Добрый день, Дозор!

Филипп С утра зашёл Николай. С сообщением, что явилась Полищук. Разговаривать, дескать, будете? - Кто? - спросил Филипп. Изумление начальника было до такой степени красноречиво, что Николай вздохнул тяжко и возвел очи к потолку, будто небо вопрошая в его лице: за что мне это всё? Даже некая национально-богоизбраннная трагичность померещилась во взоре. Филипп зажмурился, потер переносицу, разожмурился и произнес виновато: - Она сегодня должна была прийти? О новой потенциальной сотруднице Николай известил его ещё неделю назад. Пояснил: отделение растёт, Лере становится трудно справляться в одиночку со всем подряд, а у него на примете имеется толковый бухгалтер. Филипп, в последнее время совершенно замотанный и сам с трудом успевающий управляться с собственными обязанностями, тогда лишь кивнул на бегу, бросив нечто вроде: на ваше усмотрение. Сейчас ему тоже было совершенно не до того. Он уже поднимался с кресла, намереваясь одеться и покинуть Дозор. Стельмах, конечно же, догадался об этом и покачал головой. - Николай, вы не могли бы... - начал Филипп. - Могу, конечно, - смирившись, ответил зам. - Почему же не смочь? Филипп почувствовал себя школьником, не приготовившим домашку, которому добрый учитель дозволяет сдать долги завтра, при этом не надеясь на какой-нибудь положительный результат. С Николаем как-то не особенно удавалось ощущать себя начальником. Недовольный дозорный исчез за дверью, а на столе зазвонил городской телефон. Филипп тихонько застонал и опустился в кресло, которое почти покинул. - Здравствуйте. - прошелестело в трубке знакомым голосом. - Добрый день. - ответил он, чувствуя одновременно раздражение и любопытство. - Вы ведь хотели поговорить со мной, - сказал Орлов, - Мне удобно будет сейчас. Филипп хотел... Очень хотел бы сказать вампиру всё, что он думает о его самоуверенности и выпендрежных замашках... Но ведь действительно хотел поговорить. Пусть и не упоминал об этом ни одной живой душе. М-да. Орлов в это число не входил, и догадался сам. Трудно не догадаться. А ещё, Филипп был абсолютно уверен, что его личный номер вампиру известен. Но, вот, позвонил же почему-то на городской? Это чтобы показать, что прекрасно осведомлён, где сейчас находится глава Ночного Дозора города? Ну, так себе версия. Всё что оставалось - сделать вид, что не удивился. - Хорошо, - Филипп мысленно усмехнулся. Почему бы и нет? - Подходите сейчас. У меня есть время. Немного. В трубке хмыкнули, оценив по достоинству проявленную наглость, и Филипп как наяву увидел насмешливый вампирий оскал. - Не думаю, что ваш кабинет будет подходящим местом для разговора. Не особо и надеялся. Подумалось, что общение с Жальцевым плохо сказывается на характере. Вот уже и игры стал затевать. С непонятными самому себе правилами. Только результат налицо - отслеживать реакцию собеседника оказалось ой, как занимательно. - Ммм, - протянул Филипп тоном человека, идущего на уступки, вопреки совершенно невыгодным обстоятельствам, - Ваше предложение? - Я на углу Ломоносова и Приручейной. Вы подъедете, я сяду. Там видно будет. - Хорошо. - не стал спорить Филипп. Едва успел договорить, как собеседник отключился. Так. Одеваясь, Филипп подумал, что это даже хорошо. Перед запланированным разговором с Жальцевым будет дополнительное время. Подготовиться. Обдумать. Настроиться. Замер, разглядывая свой смартфон. Следует позвонить и предупредить, что задержится. То ещё испытание. Гудок, другой, третий... Жальцев не отвечал. Филипп понимал, конечно, что у тёмного зама могут быть какие угодно дела. Но в груди зашевелилось нехорошее чувство. В приёмной, за столом секретарши, рядом с Лерой, сидела незнакомая женщина лет сорока с хвостиком. Строго, коротко стриженная, темноволосая, макияжа минимум, как и украшений. Одежда в серо-чёрных тонах. Рядом с вызывающе-яркой Лерой она совершенно потерялась бы из виду. Но вот выражение лица... Было в ней что-то такое, от чего хотелось сразу извиниться, выйти вон и ждать своей очереди на посещение. Филипп открыл было рот, чтобы уточнить. И понял, что излишне заработался. Это и была та самая Полищук, Вера Сергеевна. Получается, Николай успел отправить её принимать у Леры дела. Он видел её фото в подсунутых на подпись неделю назад документах. Пятый уровень, инициирована три года назад, в Дозорах не работала. Бухгалтер по образованию и, видимо, по жизни - стаж по профессии двадцать пять лет. В разводе, имеется взрослый сын. Лера улыбнулась ему, а Вера Сергеевна посмотрела чуть исподлобья. И надо было что-то сказать, но Филипп почувствовал себя мальчишкой, отрывающим от важных, серьёзных дел. Поэтому, после стандартного "добрый день", он выпалил скороговоркой: - Лера, меня не будет до вечера. Подумалось, что эту вот... даму у него язык не повернётся называть просто по имени. - Хорошо, Филипп, - пискнула девушка в ответ. С тем и вышел. Уже в машине, отъезжая с дозорной автостоянки, он смог идентифицировать чувство, терзавшее его после непринятого Евгешей звонка. Он ведь не привык прятать от себя собственные чувства, отрицать их, отец приучил. Понял и удивился. Филипп беспокоился о тёмном. Ему очень не хотелось, чтобы с ним что-то случилось. И отговорить себя от повторного звонка удалось с большим трудом. Евгеша ведь увидит непринятый вызов и перезвонит сам, так? Но легче на душе так и не стало. Туман Настроение у него было странное. Нервное какое-то. Хотелось куда-то бежать и что-то делать. Ему дали день отсыпного после вчерашнего, но куда там отдыхать! Вчера, по возвращении в Дозор им с Фёдором здорово досталось от начальства. Впрочем, это не удивляло, они ведь были готовы к выволочке. Но всё равно неприятно. Честно говоря, Филипп не очень-то тыкал их носом в проявленное самоуправство. Может быть на него так подействовало, что они после всего пережитого остались всё-таки живы? Да ещё и раздобыли кое-какие сведения? Филипп не говорил напрямую, но дал понять - больше всего его удручало проявленное подчинёнными доверие к тёмному. То, как легко они пошли у него на поводу, повелись на его предложение. Шеф по полочкам разложил и разжевал им, каким образом тёмный маг манипулировал их чувствами, желаниями, мнением. Объяснял, оставляя за кадром невысказанное: так нельзя. Говорил, а Туману казалось, что чаще смотрит на него, чем на Фёдора, к нему обращается, вдалбливая подтекст - речь вовсе не об Олеге, не только о нём. Туману намекали на Орлова. Да вот ещё странное происшествие на кладбище не давало покоя. Сторож этот... Едва выбравшись из кабинета начальника, Туман, по собственной инициативе, сел за комп в комнате отдыха, залез в городскую базу данных и попытался найти об этом человеке хоть что-нибудь. Но такие мелочи как нанятый на кладбище сторожем алкаш там не светились. Немного утешало то, что среди картотечных иных по району его тоже не значилось. А сегодня, проснувшись без десяти семь, Туман не мог найти себе места от ничем не обоснованного предчувствия. Покрутился по квартире, попробовал потерзать свой комп новой игрухой. Дважды покурил на балконе. И когда поймал себя на том, что ставит на плиту не успевший с прошлого раза как следует остыть чайник, понял, что больше не выдержит. Покидать квартиру ему не рекомендовалось, но и не запрещалось. Плевать. Туман подумал, что давно не был у родителей. Они дома, и будут рады. И у мамы наверняка есть что-нибудь вкусненькое на обед. По пути он заскочил в магазин и купил мамины любимые заварнушки со сливочным кремом. Они и правда обрадовались. Мама мгновенно усадила за стол, налив первым делом борща. Обалденный он у неё. А после бутеров и лапши, которыми по большей части по-холостяцки пробавлялся Туман, так и вообще божественный. Отец поздоровался, потрепал за плечо, и исчез в своём кабинете. Он тоже был рад. И разговоры, разговоры... Как Танечка? Или Галочка? Ах, уже Света? Хоть бы познакомил. Почему, не стоит? Ах, уже и Света забыта? И когда же ты женишься? Не дождаться нам с папой внуков. А папе прислали новые документы по раскопкам. Да какая уже Хакасия! Когда это было! Ты совсем к нам заходить перестал. Да, что-то там такое любопытное. И дядя Боря из Италии звонил. Да, звал в гости. Да, наверное, на Новый год. А у Ниночки... Ну, помнишь, вы на выпускном танцевали? У Ниночки девочка... Так это в прошлый раз был мальчик, а теперь у неё уже двое. Здорово, правда? Ты бы с папой поговорил. Нет, я с этими научками его даже в кино вытащить не могу. Кофе захвати. И бутерброды. Может, хоть поест. Отец в своём крошечном кабинетике что-то увлечённо набивал на ноуте, бормотал себе под нос ворошил бумаги, вперемешку с книгами свалкой захватившие не только стол, но и пару кресел. А также тумбу в углу. И подоконник. Туман осторожно подвинул стопку каких-то распечаток и водрузил на стол рядом с ним врученный матерью поднос со снедью. Отец схватил кружку с кофе (какие там "чашечки"! где потом искать эту "чашечку" после трапезы в общем бедламе рабочего процесса?). - Спасибо. - и опять углубился в чтение. - Пап, - позвал Туман, перекладывая с одного из кресел на другое листки с фрагментами каких-то карт, чтобы сесть, - Ты в курсе, что существует интернет, электронные носители? - Мне так удобнее. - возразил отец, наконец отрываясь от занятия. Он только что отправил что-то кому-то по почте, - Я на компьютере плохо воспринимаю. Возраст, сына, возраст. - Угу. - Туман усмехнулся. - В твои девяносто девять академических лет... - Ты будешь очень смеяться и не поверишь, но я ещё застал чёрно-белое телевидение с одним-единственным каналом, - отмахнулся отец, - Если бы мне тогда сказали, что телефон можно будет носить в кармане и общаться запросто с другом, живущим на другом конце света, без телеграфа, междугородного кода и "але, девушка!"... Мы с мамой недавно по телевизору "31 июня" смотрели, ну, помнишь, с Ерёменко? - он улыбнулся с этакой ностальгической печалью, - Раньше казалось - фантастика. А посмотри сейчас - вот оно всё. Разве что, таблетки вместо еды не придумали. Но мы туда движемся, скоро доживём. - Пап, - заинтересовался Туман, - а что там у тебя сейчас? Он покрутил в руках один из листков со стола. Ничего не понял. То ли карта, то ли набросок менгира. - А... - отец поморщился, - Дядю Лёшу Ковалева, помнишь? Ну, из Саянска? Он мне вынес все мозги, как ты выражаешься. - Давно не выражаюсь. - Не важно. Я живу в городе с потрясающей находкой уровня Стоунхенджа и Ньюгренджа! Имею возможность потрогать руками легенду! И до сих пор, лапоть и скупердяй, не разложил ему по полочкам: что, к чему и откуда! - Ну и? Разложил наконец? - полюбопытствовал Туман. Стало действительно интересно. - Ай, глупости, - отец взялся за бутерброд с ветчиной, - И без меня разложат. Странно правда, - он вдруг перестал жевать и всерьёз задумался, - что сюда до сих пор не набежали жаждущие Нобелевок... Туман знал, почему не набежали. Но говорить отцу, что истинное происхождение "Каменного круга Ирландских переселенцев" держится от людей закрытым, не стал. Пусть так и останется. А Инквизиция, которая, по слухам, занимается расшифровкой древних иероглифов, вряд ли охоча до Нобелевки и соответствующих публикаций. - Не, правда, пап, что ты обо всём этом думаешь? Отец пожал плечами, запахнул на груди связанную мамой кофту, старую и растянутую, но по-прежнему любимую. Прожевал неторопясь. - Я не думаю, что это в самом деле какие-то важные записи. Не похоже на письменность. - А что тогда? - удивился Туман. Отец усмехнулся: - Иногда всё гораздо проще, чем кажется. Как северные каменные пирамидки. Учёные по всему миру головы ломают над их мистическим назначением, а это люди попросту складывали кучкой камни, убранные с поля. Или вместо верстовых столбов. Кто во что горазд. - А Круг... - Может, это просто украшательство такое? Или для загадочности? Люди раньше проще были, во всё верили. Вспомни хоть байку о "Белгородском киселе". Ты бы, вот, поверил, что в колодце может быть вместо воды кисель? А печенеги поверили. Когда не умеешь читать, любая закорючка кажется наполненной неизвестным смыслом. Вот, жрец какой-нибудь вообразил себя магом, понарисовал символов "от балды"... - Магом... - повторил Туман. Иногда отец говорил вещи, попадающие прямо в точку. - А загадок-то на свете много. Наворотили люди с воображением. Тем более, вокруг Ирландии. - Никогда не понимал, - сказал Туман, - Почему? Чем она особенная? - Людям охота сказки, сына. Чуда. Вот и ищут во всём. Фении, Нуаду, богиня Дану, Балор, Кухулин... - Балор? - ухватился Туман за знакомое слово. Невеликая пока летопись Заледеевского Ночного Дозора была ему известна. - Существа, вроде эльфов, - отец нехотя покачал головой, - Дескать жили там. Ты почитай, интересно на самом деле. Но ничуть не лучше и не хуже любого другого эпоса. - В Ирландии жили эльфы? - Жили, воевали, устраивали межрасовые союзы, - улыбнулся отец, - Не те эльфы, которые с крылышками. И не как у Толкина. Балор - один из племени фоморов, своим единственным глазом мог прожигать насквозь всё вокруг. Остальные не лучше, попадались одноногие, однорукие, с губами до пупа. Жили в своём мире, но могли выходить и в наш. Любопытно? Тогда вот тебе ещё. - отец поглядел в воображаемую даль, и начал нараспев, вроде бояна, - Некая Эри, из племени богини Дану глядела на море и увидела как из морской глади появляется серебряный корабль, вида которого не могла различить, как ни старалась. Будто дымка над ним клубилась, а сам похож на веретено. На этом корабле приплыл человек: золотые волосы, дорогие одежды, и трам-пам-пам... Что там ещё девам нравится? Ах, да - сияющая пряжка на груди. Ну дальше не очень интересно, "возлегли", "понесла" и тэдэ. А вот описание кораблика занятное. Больше на подводную лодку смахивает. Видишь, тебя уже затягивает, - посмеялся он, - Тогда, вот ещё. Воин Кухулин, наделён был немалой силой, красавец, каких мало, копья пальцами ноги, говорят, метал, и оборачивался в ярости в... нечто невообразимое, вроде того фомора. Так он как-то плавал, по приглашению, на некий волшебный остров, где обитали эльфы. Как и некий Бран, сын Фебала. А провожатый-эльф, не вдаваясь в подробности, пояснял плывущим на корабле к острову, что вода только кажется им, простым людям, водой, а на самом деле здесь поля и леса. Словом, параллельный мир, во всей красе. Говорят, что с утесов западного побережья Ирландии в ясную погоду можно и по сию пору увидеть очертания этого острова. - Ты это всё из-за дяди Лёши перечитал? - с любопытством таращащийся на отца Туман поднял бровь, - Вагон и тележку мифологических задвижек? Уверен, ты ещё неделю назад этими Кухулинами не интересовался совсем. - Ну почему, - отец подмигнул, - Я и раньше знал. Только подзабыл, за ненадобностью. Думаешь, мне диплом о высшем образовании просто так дали? За красивые глазки? Туман не думал. Честно говоря, глаза у отца никогда не были красивыми, банально-серые, совсем невыразительные ещё и из-за светлых ресниц, которые он сам именовал поросячьими. И добавлял, что "Аристаше" повезло пойти внешностью в маму. - Самое фантастическое, знаешь, не это. - отец неловко махнул рукой, чуть не опрокинув свою кружку с остатками кофе, - Это всё сказки. А вот остров неподалёку от берегов Ирландии, похоже, действительно существовал. Назывался Хай-Бразил (к Бразилии отношения не имеет, не путай). И его даже можно увидеть на некоторых картах, вплоть до девятнадцатого века. Случалось, иные мореплаватели там бывали, привозили рассказы. Согласно легендам, он всегда окутан густым туманом. И туман рассеивается лишь на один день каждые семь лет. Последнее свидетельство не такое уж старое, всего-то тыща восемьсот какой-то год. - Но... куда он тогда делся? Если всё так... документально? - совсем растерялся ото всех этих сказок Туман. - Затонул. Ушёл под воду, - отец пожал плечами, - Такое бывает. - Хочешь сказать, что наш, этот, Каменный Круг оттуда? С этого острова? - Не исключаю. С несколько секунд отец смотрел на него так серьёзно, что не мудрено было поверить. И вдруг расхохотался, так, что располневший с годами живот подпрыгивал под кофтой и тряслись плечи. - Иди ты, папа, - тоже похихикал Туман, - На "Рен ТВ". Филипп На углу Ломоносова и Приручейной вампира не было. Но стоило притормозить на светофоре, как он тут же материализовался на соседнем сиденьи. Филипп сдержался от недовольных высказываний и тронулся дальше. - Шифруемся? - спросил он. Замотанная в черное фигура откинулась на спинку сиденья, затылок улегся на подголовник. Показалось, Орлов устал неимоверно. Но вот, может ли вампир уставать? - Слушаю вас, - сказал Филипп, сворачивая на улицу со странным названием Совиная. - А я вас, - скосив темный глаз отозвался Орлов, - Что Аристарх Туманов делал в Твороговке? - Вы хотите мне выговор сделать? - полюбопытствовал Филипп. - У нас с вами был договор... - начал вампир. - Я не могу запереть его в квартире, - не дал договорить Филипп, - Тем более... Что за амулет вы ему дали? - Если бы не этот амулет... Вам так не дороги ваши сотрудники? - У Туманова был приказ держаться рядом со мной. Почему я должен оправдываться? - Потому что он в Дозоре мальчишка. А вы... - Я физически не способен каждую минуту подтирать носы всем своим подчинённым. А вы всё играете в... как это, "казаки-бандиты"? - Разбойники, - поправил Орлов, - Вы же русский. - Вы тоже, - Филиппу очень не понравилось замечание, - Хотите сказать, что понимаете разницу между разбойниками и бандитами? И можете объяснить, почему казаки подались в разбойники? В какую игру вы играете, Артур? Кому стрелочек понарисовали? Нам? А не могли бы рукой показать? - Рукой? - Орлов повернулся с недоумением. - Вы же русский, - передразнил Филипп, - Я думал, вы знаете этот анекдот. Вампир отвернулся и молчал, будто совсем выпав из разговора и из реальности, смотрел в боковое стекло. - Оборотень Маслова общалась с Иваном Агафоновым, - всё-таки первым заговорил Филипп, - Имела с ним какие-то общие дела. Вы были в её доме после побега. Вы видели фотографии, что она бросила в спешке. Могила её мужа на местном кладбище. Что там ещё, на кладбище? Вы там были? - Нет. - Почему? Орлов дёрнул щекой, за шарфом не видно, но показалось, что оскалился одной половиной рта: - Если скажу, что вампиру нет хода на освящённую землю кладбища, вы мне не поверите. - Не поверю, - кивнул Филипп, - Вампир Агафонов бывал там, так ведь? - Не ходите на это кладбище. Даже близко не ходите, - неожиданно попросил Орлов. - Почему? - Вам не до меня сейчас, - вампир взялся за ручку двери, - Остановите вот здесь, у магазина, пожалуйста. - Артур, вы... - кажется, ему всё-таки удалось вывести Филиппа из себя, - Вы хотели разговора, собирались ответить на вопросы, но... Заголосил смартфон в кармане. И было ясно, что это Жальцев. - Позже, - едва дождавшись, когда автомобиль притормозит, Орлов приоткрыл дверцу, - Я не Господь-Бог, и не могу решить всех проблем. А вы можете многое. Хоть попытайтесь, а? Напоследок он посмотрел почти умоляюще. Хлопнула дверца. Вампир растворился в пространстве. Филипп посопел, и ответил на вызов. - Музей, срочно, - сказал Евгений, и тут же отключился. Филипп рванул с места так, что щебёнка, которой тут посыпали улицы от гололёда, брызнула из-под колёс. Ему казалось, что чёртов вампир нарочно отвлёк его внимание глупой встречей и пустой болтовнёй. Но думать об этом сейчас было некогда. В городском музее ждал его непонятный, нахальный, изворотливый и насквозь фальшивый тёмный. И он сейчас был в опасности.