Кабинет номер 165

Вот и наступило утро. Сегодня оно было просто ужасным. Кошмаров не было. Ну понятное дело, если Гермиона, за всю ночь не сомкнула глаз. Она думала. Очень много думала. Думатьдуматьдумать Каждое утро у Гермионы проходило просто отвратительно. Вставала она рано из-за ужасных снов, переживаний, депрессии и вдобавок, было холодно. Но сегоднешнее утро побило всё. За ночь она обдумывала всю эту ситуацию раз двести, а то и больше. Грейнджер пришла к выводу что это был больной маньяк. Уж слишком животный восторг был в его глазах. Он смотрел на неё так, буд то она восставший Мерлин. В этих глазах был нездоровый блеск. Ужас. Время было 10:00. Ни разу за эти месяцы она так долго не лежала на кровати. Просто лежала. Не спала. Нет. Такой привилегии она лишилась после шестого курса. Во время войны они почти не спали. Пару часов в неделю. И то, не всегда. Конечно сейчас она спала чуть больше. Кошмары. Очень много кошмаров. Они снились каждый день, всё время сна. Всегда. Она просыпалась из за них, переживала из за них, не спала из за них. Из за этих грёбанных кошмаров. Чаще всего они были про войну. О тех ужасных днях. Иногда она в них переживала то, как стирала родителям память. И так из раза в раз. Изо дня в день. Обычно, Гермиона просыпалась часов в шесть — семь, девушка вставала, шла умываться, завтракать и делать домашние дела. Как, никак, она жила одна и убираться, хоть иногда, было нужно. Домашние дела делались не каждый день. Далеко не каждый. Примерно раз в неделю. И к десяти часам, она уже была на ногах и убиралась. Но сегодня утро у гриффиндорки только началось. Настроение было так же отвратительное. За окном светило солнце, но было не приятно наблюдать его. Так как такая погода была не часто. Даже редко. И именно в этот чёртов день было это солнце. Ненавижу. Через ещё минут двадцать встав с постели и застелив её, Гермиона отправилась в ванну. Всё как обычно. Она взяла щётку, почистила зубы, умылась и решила сходить в душ. Попробовать смыть с себя эти мысли. Но, нет. Ни черта не вышло. Холодные струи, хоть и освежали, но не давали забыться. Грёбанный душ. Сделав всё в ванной, девушка пошла на кухню. Есть немного хотелось. Со вчерашнего дня, она ничего не ела. Ни обедала, ни ужинала. Ну и хорошо. После вчерашнего вечера её скорее всего бы вырвало. Сделав себе кофе и пожарив яичницу, Грейнджер села за стол. Завтрак продлился недолго. Уже через минут десять, тарелка и чашка были пусты. Позавтракав и переодевшись, Гермиона решила прогуляться. Как же долго она это не делала утром. Наверное, ещё до войны с Волдемортом. Девушка решила надеть белую, большую рубашку и чёрные тёплые штаны. Настроение было хреновое, поэтому красоваться ей не хотелось. Платья бы жали, а кастюмы где то далеко в её шкафу. Сегодня на улице было холоднее чем вчера. На ногах были кроссовки на не большой подошве. Сверху тёплое чёрное пальто. *** Новый глоток свежего воздуха. Даже по началу голова закружилась. Немного морозная прохлада ободряюще обдала по коже. Как же плохо — подумала Гермиона. Она чувствовала себя ужасно. Все те кошмары и депрессивное состояние снова появились в её жизни. Вернулись на своё законное место. Не став долго стоять возле подъезда, бывшая гриффиндорка отправилась изучать детально новые места. Грейнджер не сильно хотелось куда то далеко идти, но возможно так поднимется её настроение. Хотя бы немного. Сначала она решила пойти в какое-нибудь кафе. У неё начиналась новая стадия – депрессивная жизнь. А с депрессивной жизнью приходят и новые впечатления. Гермиона шла в направлении домиков, стоявших почти вплотную друг к другу. Там были разные отели, гостиницы, кафе. Дорогие и дешёвые. Несколько мотелей и совсем далеко видневшиеся макушки волшебных аттракционов. Выбрав для себя подходящее кафе, она дошла до него. Открыв дверь, Грейнджер сделала пару шагов и отправилась к одному свободному столику возле окна. Сев за него и решив заказать салат, она смотрела на обычных прохожих и на серые улицы. Всё было скучно и нудно. Пейзажи не манили и были такими серыми и печальными. Но тут… В кафе зашла пара. Рыжий парень с какой-то девушкой. Похоже, это была Лаванда Браун. Они сели за столик напротив неё. Даже не заметив никого и ничего. И не заметив кто находится напротив них. Плохое настроение стало ещё хуже. Как будто оно умножилось в несколько раз. За окном всё осталось серым и унылым. Пара громко смеялась и о чём-то шепталась. Было просто невыносимо. Расплатившись за салат, она стала выходить из кафе. Только при выходе она почувствовала на себе взгляд его. Этого рыжего придурка. Повернув к ним голову, она рассмотрела их. Они были прежними. В них ничего не изменилось. Решив немного подпортить им свидание она сказала: – Какая встреча, любимый – С кривой ухмылкой она ещё раз обвела взглядом их и само кафе. Нет, она не была подлой. Просто в тот момент ей было так больно и обидно. Она сука была на самом дне. А этот подлец бросил её. Да не только бросил, а ещё и успел оскорбить. Гад. Решив долго не задерживаться в дверях и больше не смотреть на его удивлённо-непонимающее лицо, она отправилась на выход. На улице так же было светло. Солнце ярко светило. Только теперь это её ещё больше раздражало. Всё настроение было испорчено. Хотелось опять реветь и истерить, но если это будет продолжаться — она сойдёт с ума. Ей этого не хотелось. Совсем не хотелось. Она и не будет. Тем более, плакать из-за этого идиота и расшатывать психику ещё больше, она точно намерена. Взяв себя в руки и решив не зацикливаться на этом, она пошла подальше от этого места. Взглянув на часы, она увидела, что время было уже 11:30, а значит, через полчаса прием у психолога… Малфоя. С этим она никак не могла свыкнуться, что её психолог Драко Малфой. Школьный враг. Бывший пожиратель. Но если ей не показалось, то он изменился. Причем в лучшую сторону. Стал более сдержаннее. Да и привле..... Нет Нет Нет Она даже думать об этом не будет. Он просто её психотерапевт. Бывший однокурсник. И всё. Всё. Не теряя больше ни минуты на раздумья она заказала себе такси. По понятным причинам. Гермиона заказывала не обычное такси. Оно было, во первых волшебное. Во вторых таксистами были девушки. Никаких мужчин. Если бы таксист был мужчина, она уже вся тряслась от страха и ехала бы напряжённая как струна. Ну и как же без панических атак. Так всё. Хватит об этом думать. Через 10 минут оно уже приехало. Сев в него и пристегнувшись, они тронулись. Приехали они быстро. До приема, так же как в прошлый раз, осталось 15 минут. И вот, она уже у дверей здания. Всё та же девушка, как оказалось её зовут Мария, обслужила Гермиону. На этот раз, все же заказав сок, она отправилась на шестой этаж. Стоя в лифте на третьем этаже, он остановился. Туда зашёл он. Её психолог с кружкой кофе в руках. Господи — Привет, — ей было немного неловко перед ним, — я как раз на приём. — Привет, — с холодом в голосе проговорил он, — я кстати тоже, — его лицо одарила кривая усмешка. Где то она её уже видела. Лёгкая улыбка появилась на её губах. Ей было довольно комфортно общаться с ним в таком непринужденном тоне, и не как враги — вечно прерикаясь и ссорясь. Через минуту, они уже были перед дверью в его кабинет. Он открыл её своим ключом и движением руки пропустил девушку вперёд. Можно признать — её настроение немного улучшелось. Уже второй раз за эту минуту её губы растянулись в улыбке. Искренней. Она зашла в кабинет, осмотрев ещё раз помещение и села в кресло. Позади неё шёл Драко, который уже подходил к своему столу. Гермиона решила начать разговор первая: — Прежде, чем мы начнем наше лечение, я бы хотела те... — она поправилась, — вам рассказать о недавних происшествиях. Они начались, буквально, вчера вечером и сегодня утром, — вспоминать их было и грусно. Слишком много происшествий, за такой короткий срок. — Ну, так вот, вчера был просто ужасный вечер. Я гуляла и всё было просто чудесно. Но потом, ко мне подбежал какой то м-мужчина и стал меня с-снимать на колдоппарат. Я очень испугалась. У меня есть фобия. Она очень сильная. Вобщем, я боюсь мужчин. Боюсь изнас-силования. Боюсь прикоснов-вений. Всё что с ними связанно. Всех незнакомцев я стараюсь обходить стороной. Ну например тебя я не б-боюсь. Мы уже знакомы. А любого прохожего м-маггла или волшебника я очень боюсь. Ну это если он как то захочет со мной контакт-тировать или так же снимать, меня начинает бить дрожж и начинаются панические аттаки. Это ж-животный страх и ужас. Я просто не могу находиться с этим человеком долго в рад-диусе от метра. Меня они очень пугают. И кстати я вчера ещё увидела, когда смотрела на него, в его глазах был нез-здоровый восторг. Это был не просто восторг, он был животным. Он смотрел на меня так будто я восставший М-мерлин. В них была опасная ис-скра. Это было отвратительное чувство. Я очень испугалась и со всех ног п-побежала от него в довольно людное место. Чтобы не дай Мерлин он меня не догнал. По моему телу была очень сильная др-рожж. В руках т-так же был т-тремор, но он в р-рады усилился. П-потом я д-дошла до дома, но не спала. Я п-просто сид-дела на кровати и думала. О-очень много думала. Всю ночь. На утро так же, настроение было отвратительное. Я позавтракала, оделась и пошла на улицу. Решила зайти в кафе, сижу, ем салат и тут заходит он… — она на секунду оборвалась, потому что грусть и обида полностью завладели её телом. Все мышцы сковало. Она не могла пошевелиться. Ну уж нет. Она не будет плакать из-за этого идиота! Пусть подавится уже тем, что было до этого. Новая жизнь начинается с чистого листа! И все проблемы и обиды должны оставаться в прошлом. Да да. — Р-он, — она позволила себе выругаться на этот счёт, — этот придурок, идиот, скотина, бесчуственная тварь, которая испортила мне всю жизнь! — она обзывала его самыми непристойными словами, которые только знала и вдруг почувствовала облегчение. Такое странное, но приятное. Оно было где то в груди. Впервые, она говорит «такое» о нём. Если бы Гермиона из будущего сказала прошлой, что будет так говорить про своего бывшего лучшего друга, то у той случился бы инфаркт. Но обида не позволяла ей, хоть на секунду, простить его и понять эти действия. Всё, что было о нем сказанно — было правдой. Будто он с ней был только по привычке. А если так задуматься… Интересно, что же все-таки он чувствовал к ней? Привязанность или любовь? Это совсем разные чувства. Привязанность — это когда человек просто нужен, с которым приятно находится и общаться. Можно часами разговаривать и скучно тебе точно не будет. Любовь — это то чувство, которое можно испытывать очень много времени. На протяжении многих лет. За человека, которого любишь, можно делать всё мыслимое и немыслимое, очень безбашенное и порой, даже безумное. Проводить с ним много времени и уделять много внимания. В любви, ты нуждаешься в человеке в десять, а то и в двадцать раз больше, чем в обычной привязанности. Это незабываемое чувство. Как будто бабочки в животе. Но судя по поведению Рона, он не чувствовал ни того, ни другого. Она ему была нужна для использования. «Расходный материал» — как думала она. То есть была удобной. Что-то помочь, что-то приготовить, как-то угодить. Вся её гордость, нравственность, и в конце концов, свобода испарились, не оставив ни следа. Она даже в каком-то смысле была благодарна ему за то, что он с ней расстался. Может за такие решения кто то и подумал бы что она мазохистка. Сама бы она этого не сделала. И была бы как служанка, никому не нужная, но по необходимости полезная. Из довольно затянувшихся долгих раздумий, её вывел голос: — Джейн, принеси нам пожалуйста две кружки чая, — послышался голос Малфоя. Он попросил свою помощницу принести им чай, нажав на кнопочку под столом. Через пару секунд в кабинет ворвалась его помощница. Джейн была одета в белую полу - прозрачную блузку и в чёрную юбку-карандаш, выше колена. Если честно сказать, эта помощница была больше похожа не на помощницу, а на проститутку. Гореть в аду ей за такие слова. Она улыбнулась дежурной улыбкой Гермионе, и широченной улыбкой Малфою. После этого она подошла к столу начальника, и уж слишком низко наклонилась для того чтобы просто поставить поднос на стол. Только когда та повернулась Грейнджер увидела, что на блузке растегнуты пару пуговец, так что было видно чёрный лифчик. Ужас. После Джейн отправилась к выходу, виляя бёдрами из стороны в сторону. Дошло всё до того, что она выронила какую то безделушку и наклонилась за ней. И кстати не просто села на колени подняла её, нет. Она свои прелести выпячила вперёд и наклонилась ниже чтобы поднять эту треелятую заколку. Господи. Наконец то она вышла из их кабинета – Малфой, у тебя все помощницы так тебе чай приносят? Чуть ли не раздеваются, прямо перед клиентами. – Грейнджер, не ревнуй, – Драко растянулся в кривой улыбке. – А так да. Они всем чем могут пытаются привлечь внимание и затащить в постель какого нибудь важного начальника. Ну или красивого. – он опять ухмыльнулся. – Господи, Малфой. Не обольщайся. Так хочется врезать тебе, как на третьем курсе, чтобы убрать эту кривую улыбочку с твоего наглого аристократского личика. – Гермиона криво усмехнулась. Точно. Вот откуда у неё эта привычка. Вот откуда эта знакомая для неё ухмылка. Она быстро убрала эту ухмылку с лица. Так, всё, соберись. – Кривую улыбочку значит? – он улыбнулся ещё шире – Похоже тебе она тоже по душе. Понравилась? – Это неважно, давай к делу. – Гермиона быстро сменила тему. Это уже переходит все границы. — Ну а на счёт Уизли... если ты ещё хочешь выговориться, я пожалуй прилягу, посплю часик, пока приём не закончится, — опять с этой долбаной кривой усмешкой на губах процедил слизеринец. — Я и так знаю, что Уизли кретин. Ещё с первого курса, — добавил он, — ведь кто станет обижать такого книжного червя как ты? — без интузиазма сказав, показушно зевнул он. На самом деле он не считал её книжным червём. Она очень даже похорошела со времён Хогвартса и стала довольно привлекательной. Даже в этой гигантской рубашке она выглядила мило. Её округлые бёдра были соблазнительными. И лицо было довольно хорошенькое. — Каким ты подлецом был, таким ты и остался, — со смешком процедила Гермиона, — а за червя — я и так знаю, что я красивая, — захолопав ресничками и пафосно откинув волосы назад, проговорила девушка. Её самооценка значительно повысилась со временем. — Какие мы самоуверенные, — усмехнулся кончиками губ парень, — Где вся вчерашняя депрессия? — Она осталась во вчерашнем дне, — гордо с высоко поднятыми головой, подбородком и носом, ответила гриффиндорка. — Жизнь нужно начинать в чистого листа, — Она сама не верила в правдивость этих слов. Но посмотрев вниз она заметила поднос. На нём стояли две чашки чая и небольшое блюдце с разными вкусностями. Там были и конфеты, и печенья, и вафли и многое другое в большом количестве. Взяв кружку и погрев об неё руки, Гермиона пригубила чай. Ей он очень понравился. Он был с запахом карамели и корицей. Отпив ещё немного и взяв одно печенье, девушка посмотрела на время. Почему так быстро? — пронеслось у неё голове. Время было 12:30 Прием заканчивается в 13:00 Через пол часа заканчивается время приёма, а они даже не говорили на тему лечения. В следующий раз. Ну, а дальше они разговаривали. Просто обговарили все детали на счёт её вчерашнего дня и через двадцать пять минут она остановилась. Ещё раз про себя решив в другой раз обговорить все детали по этому поводу, она допила вкусный чай и сказав, что они завтра начнут обговаривать тему лечения, девушка попрощалась и вышла из кабинета. Идя ко входу, во второй раз Гермиона отблагодарила девушку, которая обслужила её и пошла на выход… В её холодную квартиру. Такую пустую и одинокую. Как же ей всё таки не хватает тепла....