Во всём виновата Лолита

Быстрым шагом Вару прошёл до своей комнаты. Комнаты валета Пик и Короля Треф рядом, но зелёный похоже это забыл и зашёл в покои самого короля Пиковой масти. — Я разве разрешал кому-то заходить в мою комнату?! — послышался рык короля пик. — Я ебу? Хотя-я-я-я-я.-затянул Вару. Он начал постукивать по двери. Настукивая гимн советского союза, Вару ехидно улыбался и прожигал взглядом Пика. Тот не обращал внимания, чему можно дать спокойное объяснение-Пику на Куромаку совершенно всё равно. Пиковый не видит в сером никого, кроме союзника, дающего достаточно технологий, но раз на данный момент клоны не в карточном мире, то Пику Куромаку совершенно не нужен, как серая невзрачная пыль. Фиолетового раздражает звук, бесящий звук стука о долбаную дверь, Король порвал тонкую нить своих нервов, и в Вару полетела ручка. Попав в вьющиеся кудри, ручка будто тонула в этих густых волосах. Вару заржал, но то, что пора матать, он понял сразу и потиху ушёл из комнаты, пока ему не прилетело в лоб волшебным ключиком. — Смешной вы, мой король. Слишком прекрасный человек в вас влюблён. «Фу, чё за нахуй? Общение с Данте не идёт мне на пользу, надо его послать»-мысли Вару отвлекли его от нагруженности всем этим треугольником.

*

Отбивает польку шпилька-каблучок. Милый мой, ты только снял бы пиджачок.

А Куромаку сидел в темноте, пробитой только тусклым светом уже почти догоревшей свечки, чуть освещалось лицо короля, а на очках был красивый оранжево-красный блеск. Треф, сидя в позе гопника(знаю, не очень «романтично» звучит, но я не знаю, как описать), прижимая не только пятки к мягкой кровати, но и пятую точку, смотрел на это завораживающе пламя.

Эх, рубашка белая, галстук дорогой Я сегодня смелая, ты сегодня мой.

«С каких пор я стал таким?..». С каким-то кряхтением произнёс Куромаку у себя в голове и начал менять позу, снимая попутно очки и кладя их на ту же тумбу, где стояла свеча, пламя которой уже начало более активно танцевать из-за касаний расплавленного воска. Тихий звук развивающегося флага был еле слышен Куромаку, конечно, может из-за того, что активно игнорировался мозгом трефа. Король лёг на спину, расправившись на кровати и положив руку себе на живот.

Разыгралась музычка на поле чудес, Я танцую в блузочке, а могу и без.

В голове Куромаку начали слышаться знакомые голоса и фразы. Нет, у него не шизофрения, у него хорошая память.

— К-куро, это, скорее всего, из-за твоей любви, люди меняются в таком состоянии.

— Это из-за чувств, друг мой.

— Курилка влюбился! Нюня!

С чего ты это взял, Вару?

— Видно по тебе, петух некрашеный!

— О-он прав, К-куромаку…

— Через чувство любовь проникает в убеждение. Если любовь и придает ума дуракам, зато она делает очень глупыми умных людей.

«А могло обойтись тогда без драки и разбитых очков. Ты тогда помог мне.»

— Вару блять! Какого чёрта ты разбил нос Куромаку?!

— Не твое рогатое дело.

— Вставай, союзник.

«Тогда именно твои руки обрабатывали моё лицо, вытирали мне кровь и успокаивали от гнева.»

Груди загорелые выпадают из… Вот такой сюрприз.

      Песня пошла на повтор, а Куро думал о чём-то. О чём-то очень неприятном ему, похоже. Лоб был слишком сморщен. Свечка потухла, распространяя запах советского обгорелого фитилька. Запах палёной ткани, намазанной лаком, довёл до какой-то мысли Куромаку. — Да к чёрту. С этими словами Куромаку вскочил с кровати и чуть-ли не побежал в коридор. Прямо в серой рубашке-пижамке с такими же серыми штанами с нашивкой красивого разноцветного мишки. Этого мишку Зонтик нашил Куромаку после их драки с Вару, он был в основном фиолетовым, но на его пузике был разноцветный цветочек, где уже были все цвета 7 оставшихся клонов.       Тихий стук снова раздался в комнате. — Входите, заебали уже. — сквозь зубы сказал Пик. — Ты гостеприимен на все 3,7%.- протараторил Куромаку, быстро выпрямившись и поменявшись в лице. Из запыхавшегося мальчика в статного мужчину. — Чего хотел? — отстранившись от своей работы, повернувшись, спросил рогатый. — Надо поговорить. Это серьёзно на все 89%. Пик даже не встал, лишь сложил руки в достаточно властное положение. И начал внимать, думая, что тема касается карточного мира. — Превеликая физика, это идиотизм на все сто, но.! Пиковый король! Я готов заявить вам о своих чувствах. Ты поразил моё сердце уже более двух лет назад, из-за тебя я поменялся, из-за тебя натворил много глупостей, из-за тебя я почувствовал что-то иное. И либо прими ответственность за это, либо… — впервые Куромаку не знал, что сказать, сердце бешено стучало, мысли путались, а картинка в глазах плыла. Но вот лицо Пикового было ясно различимо. Он не двинулся, ни один мускул на лице не дёрнул, ни одна эмоция не проявилась, ни сострадания, ни ласки, ни любви-ничего. Когда Куро запнулся, Пик ухмыльнулся и встал со своего кожного кресла, подходя к трефу. — Ты трясешься, как напуганный зайчик. — Пик встал прямо перед Куро, возвышаясь над ним, — Смешной цирк, Король Треф, ты так же жалок, как и твой валет. — Это Пик сказал прямо в лицо Куро, чуть наклонившись, дабы быть одного роста. А потом он выпрямился, смотря ровно вниз, в глаза, в душу серого. — Я не обязан брать ответственность за твои упущения. — он отвернулся, — Мне плевать. Плевать на тебя, плевать на твои чувства, плевать, сколько они длятся. — Пик говорил это с каким-то упоением, будто питался болью Куромаку, которая уже ломала кардинала изнутри. — Проваливай.

*За дверью*

«Сука. Пизда тебе, рогатая тварь.»