Превратности судьбы

      Они стояли в большом зале перед голограммой Верховного Лидера — магистр Ордена Рен и генерал Хакс. Сноук в очередной раз выслушав их пререкания, вдруг решительно произнес:       — Всё, мне надоело ваше соперничество. С сегодняшнего дня, точнее ночи, вы станете супругами. И без возражений! — старый ситх повысил голос, видя, как генерал вскинул на него глаза, явно собираясь возражать против такого насилия нам ним.       — Вы, генерал, не можете подчиняться магистру на мостике, значит будете подчиняться в постели! И еще… если откажетесь, то потеряете всё чего достигли. Так что выбирайте… или член Рена окажется в Вашей заднице или там же окажутся все Ваши мечты и надежды!       — Могу я… подумать. — голос Хакса дрожал от негодования, он привычно начал вести переговоры, надеясь выйти из этой нелепой ситуации, если не победителем, то хотя бы с наименьшим уроном, а для этого нужно время.       — Можете…- в глазах Армитажа блеснула надежда!       — Но недолго… минуты две, Вам хватит? — надежда погасла.       Генерал тяжело дышал, в голове пронеслось: «Вот сейчас я потеряю всё… благодаря этому старому ситху меня просто выкинут со службы, с Финализатора, из Первого Ордена! Выкинут как ненужную вещь… или сделают подстилкой магистра. Еще неизвестно, что хуже. И все же… из двух зол выбирают меньшее», он вздохнул:       — Я согласен… на брак… с магистром.       Потерять свой статус, звание, должность, всё к чему он шел так долго и с таким трудом, нет, невозможно. Надо чем-то жертвовать, хотя приносить в жертву собственную задницу не хотелось.       — Вот и хорошо, документы будут оформлены, но сегодня ночью вы консумируете брак, и не забудьте генерал, именно Вы подставляете свою задницу под член Рена. Вечером зайдите в медотсек, потом в душ, а потом ожидайте магистра в кровати с задранной жопой.       Хакса трясло от ярости и негодования, едва сдерживаясь, он кивнул. Голограмма исчезла. Двое непримиримых врагов, как по команде развернулись, и пошли к выходу.       — Стукач! — зло прошипел генерал, намекая, что именно Рен рассказал Сноуку, про их непрекращающиеся ссоры и неповиновение генерала на мостике.       — Я не говорил. — Рен произнес первые слова, после заявления Верховного Лидера о их браке и его… консумации!       — Как же! Не говорил он! — шипел Хакс, — А кто тогда?       Его ярость была всепоглощающей, он совершенно забыл, что они каждый раз ссорились на мостике, совершенно не стесняясь ни офицеров, ни обслуги, ни штурмовиков, так что… чисто теоретически, донести на них мог абсолютно любой! Генерал был так поглощен услышанным, своей злостью и обидой, что не заметил, как магистр стал притихшим и задумчивым, он даже не повелся на обвинение Хакса, не начал орать, швырять его Силой, просто шел рядом и молчал, потом вздохнул и произнес:       — Сегодня, в одиннадцать, после отбоя, в Вашей каюте… и не забудьте о совете Сноука, про медотсек и кровать.       Рен резко развернувшись оставил стоять ошарашенного генерала в коридоре и быстро ушел в сторону своей каюты.       «Что? Про что не забыть?» подумал Армитаж и вдруг вспомнил слова старого ситха — сходить в медотсек и встретить Рена на кровати к поднятой… жопоой! Последнее слово он проскулил про себя. Хакс собрал волю в кулак, ну что ж, либо так, либо… никак. Выбора нет.       До окончания смены оставалось еще 3 часа, а потом еще два до… консумации брака. Генерал честно пытался отдаться работе, хотя мысли были совсем о другой отдаче. Все бы ничего, и Кайло если разглядеть его получше, не такой уж и плохой любовник, высокий, статный, по своему красивый, если бы не одно НО… Армитаж в свои 29 лет не был девственником, но учитывая их не любовь с Кайло, тот не будет особенно церемониться, так что сразу же после первой брачной ночи, все свои остальные несколько ночей, да и дней тоже, генерал проведет в медотсеке, а что будет потом… даже представить страшно!       Оставив мостик на старшего офицера, Хакс сбежал в каюту раньше, чем закончилась смена. Едва переступив порог, он бросился на кровать, свернулся на ней в клубок и заскулил:       — Не хочууу… не хочуууу… боги Космоса, как же я не хочууу… ТАК! За что мне все это?       Он закусил губу стараясь не сорваться в рыдания, тяжело задышал, пытаясь успокоиться, с трудом, но получилось. Не стоит показывать новоявленному супругу свои слабости, хотя чего их показывать то, вот придет и сам все увидит. Пролежав еще минут сорок, Армитаж медленно поднялся и побрел в медотсек… чему быть, того не миновать… так что уж лучше быть готовым.       Кайло метался по каюте как бешеный нексу, он и половины не рассказывал Сноуку о его неладах с генералом, и прочесть его мысли старый ситх не мог, Рен был достаточно силен чтобы скрывать, то, что очень хотел скрыть. Откуда тогда такая осведомленность Верховного Лидера? Судя по брошенному Хаксом обвинению в стукачестве, Армитаж тоже особо, не рассказывал Сноуку о их перепалках на мостике … значит кто-то донес и неизвестно, что еще донесли ситху. Рен сел на кровать и задумался, с доносчиком разберемся позже, надо подумать, что делать с генералом в постели. Он, конечно, не прочь увидеть Хакса, на кровати с поднятой жо… задницей, этого и самому хотелось до боли в яйцах, но не так, совсем не так! Там, в зале, магистр считал страх и, даже, панику Армитажа, он почти слышал, как стучит его сердце, оно просто билось как птица в клетке от ужаса. Если сегодня Рен изнасилует генерала, тот не простит его никогда… а судя по словам Верховного Лидера именно такой консумации он и хочет. Кайло тяжело вздохнул, что же делать? Что? И Сноука ослушаться нельзя и генерала насиловать не хочется! Генерала просто хочется… и давно. Время неумолимо шло, но магистр уже принял решение.       Армитаж сидел на кровати и ждал, он уже был и в медотсеке и в душе, и теперь просто ждал Кайло. Его уже трясло от страха и неизбежности. Хакс надел халат на голое тело, он помнил наказ Сноука как именно надо встретить будущего супруга, но стоять голым выпятив… попку, не хотелось… мало ли когда еще придет этот садист, нечего себя так унижать, даже перед самим собой. Ну вот почему эта старая сволочь все испортила! После сегодняшнего Кайло и не посмотрит на него так как всегда хотелось генералу. Хотя вот теперь его мечта сбылась… он станет супругом магистра или скорее наложником, вряд ли после такого Рен посмотрит на него, хоть как-то по-другому. Старый ситх все же разрушил его мечты, что бы не выбрал… или потерять карьеру или почти любимого магистра.       Ровно в одиннадцать входная дверь каюты генерала, открылась и впустила Кайло Рена, он вошёл и замер на пороге спальни, на кровати сидел Хакс и закрыв лицо руками ждал его. Армитаж убрал ладони от лица и взглянув на магистра, встал, его руки потянулись к поясу халата. С видом приговоренного к казни, генерал начал раздеваться, явно собираясь принять позу, указанную Сноуком.       — Ты очень медленно раздеваешься, Армитаж — голос Рена был громким и недовольным, Хакс поднял на него лицо, обида накрыла с головой, его губы вдруг задрожали, глаза наполнились влагой, он едва сдерживался чтобы не расплакаться. Вдруг в голове зазвучал тот же голос, но говорил он совсем другое: «Тише, Арми, не плач, не надо. Не пугайся! Я буду говорить, не слушай меня, слушай мой голос в своей голове, так надо, я позже объясню. Главное не пугайся! И молчи… только молчи!»       Хакс уже удивленно и вопросительно посмотрел на Рена, тот незаметно кивнул, давая понять, что вербальных галлюцинаций у Хакса нет, а это именно он мысленно говорит с ним. Хакс не был дураком и быстро сообразил, что лучше послушаться и тоже кивнул, показав, что понял.       — Ну и что ты теперь замер… супруг, раздевайся и принимай позу… кверху жопой, как велел Верховный Лидер.       Голос Рена был злой, хотя глаза смотрели совсем по-другому, говоря все это он обходил спальню, как будто что-то искал… и нашел. Он указал Хаксу на маленький «жучок», который записывал только звук, значит можно было не беспокоиться, что их увидят.       «Он передает только звук, значит надо говорить, то, что они хотят услышать. Хотя нам все же придется… консумировать брак! Прости без этого никак, но не бойся меня… независимо от того, что я буду говорить, делать я буду совсем другое! Веришь?» На эти слова Хакс растерянно улыбнулся и пожал плечами.       — Что стоишь, раздевайся!       После этого окрика Хакс машинально скинул халат, а Рен аккуратно провел рукой по его испуганному лицу, поцеловал, мягко и нежно, Армитаж ответил, сначала осторожно, а потом почти с удовольствием. Магистр прижал его голову к своей щеке и зашептал на ухо:       — Давай устроим старому ситху представление — потом взглянул на генерала, в его карих бешеных глазах плясали бесенята, Армитаж кивнул. Что ж если кто-то очень хотел узнать, как будет происходить их первая брачная ночь, пусть наслаждается!       — Ложись на спину и раздвинь ноги.       «Хочу видеть тебя всего, ложись, Арми, не бойся»       Армитаж принимал правила игры, их же не видят… он лег на спину, согнул ноги в коленях и развел их в стороны, открывая вид на свой член и звездочку ануса. Видя это рыжее недоразумение, такое развратное и такое доступное ему сейчас Рен рвано вздохнул, он плотоядно улыбнулся и начал раздеваться, продолжая говорить:       — Вот так и лежи, ты только и годишься, чтобы трахать тебя в жопу… генерал.       Хакс притворно нахмурился и свел ноги вместе, тихо рассмеялся, заметив как отчаянно Рен отрицательно замахал головой, не желая лишаться такого зрелища, Армитаж снова медленно развел колени, наслаждаясь осоловевшими от желания карими глазами супруга. Рен снял тунику, футболку и ботинки, но совершенно запутался в штанах.       — Встань и сними с меня штаны, развалился! — и одними губами добавил — пожалуйста! Хакс сполз на пол, встал на колени перед магистром и начал расстегивать ширинку, потом прикоснулся губами к члену через ткань боксеров, стягивая при этом брюки.       — Да, да… достань член… возьми его в рот! «Арми, не дразни… возьми его в ротик… прошу»       Дважды просить не пришлось, хотя технически Рен и попросил его дважды. Хакс стянул боксеры и освободил стоящий член, Армитаж смотрел снизу вверх на замершего в ожидании Рена и нежно провел языком по вершине головки, Кайло сдержал стон, влажный и нежный язычок скользил по головке, задевая уздечку, чуть толкнулся в щелочку, прошел по всей длине, и наконец генерал начал насаживаться на него, плотно обхватил губами. Кайло полностью отдался ощущениям, напрочь забыв о необходимости что-то говорить. Хакс тоже наслаждался процессом, но все же вспомнил об их представлении, он слегка шлепнул Рена по ягодице, не отрываясь от процесса и тот немного придя в себя, начал говорить:       — Вот так… хорошо, маленькая шлюшка Хакс, работай язычком, возьми его полностью в рот, давай… я буду трахать тебя как хочу… и рот, и в попку… ты мой «Да, да, Арми, ты мой! Только мой! И да, я хочу тебя… в попку! Ты же не против?»       — Нет… нет… — выговорил Хакс, выпустив член изо рта. Он отвечал сразу на два вопроса… на два противоположных вопроса он умудрился дать один ответ, на то он и генерал Хакс. Пусть те кто записывает думают, что он в страхе отказывается принадлежать Рену, хотя на самом деле он только что согласился на все, что предложит ему Кайло.