Картины забытой вечности

Альбедо был красивым, грациозным настолько, что не каждый знатный человек мог с ним сравниться. А ещё он был хрупким. Буквально. Никто его не предупреждал, лишь наставница пару раз говорила что-то из разряда «будь осторожнее» или «смотри под ноги, упадёшь», но этому значения не придавалось, как-никак многие матери говорят своим чадам такое. Ведь так? Не придал значение он и сказанному Алисой «Ты выглядишь так, словно сломаешься, если на тебя немного надавить». А зря. Холод Драконьего Хребта не даёт сонливости показать себя. В этих условиях лишь тошнота, появляющаяся на почве голода, даёт алхимику понять, что тот явно себя запустил. Хотя трещина на всю щёку, чудом не дошедшая до глаза, вряд ли является признаком хорошего здоровья, или того, что за собой следят. Принц Мела вчитывался в письмо, отвечающее на его вопросы, параллельно доставая всё нужное для изготовления зелья. Руки тряслись, всему виной жжение в щеке. Хотя это вряд ли можно назвать жжением, так как ощущения отличались, но иного описания придумать не удалось. Такими темпами он ничего не сделает, просто потому что добавит слишком много чего-то, либо наоборот, слишком мало. Можно было позвать кого-то, но кого? Путешественник в Инадзуме, а Сахароза с Тимеем в Мондштадте. Но один вариант всё же пришёл в голову. – Сяо. – У тебя что-то случилось? – адепт, мгновенно появившийся за спиной блондина, положил руку на вздрогнувшее плечо. Блондин лишь повернулся, показывая на щёку, а затем перевёл взгляд на письмо, колбы и ингредиенты. – Я могу?.. – звучит слишком тихо и не уверенно, с опаской. Ответом стал кивок головой. Кожа возле трещины сыпалась, опадала на одежду. Это пугало, но завораживало. Она пачкала перчатку, словно мел. – Я не могу смешать ингредиенты, поможешь? – алхимик уже знал ответ, но решил спросить ради приличия.               С того раза прошла от силы неделя. Хиличурлы, которые подозрительно оживились в последнее время, заинтересовали Альбедо. Он хотел выяснить причину такой активности, к тому же разрушить лагеря, находящиеся слишком близко к лагерю. Следовало подготовиться к наблюдению лучше. Как минимум удостовериться в отсутствии кого-то помимо обычных хиличурлов и шамачурлов. Но кто бы мог подумать, что пока голубоглазый будет увлечён слежкой, к нему сзади подойдёт митачурл с топором и ударит прямо в плечо? Боль заставила упасть на снег, вид собственной руки, лежащей отдельно от тела напрягал. Но об этом он подумает позже. Сейчас мысли заняты лишь тем, что по непонятной причине его не атакуют. Снег кажется слишком тёплым, а знакомый запах крови заставляет поддаться желанию организма и закрыть глаза. Проснулся алхимик в лагере, укутанный в одеяло, из-под которого выглядывала лишь рука, которую должен был отрубить митачурл. Это был сон? Точно нет, плечо немного щипало. Чужие пальцы, поглаживающие травмированную ранее конечность, ввели в ступор. Альбедо попытался встать, или хотя бы перевернуться на другой бок, но его остановили, прижав к себе сильнее. – Ты весь ледяной, лежи грейся – этот голос он узнает из тысячи. – Сяо, как тебя сюда занесло? Я вроде тебя не звал… – предстоящий поток вопросов прервали. – Скажи мне, как можно не заметить митачурла, который ходит совсем не тихо? Почему ты меня не позвал? Я бы тебе помог, мне не сложно, и ты бы был цел и невредим – Я хотел лишь понаблюдать, ранее я не видел поблизости кого-то, помимо хиличурлов и шамачурлов. Я не ожидал, что взявшийся из неоткуда митачурл ударит меня со спины, – вдох. – Что с моей рукой? Она должна быть отдельно от тела. – Я сделал то же, что и когда у тебя треснула щека. Перемотал бинтом на месте стыка, чтобы если ты будешь слишком активен во сне, ничего не сошлось криво. Блондин спихнул одеяло к ногам, и пока Якша копошился, поправляя всё, он вскочил с кровати. Перед глазами потемнело, но это уже было привычно. Младший направился к зеркалу. Оно появилось тут недавно, сразу после первой трещины. Размотать бинт одной рукой было сложно, но всё вышло. Кожа под ним была гладкая, не намёка на ранее полученную травму.               Алхимик, в спешке натягивающий на себя одежду, ударяется локтем об одну из полок. Ничего не падает, но к нему подскакивает Адепт, ранее ждущий его, сидя на табуретке, чтобы проверить наличие трещин. За эту пару дней он уже несколько раз склеивал конечности Альбедо, поэтому уже на рефлексе подлетал к нему при каждом слабом ударе обо что-то. Не то что бы голубоглазый был слишком неосторожным и игнорировал любую угрозу, вовсе нет. Просто он был слишком невнимателен из-за проблем со сном. Алхимик часто увлекался чем-то, умудряясь не заметить какой-то объект, в результате чего получал травмы. – Осторожнее, Бедо. – Извини, я постараюсь больше не во что не врезаться, честно. Он правда постарается, но кто сказал, что у него получится?