Птицу можно узнать по её песне

После долгой беседы с братом, Хуан Хуи вернулся на свой пик в смешанных чувствах. Бай Иинг много что спросил, сказал, показал и объяснил, а еще попросил научиться самозащите. Хотя он выразился иначе: «Попробуй освоить хоть несколько полезных приемов и заклятий, если на тебя вдруг нападут, а меня не будет рядом.». Звучало это крайне обидно, но правдиво. Хуану раньше просто везло. Он не пытался чему-то научиться, даже не планировал, надеясь на то, что не будет вступать в сражения или какие-нибудь магические потасовки. Но пора принять реальность, опасную и суровую до мозга костей реальность. Зайдя в свою кабинет, он внимательно прочитал название свитков в поисках чего-то обучающего, но такого не оказалось. Тогда Хуан направился в библиотеку, но увидев в ней пару тройку учеников он сделал разворот на триста шестьдесят градусов и пошел назад, стараясь создавать впечатление нормального взрослого человека. Он не хотел находится в библиотеке вместе с учениками. Они могли бы чувствовать себя неловко! Но на самом деле Хуану было немного стыдно искать и читать обучающие свитки для начинающих в присутствии детей, которых должен был учить сам. Возвращаться в кабинет не было смысла, но и идти на пик брата не хотелось. Бай Иинг точно мог бы дать все необходимое, даже научить всему нужному, но… Хуан не хотел беспокоить брата по пустякам. Только ему и нужна постоянно помощь! Что за дела такие?! Бай Иинг с полной готовностью выполнял все просьбы и одолжения для своего брата. Он был таким с самого детства. Никогда не просил никого о чем бы то ни было. Хотя это было только после одного случая… Который не в силах простить себе Хуан. Не в этой жизни, ни в той, ни в следующей. Поняв, что делать нечего, он решил усовершенствовать уже имеющиеся знания. Например, полет на мече. Это было что-то вроде базового навыка всех заклинателей, но из-за недостатка практики и опыта Хуан Хуи постоянно чувствовал себя не в своей тарелки и спешил быстрее сойти с этого летающего способа передвижения. Отыскав более менее тихое и пустое место около края пика, где не было никаких построек и учеников, он достал меч и впервые за долгое время начал его пристально осматривать. Золотая рукоять блестящая на солнце с какими-то красными камушками, похожими на рубины, но это были точно не они, Чен разбираться в ювелирке лучше, чем можно было бы предположить, усыпанными с довольно изысканной последовательностью. А потом чистое белоснежное лезвие, отражающее его лицо, почти как зеркало. Обе стороны меча были наточены до предела, казалось, что это лезвие могло прорубить воздух и расколоть свет. Опасный прибор. Хуан держал меч очень осторожно боясь порезаться. Но все равно провел пару раз пальцами вдоль острия, как будто гладя его. Он видел, что так делали другие заклинатели и конечно же решил повторить. Осмотревшись по сторонам, он сел на траву в позе полулотоса и положил меч на колени. Ещё раз оглядевшись, Хуан Хуи выдохнул и начал говорить, тихим и очень вежливым голосом. — Эм… Здравствуйте, я слышал, что у мечей есть душа и некрасиво было бы не поздороваться… Эм… Я думаю, что вы чувствуете изменения в моем теле и может поэтому… Не хотите со мной сотрудничать?.. То есть… Я имею в виду, что у Лея… У Бай Иинга очень, эм, «чуткие» отношения с мечом… Я не пытаюсь… Эм… Может мне следует, что-то сделать? Или может сказать? Я не очень хорошо разбираюсь в… Мечах… Понимаете? В ответ была лишь тишина, Хуан Хуи почувствовал себя идиотом говорящим с куском металла. Но вдруг «кусок металла» завибрировал, как будто стиральная машина в режиме отжима. Хуан Хуи испуганно вздрогнул и взялся за рукоять желая успокоить эту странную активность. Но как только он схватился двумя руками, меч резко поднялся вверх, потащив за собой недозаклинателя-недопереговорщика. Хуан Хуи не мог разжать пальцы и поднялся в облака вместе с куском металла. Меч не останавливался поднимая его все выше, а как только они оказались в километре выше серых туч, то меч начал крутиться вокруг своей оси набирая скорость. Хуан Хуи был до ужаса напуган и держал рукоять как можно крепче, словно от этого зависела его жизнь, хотя по правде так это и было. Крутиться на такой скорости имело последствия. Голова заклинателя закружилась, лицо позеленело, ладони вспотели и начали соскальзывать. — О нет! НЕТ НЕТ НЕТ!!! ТОЛЬКО НЕ ЭТО! ЭЙ! ПОЖАЛУЙСТА ДАВАЙ ДОГОВОРИМСЯ! Прошла одна секунда и пальцы соскользнули. Хуана Хуи с силой отбросила вниз. Меч начал медленно останавливать свое вращение. А заклинатель проклинал этот кусок металла, этот мир, это тело, эту несправедливость, эту жизнь, но в особенности он был обижен на меч. — Е****ЫЙ КУСОК МЕТАЛЛА!!! ЧТОБ ТЫ ВЕСЬ ПОКРЫЛСЯ РЖАВЧИНОЙ!!! ЧТОБ ВСЕ ТВОИ КАМУШКИ ОТПАЛИ!!! ЧТОБ ТЕБЯ ПЕРЕПЛАВИЛИ В ГВОЗДИ! И ЧТОБ ЭТИ ГВОЗДИ ЗАБИВАЛ КАКОЙ-ТО НЕУМЕХА И ЧТОБ ОНИ ВСЕ ПОГНУЛИСЬ!!! БЛ***!!! Хуан Хуи уже пожимал руку приближающейся смерти, его глаза зажмурилась и он продолжил кричать но уже более мягко и нежно. — СИСТЕМОЧКА! МИЛАЯ ПОМОЩНИЦА!!! БУДЬ ПОДРУГОЙ!!! ПОЖАЛУЙСТА!!! СПАСИИИИИ!!!!!! Время шло, а он все не разбивался, хотя пора бы уже. Хуан Хуи медленно открыл глаза, думая, что оказался уже в третьем мире. Но перед глазами была привычная земля и по лицу начали бить капли холодного дождя. Придя в себя, он начал осматриваться. Его тело находилось в пяти метрах над землёй, вокруг по прежнему никого не было. Хуан поднял взгляд и увидел меч, сделавший дыру в его воротнике, придерживая от падения. А затем медленно спуская заклинателя на землю. Приземлившись, Хуан вжался в землю настолько крепко насколько мог и принялся успокаивать свое сердце, которое уже должно было победить в марафоне, судя по скорости его сжиманий. Меч упал совсем рядом с его ногой и просто безжизненно лежал, как в самом начале. Хуан Хуи придя в себя, снова прикоснулся к лезвию меча и провел линию до рукояти. Немного помолчав, Хуан сказал. — Если это был твой ответ, то у меня плохие новости. Я не понял. Меч начал снова вибрировать, Хуан с силой и со скоростью откинул его от себя подальше и встал. — Я! Я… Больше так не могу. — Указывая пальцем на меч, проговорил великий старейшина и отвернувшись начал уходить. — Черт… Сдалось мне вообще это? Можно и другому научиться И вдруг рукоять меча с силой ударила Хуана в спину. Это было неожиданно и больно. Обернувшись, он видел, что меч продолжал находиться в воздухе прямо на уровне его глаз, словно смотря ему в душу. — Я понял, что мы не поладим. Ещё что-то? Мне нужно выпить… После такого точно. Но меч оставался неподвижным. — Я не твой хозяин. Мы с ним даже не похожи! Я… Я понимаю, что я никудышный заклинатель и не замена тому Хуану Хуи, но мне правда нужно стать достойным старейшиной для этих детей и… И для Иинга. И знаешь, что, черт возьми, я справлюсь и без твоей помощи, кусок металла. Хуан Хуи развернулся и скрылся за деревьями. Меч продолжал парить несколько часов, прежде, чем рухнуть в траву и снова превратиться в красивую безделушку. ***** Лю Фангу нравилось чувство, которое он испытывал проводя уроки с Шанжи. Чувство властности и нужности. Каждое утро он спешил начать урок, а по вечерам крайне лениво уходил. Когда он что-то рассказывал, то в глазах напротив рождался огонек интереса и внимания. Было здорово. За свою жизнь юноша не имел возможности пообщаться с большим количеством людей, а с теми с кем общался, всегда оказывался в позиции глупого мальчика, ребенка, нищенки. И впервые оказавшись за «умного», получал ни с чем несравнимое удовольствие. Уроки они проводили за столом. Лю Фанг продолжал приносить новые материалы о том и о сем. Он мог проговорить весь день напролет, пока внимательные глазки с любопытством наблюдали и ни разу не перебивали. Занятия проходили мирно и спокойно. Шанжи уже научился разговаривать о самых обыденных вещах, задавать вопросы, читать и писать то, что мог сказать, а также предполагать, что значит та или иная идиома. У них даже появился определенный смысл при одних действиях. Например, если Шанжи наклонял голову в бок, это означало, что он ждал объяснения, похвалы или показания ошибки. Если Лю Фанг складывал руки, это говорило о том, что теперь очередь практики в разговоре выпадает на фамильяра. И так далее. Проводя так недели своего времени, Лю Фангу не удавалось встретиться и поговорить с Суин, и тем самым сформировать свое мнение о ней. Но он был согласен с Янь Ю и Цай Сюли. Какая-то она нечистая. Будто над ней нависло облако подозрения и лжи. Хотя за что именно, так и оставалось непонятно. Был обычный пасмурный денек. Лю Фанг сидел за столом и проверял «домашнее задание» Шанжи. Это были прописи словосочетаний, которые получались у фамильяров хуже всего. Юноша бегло оценил написанное, потом поднял глаза на Шанжи, потом снова опустил взгляд и задумчиво промурчал. Демон наклонил голову. — Ну, что я могу сказать… Неплохо, но потребуется еще больше практики вот здесь, — Лю Фанг показал пальцем на одну строку, — и вот тут, тоже надо подправить, — показал на другую строчку. — Хорошо. Шанжи взял кисть, пододвинул чистый сверток бумаги и с осторожностью нарисовал пару линий. Лю Фанг прижал кулак к губам и принялся рассуждать, где Шанжи допускает ошибку. Вроде и порядок черт и расположение правильное, но все равно что-то выглядело иначе. Юноша взял другую кисть и тоже принялся выводить те же слова, что и фамильяр, на том же листе, только сверху. Его линии нравились ему чуть больше, он удовлетворенно улыбнулся и вновь взглянул на работу Шанжи. «Ну такое…» Не хватало какой-то легкости или скорее плавности. Лю Фанг медленно взглянул в лицо ученика, уже желая дать ему новую инструкцию к действиям, но когда его взгляд вновь опустился к листу, то юнона резко замолчал. Его глаза округлились, рот так и остался чуть приоткрытым, а кисть выпала из руки. Шанжи наклонил голову сильнее обычного, а потом проследил за шокированным взглядом Лю Фанга. Мальчика удивила ладонь… Ладонь, которая выглядела словно дымка. Она не выглядела объемной, живой, материальной… При этом она спокойно держала кисть, которая на ее фоне выглядела гораздо более настоящей. Шанжи опустил кисть и поднял руку к глазам. Со временем она стала еще более прозрачной. — Чт-что с твоей рукой?.. — Все же спросил Лю Фанг. — Духовная энергия заканчивается. Не могу долго поддерживать…хм… — Шанжи на секунду задумался и сказал, первое, что пришло на ум, — Жизнь. Мое время очень мало. Фамильяр говорит так спокойно, так легко, как писал Лю Фанг, который все еще не отошел от шока. — То есть…как это…времени мало? — Чтоб жить нужна духовная сила. Она кончается. Я… Хм… Я умираю? — Шанжи не знал точно как назвать этот процесс. — Уми-умираешь?! — Мгм. — То есть… По настоящему? На самом деле? — Испуганно уточнил юноша. Его лицо сильно побелело, а прежняя спокойность и легкость покинула его без следа. Он не мог перестать смотреть на руку призрака… — Мгм. — Но… Почему ты тогда такой спокойный? — В горле у Лю Фанга застрял ком, он с трудом мог дышать. Наблюдая за испарением своего ученика, его плечи, руки, да он весь сам начал дрожать. — Этого следовало ожидать. — Шанжи искренне не мог понять реакции Лю Фанга. Ну да, он умрет, но и что в этом такого? — И ничего нельзя сделать? Всего пару секунд, но казалось прошло около десяти минут, прежде чем Шанжи ответил. — Не хочу. — Чт-что? — Лю Фанг внимательно вгляделся в лицо демона, которое всегда было слишком бледным, но сейчас казалось еще белее, словно снег, к которому если прикоснешься то оставишь следы. — Не хочу. — Что не хочешь? — Не хочу ничего делать. — Шанжи под пристальным взглядом, отвернул голову к маленькому окошку и начал разглядывать что-то далекое. — Но… Почему? — Лю Фанг не сводил взгляд с лица, которое после вопроса напряглось. — Зачем мне это? — Это? Что ты имеешь ввиду? Шанжи не ответил. Он небрежно встал и подошел поближе к окошку, будто там было действительно нечто захватывающее. Лю Фанг поднялся следом. — Учитель знает? Учитель знает о чем ты говоришь? Фамильяр не ответил. Продолжая молча смотреть в окно. Лю Фанг вышел и спустился по лестнице, как молния и так же быстро побежал к Бай Иингу. Он не смотрел по сторонам и не заботился о приличиях, когда вбежал в рабочий кабинет с громким вопросом. — Шанжи умирает?! Бай Иинг всецело ушедший в работу, был застигнут врасплох. Он непонимающе взглянул на задыхающегося ученика и освободив руки от свитков, пригласил Лю Фанга зайти в комнату. — Что ты сказал? — Я…я… — По видимому Лю Фанг только понял, что выглядел крайне грубо и своевольно, не так как обычно. Да и влетел в кабинет без стука и вопроса. Его щеки покрылись румянцем, а мысли все перепутались. Уставившись на человека перед собой, он долго не мог сказать ни единого слова. Закрыв двери, юноша подошел к столу и откашлявшись робко произнес. — Шанжи умирает? Бай Иинг сначала не понял в чем дело, он слегка нахмурил брови и спросил. -Ты о чем? -Его… Его рука стала прозрачной, — ответил юноша, а когда лицо Бай Иинга не изменилось, дополнил. — Как у призрака! Он сказал, что духовная сила кончается и он умирает… — А-а-а… — Бай Иинг понял в чем дело и призадумался, как лучше объяснить это Фангу. — Понимаешь, всем демонам необходима духовная энергия, а фамильяры единственные, кто не могут поглощать ее из воздуха. Им требуется помощь, человек или демон, который готов делиться своими запасами. Но если такого помощника долго нет, то… — То есть Шанжи нужен хозяин? — Перебив, спросил Лю Фанг. После долгого молчания Бай Иинг кивнул. — Ну, так всего лишь… — Лю Фанг не успел договорить, его прервал учитель, который медленно встал из-за стола. — Он не согласиться. — Чт-что?.. Но почему? Это же спасет ему жизнь! Фанг… Представь, что ты болен одной смертельной болезнью и чтобы жить тебе необходимы особые ягоды, растущие в одном лесу. Но у этого леса есть свой зверь хранитель, который отдает тебе немного ягод, но причиняет тебе сильнейшую боль, каждый раз как ты приходишь. Царапает, кусает, бьет, издевается… — При чем здесь это? — Спешно прервал Лю Фанг. Ему казалось, что времени у Шанжи гораздо меньше, чем на самом деле. Он боялся, что когда поднимется в башню, то его ученик уже полностью раствориться. Ему было не до представлений и философии. — Дослушай. — Видя несвойственное поведение ученика, Бай Иинг подошел к нему чуть ближе и установил прямой зрительный контакт, который было страшно прервать. Сделал он это не специально, просто учительская привычка. Хорошо работающая тем более с учениками, которые не хотят слушать и думать. В университете всегда срабатывало, когда ему требовалось что-то объяснить вечно спешащим студентам. — Тебе не хочется ходить в тот лес, ведь знаешь, будет очень больно. Приходится выбирать между болью и смертью. — Бай Иинг сказал последнюю фразу тоном намного холоднее, чем все остальное. Лю Фанг сглотнул. — Ты живешь так много лет, пока этого хранителя не убивают. Наконец-то больше не будет боли, но и ягод тоже. Спустя время ты чувствуешь подступающую болезнь. Ты знаешь, что не протянешь долго с такими симптомами. И вдруг к тебе подходит друг и говорит: — «Не мучайся! Сходи в другой лес, к другому хранителю и попроси у него ягод!»… Шанжи не согласиться. Лю Фангу понадобилось время чтоб понять о чем шла вообще речь, и когда он осознал главную суть истории, то его глаза наполнились грустью. Бай Иинг погладил светлые волосы, успокаивая, но не успел он сказать и слова, как Лю Фанг спросил, как выстрелил. — Вы согласитесь быть его хозяином, если он попросит? — Э…У меня нет причин отказываться, но… Но его не стали слушать. Лю Фанг с приливом новых сил выбежал из кабинета, даже не удосужившись попрощаться. — Но… Лю Фанг так изменился… Бай Иинг постоял в середине комнаты еще пару минут, прежде, чем сладко потянуться и выйти из комнаты. Спустясь на кухню он обнаружил остальных учеников. Янь Ю стоял у плиты и перемешивал овощи на сковородке, Цай Сюли сидела на столе и говорила что-то максимально язвительное, настолько, что Янь Ю перестал ее слушать. А за столом на новом стуле сидела Суин, попивая что-то сделанное из воды, меда, лимона, лекарственных трав, орехов и специй. Она первая заметила учителя и с улыбкой обратилась. — Господин Бай, добрый день. За звуком последовал еще один голосок. — Учитель! — Улыбнулась Цай Сюли и спрыгнула со стола. Янь Ю лишь обернулся и оценил взглядом учителя снизу вверх и сверху вниз. После того странного «Вам не холодно?», у Бай Иинга и Янь Ю был небольшой разговор. И хоть ничего в нем не выяснилось, Бай Иинг стал ходить в прежних голубых одеяниях, лишь закатив рукава. Бай Иинг улыбнулся Суин и дружелюбно поинтересовался. — Как поживаешь? Всего хватает? — Конечно. Благодарю за предоставленные удобства. — Девушка мило улыбнулась, ее глаза превратились в два полумесяца. — Учитель! — Цай Сюли подошла к Бай Иингу и спародировав улыбку Суин, сказала. — Мы с Янь Ю готовим свинину по-сычуаньски, Вы хотите попробовать? Это коронное блюдо Ю. — Я же сказал, что первый раз готовлю. — Вмешался Янь Ю. — Тшш! Если готовишь — готовь молча! — Повернувшись к нему крикнула Цай Сюли, и снова обернулся к учителю. — Ну так… Хотите поесть вместе? — Звучит славно, но мне нужно отправиться по работе… — Куда? — Спросили одновременно Суин, Цай Сюли и Янь Ю. Не ожидавший такого интереса Бай Иинг сначала опешил, но ответил. — В маленькую деревеньку, у заклинателей возникли подозрения, что в делах местных жителей замешаны темные заклинатели. Схожу проверю. — А может… А может мы сначала все вместе поедим? Ну, не хорошо же работать с пустым желудком. — Предложила Цай Сюли почесав шею. — Но я все же… — Бай Иинг не успел договорить, его перебил Янь Ю, несущий четыре тарелки свинины и риса с овощами. — Еда готова. Бай Иинг вдохнул замечательный аромат только приготовленного блюда и после непродолжительного уговора, он согласился и сел за стол. Еда была действительно вкусной. Но на середине трапезы Янь Ю и Цай Сюли отлучились по «срочному» делу, оставив Суин и Бай Иинга одних. Бай Иинг чувствовал, что здесь что-то не чисто, но решил оставить все так как есть. Суин ела очень быстро, её тарелки уже была пуста, но она не спешила выходить из-за стола. Бай Иинг не мог не заметить ее осторожное зырканье на него и прожевав кусочек, что был во рту, спросил. — Ребята тебя не обижают? — Нет, они все очень добры ко мне. Бай Иинг скептически посмотрел на нее, но ничего по этому поводу не сказал. — Вы… Вы отправляетесь на опасную работу? — Спросила девушка через пару минут, словно и не обращаясь к нему. — Не думаю. Это не выглядит серьезно. — М-м-м… Ясно. Дальше Бай Иинг продолжал есть в тишине, он ел нарочно медленно, думая, что стоило бы подождать Янь Ю и Цай Сюли. Но даже когда он закончил и подождал десять минут под предлогом «выпить чая», они так и не появились. Ну, он их хотя бы предупредил. Суин продолжала сидеть на месте, даже когда он вышел из кухни. Услышав удаляющиеся шаги, одним быстрым движением руки она подсыпала белый порошок на порции тех двоих, который очень быстро впитался в пищу, став полностью незаметным. После чего девушка тихо, но не прячась ушла в свою комнату. На выходе Бай Иинга встретил слегка запыханный Янь Ю. — Я хочу пойти с вами. Бай Иинг усмехнулся. Это было в какой-то степени даже предсказуемо и этим и позабавило мужчину. — Ладно. — Но у меня… — Янь Ю не ждал такого легкого одобрения, он уже подготовил аргументы, которые не потребовались. Юноша с неверием в глазах уставился на искреннюю улыбку. — Ладно, пошли. И Бай Иинг пошел чертить печать. Янь Ю пошел за ним и стоял как истукан, до момента пока не загорелась печать. А… А почему это было так легко? Цай Сюли тоже заплаканная вернулся на кухню и с диким аппетитом съела и свою и Янь Ю порции. Довольная, она пошла в свою лабораторию и через пару часов, ее голова начала очень сильно кружиться, настолько сильно, что она не могла удержать равновесие и грохнулась прямо на пол зацепив руками кое-какие склянки, чье содержимое вылилось прямо на нее. Бай Иинг и Янь Ю уже ушли, Лю Фанг был в башне… Никто не заметил ее отсутствия. Печать загорелась ярко красным светом, Янь Ю и Бай Иинг встали в ее центр и как обычно переместилась в новое место. Бай Иингу около недели назад пришло письмо, а скорее рассылка. Заклинатели из небольшого городка на юге отправляли всем орденам письма с просьбой разобраться. Они утверждали, что в паре километрах от их города есть небольшая деревня, которая раньше была совершенно нормальной, но в какой-то момент там начали исчезать старики и взрослые, оставались лишь дети. Выглядело это как легкое и ничем не примечательное дельце, но все кто отправлялся «разобраться» больше не возвращались. В народе было принято, что если люди массово исчезают — то виноваты темные заклинатели. Но не теперь. Им это попросту не нужно. Тогда проблема была иного рода. А следовательно не должна была заботить Бай Иинга… Но скука была сильнее. Утопая в бумажной работе, он решил развеяться и согласился на это нелепое дельце. «Нелепое» потому, что система не дала больше 10 баллов за его исполнения. А это о многом говорило. Так Янь Ю И Бай Иинг оказались в небольшой деревеньке с «очень важной» миссией. Осмотревшись вокруг они сделали выводы, что в здесь были одни лишь подростки и дети, а самым старшим едва исполнилось восемнадцать лет. Девушки были улыбчивы, невинны и по детски красивы. Парни с улыбками проходили мимо них, чтобы поиграть в что-то грязное и безумное. Но девушки были не в обиде из-за обделенного внимания. Они смеясь заплетали косы друг дружке, играли с самодельными куклами из травы и сена, танцевали босиком и пили сладкий чай вместе с другими сластями. Бай Иинг шел по главной дороге и подходил ко всем прохожим, но все как один не слушали его, а лишь убегали заливаясь смехом. Янь Ю шел слегка позади и тоже следил за странностями маленьких жителей. Дома были очень старыми, почти рушились на глазах, одежда на юношах и девушках была вся в дырках, пятнах и очень, ну прям очень, поношенной. Лица и руки тоже были грязными, словно здесь вообще никто не следил за гигиеной. Если сладость падала в землю, они лишь пару раз подули на вкусность перед тем, как тянуть в рот. Этот детский сад не имел конца. Никто не хотел говорить со «взрослым» Бай Иингом, а Янь Ю они просто боялись, его лицо они находили слишком суровым и недобрым. Солнце начало садиться, а информации как было так и оставалось ноль. Устав ходить туда сюда, Бай Иинг присел на траву и стал размышлять. Янь Ю стоял рядом, он ещё раз обвел подростков «недобрым» взглядом, прежде чем подойти к одному, казалось, спокойному взрослому парню. Бай Иинг наблюдал такую картину: его ученик подходит к шестнадцатилетнему, на вид, мальчику и начинает что-то говорить. Тот молчит и просто смотрит на Янь Ю пару минут, пока не начинает громко реветь и бить ногами землю словно… Словно младенец. Янь Ю вернулся к учителю никак не комментируя ситуацию. Бай Иинг не знал, что и думать. Но это точно была не нормальная деревня. Хотя бы из-за того, что после наступления темноты никто так и не зажёг свет. Вскоре было настолько темно, что ничего нельзя было увидеть, кроме луны и звёзд. Бай Иинг зажёг белое пламя на своей руке, чтоб хоть немного осветить дорогу. И на этот свет, прямо как мотыльки, повылазили дети. Они окружили Бай Иинга и стали с большими глазами смотреть на огонь, словно впервые видели. Продолжая охать и ахать, ребятишки показывали пальцами на огонь и с удивлением шептали что-то друг другу. Янь Ю не посчастливилось тоже оказаться внутри кольца и ему это малость не нравилось. Он подошёл поближе к учителю и заговорил почти шепотом. — Может их родителей правда похитили темные заклинатели? — Маловероятно. Во-первых, зачем им это сейчас? А во-вторых, они не выглядят, как те, кто потерял родителей, скорее больше похоже на тех, кто никогда их не имел. Но тогда всплывает вопрос. Как они здесь оказались? — Бай Иинг тоже отвечал шепотом, чтобы слышал только Янь Ю. Видя неподдельный интерес детей к огню на его руке, Бай Иинг решил провести небольшое, но увлекательное «шоу», рассчитывая, что после этого, хоть парочка подростков перестанет его бояться и расскажет хоть крупицу правды. Он очертил рукой круг, заставляя огонь оставаться в положении кольца, а затем подбросил его вверх. Оно медленно и красиво начало падать увеличившись в размере. Опустившись, оно окружило всех детей и исчезло прикоснувшись к земле. А в следующую секунду снова загорелось и полетело вверх быстро сужаясь. Поднявшись достаточно высоко кольцо белого огня взорвалось, издав лёгких хлопок и обрушилось вниз в виде сотни мелких искр. Во время падения они медленно сменяли цвет с ярко алого до спокойно голубого. Дети со смехом прыгали и старались ловить огоньки, но как только искорки прикасались к их коже сразу распадались на ещё более мелкие и яркие огоньки, а потом и вовсе исчезали. Хоть и огня было не много, но этот «салют» осветил большую часть поляны. Бай Иинг с улыбкой наслаждался проделанной работой, а Янь Ю с большими глазами смотрел на это представление, рассчитанное на мелких детей, а не на взрослого мужчину, как он. Он даже попытался в тайне поймать одну искорку, но сделал это совершенно не меняясь в лице за спиной учителя. Бай Иинг удовлетворенно вздохнул и посмотрел на ученика. — Понравилось? Искры продолжали сыпаться, а человек в маске выглядел изящно и так… Так вписывающиеся в эту картину. Вдруг в голове у Янь Ю загорелась сильное, ни с чем не сравнимое желание. Подойти и снять золотую маску с этого лица и вглядеться в серые, спокойные и до безумия ласковые глаза, в улыбку, которая просто обязана быть прямо сейчас на этом лице. Этот человек свёл его с ума… Раньше Янь Ю всегда был один и рассчитывал только на себя. Он никому не доверял и предпочитал молчание, глупым разговорам. Его не волновали другие люди, ни их лица, ни настроение, ни слова… Когда он был с семьёй, то те люди всегда только требовали от него чего-либо. Просили денег, еды, помощи в том, чем могли разобраться и сами, просто были слишком ленивы для этого. Одна из причин его ухода была действительно в том, чтобы заработать денег для семьи и вернуться будучи более могущественным. Но… Правда заключается в том, что он не хотел возвращаться. Не хотел вновь становиться «старшим братом», на плечах, которого лежала вся ответственность за своих младших. Не хотел снова вкалывать на пяти разных работах, чтобы только накормить десяток голодных ртов, при этом получая лишь сгоревшие остатки. Янь Ю бежал с надеждой стать сильным заклинателей и отправиться на поиски приключений, до того момента пока не устанет. Может бы он остановился в каком-нибудь спокойном городке, нашел бы девушку, женился, а после возможно завел пару хорошеньких детишек. Он бы работал и обеспечивал это семейство. Ведь… Ведь как он слышал от прохожих на улицах, это и есть сладкая и счастливая жизнь. Когда он в последний раз выходил из родного дома, то решил прожить именно так. Может позже он бы и смог понять всю радость взрослой жизни. Но и здесь он был недостаточно искренен. Янь Ю не знал места, где хотел бы прожить всю жизнь и состариться. Ему никогда не нравились девушки. Они всегда казались слишком… Странными? Так много разговаривали, и почти всегда о чем-то глупом, заботились о внешнем виде больше, чем стоило бы, устраивали истерики из-за недопониманий и постоянно просили внимания, подарков, поцелуев и всяких нежностей. И детей он никогда не хотел. Маленьких немощных существ, которые не способны ничего сделать без твоей помощи на протяжении многих лет. Звучало это прямо как его ситуация, от которой он бежал. Янь Ю не находил ничего из этого привлекательным и тем более чем то, что можно назвать «сладким и счастливым». В прошлой жизни он не смог нечего осуществить, так как попал в руки не самых хороших людей и его жизнь быстро пролетела мимо него. Но эту он хотел прожить более достойно. Пока конечно не представляя как, но точно не как прошлую. Ему хотелось жить так, как захочется ему самому, не слушая других. Янь Ю никогда не интересовали люди, ни их лица, ни их чувства, ни их души, но один человек все же был интересен ему. Это было какое-то новое непонятное чувство, что очень часто напоминало о своем существовании, и от этого было только сложнее. Преодолев желание действовать необдуманно и странно, Янь Ю кратко ответил. — Да, красиво. Когда представление закончилось, к Бай Иинг подбежало много детей с яркими улыбками и горящими глазами, они просили повторить. Это было несложно, но он решил, что детям пора спать и благодаря еще одному крайне красивому приему он заманил всех детей в их кровати. Поняв, что это дело решиться не за один день Бай Иинг подумывал найти свободный домик, чтоб переждать ночь, но вдруг кто-то настойчиво дернул его одеяние, где-то внизу. — Простите… — Это оказался маленький мальчик, он выглядел крайне опрятно и взросло. Хотя на вид ему не дать больше десяти, но его серьезные глаза и острые брови создавали впечатления взрослого воина. — М? — Бай Иинг смерил мальчишку осторожным взглядом. Янь Ю подошёл поближе к наставнику, чтоб наверняка слышать о чем они будут говорить. Этот мальчишка был на голово ниже Янь Ю, темные волосы были крайне длинными и собранными в грубый пучок, а одна рука была заведена за спину, как это делали люди из статусных родословных. — Вы же заклинатели, я прав? — Да, мы пришли чтоб помочь… Ты не знаешь, где я могу найти взрослых? — Хах… — Мальчик усмехнулся, словно услышал крайне глупую шутку. — Нет здесь взрослых. Послушайте, с этим надо что-то делать. — Поэтому мы здесь, — спокойно сказал Бай Иинг. — Мне нужно вам сказать кое-что очень важное, но не здесь. — И чтоб пояснить причину своих слов, он прошептал. — Лишние уши. Бай Иинг не чувствовал чьего-либо присутствия, кроме ученика и мальчика, но не стал говорить. Он лишь посмотрел по сторонам, а Янь Ю даже этого делать не стал, юноша был уверен в своих чувствах. Мальчик многозначительно посмотрел на одно здание на окраине, а потом в глаза Янь Ю и Бай Иинга. После этого он ушел в противоположном направлении, очень спешно. Проводив детскую спину в темноту, учитель и ученик направились к маленькой постройке на конце деревни, раньше это была небольшая лавка, внутри все еще остались пара предметов, но и те были слишком пыльными и старыми для использования. Войдя внутрь, они осторожно закрыли дверь, которая едва держалась, чтоб не рассыпаться на части. Янь Ю быстро осмотрел комнату взглядом, ненамеренно сделав план отступления и лучшей обороны. Бай Иинг найдя свободную минутку решил спросить. — Как тебе Суин? Янь Ю не ожидал такого вопроса и пару минут молча смотрел на учителя. — Ей не место на пике. Из-под маски вырвалась лёгкая усмешка. — Думаешь? — Да. — А Шанжи? — Это дело Фанга. Бай Иинг снова улыбнулся. — Но зачем он вам? — Через пару минут тишины спросил Янь Ю. — Шанжи? А почему бы и нет? — Вам нужен фамильяр? — Не сказал бы, но Лю Фангу нужен друг. Янь Ю хотел ещё что-то сказать, но небольшое окошко распахнулось и в него влез тот мальчишка. Он осторожно и тихо зашёл, отдышался и заговорил. — Мне двадцать семь лет и я из ордена Танхуа, меня послали в эту деревню разобраться с похищениями, как и вас. И вот, что со мной стало. — Он продемонстрировал руками свой рост и внешний вид. — Как это произошло? — Уточнил Янь Ю, осмотрев мальчика, который не внушал доверия. — Я… Я не помню точно. Когда я прибыл, то долго пытался найти ответы, а потом меня отвели в какую-то пещеру… После этого память затуманилась и я стал… Стал ребенком! — - Какая нелепость! — Какая пещера? Вы помните, где она находится? — Спросил Бай Иинг, кажется принявший рассказ всерьез. После долгого и задумчивого молчания, мальчик неуверенно произнес. — Ближе к северу есть нагорье, но пещера находится ниже… Под землей. Я проснулся не так далеко от выхода… Моя голова раскалывалась от боли и ноги онемели, но я уверен, что я потерял сознание пока подымался. Значит причина моего превращения должна быть еще ниже… — Если ты все знаешь, то почему не решил эту проблему сам? — Холодно спросил Янь Ю. — Я… Я уже пытался… Но здесь повсюду уши и глаза, они беспрерывно следят, смотрят отовсюду… — Ты же заклинатель, не смог разобраться? — Приподняв одну бровь спросил Янь Ю с явной насмешкой. — ТЫ! Ты ничего не понимаешь! Мелочь! Никакого уважения к старшим! Если бы это было так легко, меня бы тут уже давно не было! — Так вы сказали на севере, да? Спасибо, мы постараемся разобраться. — Бай Иинг видел как лицо мальчика покраснело от злости и как в глазах у Янь Ю уже появился еще более колкий вопрос, и понял, что пора бы остановить эту бомбу замедленного действия. Повернувшись к Янь Ю, он коротко сказал. — Пойдем. Удалившись из домика, они направились к небольшому нагорью на севере, о котором говорил тот маленький заклинатель, дорога не должна была занять более двадцати минут. Они пошли пешком. Глаза привыкли к темноте и в тишине, которую порой прерывали сверчки они вышли из деревни, дома уже скрылись за их спинами. Пик Призрак был довольно темным местом, ночью всегда были видны луна и звезды, не так как в больших городах. Поэтому прогуливаясь по этой бессветной пустоши, их не удивляло огромное количество созвездий над их головами. И несмотря на то, что они уже давно привыкли к этому и перестали замечать, вокруг было поистине красиво, даже чудесно. И в этой чудесной атмосфере прозвучал вопрос. — Зачем вы спрашивали о Суин и Шанжи? — Интересно, что ты думаешь, — спокойно ответил Бай Иинг, продолжая путь. Хотя Бай Иинг всегда был спокоен и тих, но сейчас по неизвестной причине он говорил и выглядел еще более расслабленно, словно наконец-то отдохнул. — Почему вы так быстро согласились взять меня с собой? — Задав уже давно желанный вопрос, Янь Ю поднял глаза и на секунду засек пролетающую сову, которая летела совершенно бесшумно, но она все равно не смогла избежать взгляда юноши. — Если бы я отказал, то ты бы чем-нибудь меня переубедил. Простая трата времени, если ты все равно пойдешь со мной. А что, я испортил твои заготовки? Хах, — усмехнувшись Бай Иинг взглянул на ученика идущего рядом. Это мальчик сильно подрос и окреп. И Цай Сюли и Лю Фанг… Все они выросли и не только ростом, но и духовно. Изменились, похорошели… Бай Иингу действительно нравилось, когда его ученики становились лучше, чем были. Видеть их улучшения приносило не только радость, но и гордость. Оставшийся путь Янь Ю шел молча, размышляя о чем-то своем, иногда он будто бы непринужденно зыркал на Бай Иинга, но так ничего и не спрашивал. Вход в подземную пещеру отыскать было сложно. Бай Иингу пришлось зажечь огонь и изрядно повозиться, чтоб понять, где настоящий вход, а где муляж. Янь Ю был тем, кто проверял эти туннели на наличие смысла спускаться. Он отправлял небольшие молнии, которые отскакивали от стен и возвращались через пару секунд назад в руку юноши, с информацией о том, что было внутри. Так большинство входов оказались неглубокими тоннелями или норами зверей, но одна все же дала иную информацию — никакую. Молния залетела в самую низкую пещеру, в которую чтоб войти нужно проползти. Она даже не выглядела, как пещера, скорее как трещина. Но молния не вернулась. Заклинатели переглянулись и ударом ноги Бай Иинг расширил эту трещину, чтоб они смогли пройти не ложась. Внутри оказалось гораздо больше места, так что они могли продолжить путь не сгибая спины. Спуск был очень крутым, сверху висели небольшие сталактиты, которые не выглядели слишком опасно, эхо отзвучивало падения капель воды, где-то внизу. Во время пути и Бай Иинг и Янь Ю постоянно спотыкались, а в случае сильных падений подхватывали друг друга. Путь был не длинным, но сложным. Звук воды становился все ближе и ближе. И вот уже оказалось перед ними небольшое озеро с хрустально чистой водой. Бай Иинг вышел немного вперед поближе к воде, держась за стену и предупредил. — Осторожно, здесь может быть скользко-о-о-о…. — Бай Иинг начал говорить вполне серьезным голосом, но закончил падением… Наступив на неожиданно скользкий камень и потеряв опору под ногами, Бай Иинг полетел вниз, прямо в озеро. Эхо пронеслось по всей пещере, в виде звука громкого плеска. Янь Ю даже не успел среагировать. Просто уставился в воду и сдерживая улыбку, сказал. — Хорошо. Только спокойствие продлилось недолго. Бай Иинг не всплывал, а вода начала сиять ярко розовым, поднимая плотную завесу тумана. Озеро начало булькать и вся пещера начала трястись. Чтоб не упасть следом за учителем, Янь Ю быстрым движением достал меч и взлетел на пару сантиметров. Его взгляд стал серьезным, он подлетел ближе к воде, но из-за тумана тело Бай Иинга было не увидеть. В один момент тряска успокоилась, вода постепенно стала возвращать себе прозрачность, туман медленно рассеивался. Из озера показалась рука, а потом и все тело. Янь Ю замер. Увидев реакцию ученика, Бай Иинг отряхиваясь от воды спросил. — Что?