Наруто: Политические альянсы

У носила ее тупой пульсацией, разум был затуманен. Она моргнула несколько раз, чтобы сфокусировать взгляд, и заметила белый потолок. Она нахмурилась, не здесь ли она была раньше, не так ли? Ее воспоминания воспроизвели, и она вспомнила, как Наруто сильно произошло в бою, в котором они участвовали. "Наруто!" Она вскочила в свою мать и тут же пожалела об этом. Она зашипела, чувствуя, что пытается пошевелить раненой рукой. Кости срослись, но двигать их все равно было больно, не говоря уже о нескольких других травмах. "Ты проснулся!" Темари обнаружила и увидела, что Сакура тоже была в комнате у чьей-то души. Потребовалось мгновение, чтобы увидеть, что это была Тентен. Она не узнала девушку с президентом, распущенным вместе. К тому же она выглядела немного бледнее и слабее. "Что случилось?" — наконец задана Темари розововолосую девушку. «Вы все были возвращены», — сказала Сакура, глядя на руку. «Пожалуйста, не двигайте его, Шизуне пришлось лечить, но оно все еще очень нежное. Некоторые из вас сильно пострадали», — прошептала Сакура, слегка напоминая о некоторых из них, когда они были задержаны. Это было несколько дней назад. а Тентен и Наруто еще не проснулись. Неджи проснулся только сегодня утром, Киба выздоравливал, но уже встал, а Хината пробыла в Сделке всего пару дней, прежде чем ее отпустили. Она вспомнила тот день, когда их вернули. Она Кибу видела окровавленными бинтами, Тентен и Неджи выглядели так, словно были на грани смерти. Среди женщин были одни из женщин, кроме Наруто. Сакуре сказал, что поможет с захватом предметов и других вещей. Она подозревает, что отчасти это был способ Цунаде заставить Сакуру привыкнуть к мыслям о видах травм, которые она увидит в будущем. Скорее всего, это было сделано для того, чтобы морально подготовить Сакуру, а также посмотреть, возможно, ли она обладает ролью медика. Правда заключалась в том, что видеть, как тех, кого она называла друзьями, возвращают в эти штаты, было тяжело. В ту первую ночь она не спала, потому что кровавые образы продолжали крутиться в ее голове. Она проверяла всех, кто еще был в больнице, и привыкала к тому, как работала больница, когда Темари проснулась. Темари вздрогнула, когда ее рука стала больно двигаться. — Где Наруто? Сакура выглядела вниз: «Он был очень сильно ранен… но Цунаде сказала, что он полностью выздоровеет. Он в комнате остался… Неужели… Саске-кун действительно сделал это с ним?» Темари могла видеть, как девушка была расстроена из-за этого, с одной стороны, сердце Сакуры было разбито Саске, а ее команда была разбита и уже никогда не будет прежней. Но она могла сказать, что какая-то часть девушки питала надежду. Она хотела сказать ей, чтобы она забыла об этом, если бы это Наруто ушел вот так, она бы тоже надеялась. Любовь была тяжелой слепой, и она могла быть как блаженной, так и более болезненной, чем что-либо еще. «Он сделал это, мне очень жаль, но пути назад нет. Он убивает Наруто». — спокойно сказала Темари, хотя в ней и была ярость. Мальчик был близким человеком Наруто и не только предал доверие Наруто, но и обвинял его в убийстве. Для Темари это было непростительно. Сакура вздрогнула и сжала кулаки, чем прежде всего контроль восстановления. Она помолчала какое-то время, прежде чем подняла голову, и Темари пришлось пожалеть девушку. Эти зеленые глаза теперь были повреждены тусклыми и потерянными органами, болью и сожалением. Темари хотела сказать что-то, но для чего-то не нашлось слов. Сакура фыркнула и, видимо, снова взяла себя в руки. «Дай-ка я перевяжу руку тебе, держу пари, ты захочешь пойти к нему, но мне нужно посоветоваться с медсестрами, чтобы узнать, совет ли ты?» Темари кивнула и стала ждать, это убивало ее изнутри, что она не могла видеть Наруто в данный момент, но он был в порядке, она нашла в этом утешение. Черт, это было единственное, что удерживало ее от того, чтобы выпрыгнуть из постели и отправиться на его поиски. Ну это и тот факт, что ее тело болело в нескольких местах. Она поклялась, что если еще раз увидит эту девушку, то убьет ее. Если бы она не отвлеклась, она бы выиграла, Темари была уверена в этом, но она отвлеклась и заплатила за это цену. Сакура вернулась с медсестрой, которая проверила ее и дала некоторые инструкции, Темари только вполуха слушала, но Сакура, казалось, все поняла. Сакура помогла с перевязью, чтобы Темари могла положить руку. Затем младшая помогла ей встать с кровати и повела в комнату Наруто. Темари нервничала, она понятия не имела, в какой форме будет Наруто, но в конце концов они подошли к двери. Сакура открыла его, и войдя внутрь, они оба увидели Наруто. Он был покрыт бинтами поверх того, что они могли видеть на его теле, его голова была обернута, и у него также была повязка на щеке. Сакура была поражена тем, насколько хорошо Наруто чувствует себя, учитывая состояние, в котором он был, она заглянула в его карту. Хотя она только начинала свое новое обучение и не знала многих терминов, она все же имела представление о том, через что он прошел. Темари села на стул, когда она протянула руку и взяла его за руку, он тихо дышал, и на мгновение ей показалось, что он может проснуться в любой момент. Ей хотелось, чтобы он проснулся, хотелось снова увидеть его ярко-голубые глаза и улыбающееся лицо. Просто мне было очень больно видеть его таким. — Тебе что-нибудь нужно? — тихо спросила Сакура, положив руку ей на плечо. Темари собиралась сказать «нет», но у нее пересохло в горле, и она, скорее всего, не ела ничего твердого. «Да… просто что-нибудь выпить, может быть, перекусить». «Я поищу что-нибудь и скоро вернусь», — сказала Сакура, сделав паузу на мгновение. «С ним все будет в порядке, — так сказала Цунаде-сама, и я верю в нее. Кроме того, ты же знаешь Наруто, он всегда выживает. винить себя». Вопреки себе, Темари слегка улыбнулась: «Да, он мог бы. Не могли бы вы тайком съесть немного рамена, когда он проснется? Я бы взяла его сама, но я не думаю, что смогу выбраться отсюда незамеченной». Сакура улыбнулась, и на этот раз это была настоящая улыбка: «Конечно, я думаю, что его день скрасится, если ты дашь ему рамен поесть. все это на его бинтах». Темари кивнула, чуть ли не смеясь, поскольку могла видеть, что медсестрам будет очень больно менять их только потому, что они испачкались из-за его привычек в еде. Когда Сакура ушла, Темари просто сидела, держа его за руку и желая, чтобы он проснулся. Знание того, что он сделает это, успокоило ее, но она хотела, чтобы он проснулся. Она хотела мужа и любви. -Памятный камень- Какаши посмотрел на камень перед собой. Это было так просто, но в то же время имело столько смысла. Иногда он задавался вопросом, почему он был спрятан в таком месте, почти вне поля зрения всех. Может быть, это было потому, что некоторые люди не хотели ощущать потребность в напоминании о смерти. Какаши ничего не мог поделать, многие из самых важных людей в его жизни были мертвы. Имя его отца здесь не значилось, это была боль, которую он чувствовал всякий раз, когда думал об этом. Его отец был великим человеком, и то, как закончилась его жизнь, не было справедливости. Он помнил, как какое-то время после самоубийства ему было стыдно за своего отца, может быть, это был просто способ отомстить ему за то, что он оставил его одного в этом мире. Он был молод, и эта смерть сильно ударила по нему, заставив повзрослеть в раннем возрасте. Именно благодаря Обито он мог гордиться тем, что он снова стал отцом. Имена Обито и Рин ранили больше всего, когда он заметил их сейчас, особенно имя Обито. Сколько лет он изводил себя «а что, если» в тот день? Имя Минато тоже было здесь, хотя видеть его лицо каждый день на этой горе было немного лучше. Он как будто все еще наблюдал за деревней. Обычно он приходил сюда, чтобы засвидетельствовать свое почтение или, может быть, это было своего рода покаянием. Заставить себя всегда помнить о них, сделать так, чтобы какая-то их часть никогда не покидала этот мир. Он слышал ее приближение, но все еще не двигался, даже когда она подошла к нему и коснулась его руки. «Какаши». Анко сказал просто как приветствие. Она не улыбалась, как обычно, ее лицо было более серьезным, и Какаши понял, что скучает по ее улыбающемуся лицу. — Анко, — сказал он ей. Она могла слышать боль в нем, хотя его голос звучал почти как обычно. Только не с ленивым отношением, которое у него было. «В последнее время ты стал приходить сюда намного чаще», — сказала она ему, чувствуя беспокойство. Он замолчал на мгновение, прежде чем она снова заговорила. «Я слышал, что ваша команда справится, и что девушка проснулась сегодня». — Это хорошо, — просто сказал Какаши. Анко нахмурилась, ей не понравилось, как Какаши кинулся к этому камню, наполовину игнорируя ее. Ей не нравилось видеть его таким, корящим себя за что-то вне его контроля. Что ж, если осмысленный план действий не сработал, пора было менять тактику. — Это все, что ты хочешь сказать? Ты должен хотя бы съездить к ним! «Я был», Какаши наблюдал за ними ночью, он не мог так хорошо спать и просто пробирался в их комнаты и просто наблюдал за ними. Частично для того, чтобы убедиться, что они живы и выздоровеют, а также то, что вид таких молодых лиц, как у них, в таком состоянии, сильно поразил даже его. Он много чего повидал в свои годы, но видеть молодые лица мертвыми, умирающими или даже сильно ранеными было тем, к чему он так и не привык. Да, вы можете спрятать это, похоронить глубоко внутри, но оно всегда было там. «Я имел в виду, пусть они тебя увидят». Теперь она стояла перед ним и тыкала его в грудь. «Они должны увидеть вас лично, вы знаете». — Я подвел их, — сказал ей Какаши, как будто это все объясняло. Он даже не был уверен, что сможет встретиться с ними лицом к лицу, по крайней мере пока. «Я увижусь с ними, как их командир, я знаю свой долг, и я увижусь, когда они все встанут. Просто как их сенсей… Группа семь была моей ответственностью, и теперь…» Анко перебила его. — Не смей, блядь, корить себя за этого мальчика Учиха! Она зашипела на него. «Поверь мне, я знаю, что значит быть преданным кем-то, кого ты знаешь. Годами я винила себя, потому что не могу вспомнить, что произошло. Почему меня бросили, почему он бросил меня и надел эту чертову штуку на мою шею. " «Но знаешь что? Мне на это больше наплевать, он бросил меня, и теперь я считаю, что мне повезло. Учитывая все то, что он сделал, я бы не хотел идти по его стопам, зная то, что знаю сейчас. ... Вы не можете винить себя за действия других». Она посмотрела на него, почти призывая его сказать, что она была неправа. Какаши подумал об этом, он знал в своей голове, что она была права, но все же какая-то часть его продолжала спрашивать, что, если бы он поступил иначе. Это все еще была серьезная потеря, конечно, они убили нескольких членов, которые, как сообщалось, были с Орочимару во время нападения, по-видимому, но они все еще потеряли Саске. Это было бы плохо для репутации деревни, он сомневался, что его обвинят, но Цунаде придется столкнуться с несколькими менее чем счастливыми людьми по этому поводу. Теперь он посмотрел на Анко и заметил, насколько она напряжена, все это беспокоило ее больше, чем обычно. Она на самом деле изо всех сил старалась найти его и попытаться заставить его чувствовать себя лучше. Конечно, у него были друзья, но она была единственной, кто делал это. «Почему тебя это так волнует? Это не только потому, что ты тоже был частью миссии, не так ли?» — спросил он ее честно. Анко заерзала, она надеялась, что он не спросит о чем-то подобном. По правде говоря, в последнее время она беспокоилась о нем. Его почти не видели, и, глядя на него сейчас, она могла видеть, что он выглядит усталым, скорее всего, он плохо спал. «Послушай, я… я просто…» Она не знала, что сказать, потому что не была уверена. «Черт возьми, я ненавижу это». Она отвернулась от него, не в силах смотреть на него. «Когда мы начали все это между нами, это было просто для хорошего секса на стороне. Просто способ снять давление, и это сработало. Я имею в виду, что мне действительно нравилась сексуальная часть, и это расслабляло, просто гуляя с тобой. . Затем все начало становиться странным». «Странно? Это ты хотел попробовать эту штуку с веревкой и…» "Не то!" Анко сказала, вспоминая ту ночь, это была хорошая ночь. «Я имею в виду… я начал чувствовать то, что никогда не хотел чувствовать. Когда ты открываешься и впускаешь кого-то, они могут причинить тебе боль, в последний раз мне было очень больно, и я держу людей на безопасном расстоянии. лет, но теперь, теперь я беспокоюсь о твоей жалкой заднице, и это сводит меня с ума!» Она понятия не имела, зачем говорит ему это, но это уже давно крутилось у нее в голове, и это сводило ее с ума. Может быть, ей просто нужно было, наконец, озвучить это, наконец-то сказать об этом открыто, чтобы это оставило ее в покое. Конечно, ей нравилось их небольшое соглашение, она не хотела его усложнять, но потом что-то изменилось. Она не могла сказать, когда это произошло, может быть, это было просто медленное наращивание, что-то, что просто ошеломило ее, и поэтому она не замечала этого, пока оно не оказалось прямо перед ее лицом. И правда этого испугала и смутила ее. Где-то по пути ее чувства дружбы с Какаши превратились в нечто большее, она заботилась больше, чем просто друг, и она понятия не имела, что с этим делать. Какаши был удивлен этим. Он думал, что он единственный, кто начал испытывать к ней нечто большее, чем просто дружба. По правде говоря, ему тоже нравилось быть рядом с ней, она была полна жизни и делала каждый день уникальным и даже веселым. Она была импульсивной, энергичной, немного ребячливой и кого-то, кого он уважал, ее навыки и способности были очень хорошими. Это и секс тоже были великолепны, он еще никогда так хорошо не ладил с кем-то. Но он тоже сильно пострадал, подпустив других близко, обычно они умирали на нем, а не предавали его, поскольку он знал, что она говорила о своем сенсее. Он знал, что это может быть ошибкой, что он может быть идиотом, если так думает. Но после целой жизни, когда он просто терял то, что имело значение, однажды он захотел что-то приобрести и сохранить. Поэтому он снял маску и схватил ее за руку, поворачивая ее лицом к себе. Она собиралась возразить, пока его губы не встретились с ее губами. Она стояла в удивлении, но ощущение его губ на ее губах привлекло ее. Прежде чем она осознала это, она схватила его и сильнее притянула к себе. В конце концов их легкие сгорели от нехватки воздуха, когда они отстранились и посмотрели друг другу в глаза. «Анко, я не знаю, что произойдет, но просто чтобы ты знал, я чувствовал то же самое». Какаши объяснил ей. «Я знаю, что то, что мы начали, не должно было быть чем-то большим, но что, если бы мы хотели, чтобы это было чем-то большим?» Он действительно немного нервничал, говоря ей это, он нервничал, человек, который участвовал в большем количестве миссий, которые могли бы убить кого-то, чем кто-либо в его возрастной группе. Который, не дрогнув, столкнулся с могущественными врагами, признавшись в своих чувствах Анко, на самом деле заставил его нервничать. Он мог бы рассмеяться, если бы мог в данный момент. "Ты серьезно?" Анко спросила его, не зная, как она себя чувствует. Какая-то часть ее, которая была молодой женщиной, чувствовала возбуждение и тревогу, ее сторона ниндзя предупредила ее, что смешение профессиональных и личных отношений с другим ниндзя может снова привести к разрыву сердца. Маленькая девочка много лет назад боялась, что он бросит ее. Какаши кивнул: — Я… не знаю, что делать дальше. Я имею в виду, что у меня никогда не было настоящих отношений, все близкие мне обычно умирали, но в последнее время моя жизнь с тобой казалась менее пустой. В тот момент Анко все еще не был уверен. Было так много разных вещей, о которых думал ее разум. Поэтому она решила попробовать что-то еще, она позволила своему сердцу сказать ей, что делать. В следующий момент она снова целовала его, когда они прижимались друг к другу. Она знала, что это может плохо кончиться, что одному или обоим снова может быть больно, но она также чувствовала, что время, проведенное вместе, сделало ее жизнь лучше. Чувствуя его давление на себя, она хотела его, хотела раствориться в нем и просто забыть окружающий мир. Вскоре она оказалась прижатой к дереву, пока Какаши тянулся, целуя ее шею, ее рука слегка почесывала его затылок, когда нога обвилась вокруг его тела. Она знала, к чему это ведет, и, честно говоря, ее это не волновало. Какаши наклонился к ее уху: «Мое место или твое?» -Больница Конохи- Уже клонился к закату, когда Наруто, наконец, проснулся на своей больничной койке, хотя он знал, где он был, когда проснулся. Он узнает этот белый потолок где угодно, после того, как столько раз провел в больнице. Он также чувствовал ломоту и боль во всем теле. Он вспомнил ту операцию по спасению и то, как она закончилась. Хотя он был немного неясным в деталях, он вспомнил, как ударился головой о воду, и боль в шее и позвоночнике, он вспомнил лису. После этого все стало более расплывчато, но он помнил, как Темари была ранена. Эта мысль заставила его глаза широко распахнуться, и он попытался сесть. Он хмыкнул и заметил что-то на своей руке. Он оглянулся и почувствовал облегчение, когда увидел, что Темари крепко спит рядом с ним. Она сидела в кресле, ее рука на его, но она опиралась на его кровать. Это не могло быть удобно, но она мирно спала. Он заметил ее руку на перевязи, и при свете ему показалось, что он заметил небольшой синяк на ее лице. Это разозлило его, что она так пострадала. Его рука держала ее руку, и она, должно быть, немного спала, когда стонала. Она немного поерзала, пытаясь устроиться поудобнее. Наруто протянул другую руку и нежно провел пальцами по ее волосам. Он был рад видеть, что с ней все в порядке. Это заставило ее медленно проснуться, сначала она не была уверена, что происходит, но почувствовала, как кто-то проводит рукой по ее волосам, это было приятно, и она подняла глаза и увидела Наруто. «О, спасибо, ками, ты встала», — сказала Темари, садясь на стул. "У тебя все нормально?" «Я так думаю», - сказал ей Наруто, по крайней мере физически, как он предполагал, он выздоровеет. Но он нахмурился, зная, что их миссия закончилась провалом. Они не смогли вернуть Саске, и теперь он мог исчезнуть навсегда. Он все еще не мог понять Саске, зачем ему поворачиваться спиной ко всем и всему здесь? Он хотел понять, но просто не мог. Наруто, возможно, ничего не сказал, но часть его смотрела на Саске с уважением, он был тем ниндзя, которым он так старался стать, когда рос в академии. Саске сделал так, чтобы все казалось легким, поэтому Наруто тренировался все усерднее и усерднее, чтобы попытаться наверстать упущенное. Если бы не Саске, Наруто не был уверен, что стал бы подталкивать себя, и куда бы это его привело, он не знал. Конечно, Наруто раздражало то внимание, которое досталось Саске, но он все еще помнил тот первый день, когда увидел его. Он видел Саске, сидящего в одиночестве и смотрящего на воду у небольшого холма, мальчик выглядел таким одиноким. Что-то, что Наруто слишком хорошо знал, Наруто никогда никому об этом не говорил, главным образом потому, что чувствовал, что, несмотря ни на что, несмотря ни на что, Саске был одинок в этом мире. Это заставило Наруто почувствовать, что он нашел кого-то, кто может понять его собственную боль. Поэтому он так старался, чтобы Саске признал его, и именно поэтому он сделал Саске своим соперником. В то время вряд ли кто-то признавал его существование, и Наруто сделал все, чтобы люди заметили его. Но он хотел, чтобы Саске действительно признал его, кто-то, кто, как чувствовал Наруто, мог понять его, увидел бы в нем равного, и тогда, возможно, они оба не чувствовали бы себя такими одинокими в этом мире. Но все пошло не так, как раньше, он пытался достучаться до сердца Саске в их битве, но не смог. Он попытался дозвониться до другого мальчика, но просто не услышал слов Наруто. Затем, когда Темари получила травму, он потерял контроль над собой. Он чувствовал себя немного опустошенным внутри от того, как закончилась эта миссия. Столько людей погибло и столько крови пролилось на все это. — Как остальные? Наруто хотел сменить тему, чтобы подумать о чем-то другом, чем все это. Он понятия не имел, что делали остальные, они продолжали двигаться вперед, в то время как другим приходилось оставаться позади, чтобы сражаться с этими ниндзя Звука. Темари была занята Сакурой, пока она ждала пробуждения Наруто. «Киба выйдет через неделю, Хинаты нет, но, видимо, он заглядывает к Кибе каждый день». Теперь Темари слегка улыбнулась: «Очевидно, Сакура думает, что между ними что-то происходит». — А, между Кибой и Хинатой? Наруто подумал об этом, и правда заключалась в том, что он действительно не так хорошо знал Хинату. Она была какой-то странной, всегда заикалась и все такое. Но она была милой, и, возможно, Киба немного смягчится, если у нее будет девушка. К тому же единственным человеком в этой команде была Шино, а Наруто даже не был уверен, какой девушке понравятся все эти жуки. «Клянусь, эта девушка любит сплетничать почти так же сильно, как и ее подруга-блондинка», — сказала ему Темари, хотя правда заключалась в том, что ей нравились сплетни. Назовите это неприятным удовольствием, но внутри команд нередко случались романы. Вы проводите все это время, сражаясь вместе, находясь в опасных ситуациях, когда вы можете доверять только тем, кто в вашей команде. Вещи просто как бы случались, хотя это действительно было сопряжено с большим риском. Учитывая, как она была отвлечена тем, что Наруто получил травму, это была одна из таких вещей. «Неджи и Тентен все еще поправляются, он встал, но все еще застрял в постели, но она еще не проснулась. Очевидно, она потеряла много крови, и ее внутренние повреждения были серьезными». Темари объяснила, что становится немного мрачнее. Она до сих пор помнила, как доминировала над девушкой на экзамене на чунина, но, возможно, это только подтолкнуло девушку стать сильнее. Судя по травмам, которые она услышала от Сакуры, было удивительно, что девочка выжила. — Какаши-сенсей и сумасшедшая леди-змея? — спросил Наруто. — Наруто, тебе действительно не следует так обзывать людей, — упрекнула его Темари. «Они оба в порядке, видимо, это они вернули нас обратно». Наруто был рад услышать это, по крайней мере, он почувствовал себя немного лучше, плюс он не должен был удивляться. Какаши был одним из лучших, и хотя он не очень хорошо знал Анко, она вызывала у Наруто мурашки по коже, кто-то такой страшный должен быть жестким. Оглядевшись, он заметил, как уже становится поздно: «Эй, который час?» Темари посмотрела на часы и удивилась времени: «Похоже, уже довольно поздно, я сомневаюсь, что в данный момент есть какие-либо часы посещения». Наруто нахмурился: «Значит ли это, что ты должен вернуться в свою комнату?» Темари ухмыльнулась, когда встала: «Я не уйду, и если у кого-то есть проблемы с этим, очень плохо. Я останусь здесь, с тобой». Темари осторожно легла в кровать Наруто, пытаясь найти положение, в котором они оба могли бы находиться, не причиняя друг другу слишком большой боли. Она легла и прижалась к нему, легко положив голову ему на плечо. «Знаешь, я боялся, что потеряю тебя». «Ты никогда меня не потеряешь», — сказал ей Наруто, закрыв глаза, чувствуя ее с собой. «Помнишь, что я обещал в день нашей свадьбы? Я сказал, что буду защищать тебя всю жизнь, и я никогда не откажусь от своего слова». Темари улыбнулась, чувствуя себя лучше, услышав это от него. Она просто хотела остаться такой навсегда. — Я люблю тебя, ты знаешь это? - Ага, - улыбнулся Наруто, глядя в потолок. "Я тоже тебя люблю." Хотя он чувствовал себя лучше физически и морально в своей жизни, присутствие Темари рядом с ним сделало этот день немного ярче. Даже когда солнце садилось, Наруто смотрел, как Темари засыпает, и знал, что он будет там утром, а также в следующее и послезавтра. Им оставалось еще много лет, и она хотела наслаждаться ими. -Звуковая деревня, скрытое место- Саске застонал, почувствовав боль в груди и плече, он не был уверен, как попал в темную комнату или где он был. Последнее, что он помнил, был бой. Он и Наруто полностью погрузились в битву, но когда он подумал, что наконец закончил битву, Наруто вернулся с чем-то другим. Саске вспомнил красную чакру и демоническую внешность Наруто, когда он напал на Таюю. При мысли о рыжеволосой девушке он начал думать, что с ней случилось. Она была разбита о скалу, и он бросился за Наруто со всей своей силой. Он помнил, как он сформировал чидори, а Наруто сделал расенган, обе атаки выглядели по-разному, когда они ринулись вперед. Он вспомнил, как пронзил грудь Наруто, он пытался целиться в сердце, но промахнулся. Расенган Наруто попал в него, но попал в ключицу и плечи. Это объяснило бы боль в груди, если бы его ключица была сломана. Две атаки были ослепляющими, и последнее, что он помнил, это падение на землю. Саске стиснул зубы, вся эта сила и это была чертова ничья. Наруто, который никогда не мог победить его или приблизиться, связал его. Мысль сводила с ума, сколько силы ему нужно было получить, чтобы превзойти Наруто и приблизиться к Итачи? — Так ты проснулся, Саске-кун? — сказал знакомый голос из темноты. Послышались шаги, когда Кабуто вошел в более освещенную часть маленькой медицинской палаты. "Ты." — заявил Саске, оглядываясь вокруг. Он мог видеть медицинское оборудование и то, как это выглядело, будто он находился в каком-то подземном помещении. Стены были металлическими и мягкими, он увидел еще одну кровать в углу, и ему показалось, что он увидел какие-то рыжие волосы, хотя он мог видеть лицо. Кабуто ухмыльнулся, увидев, куда смотрит Саске, и выражение лица и глаз мальчика. Он должен был признать, что план его матери помочь переманить Саске на свою сторону был очень неожиданным и, похоже, повлиял на мальчика больше, чем он думал. «Таюя со временем поправится. Когда я появился, мне пришлось устранить отравление ее организма и стабилизировать ее для путешествий». «Тогда ты нашел нас и привел сюда». — сказал Саске, чувствуя странное облегчение, услышав, что девочка поправится. Кабуто кивнул: «Да, я решил проверить на всякий случай. Оказывается, это была хорошая идея, если бы не я, вы оба были бы схвачены». Саске долго молчал, прежде чем посмотрел на звукооператора. «Мне нужно быть сильнее». Кабуто улыбнулся ему: "О, не беспокойся об этом. Как только ты встанешь на ноги, у нас будут большие планы на тебя. В конце концов, ты хочешь убить определенного человека, верно? Ну, я не буду вдаваться в подробности, но Орочимару-сама не хотел бы ничего лучше, чем сравнять счет не только с вашим братом, но и с группой, с которой он состоит Мы сделаем вас достаточно сильными, чтобы сразиться с ним, но не забывайте, что через три года вы быть его следующим судном». «Это цена за силу, которую мы вам дадим». Саске подумал об этом, три года — это долгий срок, чтобы стать сильным, и здесь он может многому научиться. У Орочимару было много запрещенных вещей, идеальных вещей для борьбы с его братом. Глядя на постель девушки, возможно, был способ убедиться, что он не станет последним Учихой. — Одна вещь, — сказал ему Саске, встретившись глазами с Кабуто. «Таюя остается со мной». Кабуто был немного удивлен, но хорошо скрыл это: «Я думаю, это легко устроить. Что ж, я дам тебе немного поспать, возможно, тебе это понадобится, потому что, когда тебе станет лучше, мы доведем тебя до предела, которого ты даже не замечал». знаю, что у тебя было». Саске смотрел, как мужчина тихо выходит из маленькой темной комнаты, и на мгновение поднял голову, размышляя о вещах. Хотя он действительно не хотел становиться следующим сосудом Орочимару, он нуждался в этом человеке. В его голове начал формироваться план. Он станет сильнее, сильнее, чем даже Орочимару, и если придется, то он разберется с этим человеком. Был шанс, что он потерпит неудачу, но если он сразит его в момент слабости… все же он еще не был уверен. Ему потребуются годы, чтобы стать сильнее, а также наблюдать и узнавать все о саннинах. Если он потерпит неудачу, ему нужно будет убедиться, что клан продолжит, глядя на Таюю, с ней есть шанс. Девушка была упрямой, громкой, слишком часто ругалась, но она была сильной и хорошим ниндзя. Лучше, чем любая другая девушка в его деревне. Он сделает ее своей женщиной и обеспечит свой клан. Плюс они уже спали вместе, что, как он должен был признать, было страстным и интенсивным. Часть его хотела большего, но со временем это придет. Он лег на спину и закрыл глаза. Теперь у Саске был план, ему просто нужно было время, но этого у него было предостаточно, он усмехнулся про себя.