all I ever wanted to do was do right things

Семейство Мадригаль наслаждалось предпраздничным весельем. Подготовка к торжеству шла полным ходом, и каждый старался хоть чем-нибудь, но отметиться в столь знаменательный день. Украшением города по традиции занималась Изабелла. Несмотря на то, что она виртуозно владела своим ремеслом и была полностью уверена в своих способностях, она все же поссорилась с Мирабель по поводу того, какую именно надпись необходимо выложить цветами на главной площади. Джульетта хлопотала на кухне, но ее постоянно отвлекал Камило, по очереди принимавший вид всех членов семьи в попытках вынести из кухни закуски. Однако после того, как Камило нечаянно превратился в саму Джульетту, она отругала обманщика, пригрозив, что весь праздник не подпустит его к столу, поэтому несчастному не осталось другого выбора, как помочь тете с готовкой. Пеппа же старалась не нервничать и сохранять хорошее расположение духа, чтобы не омрачить всем праздник неожиданной грозой или снежной бурей. Долорес занималась организацией музыки, Агустин и Феликс, неожиданно для всех открывшие в себе талант к портновскому делу, шили костюмы. Луиза как обычно помогала жителям деревни с повседневными делами, чтобы те успели освободиться к началу празднества. Антонио вместе с Мирабель пытался успеть везде и помочь всем. Бруно… Бруно же старался не помогать никому, потому по загадочному стечению обстоятельств любая его помощь приводила к самым неожиданным последствиям. Альма целый день где-то пропадала, хотя в суете никто этого так и не заметил. У стариков свои причуды. Торжество должно было пройти в два этапа. До двенадцати ночи семейство веселится на площади с остальными жителями деревни, потом же уходит на опушку леса, разводит костер, вокруг которого всю ночь пляшет и поет песни. Ежегодное празднование дня, когда семье Мадригаль был послан спасительный дар, заканчивается лишь с восходом солнца. Мирабель не находила себе место, ей хотелось заняться всем и сразу, но, вспомнив недавнюю перепалку с Изабеллой, она решила, что с цветочными делами связываться больше не станет. Она посмотрела на дядю Бруно, который сидел на диване и что-то рассказывал белке Антонио. Пушистый хвост подрагивал, а по взгляду зверька было понятно, что Бруно лишь отвлекает его от вазочки с орехами, хотя сам Бруно недовольство белки не замечал и продолжал свой рассказ. Мирабель увидела, что круги под глазами дяди стали темнее, а волосы топорщились в разные стороны, словно по ним прошелся маленький торнадо. – Дядя Бруно, с тобой все в порядке? – подойдя ближе, спросила Мирабель. Бруно вздрогнул и задел локтем вазочку с орехами, отчего та упала на пол, белка тут же спрыгнула с его руки и устремилась за добычей. Во взгляде Бруно промелькнуло странное выражение, но затем он улыбнулся и ответил: –Ха-ха, Мирабель, напугала же ты меня! Со мной все в порядке, не переживай! Я тут вспомнил, что у меня, – он запнулся, – срочное дело. Да, очень срочное дело. Пока! – выпалил он и, не дождавшись ответа, убежал в другую комнату. Годы проведенные в компании крыс все же повлияли на его психику, подумалось Мирабель. Неожиданно она заметила в окне лохматую голову дяди, который быстрыми шагами устремился в лес. Недолго думая, она выбежала из дома и тайком последовала за Бруно. Через несколько минут они вышли на опушку леса. Мирабель разглядела, что из противоположной части леса вышла фигура, а когда та приблизилась, Мирабель узнала в ней бабушку, выглядевшую впрочем не совсем обычно. Ее волосы были заплетены в косички, уложенные в два плотных кольца, глаза подведены черным, а от глаз вдоль щек к подбородку тянулись кроваво-красные полосы. Белая ткань платья, походившего на саван, от соприкосновения с ветром колыхалась, от чего очертания фигуры Абуэлы будто бы расплывались. По спине Мирабель пробежали мурашки. Бруно же похоже не обратил на странный внешний вид Альмы никакого внимания. До нее доносились обрывки разговора: –… еще не поздно все отменить! Мы придумаем что-то другое, мама, – закричал Бруно. –… это мое последнее слово, Бруно. Пеппа в порядке?… –Как она может быть в порядке? –Прекрати, Бруно, Пеппа как никто другой знает… – … все еще действует, но Джульетта...она сама не своя … Для Мирабель разговор казался бессмысленным. Все это было похоже на безумный сон, не хватало только, чтобы за спиной бабушки выросли дьявольские крылья, а из ноздрей повалил огонь. Дядюшка Бруно мог бы пасть ниц перед властительницей демонов, умоляя о пощаде, потому что не выполнил приказание хозяйки, и поэтому должен будет расплатиться за провал жизнью. Затем грозное полчище чудовищ выйдут из глубин ада... Какие нелепые мысли лезли ей в голову среди белого дня! Бабушка хоть и выглядела странно, но она скорее казалась торжественной и совсем немного печальной, нежели устрашающей. С такими мыслями, самой странной в их компании была она. – ...Мирабель? – она расслышала свое имя. Девушке не терпелось услышать больше информации, поэтому она решила переместиться поближе. Хрустнула ветка, Мирабель замерла и закусила губу, молясь, чтобы ее никто не заметил. –Кто здесь? – в ту же секунду спросила Альма. Ей никогда не везло. Отряхнувшись от листьев и травы, Мирабель вышла из кустов. Не хотелось признавать, что она следила за собственной семьей. К горлу подступил ком, ладони вспотели, но вместо того, чтобы вытереть их о юбку, Мирабель начала нервно сжимать и разжимать руки. Всем своим видом она источала неловкость. Мирабель подошла к бабушке и попыталась беззаботно улыбнуться. Со стороны же казалось, что она съела гору лимонов и сделала вид, что кисло не было. –Мирабель, родная, что ты здесь делаешь? – спросила бабушка. Она выглядела спокойной и не была похожа на человека, которого застали врасплох. Бруно же улыбался так, словно на пару с Мирабель участвовал в соревновании по поеданию лимонов. Занял бы он кстати первое место. –Ах, Абуэла, я честное слово не хотела подслушивать, но дядя Бруно был таким странным! Я пошла за ним в лес, чтобы удостовериться, что с ним ничего не случится, а потом увидела тебя, и ты… ну знаешь, выглядела не совсем обычно! – страстно проговорила Мирабель, размашисто жестикулируя. – А дальше я осталась потому… потому что… Мирабель не знала что сказать. Я осталась, потому что представила тебя демоном и подумала, что ты планируешь захватить мир? Да уж, Мирабель Мадригаль. –Ничего страшного, родная. Как много ты слышала? –Только обрывки фраз... –Милая Мирабель, я представляю, в каком замешательстве ты сейчас находишься. Это до поры до времени должен было оставаться, но раз уж ты здесь, я расскажу кое-что. Ты знаешь, этот праздник мы отмечаем каждый год, но сегодняшняя ночь – особенная. Впервые за много лет Бруно увидел, что на небе загорится синяя луна, совсем как в тот день, когда свеча впитала в себя магию и стала ее ядром. Такую ночь мы празднуем с особым почтением и считаем, что это знак благосклонности Того, кто послал нашей семье дар. Старшие Мадригаль исполняют особый танец, а я пою песню, слова которой никогда не знала и не буду знать. Это воля не моя, но Всевышнего. Все вместе изопьем мы из чаши вина, чтобы и дальше смогли мы защищать тех, кого любим, – Альма прервалась и посмотрела Мирабель в глаза, во взгляде плескалась горечь, которую Мирабель не могла объяснить. –К сожалению, танцы и песни изматывают. Я имею в виду, по-настоящему на несколько дней вытягивают силы. Дар слабеет, но лишь для того, чтобы окрепнуть. Однажды я упала без сил и не приходила в себя два дня. Бруно же переживает, что из-за возраста я не выдержу и … случится худшее. –Абуэла! –Не переживай, родная, у Бруно не было плохих видений обо мне. Все пройдет так, как и должно. Я люблю тебя, Мирабель, ты это знаешь? – прошептала Альма, обняв внучку. –Бабушка… я тоже тебя люблю? Касита встретила Мирабель и Бруно радостными огнями. Альма не вернулась вместе с ними, сказав, что ей необходимо время для подготовки к празднику. Мирабель все еще не до конца понимала, зачем было скрывать от остальных важность сегодняшней ночи, но, разделив секрет с бабушкой, она впервые почувствовала, что обладает чем-то, чего нет у ее сестер и братьев. Будто ее признали взрослой, достойной доверия, и пусть она не знала всего, но даже эта маленькая тайна, подобно горному воздуху, кружила голову. Больше, чем неожиданное открытие, ее волновала встреча с Оскаром. Он был ее ровесником немного стеснительным, но добрым и милым, с большими карими глазами и длинными ресницами. Она знала, что нравилась ему, а он был симпатичен ей. Поэтому Мирабель надеялась, что сегодняшний вечер станет для них началом чего-то большего. Напевая мелодию глупой детской песенки, она кружилась по комнате, представляя Оскара в прелестном костюме, обязательно белом, с красной бутоньеркой в петлице. Ах, какой чудесный день. Небо уже полностью окрасилось в цвета заката. Мирабель протанцевала в гостиную и неожиданно оказалась в руках Пеппы. Они вместе рассмеялись и принялись в танце кружиться по комнате. Раз-два-три, раз-два-три, беззвучная мелодия задавала им ритм. В одну секунду Пеппа обмякла и с глухим стуком упала на колени. Ее лицо закрывали волосы, и было слышно, что из ее горла вырывались звуки уже мало похожие на смех. Полувздохи-полустоны тараканами заползали в уши к Мирабель, выедая барабанные перепонки. В желудке извивались личинки, слезы страха подступили к горлу. Два горящих глаза уставились на девушку, Пеппа осклабилась, крылья носа задрожали. Она вцепилась ногтями в руку Мирабель. –Ты сегодня такая красивая, знаешь это? Такая чудесная, милая девочка, – задыхаясь в приступе смеха, проговорила Пеппа. В комнату забежал Феликс и рухнул на колени рядом с женой. Он протянул ей бокал, наполненный темной жидкостью. Пеппа не стала сопротивляться и одним глотком осушила содержимое. Ее голова безжизненно повисла. Тряпичная кукла, а не человек, оказалась на руках Феликса. –Мирабель… Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть. Все будет в порядке, на нее много навалилось в последние дни. Мы знаем, как с этим справляться, поэтому не вздумай портить себе веселье и иди на праздник. Я пока отнесу ее в комнату, – выдавил улыбку Феликс и, не дождавшись ответа, вышел. Мирабель словно пригвоздили к полу. Страшно, ей было страшно. Что черт побери происходит? Тетя была похожа на безумную, и хоть она всегда отличалась взрывным характером, такие вспышки ей были несвойственны, но даже не это удивило Мирабель сильнее всего. Над головой Пеппы не было туч. Там не было ничего. Сердце отстукивало бешеный ритм. Мирабель необходимо было успокоиться. С подносом в руках мимо нее прошел Камило. –Камило, стой! Юноша остановился. –Чего тебе, Мира! Не видишь, я помогаю твоей маме. –Мне нужно с тобой поговорить, я … –Пока не забыл, видел твоего, как его, с таким глупым щенячьим взглядом. А, Оскар, да. Маячил перед дверью и не решался постучаться. Мирабель, подумай, нужен ли тебе такой слюнтяй. Я бы на твоем месте поискал кого-нибудь по лучше. В этом момент раздался еле слышный стук в дверь. –Все-таки постучал. Геройский подвиг милого щеночка. Мирабель вскочила и побежала к двери. –Эй, а о чем ты хотела поговорить, – вдогонку ей крикнул Камило. –Уже ни о чем! Мирабель распахнула дверь и кинулась с объятиями на удивленного юношу. Ей хотелось раствориться в тепле его тела. –Мира, все хорошо, я тут, – голос Оскара был создан для утешений. Он не стал спрашивать, что случилось, лишь крепче прижал Мирабель к себе, уткнулся носом в ее пушистые волосы. Оскар согласен был стоять так целую вечность. –Прости, Оскар, сегодня такой странный день. Давай быстрее пойдем на площадь, ты ведь не против потанцевать со мной? Даже если против, тебе от меня так просто не отделаться. –Мирабель, ты же знаешь, я хочу танцевать только с тобой. Они взялись за руки, уши обоих полыхали красным. Плод знаний отравлял ее мысли. Феликс прибежал со стаканом в руке, как будто ждал, что подобное случится. Откуда он мог знать? Мирабель не могла забыть взгляд Пеппы, взгляд безумца, ополоумевшего от горя. Что могло довести ее до такого состояние? Над ее головой не было туч. –Ты здесь? Сначала сначала дядя и бабушка, потом тетя. К слову, не говорила ли бабушка что-то о Пеппе? Неужели она знает, что происходит? Завтра. Она все выяснит завтра. Мирабель прикрыла глаза. –Мирабель, ты со мной? Она услышала взволнованный голос Оскара и поняла, что совершенно забыла о танце, его объятиях и о нем самом. В уши ударила ударил ровный гул барабанов. Вокруг кружили парочки, подружки, перешептываясь и хихикая, танцевали в кругу, стреляли глазками в застывших в нерешительности юношей, казалось, они не знали, куда деть свои длинные, нескладные конечности и могли лишь неловко улыбаться. –Все в порядке, Оскар. Я просто задумалась, – проговорила девушка. Грусть, расползавшаяся по лицу Оскара, заставляло сжиматься сердце от боли. Кончиками пальцев она скользнула по его щеке. Он поймал ее руку и прижался губами к ладони. –Мирабель, сегодня я хочу сказать тебе кое-что важное. Густой россыпью алмазов на небе мерцали звезды. Скоро пробьет полночь, скоро ей нужно уходить. –Я тоже хочу сказать тебе кое-что важное, Оскар. Она представила, какое будущее могло их ждать. Уже знала, мама и папа будут всегда вставать на его сторону, а Камило постоянно ворчать, что Оскар безвольный дурак, и она достойна лучшего. Вдвоем они могли бы отправиться в горы, если она сможет уговорить Оскара вылезти из домашней библиотеки. Оскар обязательно пожалуется, что она шумная и не может усидеть на месте, а сам потом принесет ей лучший маршрут и скажет, что все готово, и они могут выдвигаться в следующие выходные. –Я.. я принесу тебе напиток! – выпалил покрасневший от смущений юноша. Она посмотрела ему в спину и подумала, что черный костюм на нем тоже неплохо смотрится. Мирабель почувствовала, как кто-то схватил ее за руку и потащил за собой. –Тебе надо убираться отсюда, Мира! Долорес остановилась и принялась нервно расхаживать туда-сюда. –Не ходи сегодня в лес, Мирабель. Останься у Оскара. Нет, лучше вообще уйти куда-нибудь далеко. Ох, что же делать! Тебе нельзя туда идти. –Погоди, Долорес, что происходит? Почему я не могу идти со всеми? –Я не могу тебя сказать, даже если захочу, не могу! – в отчаянии выкрикнула Долорес. –Мы что-нибудь придумаем. Это не может оказаться правдой. –Почему все сегодня ведут себя так странно!– закричала Мирабель. Ей хотелось снова оказаться в объятиях милого Оскара. К черту все. –Мирабель, вот ты где. К ним подошла Джульетта. –Долорес, я думаю, всем пора собираться. Не могла бы ты посмотреть, как себя чувствует Пеппа? Я слышала, ей стало плохо. Надеюсь, она сможет прийти во время. А ты, Мирабель, пойдем со мной. –Но мама, я еще не попрощалась с Оскаром. И Долорес говорила что-то странное про то, что мне не стоит никуда идти. Джульетта кинула взгляд на поникшую Долорес. –Я думаю, она пошутила. Все мы должны сегодня быть на празднестве. Пойдем. Когда Оскар вернулся с двумя бокалами в руках, он обнаружил, что семейство Мадригаль покинуло площадь. Он заметил, что луна сегодня была поразительно яркая и … синяя. На опушке леса Мирабель стояла, прислонившись к стволу дерева и смотрела на Долорес, мерившую шагами землю вдали от остальных. Почему она не хотела, чтобы Мирабель приходила? Старшие Мадригаль еще не появились. Антонио бегал вокруг Луизы, пока та устанавливала посередине поляны высокий столб. Зачем он тут понадобился? Из сумрака леса выступили белые фигуры. Красные полосы на их щеках в свете луны напоминали дорожки кровавых слез. Одна фигура отделилась от всех, Альма с магической свечой в руках, почти проплыла к столбу и встала так, чтобы все могли ее видеть. –Сегодня, – начала она, – мы празднуем тот самый день, когда нам была дарована великая сила, не только спасшая нас от погибели, но и подарившая покой, мир и процветание. Вот уже много лет мы не знаем голода, не знаем боли гонений, не знаем ярости озлобленных на мир разбойников. Нам выпала честь защищать всех жителей деревни от любого ненастья, наш долг – крепко стоять на ногах, даже когда все остальные упадут. Наш дар – наша сила, но у любой силы есть своя цена. На небе горит синяя луна, а это значит, что пришло время расплаты. Мирабель, подойди ко мне. Девушка, неуверенно оглядываясь по сторонам, встала рядом с Альмой. –Большую часть времени свеча молчит, но несколько дней назад она вновь обрела голос, и я поняла, время пришло. Только ценой крови можно поддерживать мир! Такова наша сделка. И ты, Мирабель, станешь той ценой, которую мы заплатим. Каждый раз, когда луна на небе загорается синим, наступает время отдавать долги. Сегодня твое тело и душа сольются с огнем. Мирабель в шоке отскочила от Альмы. –Абуэла, что все это значит!? –Это значит ровно то, что я сказала. Сегодня настал день расплаты. Ты была избрана Им. –Это безумие, ты сошла с ума! Кто-нибудь, скажите ей, что все это совсем не смешно. Однако собравшиеся лишь безмолвно смотрели на бабушку и внучку. Два поколения встретились в отчаянной борьбе. По щекам Джульетты текли слезы. –Почему вы молчите? Эй! –Они не могут ничего сделать. Я владею особым даром, который обязывает меня выполнять нашу часть сделки. Сейчас все они подчиняются моей воле. Они не могут ни говорить, ни шевелиться. –Абуэла, одумайся, это не может быть правдой. Я не хочу умирать! –Мой Педро не хотел умирать. Наше первое с ним дитя, милый мальчик, не хотел умирать. Первенец Пеппы и Феликса тоже не хотел умирать! У них не было выбора, но у тебя он будет. Мирабель села на траву, ноги ее не держали. Что это значит? Дедушка? Дядя? Ребенок Пеппы и Феликса? В горле пересохло, ей с трудом удавалось шевелить языком: –У меня будет выбор? Все это происходит не в первый раз? –Мое дитя, синяя луна загорается каждый раз, когда Он требует плату. Последний раз это случилось много лет назад, в тот день Пеппа устроила настоящую бурю, поэтому на этот раз мне пришлось найти способ заглушить ее магические способности. Ты должно быть заметила, что она немного не в себе. Это побочный эффект отвара, созданного для подавления ее силы. –Я сказала, что там тебе выбор. И это правда. Ты можешь выбрать смерть, и тогда наш долг будет выплачен. Ты можешь выбрать жизнь, но вместо твоей жизни Он возьмет жизнь каждого в деревне, а затем превратит существование нашей семьи в ад. Мы никогда не умрем, но никогда и не увидим света. Обречены будем на вечное скитание в Нигде. –Это… это несправедливо! Хочешь сказать, что если я не умру, умрут все остальные? Разве это выбор, Абуэла? –Не в моих силах что-то изменить. –Откуда ты вообще знаешь, что это правда! Неужели за столько лет ты даже не пыталась ничего изменить? –Дорогая, мой Бруно знает будущее, которое наступит, но также он знает будущее, которое могло бы наступить. Он показал его нам всем, и поверь, я никогда не забуду то, что видела, но, если ты захочешь жить, я готова нарушить договор. Я так сильно люблю тебя, Мирабель, и, признать честно, я устала терять тех, кто мне дорог. Если ты выберешь смерть, я не думаю, что моя семья сможет простить меня еще раз. Камило, Антонио, Луиза… Может было бы лучше, если бы они узнали все раньше, как бедная Долорес? Я уже не знаю, что хорошо, а что плохо. Мирабель легла на траву. Какой-то жучок прополз по ее щеке и спустился на землю. Еще недавно она представляла свое будущее с Оскаром. Так глупо, но все, что она сейчас хотела, это признаться ему в чувствах и поцеловать. Он, наверное бы, покраснел. Жаль, что ее будущее закончится здесь и сейчас, в жестоком настоящем. Ей хотелось жить. Ей хотелось любить. Ей хотелось быть любимой. У нее отняли все. Это сделала не бабушка, а никому неизвестный ОН. «Кто ты, жестокий вершитель судеб? Я ненавижу тебя, я проклинаю тебя, никогда не прощу, что ты сделал с нашей семьей. Я найду тебя. Ты не спрячешься ни на небе, ни под землей, и когда мы встретимся, ты пожалеешь, что не сдох раньше меня». Мирабель встала. Решение было принято, отступать было некуда. –Этот столб, он для меня? –Да. –Огонь? –Да. –Могу ли я попрощаться с остальными? –Мирабель… – Я люблю тебя, Абуэла. Я бы соврала, сказав, что мне не страшно. Кажется, я вот-вот задохнусь. Это больно, да? Это абсолютно точно больно. Солнце лениво выкатилось из-за горизонта. Костер догорал. Никто уже не танцевал, только голос Альмы петлял между деревьями. Взяв неловкое ля, голос дрогнул, женщина замолчала. Сначала она не поняла, что это за вода стекает по ее щекам. Соленая, заметила она. Безутешный крик ознаменовал начало нового дня. Семейство Мадригаль больше не было. Прощения не будет, как не будет единства, как не будет покоя. Ничего и никогда не будет. Наступил день. В дверь постучали. Оскар посмотрел на белку с орехом в маленьких лапках, ее пушистый хвост показался ему милым. –Оскар, – сказала появившаяся в проеме Альма. –Здравствуйте, Альма. Я пришел к Мирабель, вчера она так неожиданно исчезла. Я хотел ей сказать… ну, вы сами понимаете. Когда-нибудь я тоже буду называть вас бабушкой, – на его щеках загорелся румянец. – То есть, я хотел сказать, ваша внучка мне очень нравится, и я хотел бы наконец ей это сказать, только волнуюсь очень, вот и говорю всякую чушь. Не могли бы позвать ее? В глазах Альмы блеснули слезы, еще один человек, чью жизнь она загубила. –Прости, Оскар, Мирабель сейчас нездоровится. –Я могу зайти завтра? Обещаю принести бульон, правда я не умею его готовить… –Да, конечно, приходи завтра. Оскар мог не стараться, завтра для Мирабель не настанет.