Still into you

Джинкс ощущала на своей коже холод, он пробирался под одежду и царапал ее кожу. Это практически сравнимо с самыми страшными морозами в Зауне, когда если окажешься на улице, то умрешь от холода. У нее болела голова, в ней проносилось огромное количество мыслей. Одними из самых странных мыслей были о том, что ей нужно выпить. Зачем и что? Джинкс и сама не знает, только бы почувствовать спасательное тепло, которое ей так необходимо. Джинкс хотела убежать от этого пространства и забиться в угол, сжавшись, чтобы хоть как-то приобрести спасительное тепло. Даже внутри нее было холодно, как будто прямо в ее теле находилась пустота. Джинкс хотела ощутить хоть что-то кроме покалывания на коже, что отравляло ее существование с каждой секундой. В голове возникла ситуация, идентично похожая на эту, только тогда ей было жарко. Ее будто разрывали на части, взрывая в ее груди бомбы, одну за другой. Джинкс задыхалась, будто от дыма пожара, хватала ртом воздух, пытаясь найти хоть чуточку холода. Отчаяние и в той ситуации и в этой было одним. Безысходность охватывала ее разум с каждой секундой. Джинкс задышала чаще и резче, хватала ртом воздух, пытаясь поддержать жизнь в своем слабом теле. Она резко замерла. А зачем ей сохранять жизнь? Не проще ли поддаться этому состоянию, преследующему ее на протяжении долгого времени, и прекратит бороться? А для чего она борется…? Чтобы сохранить свою жизнь? Нет, она легко могла бы убить себя гранатой, если ситуация будет безысходна. Может ради ярких эмоций, окутывающих ее во время бомбардировки зданий? Это уже ближе. Тот экстаз, охватывающий ее тело каждый раз, когда она дает чему-нибудь взрываться, просто непередаваем. А ее тело взорвется с такими же ощущениями? Вдруг она услышала шорох за своей спиной, от которого Джинкс вздрогнула. Краем уха она услышала голос Вай, говоривший, что она ужасна, не достойна жизни. Лучше бы она вообще не рождалась, лучше бы она умерла на том мосту. Джинкс сжалась в комочек, пытаясь дышать, как всегда говорил отец. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Но Вай не уходила, к ней в компанию наоборот присоединилась и злорадно смеющаяся Шляпа. А потом и какофония других голосов, словно тайфун сменявших друг друга. Самым выделяющимся был голос Майло, он всегда был назойливей и громче других. Минута. Другая. Джинкс это надоело. Она резко открыла глаза и повернулась к голосам, крича что-то, что она сама не слышала. Ее крик оборвался настолько же резко, как и начался. Ее тело покрылось мурашками, а лицо изображало истерический ужас. Напротив нее стояло зеркало, при одном взгляде в него, всю ее грудь пронзил мороз, сравнимый с холодами Фрельйорда. Напротив нее стояло зеркало. Старое, окантованное черной древесиной с выгравированными фигурками ворон. В ней отражалась Джинкс. Нет. Не Джинкс, Паудер. Тело маленькой девочки дрожало в нескрываемом ужасе, ее глаза были широко раскрыты, а розовые глаза, это единственное, что выдавало в ней прежнюю Джинкс. - Нет, нет-нет-нет-нет, - она в ужасе бормотала в темноте, не мигая смотря в зеркало. Ее одежда была в точности такой же, все ощущения были будто она и правда эта десятилетняя девочка из зеркала. Джинкс моргнула, приложив маленькую ладонь ко рту. Паудер в точности повторила это действие, ни отставая, ни на секунду. Позади нее послышались шаги, из темноты выплыл мальчик. Его грудь была насквозь пробита железной балкой, а изо рта капала кровь. Джинкс могла слышать, как капли падали на пол темноты, пока Майло подходил ближе. Его глаза были мертвенно белыми, зрачков не было, а на бледных губах не было ничего, кроме грустной улыбки. - Поему ты убила меня, Паудер? – он встал ей за спину, глядя на нее через старое зеркало. Она могла лишь молить о прощения, прижимая колени к груди. В ее груди становилось все холоднее и холоднее, а Майло смотрел все страшнее,- Ты понимаешь, что твои извинения ничего не сделают, да, Джинкс? Он еще что-то говорил, но она уже не слышала. Это все ее вина, ее вина! Она просто хотела помочь, она ни хотела никого убивать. Если бы она тогда не пришла, все были бы живы. Паудер была бы жива. Если бы она тогда не украла те проклятые Хекс-камни, то их бы вообще не преследовали, если бы она не рождалась, многие бы были бы живы. Это ее вина, это она во всем виновата. По ее щекам текли слезы раскаяния, пока Майло все кричал, что она виновата во всех грехах человечества, что она проклинает всех просто своим существованием. Джинкс не заметила когда рядом с Майло встала Вай. Но не та Вай, из Пилтовера, шестнадцатилетняя Вайлет, породившая Джинкс. Вай что-то говорила, но девочка не могла услышать что. По интонации ее голоса, это было что-то осуждающее и гневное. Гул в голове все нарастал, Джинкс хотела, чтобы он исчез. Исчез навсегда, оставил ее одну, хотела, чтобы была тишина, но не пугающая, а успокаивающая. Она била себя по голове, хоть как-то пытаясь прогнать эти вопли, крики, стоны. Кто-то молил о помощи, говорил, что у него семья, дети, что он ничего в этой жизни плохого не совершал, что он может заплатить, только бы не умирать. Кто-то вопил от боли, как будто его пытали, вопил, что ничего не знает. Кто-то кричал, что она проклятие, недостойное жить, что она убила его семью, и он хочет отомстить ей, что она причинила ему столько боли, сколько представить невозможно. - Джинкс, все хорошо,- сквозь толщу голосов, прорвался ласковый мужской голос. Она бы узнала его из тысячи других. Он всегда приводил ее разум в порядок, он всегда помогал справиться с самыми страшными кошмарами, прятавшимися в ее голове. Она подняла голову, посмотрев в зеркало. Прямо позади нее, ближе всех находился человек, отгоняющий других призраков,- Все будет хорошо. Джинкс резко обернулась, пытаясь дотянуться и обнять фигуру отца, но он растворился в белой пелене, рассыпавшись пурпурными осколками. * Джинкс резко открыла глаза, тяжело дыша. Черт, это самый беспокойный кошмар за последнее время. Первым что она почувствовала, были эмоции, переполняющие ее словно вода реку после дождя. Грусть, страх, фантомная радость, приглушенный гнев и предвкушение. Предвкушение чего? Что ж на это она и сама не знает ответа. Вторыми она почувствовала руки, обхватывающие ее плечи, и девушку крепко ее обнимающую. Блондинистая копна волос уткнулась ей в лицо, сложно было ее не заметить. Джинкс незаметно протянула руку к своему поясу. -На будущее,- она смотрела на Люкс, пытаясь понять ее эмоции. Блондинка сначала выглядело обеспокоенной, но когда она почувствовала, то тут же застыла, боясь вздохнуть. К боку Люкс прижимался пистолет,- Я не люблю, когда ко мне прижимаются чужие люди. Люкс пыталась что-то сказать, но у нее не получалось. То ли от страха, то ли от непонимания, Джинкс так и не поняла. В любом случае, она не виновата, Джинкс же не заставляла ее обнимать. Она никогда не нуждается в помощи. Особенно человека, которого она знает, дай Жанне, день с натяжкой. Джинкс ждала, что предпримет девушка, заинтересованно смотря на нее пурпурными глазами. -Ладно, хорошо, я запомнила,- Люкс медленно подняла руки, как бы говоря, что сдается. Еще с минуту Джинкс держала пистолет у ее тела, пытаясь выискать ложь в глазах напротив, но ничего так и не нашла. Может это к счастью, не хотелось бы прибирать труп сразу после приезда в Демасию. Джинкс опустила Шокер, и повесила его на свое место. Комната выглядела светло. Бежево-белые стены, светлый пол и белоснежный потолок, без единого пятнышка. Прямо над потолком белые закругленные завитушки из… глины? Бетона? Джинкс так и не поняла. На стороне кровати Люкс на потолке был нарисован красивый рисунок облаков и птиц, создающий видимость неба. А у Шляпы была другая комната, возможно, она просто аристократ другого сорта. Напротив входной двери расположен балкон, по которому Джинкс вчера залазила в комнату. Балкон с видом на мини-лес, из которого она вышла, нехило так освещал комнату, даже люстру можно было убрать к черту, сэкономив несколько сотен золотых монет. Джинс пригляделась, да эта люстра стоила бы наверно целое состояние в Зауне. Кровать Люкс была не то что большой, но чуть больше среднего размера точно. Кровать была с массивным таким балдахином, который был чище, чем река Пильт, а это, между прочим, показатель. Если резюмировать, то выглядела она слишком по-аристократичному, даже по меркам Пилтошек. Единственное, что ей понравилось в этой комнате, так это потолок, на остальное в принципе плевать. Кстати ее плащ лежал близко к окну, лишь бы на солнышке не нагрелся. Люкс все еще сидела напротив нее, пялясь на нее, будто чего-то ждала. Не, такое Джинкс понять не может, она не владеет невербальным общением, извините. Так и не получив ни слова изо рта Джинкс, Люкс покачала головой и встала. Джинкс посмотрела на нее как на сумасшедшую. От нее что-то хотят, да? В любом случае ей все равно, какое ей дело до какой-то красивой аристократки из Демасии. - Слушай, я должна идти, долг стража и все такое,- Люкс подошла к своему туалетному столику, которого до этого Джинкс даже не замечала. Она надела на себя белую накидку с золотыми вставками, и пошла прямо к двери, мимо Джинкс,- В общем, еду попросишь или возьмешь на кухне, она вниз по коридору и налево, там, на двери будет написано. Если что, я предупредила стражников о твоем присутствии. С тобой точно все хорошо? - Блондиночка, давай проясним,- Джинкс остро улыбнулась, чуть показывая свои острые зубы. Она уже заметила жезл, лежащий под кроватью, и поняла, что с Люкс дела могут пойти сложно, если она не обозначит границы. Возможно, если она подтянет ближний бой, то с ней можно будет поиграть,- Я просто некоторое время живу в твоем доме, ничего более. Все, ничего больше нас не связывает. Люкс сглотнула, и взглянула на нее уж очень странно, даже по меркам Джинкс. Она не могла никак понять этот взгляд, и из-за этого она взволновано дрыгала ногой по одеялу. Но вдруг девушка напротив что-то вспомнила и хитро ухмыльнулась, у Джинкс как груз с плеч упал, сразу легче стало. - Могу ли я надеяться на уроки борьбы?- Люкс игриво протянула вопрос, чуть прищурив глаза, как лисичка. Пхах, да, они наверно смогут поладить, хотя ее комната указывает на обратное. Маг опиралась на дверь спиной и ждала ее ответа. - Ну, я подумаю, знаешь, олень в вашем городе ничего такой, вкусный,- Люкс засмеялась, а после смехом заразилась Джинкс, и давящая атмосфера между ними медленно растворилась. Джинкс облокотилась на стену спиной, солнце светило ей глаза, она не смогла привыкнуть к нему даже за три дня здесь. На ней была ее обычная одежда, топ да шорты, ничего особенного, оружие валялось где-то рядом, но почему-то Люкс замолчала и завороженно на нее взглянула,- Эй, ты разве не опаздываешь, Лучик? - А? Да, конечно,- блондинка заикнулась на последнем слове, и неловко улыбнулась. Люкс почесала затылок и посмотрела на часы, лежащие у нее на туалетном столике,- О черт, я реально опаздываю. До встречи. Джинкс! - Пока, Блондиночка,- за Люкс быстро закрылась дверь, и когда ее шаги уже стихли в коридоре, Джинкс потянулась. Мышцы так затекли, о Жанна. Голоса сегодня были подозрительно тихими, возможно после кошмара они, как и она находились в некоем треморе. Хорошо, что Лучик ее растормошила, а то бы ходила тучей целый день. В голове почему-то возникли слова Ари про то, что она выглядит грустной. Ладно, сейчас не об этом. Джинкс решила не разгуливать по поместью с огромным оружием наперевес, хотя Скелетница и сказала ей, что она их бросила. Она, конечно, начала оправдываться, мол, она их и так с неделю без перерыва носила, так что пускай не жалуется. Но оставила Шокер. На всякий случай, мало ли, что в жизни пригодится, голоса поддакнули. В туалетном столике Люкс шариться не хотелось, да и желудок протестовал против этого с неистовой силой. Вроде у нее осталась еда, которую она купила в городе. Джинкс посмотрела в сумке, но с ужасом ничего не нашла, похоже она все съела еще вчера. А ведь идти и общаться с людьми так не хотелось, ей своей голосов с лихвой для общения хватает, а тут люди. Но делать нечего, пошла. В последний раз она с сожалением взглянула на свои любимые пушки и смахнула невидимую слезу. Ничего родненькие, мамочка скоро придёт. Как там Люкс говорила, вперед вниз и направо? Или влево? А все равно. Едва она наконец-то выбрала путь, как на ее пути встала женщина лет тридцати. Худая, но в доспехах и высокая. У нее были светлые волосы, но гораздо более тусклые, чем у Люкс. На ее лице можно было увидеть маленькие морщинки, но выглядела она не менее красиво. У женщины были холодные, бледные голубые глаза. Интересно, если бы Люкс была такой серьезной, у нее были бы такие глаза? Стоит сказать, что если бы их сравнивали, то Джинкс в своем прекрасном ярком образе выглядит довольно странно.