Наруто: Политические альянсы

Темари выглядит на Наруто, пока они шли через лес, в котором они сейчас находятся. Киба чуял и вел команду, пока они старались наверстать упущенное. Наруто был очень молчалив, и она знала почему. Он был в смятении из-за всего этого, Наруто был преданным человеком и всегда надеялся на лучшее. Это была черта, которой можно было удивиться, но временами она была и серьезной слабостью. Она волновалась, что он не был избран на полную катушку, если им можно было Драться с Саске. Она волновалась, что Саске не сдержится, на самом деле у него было ощущение, что мальчик не сможет. Ей нужна была его жажда, но она ничего не могла сказать. Единственное, что она уже сказала ему. Она точно знала, через что он проходит, и не хотела, чтобы Наруто прошла через то, через что прошла она с Кими. Ей все еще было больно думать о обнаружении, она все еще могла видеть и ее появляющееся лицо, такое полное жизни, и глава обезглавленного трупа, в конце концов стала девушкой. Были ночи, когда она все еще просыпалась в холодном поту от этого, единственное утешение, которое она ходила, это свертывалось калачиком к теплому телу Она не хотела видеть его боль, она знала, какую жизнь он прожил через жизнь ее брата Гаары, она знала, какую боль он держал взаперти, чтобы другие не видели ее. Если Саске обнаружил мертвым, она знала, что он будет винить во всем этом себя, даже если это не его вина, он взял на себя бремя мира на своих плечах по какой-то странной случайности. Это была одна из вещей, которые ей в нем нравились. Но в глубине души у него было ощущение, что добром это не кончится, что бы ни случилось, она знает, что этот день многое изменит. Она не была уверена, почему она цветет или что растет, но в глубине души она живет, что этот день особенно грядущее. Она оказалась на своей жене и рознице, что этот день он тоже запомнит на всю оставшуюся жизнь. Что бы ни случилось, она будет рядом с ним. Наруто едва мог сосредоточиться на том, куда он шел, его тело двигалось само по себе, как будто он точно знал, что делать, пока его разум был занят. Он может разобраться во всем этом, он не мог понять Саске. Он предполагает понять в течение многих лет, но, видимо, так ничего и не добился. Саске был первым, кто смотрел на него, а не видел его. Конечно, этот взгляд говорил: «Я лучше тебя», но Наруто воспринял это как вызов. Он никогда никому об этом не говорил, но именно попытка обнаружила его перед Саске, так усердно тренироваться. Когда рядом с ним никого не было, он подталкивал себя, потому что у него была цель, которую нужно было достичь. На это ушли годы, но он жених, что наконец-то достиг этого, и Саске увидел в нем человека, равного себе. К тому же с командой были веселые времена, когда он действительно улыбался или, видимо, хорошо провел время, хотя и не признал это. Куда делся этот Саске? Он не знал, но что бы ни разу не лечил, он собирался поговорить с Саске. Они продолжали путь, пока Какаши не приказал остановиться. Все они внезапно оказались на ветвях деревьев, когда Наруто увидели окружение. Там было четверо, одна из них Они сидели вокруг больших деревянных бочек и что-то с ней делали. Наруто выглядит на Какаши, который, естественно, спокойно смотрел на это место, почему он не приказал им атаковать, они были прямо там, на месте действия, они должны удивить их, пока могут. Какаши, с другой стороны, оказался, что все это было неправильно. Многолетний опыт подсказал ему не просто прыгать. Он огляделся, он не мог разглядеть ловушек, но то, что они сидели полностью, был ошибкой новичка. Он очень сомневался, что эта группа допустит такую ​​ошибку. Очевидно, это была какая-то ловушка, но, ну, у него было несколько догадок, но ничего точно он не знал. Он бросил взгляд на Анко, и когда они обменялись взглядами, он понял, что она думает об одном и том же. Может быть, он мог бы заставить Анко возглавить группу сзади. Остальные подождут здесь, пока он спустится, чтобы захлопнуть ловушку. Если кто-то и выберется из этого, то это будет он, и это будет не в первый раз. Те два ниндзя, с которыми они столкнулись на пути к Волне, были тому примером. Однако он не мог вспомнить их имена, что-то слишком грандиозное и что-то, чего они не заслуживали, чтобы его называли. Он уже собирался передать Анко план, когда на поляну выпрыгнуло оранжевое пятно. "Верните Саске, ублюдки!" — выкрикнул Наруто. Какаши на секунду моргнул, прежде чем вздохнуть. — Я действительно должен был это предвидеть, — сказал он себе. — Ладно, иди за ним, пока что-нибудь не случилось. Наруто приземлился в центре группы, полностью намереваясь заставить их подчиниться для некоторых ответов. «Ладно, придурки, где, черт возьми, Саске? Лучше скажи мне, где он и что ты сделал, а то!» Он смотрел на них, но они почти ничего не делали с его внешностью. Если и было что-то, что он ненавидел, так это то, что его игнорировали. Другой приземлился вокруг него, тоже готовый к бою. — Наруто, — вздохнул Какаши своему ученику, не сводя глаз с вещей. «Тебе действительно нужно научиться терпению». — Я обязательно напомню ему об этом позже, — недовольно сказала Темари. Это была одна из самых трудных вещей, которым она пыталась научить Наруто, просто казалось, что в такие моменты он забывал свои инстинкты самосохранения. Честно говоря, если бы он продолжал в том же духе, к тридцати годам у нее были бы седые волосы. Они собирались двинуться, когда Звуковая Четверка внезапно превратилась в дым, и остались взрывные метки. Какаши выкрикнул предупреждение, когда все пытались увернуться от взрывов. Это были не единственные, так как взрывные метки были размещены в стратегических местах. Взрывы были почти оглушительными, ударные волны от взрывов ощущались до костей, но они не падали. Когда произошел перерыв, Какаши заметил, что никто не пострадал, но они также были в одном месте. Он знал, что ими только что манипулировали, чтобы они оказались в этой области, и уже собирался крикнуть, чтобы они разбежались, когда раздался другой голос. «Земной барьер; тюрьма под земным куполом», — сказал настоящий член Четверки Звука, когда большой каменный купол внезапно поглотил их всех. В каменном куполе было довольно темно, что, конечно, имело смысл, но он был не очень большим, и со всеми внутри было не так много места. Они могли ходить и все такое, но место было полностью огорожено. "Что за чертовщина?" — спросил Наруто, оглядываясь по сторонам. — Это называется ловушка, — сказал ему Киба. Наруто уставился на него: «Я так много знаю, я имел в виду, что это за дзюцу?» «Этого я не узнаю», — заявила Анко, глядя на Какаши. Для человека, который должен был освоить тысячу различных дзюцу, у него было бы лучшее представление о том, что это может быть. Когда он просто пожал плечами, она немного поникла, говоря о легком разочаровании. — Что ж, тогда давайте хотя бы попробуем посмотреть, что это за дзюцу, — сказал Какаши, начиная свои ручные печати. Внезапно появился яркий свет, когда было слышно щебетание многих птиц, когда он создавал свое чидори. Какаши врезал его в каменную стену, пока все смотрели, как образовалась большая борозда. Все также наблюдали, как повреждение медленно начало заживать. "Ну, это новое для меня", Какаши никогда раньше не видел такого дзюцу. Он как бы хотел, чтобы его шаринган был раскрыт, возможно, это было бы неплохо, чтобы добавить его в свой арсенал на будущее. Анко внимательно посмотрела на него, проведя рукой по тому месту, где было повреждение: «Хм, даже царапины не осталось. Как насчет того, чтобы попробовать разные области?» Какаши пожал плечами: «Не помешает увидеть, есть ли всему этому предел». «Я не могу использовать ни одну из своих техник в этом месте, это может иметь неприятные последствия для всех нас», — сказала Темари, явно недовольная этим. Все ее дзюцу ветра были на средней и дальней дистанции, у нее не было ничего, что можно было бы использовать здесь. Ее новые личные поклонники могли бы, но все еще оставался риск использования ветра в этом замкнутом пространстве. Ей нужно было формировать воздух, и если место было герметичным, что ж, это было сопряжено с некоторыми рисками. «Я думаю, что я такой же», — была так же недовольна этим Тентен. Она была взволнована, чтобы быть на такой миссии, но она была типом диапазона. К тому же всему ее действительно очень мощному оружию требовалось место для размаха, а у нее его не было, когда сюда набилось столько людей. «Я думаю, что у нас с Акамару есть что-то, что может сработать, все отойдите в сторону». — спросил Киба, как и все остальные. Киба и Акамару влетели в закрытую зону, разбивая стены повсюду. Они оставили на нем повреждения, но он снова медленно зажил. Какаши попросил двух Хьюг посмотреть, что происходит, надеясь, что Бьякуган, о котором они сообщили, не нравится Какаши. Очевидно, каменный купол был покрыт чакрой, и он не только направлялся, но и атаковал их. Какаши подумал, что чувствует истощение, он заметил это так же, как когда использовал свой Шаринган, но немного по-другому. Это было более тонкое истощение, очевидно, что это дзюцу было разработано не только для захвата, но и для того, чтобы позволить своей жертве проявлять себя, используя больше чакры по мере истощения. Он должен был признать, что это был хороший ход, но он также знал, что в каждой технике есть недостатки. Наруто оглядывался по сторонам, когда ему что-то пришло в голову, его учили резать качалку своей чакрой, хорошо ли это сработает? Конечно, он был намного больше, но Темари была хороша в этом, возможно, она могла бы попробовать что-нибудь. — Привет, Темари-чан? "Да?" «Как насчет тренировки с ветром, разве ты не можешь сделать это здесь?» Темари подумала об этом и покачала головой: «Я хороша в этом Наруто, но у меня нет чакры, чтобы получить все это, тебе понадобится огромное количество». — Ну почему я не могу тебе помочь? — спросил ее Наруто, когда все посмотрели на него. — Помнишь, в лесу я помогал тебе с твоим веером? Глаза Темари расширились, когда она вспомнила об этом, как она могла забыть об этом. С ее контролем и его чакрой они могли это сделать. Вся эта ветровая чакра разорвет это место в клочья, этот парень никак не сможет вовремя исцелиться от всех этих обширных повреждений. «Это может сработать». Темари объяснила, что случилось с Наруто в их последней миссии тем, кто там не был. «Даже если вы не сможете сломать все это, это ослабит его достаточно, чтобы мы могли прорваться», — сказал Анко, впечатленный этой идеей. Она могла понять, почему Какаши часто говорил, что Наруто придумывал неожиданные идеи. «В любом случае, этот парень задерживает нас, и вы можете поспорить, что чем больше времени мы тратим здесь впустую, тем дальше остальные уходят, я уверен». «Поэтому кому-то придется остаться и сражаться, пока другие идут дальше». Какаши догадался, к чему она клонит. «Ага, — усмехнулся Анко, — ну, я мог бы это сделать. Я могу убить его и догнать всех здесь, так как Какаши должен возглавить команду». Какаши хотел спросить, уверена ли она, но знал, что она может отрубить ему голову даже за намеки, что она не сможет этого сделать. К тому же она была права, кроме него самого, она была здесь самой опытной, и ее тренировал Орочимару, как и других. Он посмотрел на Наруто и Темари и сказал им попробовать. Наруто, учитывая, что он вложил в это всю свою чакру, положил руки на холодные камни. Темари подошла к нему сзади и положила свои руки на его. Оба закрыли глаза и начали выполнять дыхательное упражнение, чтобы синхронизироваться друг с другом. Они не тренировались для чего-то подобного, но если это сработает раньше, это может сработать снова. Наруто попытался медленно выпустить свою чакру, ему было трудно сказать, так как у него было так много. У него никогда не было точного подсчета того, сколько чакры он вкладывал в техники поначалу. Он сделал все возможное, зная, что чем больше он выложит, тем тяжелее будет для Темари, поэтому он просто сосредоточился на медленной утечке информации. Он чувствовал тепло ее рук, когда она пыталась лепить его прямо вместе с ним. Темари могла начать чувствовать чакру Наруто, и снова это было шокирующе чувствовать, что от кого-то исходит столько всего. Как будто за спиной Наруто было целое озеро чакры. Она попыталась сосредоточиться на чакре, это было похоже на попытку управлять потоком быстро движущейся воды. Она вздохнула, чтобы успокоиться, когда почувствовала свои руки на его. Она отпустила все остальное, где они были, проблемы, в которых они были, все, кроме этого момента. Этот момент был единственным, что существовало, пока она концентрировалась и медленно чувствовала изменение чакры. Дзиробо прижимался к каменной стене с тех пор, как началась техника, он должен был сделать это, иначе все рухнуло бы. Он чувствовал, как чакра вытекает из команды, это займет какое-то время с ними, но время было на его стороне, и чем дольше это будет длиться, тем дальше смогут уйти остальные. Он все еще был удивлен, что крикливая блондинка только что прыгнула прямо в засаду. Он придумал несколько других уловок, чтобы вовлечь их в это, но оказалось, что он перестарался. Ну, по крайней мере, хорошо для него. Он чувствовал, как они пытаются выбраться, но только усмехнулся, что у них нет шансов против этой его техники. Единственной слабостью было то, что он был беззащитен в этом положении, но не то чтобы больше не о ком было беспокоиться, так что он был в полной безопасности. Потом он почувствовал что-то еще, почему-то в камни вложили чакру. Ну, что бы он ни взял, это тоже, и он действительно начал. Но сила, казалось, просто медленно увеличивалась и пыталась охватить весь купол, он не позволил этого и попытался истощить больше. Но чем больше он истощал, тем больше, казалось, проявлялось. Он мог поглощать только ограниченное количество за один раз, и купол еще не был поврежден, так что он не мог стравить его, чтобы что-то исправить. Он чувствовал себя так, словно участвовал в перетягивании каната и медленно проигрывал. Затем внезапно чакра изменилась, это была эта необработанная электростанция, которая внезапно превратилась в это острое ощущение, будто крошечные лезвия бритвы прижались к его ладоням. И это случилось, как внезапный ураганный ветер, чакра внезапно, казалось, атаковала весь купол, он отдернул руки в неожиданном крике боли и гнева. Он посмотрел на свои ладони и увидел на них множество мелких порезов. "Что это было!" — спросил себя Дзиробо и понял, что ему нужно снова добраться до каменной стены, прежде чем они попытаются вырваться. Но для этого было слишком поздно, так как каменный купол внезапно разлетелся наружу, когда все выпрыгнули из него. Дзиробо не мог поверить, что они нашли способ избавиться от его дзюцу, как они это сделали? Что это была за чакра, которую он чувствовал, когда его руки были вот так порезаны? «Хорошо, все идите», — сказала Анко всем, кто смотрел на большого мальчика перед ней. Она улыбнулась ему, доставая кунай. — Я разберусь с толстяком, а ты иди и догони. — Не пытайся затягивать, — сказал Какаши, но улыбнулся ей. «Я знаю, что ты любишь играть со своей добычей, но мы на часах». Анко раздраженно вздохнул. «Да, да, просто иди, и я догоню, как только смогу». Она отмахнулась от них свободной рукой, не сводя глаз с врага перед собой. Даже если бы мальчик был молод, она не отнеслась бы к нему легкомысленно. Остальные ушли, оставив особого Джонина наедине с другим мальчиком. Джиробо подумывал сделать что-нибудь, чтобы замедлить их, но женщина перед ней, казалось, думала, что сможет взять его. Он не знал, кто она такая, но она держала себя с кем-то, у кого был хоть какой-то опыт. Кроме того, он не мог долго отбиваться от всей группы, по крайней мере, он мог позаботиться о ней, а затем атаковать остальных сзади. К тому же его команда, скорее всего, отправит кого-нибудь, чтобы замедлить ниндзя Конохи. «У тебя есть смелость бросить меня в одиночку», — сказал ей Дзиробо. Анко только пожала плечами: «Мне стало скучно, и мне не составит труда иметь дело с таким ребенком, как ты». Джиробо сузил глаза: «Может, я и моложе тебя, бабушка, но это не значит, что я мягкий». Вена пульсировала в голове Анко от того, как он ее назвал. Бабушка? Ей еще не было и двадцати пяти, а этот маленький толстый ниндзя осмелился назвать ее «бабушкой»? О, она так собиралась заставить этого мальчика заплатить кровью за это. Она бросила ему свой кунай и побежала вперед, роясь в карманах. Одна из причин, по которой она любила свое пальто, заключалась в том, что она могла положить в него всевозможные забавные вещи. Повсюду были потайные карманы, некоторые даже были запечатаны изнутри, что позволяло ей нести гораздо больше вещей, чем обычно. Она знала, что он увернется, но бросала в него маленькие шары. Он не успел увернуться, как взорвались дымовые шашки, образовав большие клубы темного дыма. Она высоко подпрыгнула и по дуге выбросила над ним большое количество сюрикэнов. На самом деле она целилась не в него, а в общую область, так как на них были металлические провода. Держа провода в руке, она быстро сунула концы в рот и быстро прошла через ручные пломбы. Она использовала технику огненного дракона, прием, похожий на обычный огненный шар, только он двигался по проводам, делая его похожим на дракона. Когда она закончила, она сделала вдох, формируя чакру в своих легких, чувствуя, как нарастает жар, когда она выплевывает огонь. Ревущее пламя вырвалось быстро, растворившись в дыму. Она бросила провода, как только дзюцу было закончено, не было смысла обжигать губы горячими проводами, так как ее рот не будет защищен чакрой после того, как техника будет завершена. Когда дым рассеялся, она была немного удивлена, увидев большую каменную коробку. «Ха, хороший блок, но не совсем подходящий для передвижения», — сказал Анко, не уверенный, слышит ли он там, и ему было все равно. Одной рукой она вытащила еще один кунай, а другой — взрывной жетон. Она намотала язычок на ручку и бросила его в сторону скалы. Она подняла рукав своего пальто, чтобы защитить глаза, когда оружие взорвалось. Если бы он был там, он бы не был счастлив, он мог бы пережить взрыв, но ударная сила сыграла бы с телом адскую роль. Она осмотрела большую дыру, но внутри ничего не было. Он никак не мог произвести замену в таком состоянии, в основном для этого нужна была прямая видимость, плюс внутри не было бревна или чего-то еще. Подождите, внизу что-то было спрятано. Он был слегка прикрыт разрушенными камнями, но, подойдя ближе, она увидела большую дыру в земле, которую не делала. Ее глаза расширились, когда она попыталась быстро уйти, зная, что он сделал, но было слишком поздно. Дзиробо вырвался из-под земли позади нее, когда его большие руки обвились вокруг ее груди. Ее руки были прижаты к бокам, когда мальчик начал пытаться раздавить ее своими массивными руками. Она должна была признать, что он был силен для своего возраста. «Для такой старой ведьмы, как ты, это было неплохое сочетание», — сказал ей Джиробо, пытаясь раздавить ее тело. «Жаль, что я умнее тебя». «Тц, ты думаешь, что выиграл только из-за этого? Не смеши меня, толстяк», — сказала ему Анко, пытаясь понять, что она может сделать. «Ну, тогда позвольте мне показать вам кое-что еще», — хотел Джиробо наказать эту женщину, и он собирался сломать ее пополам, чтобы сделать это. Он призвал силу проклятой печати, когда сила начала течь через него, когда на его теле начали появляться черные отметины. Анко посмотрела на руки, когда увидела отметины, она немного вздрогнула, когда боль пронзила ее шею. Ее собственная печать действовала в ответ на это, но, к счастью, новая печать Какаши работала. Когда она боролась со своим старым учителем, она не могла двигаться, теперь это было больше похоже на булавку в ее шее. Она могла с этим справиться. "Это сила Орочимару и Звука!" Дзиробо заявил, что с новой силой он начал давить женщину. Анко стиснула зубы, пытаясь сдержать дыхание, она не могла закричать, потому что мальчик теперь сжимал ее, как анаконда. Если бы она закричала, у нее не было бы возможности вернуть этот воздух. Она почувствовала увеличение давления, когда боль начала усиливаться. Она почувствовала, как он сильно сжал руки, и не могла не застонать от боли. Теперь ее руки впивались в ее бока, и в этот момент она чувствовала себя тюбиком зубной пасты. Внезапно одно из ее ребер издало треск, когда она закусила губу от крика от боли. Она была уверена, что одно было сломано, еще один неприятный звук, когда еще одно ребро было сломано или сломано. Она должна была что-то сделать быстро. Она умрет от удушья, или он сломает ей грудную клетку, оставив ее на медленную смерть от внутренних повреждений или выведя из строя, чтобы прикончить ее. Она посмотрела на свое правое запястье и сосредоточилась на печати под ним. Это была не печать оружия, а печать призыва. Эта печать позволила бы ей вызвать змею определенного типа без крови, но это не была одна из ее смертоносных змей, но он должен быть достаточно хорош. Она сосредоточилась, вливая в него свою чакру, и почувствовала, как прибыло призванное животное. Джиробо не знал, что произошло, пока не почувствовал, как острые укусы коснулись его руки. Он застонал, почувствовав, как что-то коснулось его руки. Он немного сдвинул ее, чтобы взглянуть и представить свое удивление, когда увидел, как змея кусает его за руку. Он сразу же отпустил женщину, отпрянул и попытался схватить змею. Оно отпустило себя, когда упало на землю, он начал смотреть на животное, которое смотрело на него. Змея щелкнула языком, прежде чем исчезнуть в клубе дыма. Сначала он подумал, что это была какая-то прирученная змея, но это была призванная змея, это не имело для него никакого смысла, единственный, у кого был контракт со змеями, должен был быть его хозяином. Это не могло быть частью того же призыва животного, не так ли? Он посмотрел на женщину, которая сейчас вставала, хотя и держала руку за поврежденное ребро. «Кто ты, черт возьми, такой? Как ты вызвал одну из змей?» — спросил он. Анко ухмыльнулась ему: «Ты действительно не знаешь? Хорошо, тогда позвольте мне обучить вас, я Анко Митараши, особый Джонин Скрытого Листа и первый ученик Орочимару». Она опустила воротник, чтобы показать ему знак проклятия с печатью Какаши вокруг него. — Внимательно присмотрись, не увидишь ничего знакомого? Дзиробо не мог в это поверить, ведь он не знал, что у их учителя на каком-то этапе был ученик. Конечно, он и другие знали, что изначально он был в деревне Листа, но они никогда не осмеливались спрашивать о его прошлом там. Так как же они могли знать, что у него был ученик, не говоря уже об ученике с проклятой печатью. Но было в этом что-то странное, у женщин что-то было вокруг печати, какая-то встречная печать? Если так, то теперь ему не о чем беспокоиться, он немного расслабился. Если бы у нее была полная печать, она, возможно, смогла бы ее использовать, если бы она смогла перейти ко второму этапу, тогда он действительно забеспокоился бы, но эта женщина, похоже, пыталась избавиться от силы. Глупо с ее стороны, подумал он, и это будет стоить ей. «Если бы вы могли использовать эту печать, у меня были бы проблемы, но, видимо, вы на самом деле не хотите ее использовать». Джиробо усмехнулся ей. «У меня есть свои причины», — заявила Анко, поскольку не хотела вдаваться в это. Она не использовала печать, потому что не хотела использовать ее, потому что Орочимару сделал это с ней. Она не знала, для чего это было, но, глядя на ниндзя Звука перед ней, у нее появилась хорошая идея. Она никогда не пыталась исследовать его способности, в основном из-за причиняемой им боли, но она просто не могла заставить себя сделать это. Она чувствовала себя испорченной меткой на себе, и взгляд на ниндзя перед ней только подтверждал ее причины никогда не использовать ее. Это было что-то, что выглядело и ощущалось совершенно неестественно. «В любом случае, я не из тех, кто ведет долгие разговоры с моими врагами, поскольку эта битва все равно почти окончена, ты должен это почувствовать довольно скоро». «Чувствуя это? Чувствуя что именно…» Джиробо немного покачнулся, почувствовав, как его зрение слегка поплыло. Он посмотрел на рану на руке и понял. — Заметьте, этот маленький парень не был смертельной змеей, — сказал ему Анко. «Этого маленького я вызываю на случай, если мне понадобится живой человек. Его токсин особенный, он поражает нервы и двигательные функции. Скоро ты вообще не сможешь двигаться». Дзиробо выругался себе под нос, эта женщина была больше, чем казалась, и он позволил себе стать слишком самоуверенным. Он должен был покончить с этим как можно быстрее, а это означало использование всей его силы. С этим решением он призвал свою печать, чтобы высвободить всю свою силу. Он чувствовал, как сила вливается в его тело, как будто его кровь загорелась, когда он использовал эту силу. Но это было так же прекрасно, опьяняюще, в то время как его тело претерпевало изменения. Вскоре его тело претерпело еще одно изменение, его кожа начала медленно темнеть с несколькими большими бородавками на лбу и плечах, его волосы превратились в длинную гриву, а глаза приобрели черно-золотой вид. Анко стояла в шоке от этого, она никогда не знала, что печать способна делать что-то подобное. «Черт возьми, теперь он, скорее всего, даже опаснее, просто отлично. Что, черт возьми, этот змеиный ублюдок делает в эти дни, я очень надеюсь, что мой никогда этого не сделает. Это как раз то, что мне нужно, чтобы превратиться в какого-нибудь причудливого монстра». Черт , мои ребра тоже чертовски болят, похоже, я пока не смогу догнать Какаши. Я просто знаю, что позже услышу от него, что меня ранил какой-то толстяк. Она мысленно нахмурилась. Джиробо бросился на нее со скоростью, превосходившей ту, что была у него раньше, она бросилась в сторону, надеясь увернуться. Его кулак ударил ее по плечу и отправил в полет. Она ударилась о землю, и ее тело несколько раз подпрыгнуло, прежде чем дерево остановило ее. Она закричала от боли, когда почувствовала, что ее рука была вывихнута из-за этого выстрела. Его сила была чем-то, с чем она никогда раньше не сталкивалась, возможно, он не был на уровне Цунаде, но он был чертовски близок. Она заставила себя встать, позволить ему приблизиться было невозможно, а с такой рукой она не могла использовать ручные печати. Ей придется подождать его и надеяться, что эта форма не нейтрализует токсин в его теле. Она встала на ноги, пусть они и немного тряслись, но она заставила свое тело двигаться. Она отпрыгнула в сторону, когда большой мальчик ударил кулаком по дереву, против которого она была. Дерево сломалось пополам от его удара. Она полезла в карманы и решила немного пошалить. Она бросила еще две небольшие дымовые шашки, которые он только что зарядил через них. Ниндзя Звука оглянулся и увидел ее на ветке дерева. «Ты думаешь, это спасет тебя? Если ты это сделаешь, то ты действительно идиот», — он прошел через несколько ручных печатей, когда большие камни вырвались из земли вокруг области Анко. Некоторые из них были выше деревьев, а некоторые врезались в лесную подстилку. Анко пришлось прыгнуть, чтобы избежать той же участи, что и ее ветка, поскольку она была разбита. Если бы один из них попал ей в ногу, она бы не шла. Она снова бросила одну из маленьких дымовых шашек, и Джиробо это очень надоело. Он чувствовал, что его тело замедляется, и чувствовал усталость, несмотря на то, что использовал вторую ступень. Он просто рванул сквозь дым, не позволяя ему больше его замедлять. Он бросился сквозь дым и на этот раз прикончил ее. Но как только он столкнулся с облаком дыма, он закричал от боли, когда его руки потянулись к глазам, мало того, что он чувствовал, как будто его кожу терли наждачной бумагой. «Это точно была не дымовая шашка», — ухмыльнулась Анко, сев на другую ветку. «В нем также была куча битого стекла». "Ты сука!" Дзиробо взревел, когда его глаза адски болели. Как будто кто-то воткнул ему в глаза тысячи иголок, теперь он ослеп и ничего не мог с этим поделать. «Называли хуже», — пробормотала Анко себе под нос, пока он готовил ее оружие. Она смотрела, как мальчик слепо цепляется. Она надела на ручки несколько кунаев с самыми взрывоопасными метками, которые у нее были. Она тщательно прицелилась, бросая их вокруг ниндзя Звука, вскоре они взорвались, произведя большой взрыв. Анко была ослеплена этим, и на мгновение она подумала, что, возможно, немного переборщила с тем, сколько взрывной силы она использовала. Она приземлилась на землю, когда пыль начала оседать, она была поражена тем, что тело ниндзя было целым. Хотя он лежал на земле и не двигался, его тело постепенно возвращалось в норму. Даже если небольшие повреждения на его теле сказали ей, что он пострадал снаружи, сила этого взрыва повредила его внутренние органы. Присмотревшись, она поняла, что он не дышит. «Ненавижу, когда это дети», — прокомментировала она про себя, подходя к ближайшему дереву. Она стиснула зубы, зная, что не должна делать то, что собиралась сделать, но ей нужно исправить плечо. Она врезалась плечом в дерево и откинула его назад. Она закричала от боли, прислонившись к дереву. "Черт... Я думаю, что мне следует больше тренироваться, если он делает таких парней в Звуке". Анко вздохнула, на мгновение отдохнув, прежде чем заставить себя встать, чтобы последовать за остальными.