Всей галактике назло!

Кеноби бухнулся в соседнее кресло, ещё туго соображая. А ведь мог бы уже и привыкнуть к этаким кульбитам в исполнении что Скайуокера, что Люка. Тренировка нервов-то на что тогда? Но, как показала практика, умели эти двое выбивать из прочной колеи на раз-два.  — Не успокоительное. Кореллианское виски, если есть. Энакин смотрел на Оби-Вана с замершей усмешкой на губах, словно сомневаясь, что это именно то, что тому надо. И махнул в сторону бара.  — Валяй, я тебе не официант, сам справишься, — сам же пригубив янтарный напиток и прижмурившись от тепла, которое разлилось в желудке. Кажется, разговор выйдет длительным. Бен щедрой рукой плеснул алкоголь, взвесил всё «за и против» и решительно развернулся к расслабленному ситху.  — Как? — голос сорвался. Скайуокер открыл глаза и нехорошо уставился на мастера, поняв подоплёку вопроса.  — Вы всё продумали с Йодой, Оби-Ван. Почти. Только не учли один такой неприметный и почти невозможный фактик, но тебе, в виде предупреждения, всё же расскажу. Ты сядь, впечатлительный ты наш, а то брякнешься. Что-то нервы у тебя стали не к чёрту. Бен только в ответ взглядом сверкнул, не покупаясь на подначку.  — За Падме у меня к тебе претензии есть, но об этом позже. А по поводу твоего скотского поведения на Мустафаре… Ты бы, если уж пришёл ситха убивать, валил бы меня окончательно. Ситхов убивать правильно нужно. Бен поперхнулся виски, закашлялся и долго восстанавливал дыхание. Всё это время Эничка крутил в пальцах бокал, словно уйдя в свои мысли.  — Ситхов ещё и правильно убивать надо?  — Это умение потеряно было джедаями. Да, убивать надо правильно. Через отсечение головы. Вспомни Дуку. Оби-Ван ощутил на мгновение этакое чувство невесомости. Он очень надеялся, что Энакин сейчас над ним просто-напросто издевается. Очень надеялся.  — Оставив там, на Мустафаре, горящего, ты мне всё равно оставил шанс. Ведь правда? Шанс на возможную жизнь. Вы разминулись с Сидиусом на краткие мгновения: один взлетел, другой садился. Он нашёл меня там же, где я упал. И лечение началось прямо на месте.  — Лечение? — у Кеноби был очень слабый голос.  — Да, лечение. Сидиус оказался целителем, а не только политиком. Кстати, Дарт Мол тебе привет просил передать, мстить за Набу ему категорически запретили, так он до сих пор горит праведным гневом за то поражение. Кеноби вылупился на собеседника вытаращенными глазами, бокал медленно скользнул из разжавшихся пальцев… Энакин шевельнул пальцами и Силой подхватил бокал, поставив на столик рядом с Беном. Расслабила его мирная жизнь, ой расслабила! Совсем в руках себя держать разучился, а ведь когда-то Энакин завидовал по-чёрному своему учителю за его выдержку и умение встречать неприятности с джедайской невозмутимостью. Оби-Ван пытался совладать со своим разыгравшимся воображением. Мало ему Энакина -Вейдера, так теперь ещё один ситх рогатый образовался на горизонте. Может Вейдер сейчас и не открывает активных действий, потому что эстафетная палочка в руках более старшего, Мола? Ладно, ладно, вдох-сип-выдох, спокойствие… Только спокойствие. Ну и отсутствие сна, чего уж, спокойного, а так — вроде бы ничего сверх необычного, возвращаемся к рабочим будням и почаще включаем паранойю и чувство преследования. А! У неё же есть цивилизованное название — «самосохранение»! Но это у Оби-Вана уже давно отсутствовало. Он лишился этого чувства в тот момент, когда принял клятву от Скайуокера и взял его в ученики. Скайуокер внимательно наблюдал за собеседником, улыбаясь всё шире. И ощущая, что ему есть, чем гордиться вот за этого представителя обширной галактики. Может Кеноби и расслабился маленько, но недооценивать его, право, не стоило. Опыт!  — То, как проходило лечение я тебе рассказывать не стану, ещё поврежу твоё хрупкое чувство возвышенного. Просто представь, что меня освежевали заживо, делая это при помощи Силы, без обезболивания, чтобы снять корку спёкшейся кожи и одежды. И всё это время я обязан быть в сознании! Оби-Ван только представил, побледнел и решил, что со сном он обождёт сутки, пока не сгладятся впечатления от разговора.  — Сидиус прокомментировал, когда закончил этот процесс, что если я копытца не отбросил за всю процедуру, то жить однозначно буду. Проверено опытным путём якобы. Но что это мы всё обо мне да обо мне? Ты мне расскажи, где ты обнаружил этот сгусток энергии по имени Люк? И в каком возрасте приступил к его обучению? Ребёнок ведь обучается? В процессе вялого рассказа Кеноби брови Вейдера взлетали вверх не единожды. Особенно его впечатлило, когда Оби-Ван озвучил цифру содержания мидихлориан в крови Люка. Палпатин зарыдает же от счастья! Нет, вовсе не от того счастья, что вам в голову пришло, господа и дамы! От счастья, что он стал свидетелем, как джедаям нос натянули с их постулатом, что двух обладателей такого уровня в одно и то же время быть просто не может! Да, надо бы запастись валокардином, а то Император у нас человек пожилой, от радости и предвкушения ему и плохо может стать!  — Фамилию ему ты даёшь свою, а его настоящая какая? Ведь ты сказал, что мать от ребёнка отказалась и воспитывал его самостоятельно. Энакин подобрался, когда увидел как внимательно глянул на него Кеноби, баюкая в ладонях пустой бокал. «Сейчас пакость скажет!» — промелькнуло в голове ситха.  — Ты в самом деле хочешь узнать? Может передумаете, милорд? Крепче спать будете, подумайте, — голубые глаза уставились на Вейдера с крошечными искорками в зрачках. Энакин покусал губу, прикидывая расклад.  — Фамилия! На лице Оби-Вана промелькнула грусть. Он словно сожалел о словах лорда. Теперь и Вейдер сожалеть уже начал на своей настойчивости. Но давать задний ход уже было поздно.  — Фамилия его по матери была Скайуокер.  — Он не мой сын!!! Не может… Кеноби смирно сидел и не пытался делать резких движений. Он ведь предупреждал, правда? Зачесался нос. Кажется, Люк, где бы не был, тоже развлекается по-своему.