянности заставил взгляд замереть на голубых туфлях, остановившихся прямо перед ним. Не осмеливались поднять глаза на дочь, он так и смотрел на пару маленьких, красивых туфель. Атанасия замерла в метре от отца, но подойти ближе так и не смогла.       -П-папа…-сиплым голосом принцесса позвала отца. Дрогнув, Клод осторожно поднял свой взгляд. Дочь в страхе сцепила свои руки за спиной, но с живым беспокойством смотрела на его раненные руки и ноги. -Ты поранился…       -Не беспокойся, сейчас затянутся.- спрятав глаза в отросших волосах, император слегка выдохнул. Его голос звучал очень тихо. Насколько это было возможно. А порезы и раны на руках быстро затягивались, будто раньше император не хотел исцеляться       -Я… Я не знаю… Почему боюсь. Честно…       -Не надо. Я понимаю.       -Нет, дай мне сказать.- слегка сорвавшись на крик, прервала его извинения Атанасия, выставив перед собой руку.-Я не могу забыть всего, что ты сделал… Не смогу. Я-я честно пыталась. Но каждый раз… Каждый раз когда твоя рука тянется ко мне… Я вижу лишь то, как ты пытался меня убить. Каждый раз. Каждый чёртов раз, когда я сплю, перед моими глазами стоит виселица.- сжимая кулаки, принцесса пыталась сдержать слёзы, но не получалось. Горячие капли потекли по щекам, обжигая их, поливая кипятком и сердце ее отца. В топазовых глазах, отливающих сотнями оттенков синего, он видел ту боль, что причинил.       -Атанасия…       -Я просто… Не смогу этого забыть. Я правда пыталась! Но все что выходит, это лишь бояться того… Что ты вновь меня возненавидишь. Вновь забудешь. Я не хочу опять проходить через этот кошмар. Не снова.       -Прости.       -Не убивай меня… Пожалуйста…-обхватив себя руками, принцесса с грустью смотрела в потерянные глаза императора. Мужчина сжал челюсть и серьезно кивнул.       -Никогда.       Но и в этот раз девушка не поверила. Сидя ночью в своей комнате, она смотрела на свое отражение. Поджав под себя ноги, принцесса сидела на пуфике перед зеркалом в одной ночнушке. Тихо рассматривая свои пальцы, она склонила голову вбок. Задумчиво перебирая их, Атанасия наблюдала как искорки магии то и дело, словно электрический ток, на доли секунды вспыхивали и исчезали.       -Забыть…или исчезнуть…- тихо прошептала принцесса, словно в трансе. На ее лице проступили тени недосыпа, скрываемые уже несколько месяцев. -Хорошая идея…-подумала юная Обелия, формируя заклинание на кончиках пальцев. Но всего за несколько секунд до исполнения, она посмотрела в дальнее окно, где виднелся император за работой.-В этот раз не ошибись.       Клод непонимающе смотрел на красноволосого рыцаря.       -А теперь с самого начала.- потребовал мужчина и сэр Робейн замялся.       -Думаю, вам лучше самому это увидеть…- отвел взгляд сероглазый, поджав губы. Шагая к дворцу дочери, император ворвался в покои Атанасии, замерев на месте. Его дочь странным, неузнаваемым взглядом смотрела на свою комнату, где прожила так долго. «Это действительно Атанасия?» тревожно спрашивал себя Клод, тихо входя. Встав около дочери, мужчина коснулся ее плеча. Девушка дернулась от неожиданности и удивлённо приподняла брови. -Ваше Величество? Вы так неожиданно меня посетили...То есть, я не помню как оказалась во дворце Дженнет...должно быть я уснула вчера на пикнике, простите, этого больше не повторится. Бесчисленные запинания, совершенно другой взгляд и абсолютно другой человек. Клод видел перед собой человека, с лицом его дочери. Холодный взгляд тут же пронзил робкую девушку. -Кто ты такая?