home

— Хочу ебаааааться, — громко и недовольно пропевает Чонгук, заваливаясь в квартиру к любовнику и скидывая с себя дорогую шубу. — И тебе привет, — усмехается Тэхён, выходя из кухни и оценивая обнажённого парня перед собой. — Это мне поздний подарок на Новый Год? — Хм, может быть, — младший стреляет глазками хитро, смотрит по-лисьи притягательно и, плавно покачивая подкаченными бёдрами, идёт ближе, ластясь, как самая покорная кошечка. Как же. Тэхён эту кошечку знает наизусть, все повадки да привычки. — Но свой главный подарок ты получишь уже в спальне, — довольно мурчит Чонгук на ушко и прижимается нагим телом к чужой рубашке, потираясь членом о грубую джинсу. — Возьми меня, пожалуйста, скорее, мне не терпится. — Что, муж тебя не трахает, такого раскрытого? — фыркает Тэхён и опускает руки с громким шлепком на чужую задницу, сжимая её после в своих руках. — Ты же знаешь, что это брак по расчёту. Ещё немного, и я от него избавлюсь, — корчит недовольную мордочку младший, и мужчина, посмеиваясь, наклоняется, чтобы сладко смять его губы в грубом желанном поцелуе. Предохранители срываются, демоны вырываются наружу. Воздержание двухнедельное играет в крови, требует удовлетворения, и они это игнорировать не будут. Чонгук льнёт ближе доверчиво, растворяется в чужих умелых руках, ножку на бедро закидывает и доверчиво шею обнажает, признавая превосходство над собой. Тэхён рычит, кусает чужую мочку, оттягивая зубами серьги, а сам исследует тело перед собой. Не выдерживает, хватает, на руки поднимает, к себе прижимает, и в спальню несёт, чтобы уложить там свою принцессу, словно драгоценность. Ложится меж зазывающе раздвинутых ног, устраивается удобнее, и ведёт носом по кубикам пресса вниз, к лобку и головке стоящего члена. Обхватывает орган пухлыми губами, стонет, вибрации пуская, а сам пахом о кровать трётся, чтобы хоть как-то себе приятно сделать. Носом утыкается в коротко подстриженные лобковые волосы, расслабляет горло, и исподлобья наблюдает, как младшего на кровати ломает, дугой от удовольствия выгибает. Он хватку железную в волосах чувствует, мычит для вида, вакуум создаёт и тут же отстраняется под разочарованный стон. — Пожалуйста, — Чонгук не в себе, глаза открыть даже не смеет, бредит, мечтает о крепком члене в себе, и лишь ноги в коленях сгибает, разводя ещё шире. Тэхён его рывком на живот укладывает и на колени ставит по-сучьи, голову его задирает, руку на шею уложив и сжав, по-королевски чтобы отыметь эту принцессу. Тот бёдрами в ответ виляет, старается невзначай потереться о чужой член, который старший с шипением достаёт из тесноты брюк. Похер на одежду, сейчас главное оттрахать этого чертёнка. Сжимает его шею в руках сильнее, воздух перекрывает почти и, наскоро смазав член слюной, входит в уже смазанную и растянутую дырочку. Чонгук знал, подготовился, так сильно желал своего мужчину в себе прочувствовать. — Представлял меня, пока трахал себя своими никчёмными пальцами, шлюха? — рычит Тэхён на ухо его, пока вколачивается в растянутую до предела дырку под громкие стоны. — Да, да! — парень скулит, сам назад подаётся, вперёд, сжимает внутри себя член и получает за это шлепок по заднице. Он не знает, куда деть себя от этого удовольствия, крепкий орган внутри терзает, — к таким размерам не привыкнуть, — закатывает глаза и язык изо рта вываливает, словно верный пёс, коим он и является для своего мужчины, пытается больше воздуха вдохнуть, игнорируя руку на шее. В глазах темнеет. Чонгук громко стонет, когда головка проезжается по простате, тянется к своему возбуждению в погоне за оргазмом, но его снова бьют ощутимо по заднице, запрещая делать это. Разочарованно хнычет, пытается привстать на колени и спиной прижаться к мощной груди, что скрыта под рубашкой, но получает ещё один удар. Младший скулит, почти что плачет, с силой кусает губу и прислушивается к звуку шлёпающихся о ягодицы полных тугих яиц и молит сквозь стоны о разрядке. Тэхён ему её даёт. Сам обхватывает головку меж пальцев и слегка трёт, а сам входит в последний раз глубоко в дырочку и, ткнувшись головкой в простату, кончает, прижимаясь наконец грудью к чужой взмокшей спине. Чонгук кричит, когда наконец получает долгожданный оргазм, и сразу ничком на кровать падает, не в силах держаться на подкашивающихся коленях. Старший руку с шеи убирает и поцелуями покрывает шею сзади, лаская нежно рукой. — Я устал, — тихо шепчет парень и прикрывает глаза, расслабляясь в чужих руках. — Не уезжай от меня сегодня, — просит Тэхён, и тот не может ему отказать. Он и сам обратно не хочет. Поэтому просто устраивается удобнее в чужой кровати, вдыхает столь любимый запах одеколона и, прижимаясь к горячему телу сзади, позволяет себе уснуть. Чтобы больше никогда в «свой» дом не вернуться, поселившись здесь.