Лекарство от бессонницы

      Грязь, помои, лужи, тёмные коридоры из старых плит и земля — хорошо описывали подземный город. Девочка, сидевшая в каких-то оборванных тряпках в самом дальнем углу здания обнимала плюшевого зайчика. Такого же грязного, как и она сама. Янтарные глазки потеряли свой былой блеск, исхудавшее тело требовало еды, но приходилось есть лишь корки с плесенью. Блондинистые волосы с лавандовым отливом и отросшими прядями спереди вселяли ужас в прохожих, даря девочке прозвище «ведьма». Некоторые и вовсе избивали её до потери сознания, но она каждый раз просыпалась. Вся в крови, пыли, каплях краски и глубоких порезах по всему тельцу, как она ещё осталась в живых — остаётся загадкой.       Ей всего 5 лет, а казалось будто пережила уже все прелести жизни. Хотя, может для кого-то так и есть? Мать крохи умерла неделю назад от болезни, которая поразила лёгкие. Её тело лежало на гнивших коробках и никто не собирался его хоронить или хотя бы убрать куда подальше. Про отца женщина даже и не рассказывала дочери. И при каждом вопросе о нём сжималось сердце. Настоящее имя девочки — Камико Лопес. Звучит даже как что-то аристократичное, сначала и не получаешь что она из такого отвратительного места. Мечта о жизни на свежем воздухе во дворце никогда не осуществится. Невинные мысли о счастливом будущем и любви точно не для её положения. Сейчас лишь бы выжить, хотя Камико теперь не хочет даже этого. Она будто повзрослела за дни после смерти матери, почувствовала всё на своей шкурке. Это не то, что должно было произойти, не сейчас, не с ней.       Вечная темнота словно ослепляла всё вокруг. Глаза слипались от нехватки сна и еды, конечности онемели, было даже тяжело сидеть. Камико не могла свободно дышать из-за противного запаха, который обволакивал всё пространство рядом. Казалось, что такая жизнь и не имеет смысла.

***

      С невероятным трудом прошло ещё 2 дня. Девочка спала на холодной земле не в силах шевелиться. Голова болела, сильно отдавая в висках. Руки дрожали от холода и долгого лежания на земле. Порезы засохли и кровь начала сыпаться на лицо и остальные участки тела. Короткий обрывок ткани, являющийся жалким подобием одежды крохи не прикрывал практически ничего. Девочке хотелось тепла и воды, которого здесь не было и в помине. Близко слышались отголоски людей и топот копыт. «Неужели это кто-то из тех, кто живёт на поверхности.? Здесь нет животных кроме крыс» Единственная мысль, которая приходила в голову Камико. — Эй! Здесь вроде ещё кто-то есть, — произнёс грубый мужской голос, останавливая лошадь. Девочка, сжавшись сильнее в комочек зажмурила глаза, готовясь к очередному избиению. Группа солдат остановилась рядом с ней, окружив сверху. Человек, который был во главе отряда присел рядом с малышкой. — Хм, давно ты здесь? — Камико лишь слабо кивнула, боясь отвечать. — Да оставь ты её уже, у нас была другая цель. Мы всё сделали, пора уезжать из этих трущоб. Нечего подбирать всякий сброд по дороге, — проговорил другой мужской более высокий голос. Девочка от такого высказывания не могла сдерживать слёзы и начала понемногу хныкать. — А почему бы нам не забрать её? В полицию можно будет пустить, нам не хватает сейчас людей. Или заинтересуется ещё чем-то, вдруг медициной? Обговорим этот вопрос с остальными, — замечая заплаканное лицо, отвечает командующий. — Тц, всё на твоей совести, она никому не сдалась. Твоя доброта совсем ни к чему. «Я что.правда смогу попасть наружу? И жить как остальные?» Лишь об этом могла думать девочка, мечтая увидеть солнце. Беря на руки Камико, отмечая про себя её крошечный вес, глава полиции сел на лошадь и ответил: — Хватит. Если что, я сам буду отвечать за неё, — и отдав приказ, отряд начал выдвигаться наружу.