Превратности судьбы

      Армитаж спал, он уже не всхлипывал, его дыхание стало спокойным и ровным. Рен сидел рядом, теперь уже он выглядел так, будто готов был разреветься вслед за мужем. Лианна чуть улыбнулась — вот же! Кто бы ожидал такой реакции этих двоих: несгибаемый генерал Хакс и могущественный магистр Ордена Рен… она прошла к столу достала оттуда бутылку виски, плеснула немного в стакан и принесла Рену выпить.       — Кайло, выпей. Пей, Рен! Не хватало еще тебе зареветь. Рен поднял на нее глаза, вздохнул и залпом выпил. Алкоголь теплом разлился по телу, успокаивая натянутые как струна нервы.       — Не волнуйся, Кайло, — заговорила доктор, — он успокоиться, все наладится. Уверенность доктора передалась магистру. Он все же спросил:       — Думаешь?       — Конечно, сейчас у него шок, но со временем он примет это. Главное, что Хакс тоже хочет ребенка. Значит смириться… ты еще побегаешь, выполняя его капризы. Это же Хакс.       Армитаж открыл глаза, он лежал не на кушетке, а в кровати, но все еще в медотсеке, рядом, в кресле, спал Рен. Хакс плотнее закутался в одеяло, его немного знобило, он вздохнул вспоминая, что сказала доктор… он беременный… руки неосознанно легли на живот. Паника отступила, но страх остался, почему ему никто и никогда не говорил об этом? Хотя кто должен был сказать? Отец не подпускал к нему мать, не разрешая кухарке портить сына, воспитывал сам, может он тоже не знал? Да, наверное, Брендол Хакс ничего не знал, иначе не преминул бы не раз упрекнуть сына в том, что он неполноценный мужчина. Армитаж опять вздохнул, если бы он сам знал, что может выносить ребенка, то был бы готов, принял бы осознанное решение, а так… жизнь поставила его перед фактом! При воспоминаниях об отце, Хакс передернул плечами, все знали, что старший Хакс не церемонился с наследником, конечно, о том, что Армитажа регулярно пороли, наказывая за любую мало-мальскую провинность, не знал никто, Брендол обязан был «держать лицо», но о его аскетическом воспитании знали все! Хакс крепче обнял себя руками за живот, никто и никогда не ударит его ребенка! Он мой, мой и… Рена. Генерал посмотрел на спящего супруга и опять вздохнул, он хотел этого малыша, но ему так страшно… как никогда! Надо поподробнее узнать у Лианны как проходят роды и вообще… про все!       Неожиданно Армитаж зажмурился, всхлипнул и тихо заплакал: «Боги Космоса, ну почему так страааашнооо…», где-то на краю сознания он понимал, что такая смена настроения обусловлена гормональной перестройкой, но ничего поделать не мог. Ему просто хотелось плакать, и чтобы кто-нибудь большой сильный, обнял и утешил… и на ручки взял… и покачал… и еще мейлурун хочется с мороженным! Вдруг над ухом раздался голос Кайло:       — Мороженное с мейрулуном будет тебе утром, а пока… иди ко мне.       Сильные руки супруга закутали Армитажа в одеяло, подняли и прижали к большой груди, устроив его голову на плече, Рен стал ходить по палате, прижимая к себе любимое тело и немного покачивая его. Все как хотел его любимый!       Рен проснулся от плача, он только-только задремал, и сон был чутким, поверхностным, Кайло сразу же услышал тихий всхлип. Он осторожно считал мысли мужа и, чуть улыбнувшись, тут же кинулся их выполнять, тем более что обнять и прижать к себе Армитажа хотелось еще с вечера.       — Тише, родной мой, тише, не плачь… тебе нельзя сейчас так расстраиваться. Все хорошо будет… правда.       Хакс уткнувшись супругу в плечо, капризно хныкал, иногда всхлипывая, он уже смирился со своим необычным положением. Губы Кайло осторожно целовали его в рыжие волосы, лоб, сцеловывали слезинки со щек, а голос мужа звучал тихо, уверенно и успокоительно:       — Не плач… я люблю тебя, я все для тебя сделаю. Армитаж шмыгнул носом, оторвал свою голову от плеча супруга и спросил, глядя в его карие глаза:       — Всё-всё?       — Да! всё-всё…       Хакс опять устроил голову на плече Рена и тот не мог видеть, как хитро блеснули зеленые глазки супруга. Независимо не от чего, генерал Хакс оставался генералом Хаксом!       Лианна оказалась права, Армитаж принял свое положение и даже извлекал из него пользу, беззастенчиво пользуясь им. Рен выполнял все его капризы. Благо положение Верховного Лидера позволяло делать это быстро и в таких объемах, что и не снились обычному человеку. Кайло выполнял всё, кроме одного — он никак не хотел разрешать своему супругу работать!       Вначале, когда во втором семестре Хакса накрыл токсикоз, Армитажу это даже нравилось. Он мог спокойно лежать на кровати целый день и страдать от дикой тошноты, периодически бегая в освежитель, где его выворачивало наизнанку. Хакс даже ел в спальне, чтобы успеть добежать до унитаза, когда малышу не нравилось то или иное блюдо. Но вот потом, когда токсикоз наконец-то закончился, Хаксу стало скучно. И, несмотря на уже немного округлившийся животик, генерал решил снова вернуться к работе, супруг неожиданно воспротивился этому.       Армитаж использовал все средства, он приводил супругу кучу доводов, потом просил, потом уже умолял, но Рен оставался непробиваем, как скала. Хакс начал злиться, он стал дерганным и нервным, его раздражало всё и все, включая Кайло, но и тогда муж не уступил. Генерал целыми днями думал, как добиться желаемого, и придумал… в очередной раз, сидя рядом с мужем после ужина, когда речь снова зашла о его желании работать и Рен, как всегда, спокойно, но решительно сказал — нет, Армитаж… расплакался! Он сидел и тихо плакал, по щекам текли слезы, губы дрожали, плечи вздрагивали, а когда немного испуганный Кайло, попытался успокоить его, заревел еще громче. Верховный Лидер продержался недолго, минут пять и… разрешил! Ну не мог Рен видеть слез любимого человека, тем более что он видел, как генерал плачет всего один раз в жизни… и очень не хотел повторения.       — Хорошо, Арми, хорошо… если Лианна разрешит, завтра же можешь выйти на свой любимый мостик. Только не плач… пожалуйста.       Рен погладил по плечу, свое рыжее недоразумение, потом прижал его к груди, он снова не увидел, как хитро блеснули зеленые глазки супруга. Лианна уже разрешила… если Рен будет не против! А он… не против… уже!       Финализатор и Флот вновь отошли под командование генерала Хакса. Однако Рен не учел, что они почти никогда не сходятся во мнении по поводу этого самого управления крейсером, да и флотом в целом. Теперь Верховному Лидеру сложно было так просто начать орать на своего непокорного генерала, когда его ярость доходила до точки кипения, Рен просто уходил… или выгонял Хакса. Однако в своих покоях супруги вполне ладили, скинутое за день напряжение, давало им возможность мирно существовать и любить друг друга, хотя иногда Кайло все же намекал мужу, что тому лучше отдохнуть перед родами, а то мало ли, что может случиться… не дай Космос! Но генерал был непреклонен.       Шла 20 неделя беременности, Хакс себя прекрасно чувствовал, хотя животик был небольшим, малыш шевелился вовсю, вызывая улыбку на лице Армитажа и какую -то дикую панику в глазах Кайло. Ну не мог тот понять, как внутри может развиваться маленький человечек, хотя доктор и объяснила им в подробностях, как и где малыш развивается в мужском организме, Кайло все равно не мог понять… да он не мог понять как в женском то теле развивается малыш, а уж в мужском и подавно! Но главное, что Хакс понял. Вначале Армитаж пытался объяснить это супругу, но потом решил, что не стоит, меньше знает, крепче спит!       Они опять ссорились, и опять по поводу работы генерала. Сопротивление, будь оно неладно, снова совершило нападение на крейсер, успешно отбитое, конечно, но это дало новый повод Верховному Лидеру начать говорить о необходимости генерала беречь себя.       — Хватит, Рен, сколько можно! Мы уже обсуждали это и не раз! Хватит! Все в порядке.       — Нет, не в порядке… — Кайло хотел еще что-то сказать, но упрямый Хакс, уже развернулся чтобы уйти, давая понять, что разговор закончен. Он сделал несколько шагов, когда его остановил злой голос мужа.       — Стой! Куда! Я не отпускал тебя! Остановитесь, генерал!       Хакс обернулся к супругу, продолжая, однако идти, он не заметил, как подошел к лестнице и не сразу понял, почему его нога вдруг провалилась в пустоту, не удержав равновесие, Армитаж начал падать! Последнее, что он услышал, истошный крик Рена — ХАААКС! Потом дикая боль и… темнота.       Очнулся генерал в медотсеке, его раздевали, боль резала низ живота, дикая, всепоглощающая боль, вызвавшая слезы и желание кричать, орать, извиваясь на кровати… и Армитаж закричал! Сквозь пелену этой боли и собственные крики, Хакс все же услышал голос Лианны.       — Тише, Арми, тише… потерпи… скоро все пройдет… потерпи.       — Ла-ни… Ла-ни… пожа-луйста… спа-си его… спа-си… — говорить было больно, даже дышать больно, но генерал все же говорил, задыхаясь от душащих его рыданий и резкой боли — ма-лыш… Ла-ни… спа-си его… по-жалуйс-та…ь-ь Армитаж рыдая, провыл: — Он не простиииит!       — Тихо, Арми, тихо… я все сделаю, все… все будет хорошо!       Она гладила Хакса по голове, вытирала слезы, а дроиды готовили операционную и наркоз. Через несколько минут, генерал уже спал на операционном столе, а доктор, надевая перчатки, готовилась к операции.       Кайло сидел в палате медотсека, больше никуда войти не разрешили, Лианна, увозя Армитажа в смотровую, бросила ему — сиди здесь! И он остался сидеть… и ждать.       Рен закрыл лицо ладонями, перед глазами стояла сцена — он окликнул супруга, тот обернулся, Кайло увидел, как не ожидавший, что палубы уже нет, а есть ступенька, Хакс — падает! Все произошло так неожиданно и быстро, что Рен даже не успел применить Силу и поймать мужа, мгновение и тот уже лежит на полу без сознания. Лестница небольшая, всего то ступенек пять, но беременному генералу и этой высоты хватило. Рен осторожно поднял мужа и в панике помчался в медотсек, он отчетливо видел красное пятно, мгновенно расплывшееся на штанах Армитажа.       — Малыш… мой малыш… маленький мой… как же так? — шептал Кайло уткнувшись в ладони, потом убрав руки от лица, произнес: — Он… никогда мне не простит… никогда! — Рен зажал рот, едва сдерживая рыдания.       Прошло почти два часа, Кайло сидел в палате, обняв себя руками и раскачиваясь. Один из врачей принес ему успокоительное и заставил выпить, лекарство подействовало, но не так сильно, как хотелось бы… оно позволило просто сидеть и ждать, а не кричать и не биться головой о стену. Хорошо, что в медотсеке стоят камни, поглощающие и блокирующие его Силу, а то Рен уже давно развалил бы крейсер на части… он и сидел то именно здесь, потому что боялся выйти, не хватало еще сломать медицинское оборудование.       «Почему? Почему так долго? Все плохо? Все плохо! Все плохо… Арми… а вдруг я и его потеряю… нет, нет, нет… пожалуйста… нет! я не хочу! Не надо! Пожалуйста!» Рен и сам не знал кого просит… каких Богов! Может быть Вселенную… высшую Силу… ему все равно, только бы они помогли! Еще через час Рен уже никого не просил, он обреченно сидел на кровати и раскачивался, по щекам текли слезы, глаза смотрели в пустоту, он очнулся только от прикосновений к волосам и тихого голоса Лианны:       — Реен… Рееен… очнись — её пальцы вытирали дорожки слез с его лица, а тихий голос звал, выводя из оцепенения:       — Кайлоо… очнись, хороший мой… все закончилось.       — Закон-чи-лось?       — Да, закончилось.       Кайло уткнулся в ладони и разрыдался… все закончилось! Он потерял и ребенка, и мужа! Он снова один… снова… нет ни любви, ни будущего… ничего нет… пустота… он сполз с кровати на пол и завыл, под удивленным взглядом доктора.       Лианна ничего не понимала, она пришла сказать, что все в порядке, операция прошла успешно, Армитаж и малыш в норме, а Кайло рыдает и воет как по покойнику! Она вызвала меддроидов и те, сделав укол, уложили Верховного Лидера в кровать, большие тяжелые ботинки она сняла сама, укутала вздрагивающего Рена в одеяло и стала ждать, пока он немного успокоиться, чтобы хоть услышал, что она ему скажет. Доктор сидела рядом и гладила Кайло по плечу, волосам, зареванному лицу и шептала:       — Чшшш, все хорошо, Рен, все хорошо! Армитаж спит, с ним все в порядке, и с малышом тоже. Медленно, но до Кайло дошел смысл сказанного доктором, теперь он сам, старался успокоиться, чтобы поговорить, сейчас это было просто невозможно. Он медленно глубоко задышал и произнес:       — Ты… сказала — закончилось… я подумал — он замолчал, ему даже произносить вслух не хотелось, о ЧЕМ он подумал!       — Я так и поняла. Операция закончилась, и ожидание твое тоже закончилось. Теперь можно сказать, что все хорошо. Хаксу нужен покой, неделька в медотсеке и все, ну, по крайней мере до родов.       — Неделя… — Рен быстро приходил в себя, хотя еще шмыгал носом, но решимость в его глазах, напугала даже Лианну. Он еще пару раз шмыгнул носом, вытер его внешней стороной ладони и почти зарычал:       — Неделяяя! Месяц! Месяц в медотсеке, под твоим неусыпным контролем! А потом в наших покоях! Безвылазно! До родов! Лианна рассмеялась, уж больно комично выглядел Рен, сверкая глазами на зареванном лице и вздохнув, произнесла:       — Иди ко мне, Аника воин — она протянула руки и Кайло упал в ее объятия, устроив голову на ее плече, продолжая шмыгать носом. Он рвано дышал, но быстро успокаивался, ощущая как маленькая ручка доктора гладит его по спине, волосам, плечам, и слушая ее голос:       — Конечно, Кайло, все как захочешь. Месяц так месяц, никуда не отпущу твоего генерала, буду усиленно лечить, да и он так перепугался, что вряд ли теперь ослушается тебя.       — Хорошо. — его руки крепче обняли Лианну и он прошептал ей на ухо: — Лани, я так испугался… мне никогда так страшно не было.       Она продолжала гладить его по спине и подумала: «Тебе еще будет страшно, когда наше рыжее недоразумение надумает рожать», но вслух, конечно, не сказала.