Четыре минуты с тобой

Параллели проводов, исчезающие в облаках верхушки сосен и домов, блеск луны, догоняющий стёкла состава — сплава бронзы и латуни. В шуме колёс поезд унёс нас в поле. Немного боязно смотреть на бескрайний мир из вагона бегущего вдаль поезда. Рыбы-ангелы в синей глубине. На дне изумрудные водоросли, алые кораллы, кислорода мало, пузырьки воздуха на поверхности. В сердце неизвестности блики солнца играют в прятки на бирюзовом дне. Плыви ко мне… Голубая лагуна, затонувшая шхуна на лазурном песке. Пламя дрожащей свечи, танцем змеи нарастая в ночи, очаровывает, пленяет, завораживает, в секунду взрывается яркой вспышкой, тает, рисуя тени умерших животных на стенах, на потолке, на полу, на теле моём. Жуки, пауки, мёртвые кошки на моей ладошке оживают и танцуют в этом тёплом мирке. В кулаке серый пепел. Чёрное небо, чёрные волны. В вечной тоске сидим на песке в дыхании чёрного ветра. Лунная тропинка ведёт по воде в царство Митры. Ждать в тишине до рассвета в дыхании чёрного ветра. Движется шторм, где-то наш дом, осталось полметра — и мы растворимся в плескании волн. Лиловые верхушки гор, Рифейский забор в центре равнины — Кибелы работа из окна самолёта. На север летим, через туман, к грозовым облакам, налитым плеядами туч. Долечу ли до желанных равнин сквозь зигзаги огненных молний, прорезающих плотную синь? Серое марево, пшеничное поле, море колосьев в порывах ветра, на расстоянии метра вся линия спектра исчезает во мгле — холодная дымка по чёрствой земле. Лежать, зарывшись в глину, выпрямив спину, смахнуть паутину бледной рукой. Радуга над головой, в блеске росы обрывки неба сквозь лепестки ромашек и неподвижное тело осы. Развалины белых храмов — вечные шрамы на теле земли, без гвоздей построенные дворцы, панорамы смерти долгих столетий в царстве теней. Солнечный свет через стаи ворон, остатки окон, заляпанные перстами богов, царей, размытые солнечным светом. Лето. Вечное лето, Афины — руины из глины и песка. Пока не пробрала тоска — бежать назад в пустыню. Изломы барханов, тела караванов, бездумное небо, мёртвые туши голодных зверей, над ней парящие в небе крылья райской птицы, что провожает наши души в стужу в страну лебедей. За ней! Наружу! Вон! — заройся в саван из перьев. Лианы деревьев, засохшие лозы, обхватившие усталые ноги гигантских колонн, вечные слёзы ушедших времён. Стон, ревущие стены, о бывших победах скорбя. Это то, что я вижу, когда я вижу тебя.