Драгоценность

      Альбедо смотрит на неё восхищенно, взгляда не отрывая, как будто пред ним произведение искусства, не меньше. Она работает сосредоточенно, нижнюю губу закусывает от напряжения переодически, и даже это завораживает алхимика, что себе перерыв сделал.       Волшебная. Невероятная. Такой он её видит.       А леди эта чудесная и внимание не обращает, полностью уходя в сосредоточение — эксперимент, который она проводит, очень важен. Ни в коем случае нельзя допустить ошибок.       Альбедо, на неё смотря, вздыхает лишь да в руки планшет с карандашом берёт. Хочется запечатлеть именно этот момент. Практически сразу её силуэт на бумаге вырисовывается — он слишком часто рисует алхимицу, что рядом с ним всегда работает.       Та этого и не замечает будто, хотя сама же не так давно на свои портреты с любовью нарисованные и бережно спрятанные внимание обратила.       За окном снежинки кружатся, аккуратно на землю ложась. Отсутсвие ветра всю эту красоту лишь подчеркивает, и хочется вечно смотреть на это, в плед небольшой и тёплый укутавшись, а в ладонях кружку с горячим напитком держа и об неё же греясь.       На драконьем хребте, наверное, и вовсе замело. Хотелось бы туда сходить и посмотреть, а заодно документы нужные забрать, только выходить из тёплого помещения совершенно не хочется. Разве что просто по улочкам мондштадта заснеженным прогуляться, вдохновение поискать, и заодно и ассистентку драгоценную вывести на улицу, а то так до утра в лаборатории и останется, потом смущенно себе под ноги смотря. Не может ему соврать ведь, а за правду и поругать могут.       Но дева не обижается на него, ни капли, наоборот себя в своей бессоннице и увлечённости в экспериментах винит, ведь за своим здоровьем следить совсем не получается. По этой причине Альбедо на себя эту ответственность с гордостью берёт, любое время, проведённое бок о бок с его драгоценной, только лишь в радость. — Сахароза? — Альбедо тихонько зовёт её, чтобы не спугнуть. Будучи погружённой в работу, дама сердца его искусственно созданного ничего вокруг себя не замечает. — Долго ещё осталось? — Нет-нет! По моим подсчётам около пятнадцати минут и двадцати трёх секунд. Если всё пойдёт так, как мне надо… я на это надеюсь, — и снова в работу свою погружается, как будто её и не спрашивали ни о чём. Такой сосредоточенности позавидовать можно. — Как только закончишь, дай мне, пожалуйста, знать. У меня будет к тебе просьба личного характера. — и улыбается, договорив, ведь видит же, как ушки у девушки забавно дёрнулись, к себе внимание привлекая. — Конечно! Мне бы очень хотелось показать тебе результат работы, так что я в любом случае бы предупредила, — Сахароза карандаш в зубы берёт, ведь до этого уже раза три точно его на столе между всеми этими материалами, колбочками и бумажками теряла.       Альбедо вздыхает любовно и вновь внимание своё на планшет обращает, карандаш в пальцах чуть сжимая.       И всё вокруг них замирает.