Я зря тебе тогда подыграл... Уверен?

      Шарф детектива положили на тумбочку. Чёрный зрачок уже затопил кофейную радужку, когда под изучающим взглядом оказалась открытая шея. Коваль уткнулся носом в неё и, прижав парня на уровне спины сильнее к себе и уложил поперёк кровати, нависая сверху. Вадим выдохнул, когда почувствовал мягкий поцелуй к чувствительной коже. Стоило только подумать о своём возбуждении, как Андрей, будто прочитав эти мысли младшего, поставил своё колено на кровать между ног Вадима. Поэтому, когда Коваль немного втянул кожу, оставляя засос, детективу пришлось отвернуться и закрыть рот рукой. Чувствовалось, как ярко краснели уши и шея.       Винди приподнялся, сидя на одном колене, второй ногой до сих пор стоя на полу. Крайм тоже сел, поднявшись на руках, облокотившись на стену позади себя. Сердце отстукивало бешеный ритм, пока межрёберное чудовище довольно урчало под взглядом карих глаз. Андрей начал расстёгивать пиджак второго, но непочтительно медленно, при этом пристально наблюдая за часто вздымающейся грудью младшего. Шатен схватил трясущимися руками одну из рук парня и отвёл её от себя, после чего сам начал расстёгивать пуговицы. Винди усмехнулся и положил одну руку на уровень талии детектива, созерцая эту сцену. Вадим снял свой пиджак и выкинул куда–то в темноту, после чего он приподнялся на колени и накрыл губы старшего своими, расстёгивая теперь его пиджак. Андрей переместил свою руку под рубашку парня, почувствовав нетерпеливый вздох с его стороны. Когда с пиджаком и рубашками было покончено, Крайм обвил торс второго ногами и зарылся пальцами в кудряшки, прижимая голову летсплейщика к себе. Брюнет усмехнулся и положил второго уже вдоль кровати, снова нависнув сверху. Детектив немного расслабил руки, падая на покрывало. Винди положил руки на бока парня, ощущая быстро вздымающейся от частого дыхания живот. Вадима прошибла мелкая дрожь, когда его бедро немного сжали одной рукой. «Ветерок» усмехнулся в губы второго, пока другой рукой он расстёгивал бляшку на штанах младшего. Крайм схватил за плечи брюнета дрожащими от напряжения руками, потянув на себя, облизнув его губы.       Шатен накрыл губы сероглазого, проталкивая свой язык в открытый рот. Вадим не сопротивлялся и только дрогнул, когда его языка докоснулись. Штаны младшего быстро оказались за пределами видимости, а кожу на бёдрах начало опалять от прикосновений. Винди всё же оторвался от таких желанных для него губ и уткнулся носом в изгиб шеи, оставляя новую красноватую метку. Крайм тихо заскулил, когда его колени раздвинули и к нему прижались. Андрей одной рукой продолжал поглаживать внутреннюю сторону бедра парня, иногда невзначай прикасаясь к нижней части часто поднимающегося живота, при этом не прикасаясь к возбуждению младшего. Вторая рука старшего лежала на груди детектива, немного покручивая сосок между пальцами. Крайм держал летсплейщика за плечи, от удовольствия иногда впиваясь в кожу пальцами, оставляя если не царапины, то синяки точно.       — Ты очень чувствителен, — прокомментировал Винди, прогревая в руке смазку, которую он достал из своего пиджака до того, как он оказался на полу.       — Какой же ты, сука, разговорчивый, — Крайм особенно крупно дрогнул, когда его бедро резко сильно сдавили, явно оставляя следы и прижимая ногу к его животу.       — Сегодня я для тебя Ветерок, детектив, — сказал Андрей, впитывая с упоением дрожь от напряжения и при этом от не комфортных ощущений первого проникновения. Шатен сжал одной рукой покрывало, второй обхватив плечи старшего, прижимая к своей груди, пока жар от тела над ним пробирал его до костей. Кажется, Вадим забыл, как дышать, когда палец немного согнулся и начал двигаться, скользя внутрь. Младший зажал рот рукой.       Андрей убрал руку и жадно впился в его губы. Коваль погладил под коленкой шатена, языком исследуя его рот, продолжая возобновлённый танец их языков. Вадим простонал, впиваясь ногтями в покрывало, когда палец с заметным хлюпаньем вошёл до костяшки. Старший дрогнул в усмешке, смотря в немного мутные от возбуждения глаза, налитые серебром. Брюнет вышел из младшего и с тем же хлюпаньем вошёл уже двумя пальцами, иногда раздвигая их на манер ножниц, покрывая тело второго поцелуями на том уровне до которого мог дотянуться, пока его удерживали за плечи. Тихо скуля то ли от неприятных ощущений, то ли от того, что Винди не прикасался к его возбуждению. Во время этого Вадим откидывал голову на подушку, только сильнее открываясь для новых меток.       Крайм даже не заметил в какой из моментов добавался ещё один палец. Возможно, это произошло в тот момент, когда старший смог снять и свои штаны, выбрасывая их вместе с нижним бельём в темноту. Возможно, это произошло в момент, когда брюнет прижался в младшему так, что казалось, сейчас вдавит его в кровать.       — Мне кажется, что наш детектив любит сам развлекаться наедине, так? — Винди издевательски улыбнулся.       — Вот же ты сволочь разговорчивая — прохрипел второй, нарочно поцарапав плечи парня, когда все пальцы вышли.       — Ты слишком мило выглядишь, — Андрей провёл пальцами по животу детектива вниз, оставляя склизкий след от смазки. — Уж прости, Огонёк, — он докоснулся до головки, немного прижимая её к животу, слушая приглушённый стон, — но ты слишком привлекательно выглядишь и хочется запомнить этот момент, — Коваль ненадолго накрыл губы шатена с великим упоением ощущая появившуюся на руке липкость. — Тебе хватило всего лишь растяжки и моих слов, чтобы кончить?       Брюнет провёл рукой по всё ещё твёрдому члену младшего, впитывая его частое обжигающее дыхание. Винди провёл головкой своего по всей длине органа парня под ним.       — А мне нравится тебя мучать, пока ты содрогаешься от возбуждения, — прошептал Андрей, справившись с хрипом своего голоса, потираясь о растянутое отверстие. Кажется, Крайм хотел что–то сказать, но его рот раскрылся только в тихом стоне от проникнувшей головки.       Винди продолжил медленно двигаться, слушая приятные для его ушей тихие стоны и частое дыхание между ними. Когда летсплейщик задел ту самую точку, Вадим особенно громко простонал, начиная самостоятельно насаживаться, явно желая ускорить процесс.       — Не торопись, у нас ещё есть время, — сказал Коваль, которому показалось, что сказать что-либо будет хорошей причиной для пришедшего на ухо до этого поцелуя.       — Перес,. — Вадим прервался на стон от первого толчка, когда старший вошёл на всю длину.       Винди накрыл губы Крайма своими, набирая темп, тем самым выбивая из младшего всё новые и новые стоны. После особо сильного толчка, Вадим схватился за голову второго, сжимая волосы между пальцев. Андрей остановился, давая себе и любовнику немного отдышаться.       — И кто из нас тут больше торопится? — тихо прохрипел детектив, пытаясь сильнее сжать пальцы, желая убрать этот уж через чур довольный лисий взгляд карих глаз. Но все попытки не увенчались успехом, после чего брюнет взял руку в свою, с легкостью заставляя отпустить его волосы и несильно прижимая руку парня тыльной стороной к подушке. Андрей прижался губами к соску, ещё раз двинувшись. Крайм окончательно охрип, во время новой оставленной метки уже на уровне груди. Коваль двинулся ещё несколько раз и почувствовал ещё большую липкость между ними, после чего и Вадим почувствовал внутри разливающееся тепло. Детектив почувствовал аккуратный поцелуй в его руку, и его глаза накрыло тёмной пеленой. Очнулся он уже в ванной, прижатый боком к груди Андрея.       — Всё хорошо, Огонёк? — Коваль подал тихий голос, поглаживая младшего на уровне талии.       — Ты очень заботливый, Ветерок, — тихо прошептал Вадим, но говорить громче, по ощущениям, он не мог или просто не хотел. — Знаешь, — положив руку на шею Андрея, он продолжил, — если бы ты был ветром, — старший взял вторую руку Крайма в свою и, подняв из воды, повеловал, — то я был бы разгорающимся от твоего присутствия, огнём.       — Ты и в школе был романтиком, совсем не изменился, мой Огонёк, — Винди поцеловал младшего в носик, поглаживая тыльную сторону его руки большим пальцем. — Сможешь сам идти? — шатен на пробу двинул ногами, которые не сразу поддались, начиная немного дрожать.       — Кажется, обратный путь я тоже проведу у тебя на руках, — ответил тот.       Андрей отпустил парня и аккуратно вылез из ванной. Он вынул пробку, дабы вода ушла и взял Вадима на руки, обхватив его торс и держа ноги на уровне колен. Детектив только прижался к нему, положив голову на его плечо. Парень очнулся от полудрёмы уже на кровати, когда его вытирали полотенцем.       — Сейчас приду, — только и сказал он, укрыв младшего одеялом. Вадим что-то невнятно буркнул в ответ и опять провалился в дрёму, которая плавно перетекла в царство Морфея, когда Коваль вернулся к нему и обнял.

***

      Вадим всегда пробуждался рано. Когда солнце ещё только начинало выглядывать из-за горизонта, но всё рано или поздно может измениться. Сегодня это и произошло. Крайм сонно зевнул и приоткрыл глаза. Рядом с ним не обнаружилось никаких доказательств существования в квартире, или, как минимум, в комнате Андрея. Шатен потянулся и тихо прошипел от отдавшейся в теле неприятного ощущения. Послышалось шуршание и на подушку рядом с детективом опустился кот. Вадим окончательно проснулся, вспомнив, что у Андрея аллергия на кошачью шерсть и кот точно не его. Кот мяукнул, обтёршись о подставленную руку парня, детектив расширил глаза от удивления.       — Доброе утро, соня, — в дверях появился Винди в каком-то нелепо выглядещем на нём фартуке.       — Доброе, — зевнув, ответил Крайм. Раздался чих Андрея. — Кстати, откуда здесь Митяй?       — Будь здоров, спасибо, — «ненавязчиво» упрекнул Винди парня. — А ты знаешь этого кота?       — Прости, будь здоров, — шатен погладил пушистика. — Митяй был у Киры и у того «прихехешника», это их кот.       — Спасибо, — по-добробу усмехнулся старший, с упоением разглядывая парня и сняв фартук, который положил на тумбочку. — Я нашёл его на улице, он просто гулял и я его взял, подумав, что он бездомный, — Андрей взял со стоящего около двери стула какие-то вещи и положив их на прикроватную тумбочку, сел на кровать. Крайм посмотрел в карие глаза и положил свою руку поверх руки Винди, почувствовав, как тот переплёл с ним пальцы, когда на губах брюнета расцвела милая улыбка.       — А у тебя разве нет аллергии на котов? — Вадим ещё раз зевнул, смотря на то, как Митяй лёг рядом с их руками, потираясь об них.       — В детстве была, потом прошла, но любовь к томатам так и не появилась, — он усмехнулся, будто что-то придумав. Парень расцепил пальцы и положил кота на подушку, после чего лег с детективом. — Зато, — парень приблизился к уху Крайма, продолжая шёпотом, — зато появился стояк на тебя.       — Не быть тебе романтиком, — прокомментировал Крайм, смотря в немного хитрый взгляд напротив.       — Я слишком прямолинеен для этого, Огонёк, — парень отвлёкся на кота, устроившегося на подушке и начавшего перебирать подушку, сжимая её поочерёдно лапками. — Тем более, зачем мне быть романтиком, если у меня есть ты?       — Я польщён своим учеником, юноша, — усмехнулся Вадим. Винди поцеловал парня в лоб и, потрепав ему волосы, встал с кровати.       — Оденься, я думаю, тебе подойдёт. Твой наряд более праздничный, чем обычная вылазка на улицу, поэтому возьмёшь мою, должен же я как-то извиниться за твои боли, — Андрей показал на одежду на тумбочке, смотря в серые глаза. Крайм немного порозовел, — Ты мило смущаешься.       — Так, слышь! — шатен быстро приподнялся и кинул в начавшего хохотать парня, подушку, которая была поймана и отправлена обратно, но уже в лицо не менее хохотавшего Крайма.       — Я буду на кухне, приходи, как оденешься, — на этих словах кареглазый вышел из комнаты.       Вадим успокоился и сел в кровати, тихо прошипев. Помотав головой, он встал с кровати и надел футболку вместе со своими «семейными трусами». На удивление, белая футболка, принадлежавшая Винди оказалась не сильно большой. Детектив подошёл к зеркалу на шкафу около окна. От увиденного парень незначительно порозовел. На шее было видно большое количество сине–фиолетовых меток. Крайм приподнял ткань на плече, продолжая разглядывать напоминания о прошедшей ночи. Вернув футболку на место, парень развернулся спиной к зеркалу и, приподняв клетчатую ткань, посмотрел на оставленный на бедре след. Отпустив ткань, шатен пошёл на кухню, мельком посмотрев на довольную мордочку кота, уснувшего на подушке.       На кухне Винди делал завтрак. И что удивительно, ничего не полыхало ярким пламенем и слышалось только шкварчание жарившихся яиц, а не многократные маты. Вадим опёрся спиной на дверной косяк, сложив руки на груди, смотря на это действо. Андрей повернул голову к пришедшему и осмотрел его сверху вниз, после чего посмотрел в серые глаза.       — Всё хорошо? — кареглазый выключил плиту и начал резать огурцы, отвернувшись от созерцания. Вадим подошёл к нему и обнял со спины.       — Ты пытался сдерживаться вчера, но, судя по количеству оставленных тобою на мне поцелуев, не очень ты справлялся с этой задачей, Ветерок, — старший развернулся к детективу и обнял его, прижимая сильнее к себе.       — Чтобы ты знал, не легко справиться с внутренними демонами, когда ты так прекрасно стонешь, Огонёк, — тихо сказал Андрей, мысленно усмехнувшись от милого лица младшего.

***

      Последующие несколько часов у Винди так и прошли. Под разговоры про вчерашнее и про планы на день. В какой–то момент они смогли договориться, что кот Митяй останется у Андрея, а Вадим ушёл к себе домой в выданной ему одежде с пакетом со вчерашним костюмом.       На следующий день парень пошёл на работу. Оказалось, пока он был у Андрея, произошло ещё одно убийство от «Номера Тридцать Один». Он довольно безжалостно расправился с одной парой молодожёнов. Константин Огневик Романович и его жена Кира Сергеевна, тела которых были изрезаны при помощи ножа, а их языки лежали рядом с их телами. Вадим подавил рвотный рефлекс, разглядывая фотографии.       — Ещё там была записка, — сказал Рома, протягивая закрытый пакетик с маленькой квадратной бумажкой. На ней был печатный текст: «Все подражатели мне помогали, пока были мне нужны. Но история идёт к развязке, Вадим Крайм. У меня осталась последняя цель. Попробуй успеть спасти своего парня, детектив. Ты не успеешь, если придёшь не один.» — Беги быстрее, Вадим, это твой шанс поймать его.       Крайм кивнул и, сорвавшись с места, побежал к дому Андрея. Уже через пару минут он был у дома. Дверь в подъезд была открыта и придерживалась камушком. Вадим даже не успел осознать, как уже был напротив двери брюнета. Парень дёрнул ручку двери пару раз, она не поддалась. Без задней мысли детектив взломал дверь с помощью отмычек. Стоило шатену переступить порог, он тут же упал на пол от удара. Последнее, что он увидел на грани бессознательности — чёрные носки неизвестного и упавшая рядом бита. Очнулся кареглазый прикованным к стене. «Хоть пару дней я могу быть не прикован наручниками?» — Вадим закатил глаза на этот факт.       За дверью его комнаты слышались тихие голоса, но разобрать хотя бы суть их разговора не представлялось возможным. Разговор прекратился через пару секунд после звона цепочки на наручниках. Один из разговаривающих, судя по приближающимся шагам, пошёл в сторону Вадима. Дверь слева от изголовья кровати, на которой и сидел парень, открылась. В комнату вошёл парень в тёмных одёжах, на джинсах и низе плаща была свежая, но немного подсохшая кровь. Он не обратил внимания на взгляд детектива и пошёл к завешенной тканью доске на стене напротив Вадима. Парень достал из кармана толстовки маленькую фотографию, как успел разглядеть Крайм, мёртвого тела. Откинув ткань и открепив гвоздик с ниточкой, вместо маленькой заметки с ручным почерком была прикреплена фотография. Заметка была смята и убрана в карман, а чёрная ткань была возвращена обратно.       — Что я здесь делаю, Тридцать Первый? — Вадим позвенел цепями, чтобы привлечь внимание. Убийца обернулся на него, но всего лишь прислонился спиной к стене, сложив руки на груди, проигнорировав. На тёмные очки упала прядь русых волос и парень убрал её за ухо. — Ты не «Номер 31». Где твой босс, подражатель? — Крайм смотрел в чёрные очки парня, ожидая ответа.       — Ты уверен, что это правильный вопрос, Огонёк? — прозвучал знакомый голос от двери. Вадим повернулся на Винди, который уселся на прикроватную тумбочку. Подражатель усмехнулся на прозвище детектива, но быстро замолк. — Иди на кухню, — проговорил сквозь зубы Андрей. Подражатель ушёл.       — Перестань игрорировать, что я здесь сижу, Андрей! — Винди посмотрел на доску.       — Ты действительно ничего не понял, детектив? — Коваль посмотрел младшему в глаза и, встав с тумбочки, подошёл к доске, смотря на неё. — Ты же считаешься одним из лучших детективов города. И ты не смог узнать в своём лучшем друге и парне убийцу? — Крайм смотрел пустым взглядом на парня, ведь он был прав. Вадим настолько был поглощён своими чувствами, что не заметил очевиднейшего. — Похоже, моя теория была верна, — прокомментировал страший, снимая ткань с доски.       — И какая у тебя была теория, Тридцать Первый? — Крайм посмотрел на наручники, дожидаясь ответа. Андрей как–то по–лисьи хихикнул и с кухни послышался грухой удар вместе со звоном стекла.       — Как думаешь, сколько у меня было помощников, чтобы красиво уйти с поста? — Винди осматривал фотографии, как-то отречённо смотря через плечо на младшего. Тот посмотрел на доску. Посередине две фотографии из класса. На одной был Вадим, на другой из них двоих присутствовал только Андрей. Почти к каждому человеку была прикреплена кнопка с ниткой, которая вела к идентичной кнопке–гвоздику с фотографией. Только на этой фотке человек, от которого шла нить, уже был мёртв, а на фоне видна была метка Тридцать Первого. Внизу доски были прикреплены фотографии, от которых не шла ни одна нить. Среди этих 39 фотографий, детектив заметил истерзанные тела Киры и Кости.       — Ровно сорок подражателей, Тридцать Первый, — сквозь зубы отчеканил Вадим, смотря из-под лобья на старшего.       — Наши друзья, после твоего ухода, стали издеваться надо мной, по той причине, что я стал морально слаб после твоего ухода. А подражатели… это были психи, они считали меня героем. Они считали, что я убиваю плохих людей, они идеализировали мой образ, становясь слепыми фанатиками и верными псами, которым только и успевай отдавать приказы. В группе никто из них не знал друг друга в лицо без маски. Они сами друг друга убили, даже не зная этого. Я убил только последнего из них, сорокового, — Андрей повернулся к детективу, прикрыв глаза в некой задумчивости.       — Освободи меня, Тридцать Первый, — Вадим холодным взглядом посмотрел на парня, пытаясь игнорировать внутренний озлобленный рык межрёберного чудовища.       — Мне не нравится, когда ты меня так называешь, Огонёк, — Винди посмотрел на шатена, сделав пару шагов в его сторону.       — Мой друг Ветерок не может быть убийцей. Он добрый человек с любящим сердцем. Ты, Номер Тридцать Один, всего лишь жалкий псих, — Крайм посмотрел прямо в карие глаза. — Повторяю, освободи меня, Тридцать Первый, — Андрей приблизился к нему и, поставив руки на край кровати, посмотрел Вадиму в глаза. Младший только на секунду потерял всю уверенность в своей злобе, но даже эта секунду не осталась незамеченной брюнетом, губы которого растянулись в хитрой улыбке.       — Прости, Вадим, но видеть тебя таким беззащитным в наручниках входит в приятную для меня привычку, — Тридцать Первый многозначно ухмыльнулся, всем своим видом напоминая чёрного лиса, зажавшего русого кролика в угол.       — Я не собираюсь сидеть столбом, если ты попытаешься меня убить, Номер Тридцать Один, — Вадим дёрнулся, когда почувствовал, как Коваль уселся сзади него.       — Я не собираюсь даже пытаться это делать, мой хороший, — Винди положил свои руки на бока Крайма, положив голову на его плечо. — Ты не сможешь сопротивляться мне, детектив, — прошептал старший на порозовершее ухо парня.       — Я настолько задумаюсь, что потеряю интерес ко всем твоим действиям, — Вадим вздрогнул, почувствовав, как его свитшот приподымают.       — О чём же ты сможешь настолько сильно задуматься, что даже перестанешь замечать мой член внутри тебя? — Крайм был уверен, что Андрей ухмыльнулся, говоря эту фразу, забираясь под свитшот и футболку детектива.       — Я зря тебе тогда подыграл, Винди 31, — ответил Вадим, немного дрожа от известных только старшему движений по коже, под одеждой.       — А ты уверен, что ты был бы против происходящего сейчас? — брюнет одной рукой понялся до уровня груди младшего, второй вырисовывая узоры на ноге парня. — Уверен? — повторил вопрос парень. Вадим сильнее прижался к нему, уже забыв о скованных руках, сжимая одеяло.       — Сними мои наручники, Ветерок, ты смог меня поймать и жертве без шанса и желания сбежать, нет смысла вырываться, — Крайм повернул голову и накрыл губы Андрея. … ему уже всё равно на дело, всё равно…