Ошибка

      Мягкий свет от мерцающих звёзд плавно перетекал из одного края детсада в другой, из-за чего создавалось впечатление бескрайнего небосвода, главным героем которого был светодиодный млечный путь, расположенный у потолка. Осматривая свои владения, восседая на помосте башни, Мундроп обхватил правое колено руками и склонил голову в раздумьях. Дети видели десятый сон в своих спальных мешках где-то там, далеко внизу у игрового центра, и находились под непрерывным контролем Луны – в саду царили тишина и умиротворение. Вот только у главного источника сияния внутри творился хаос.       Программой не было заложено несколько понятий, впрочем, ИИ был склонен к самообучению, дабы не отставать от прогрессивной молодежи и постоянно обновлял своё ПО. С такими базовыми определениями как «печаль» и «страх» он был ознакомлен еще с момента создания, правда почувствовать их ему удалось лишь недавно, после последних доработок системы. А вот значения слов «скорбь» и «расставание» он еще не до конца осознал, но они роем кружились в его роботизированной голове, заставляя раз за разом выдавать программу очередную ошибку. Это отвлекало от основной работы в детском саду и создавало массу неприятностей программистам-техникам, которые пытались найти причину поломки их главного творения, особенно после недавнего инцидента. Владелец комплекса был в ярости и заставлял техников вдоль и поперек диагностировать машину-воспитателя, что должен приносить ему прибыль, а не нарушать программный код и калечить посетителей, на наличие багов и вирусов, но после каждого техосмотра они только пожимали плечами.       Болезнь от которой не было лекарства.       — Почему ты не на подзарядке? — лишь произнёс Мун, не поворачивая головы. Ему это было незачем: он еще минуту назад ощутил бесшумные шаги в метре от него, всё-таки датчики движения не напрасный девайс.       Солнце лишь взволнованно смотрел на него, обхватывая себя руками. Его лучики померкли, и он нервно, но также беззвучно теребил ленточки, свисающие с его запястий.       — Я решил составить т-тебе компанию, — он слегка улыбнулся и неуверенно подошёл к Мундропу ближе, оставляя до края помоста пару шагов.       Луна шумно выдохнул, словно отпуская накопленную внутри боль. Сан действовал на него исцеляюще уже одним своим присутствием, поэтому возмущаться его ночному бодрствованию он не стал. Тот сейчас как никогда был ему нужен.              Солнце поднял голову и обратил внимание на мириады искусственных огней, прокладывающие небесный путь. Словно завороженный, впервые застав данное явление, он смотрел то на них, то на Луну, от которого тоже исходило слабое мягкое свечение, так приятно ласкающее взор. Внутри система была перегружена всплывающими ошибками программы, и как бы Солнце не старался, он не мог мгновенно очистить весь этот скопившийся кэш. Ему приходилось раз за разом прокручивать всю эту вереницу в поисках решения свалившейся на них задачи, и она требовала его как можно скорее.              — Я не позволю им сделать это, — внезапно прервал тишину Сан, даже поменявшись в лице от своего твёрдого решительного намерения. Луна удивлённо повернул на него голову, мгновенно пришло осознание:       — Так ты уже знаешь… — констатировал Мун, — и давно?              — Я узнал ещё два дня назад, после техосмотра. Я н-не допущу этого, Мунни! — Сан дрожал то ли от ужаса неопределенного будущего, то ли от злости на происходящий ужас. Луна мягко улыбнулся и грустно посмотрел куда-то вдаль. Солнце сел слева от него и свесил ноги вниз, стараясь поймать то же лирическое состояние и немного успокоиться.       — Я буду скучать, Солнышко, — тепло проговорил Мун, поворачивая голову в сторону друга. Его мягкая улыбка шла в разрез эмоциям Сана.       — Что ты такое несёшь! — возмутился Солнце так громко, что Луна тут же погрозил ему пальцем, слегка прикрывая рот. Где-то снизу засопел ребенок. Данная вольность заставила Луну сипло засмеяться. Значительно тише, после пары шумных выдохов вентиляционной системы, Солнце продолжил:       — Что ты несёшь, этого не произойдёт, ты меня не услышал? Мы что-нибудь придумаем, Я придумаю! — он обхватил Мундропа руками за плечи стараясь убедить в своих словах их обоих.       — Я ведь не ребенок, Санни, — он обхватил руки Солнца и легонько погладил их, успокаивая друга. Санрайз затрясся, его лучики меняли интенсивность своего мерцания, он отвёл свой взгляд не желая признавать правоту Муна.       — Эй, ну ты чего, посмотри на меня, — он обхватил щёки Санрайза и обратил его взор на себя, — сегодня такая прекрасная ночь, дети спят, а мы рядом, не стоит грустить, — он слегка потёр его щёку пальцем, стараясь сменить минорный лад. Попытка была эффективной и даже вызвала улыбку Солнца, но кратковременной.              — Как я буду о-один, без т-тебя, Мунни? Это всё жестокая н-несправедливость, — Солнышко охватило абсолютное отчаяние. Луна обхватил его руками и прижал к себе, ощущая чужую дрожь. Несмотря на то, что от корпуса Солнца всегда исходили тепло и свет, сейчас он напоминал тлеющий уголёк, искру, что вот-вот погаснет.       — Ты никогда не останешься один, я всегда буду рядом с тобой, - успокаивал друга Луноликий, легонько поглаживая его по спине. Солнце слышал слова друга будто через фильтр, акцентируя внимание на легком звоне бубенцов от движения руки Муна.       — Ты не знаешь этого, и я не знаю. А в-вдруг они… деактивируют тебя? Заменят?! Уничтожат? — Луна почувствовал, как температура в собственном корпусе опустилась на пару градусов.       «Уничтожение» и «деактивация» тоже уже стали знакомыми терминами, но радости при их упоминании он не испытывал. Возможно от того, что они крайне близко походили на определение человеческой смерти – полной остановки жизнедеятельности. Философские рассуждения на тему того, что они с Солнцем не живы, он не хотел пускать по десятому кругу. Да, они не обладали признаками живых организмов как ни крути, но одно он знал точно – они обладали сознанием и могли совершать разного рода действия, лавируя и обходя правила своей программы, а это уже похоже на свободу воли.       — Не думай об этом, Лучик. Я смирился и принял то, что произойдёт, прими и ты, — Солнце не поверил услышанному. Всегда активный боевой и такой порочный Мун, словно бессознательное, который был готов биться до конца предлагает бездействовать? Солнце в сомнении посмотрел на Луну.       — Я не хочу портить последние мгновения рядом с тобой и если мне и грозит уничтожение, я желаю, чтобы ты вспоминал этот миг, — улыбнулся Мунрайз и погладил Солнце по щеке.              Внутри у Сана что-то оборвалось, словно кто-то вытащил наружу его системный блок и всю охапку проводов вместе с ним. Его глаза потускнели, а напряжение в корпусе сошло на нет. Бой был окончен, не начавшись. Кажется, ему придётся смириться...