Под твоим окном, за твоей дверью

Он был прекрасен. Великолепен. Альбедо мог часами любоваться просто тем, как он сидит, немного склонившись над книгой, нахмурившись, скользя взглядом по печатным строкам. Как теплый ветер, проникающий в помещение сквозь приоткрытое окно, нежно треплет светлые пряди, мягкие как шелк. Как тонкие пальцы медленно переворачивают страницы и скользят по нужной строчке, «ловя» место, которое нужно подчеркнуть. Как непонимание неизбежно настигает его, и он поднимает на него свои глаза, полные потерянности и немой мольбы о помощи, которая вскоре обретает форму самого прекрасного голоса, которого он когда-либо слышал. - Извини, можешь подойти на секунду? – виновато улыбается он, нервно заправляя прядь пшеничных волос за ухо. Альбедо подойдет столько раз, сколько потребуется. Он будет подходить к нему столько раз, сколько потребуется, до тех пор, пока его близость не станет для Итэра такой же естественной как дыхание. Он неспешно поднимается из-за своего стола и подходит к парню. Невысокая скорость сближения подобранна намеренно, чтобы подольше насладиться сменой выражения его лица. С очаровательно озадаченного, на озарившееся облегчением и радостью, от осознания приближающейся помощи. Альбедо был выдающимся студентом. Радость однокурсников, к которым он был определен для группового проекта, гордость преподавателя, после его блистательного выступления на конференции, восхищение в глазах первогодок… Ничто из этого его не трогало. Добрые слова в свой адрес, конечно, приятно слышать. Однако он никогда не считал, что делает что-то сверхъестественное. Тем не менее, в один момент все изменилось. Был всего один человек, восторг которого имел значение. Чувствовать себя необходимым и знать, что Итэр считает его надежным, было чем-то новым и чарующим. Это чувство опьяняло и не могло бы сравниться со всем составом университета, воспевающим его таланты. Открытый для нового, вечно стремящийся найти ответы на все поставленные вопросы Альбедо, принял это чувство с распростертыми объятиями. Готовый в очередной раз показать миру средний палец, в считанные секунды разгадав очередную брошенную ему загадку, упустив из внимания тот момент, когда в поисках ответов на свои вопросы не просто медленно пошел ко дну, а самостоятельно и с разбегу рванул в самую глубину. Человеческие отношения сложны, энергозатратны и, по большей части, бесполезны. Парень был на хорошем счету у нескольких людей, однако к этому были скорее причастны его навыки, знания и успеваемость, чем социальные умения. К тому же, обыкновенная вежливость и минимум учтивости делали свое дело, даже если ты не намерен становиться социальной бабочкой. Придерживаться этой тактики было наиболее рациональным решением в его голове с самого детства. Так он не наживет себе неприятелей и не будет отягощен обязательствами, которыми связывает так называемая дружба. Это было абсолютно ни к чему. Приправа к блюду, которое и без нее хорошо на вкус. Из краем уха подслушанных историй, Альбедо то и дело улавливал слезливое нытье о том, что кто-то кого-то бросил, кинул, предал, изменил и так далее. Парадокс заключался в том, что неважно, сколько эти люди ныли о своих растоптанных чувствах и разбитых сердцах. Через некоторое время, они снова пускались во все тяжкие, формируя новые группы друзей, находя новых партнеров или врагов. Бессмыслица. «Но ведь без этого тебе должно быть совсем одиноко!» - воскликнул однажды Тимэй, когда речь зашла о теме общения. «Вовсе нет. Я ведь не живу в четырех стенах. Если я хочу поговорить, я могу обсудить наши последние работы с тобой или Сахарозой, разве нет?» - монотонно отвечал парень, слабо приподняв брови. Абсолютного минимума было достаточно. Или, ему казалось, было достаточно. Множество, если не большинство, людей, которых он встречал, были простыми до безобразия. Послушав их пару минут, Альбедо понимал, что ими движет и мог читать их как раскрытую книгу. Только вот книги эти были неинтересными и утомляющими. Не хотелось даже тратить силы на то, чтобы подняться и поставить ее обратно на полку. Итэр же… Итэр был книгой, которую хотелось читать взахлеб. Альбедо чувствовал, будто нашел любимую историю детства, про которую забыл с годами, но неожиданно снова нашел и шелест старых страниц вновь наполнил душу сладкой ностальгией и тоской по минувшему. Солнечным теплом летнего утра, которого никогда не было достаточно. Страницами, которым ни в коем случае не должно быть конца. Итэр был книгой, которой хотелось упиваться, не замечая, как под железной хваткой пальцев сминаются страницы. Книгой, которую хотелось раскрыть до болезненного хруста в корешке. Но если уподобляться такого рода желаниям, то его маленький источник радости очень скоро придет в негодность, верно? Поэтому Альбедо решил, что будет очень осторожен. Этот процесс не был экспериментом, где любой результат будет приемлем. Ему нужен был один конкретный исход, а потому, даже малейшая ошибка недопустима. Тем не менее, блондин был уверен в себе. В его понимании это был лишь вопрос правильного подхода и времени. Он подходит к Итэру, но остается стоять, игнорируя пустующий рядом стул. Опустив руку на спинку, он наклоняется вперед, без особого интереса пробегаясь по подчеркнутым строкам, из-за плеча сидящего. Его подбородок всего в паре сантиметров от плеча Итэра и, на секунду прикрыв глаза, Альбедо делает тихий, но глубокий вдох. Итэр не пользуется парфюмом, максимум, это шампунь или гель для душа с сильным ароматом. Но его собственный запах такой мягкий и, за неимением другого слова, уютный, что Альбедо на мгновение растворяется в собственных мечтах, где этот аромат источают его простыни. - Как думаешь, мы можем приплести этот аргумент к нашей теме? Я больше ничего не могу найти. Знаю, что звучит бессмысленно, но если копнуть поглубже, то можно соединить хоть какие-то детали… - неуверенно тянет Итэр. Альбедо задумчиво хмыкает и подается вперед, опуская ладонь на обложку книги, притягивая ее чуть ближе. В этом нет никакой необходимости, на зрение парень не жалуется, однако, упустить возможность прижаться к блондину плотнее, ощутив тепло его тела и, если повезет, даже поймать щекой его дыхание, упускать ни в коем случае нельзя. - Отсюда копать тебе придется до самого выпуска, - мягко усмехается парень, делая вид, что продолжает изучать открытую страницу. Итэр протяжно стонет от разочарования и Альбедо благодарит всех богов за то, что они позволили ему насладиться этим звуком так близко к его источнику. Творческая сторона, наличие которой удивляло каждого его знакомого, уже набрасывала в воображении скетчи выражений лица, которые он будет выводить, мечтательно улыбаясь, воспроизводя этот звук в своей памяти вновь и вновь. - Я больше не могу, у меня сейчас голова треснет! – хлопает по столу Итэр, отбрасывая учебник. Стоит отдать ему должное, сегодня он уделил своей работе на сорок минут больше чем обычно. Этих сорока минут хватило бы среднестатистическому художнику, чтобы сделать очередной набросок, который отправится в коллекцию к сотням остальных, и этот среднестатистический художник не упустил своей возможности. - Может тебе стоит поесть? Мы здесь уже довольно давно, - предлагает Альбедо, осторожно подбирая слова. Он, разумеется, понимает, что было бы странно скажи он, что они провели в этой библиотеке 3 часа 23 минуты вместе, но и округлять для правдоподобности не хочется. Так безопасней, а риски нужны ему меньше всего. - Отличная идея! Покушать это всегда отличная затея! – раздается голос позади них. Альбедо сдерживается чтобы не раздраженно цокнуть языком, не поворачиваясь понимая, кто там стоит. - Ты посмотри. Только кто-то заговорил про еду, и она тут как тут, - потягивается Итэр, улыбаясь. Альбедо выпрямляется и поворачивается к нарушителю их спокойствия. К ним, быстро шевеля маленькими ножками, стремительно приближалась девушка с первого курса. Девушкой ее можно было назвать, только очень сильно прищурившись. Внешне она не напоминала никого старше семиклассницы. Такое впечатление производилось не только из-за удивительно маленького роста, но еще благодаря очаровательному круглому личику и большим наивным глазам, вечно сканирующим окружение в поисках чего-нибудь съестного. Если верить Итэру, Паймон – все равно, что младшая сестра. Несмотря на то, что девчушка имела свойство всегда появляться, когда ее никто не ждет и разрушать редкие моменты, которые Альбедо проводил с парнем наедине, он был отчасти ей благодарен. Без нее, он бы встретился с предметом своего обожания куда позже и в менее располагающих к знакомству обстоятельствах. В первый же день обучения, первокурсница потерялась, в поисках нужного кабинета и набрела на компанию лиц, которые могут оказать обществу услугу одним единственным способом – разлагаясь под землей на удобрения. Итэр же не был самым физически сильным человеком, что сильно компенсировал повышенным чувством справедливости. Разумеется, он не прошел мимо. Завязалась драка, в ходе которой преимущество было, естественно, не на его стороне. Судя по его рассказам, если бы в ситуацию вовремя не вмешался некий рыжий старшекурсник, голодно облизнувшийся при виде готовой смахнуться толпы, он бы не вышел оттуда с парой синяков и ссадин. Воспользовавшись шумихой Паймон, оттащила Итэра в сторону и настояла на походе в медпункт. Окинув взглядом толпу, большая часть которой уже валялась в ногах у встрявшего старшекурсника, Итэр потер ноющий после хорошего удара затылок и согласился с девушкой. Медсестра находилась на очередном «перерыве на чай», которые имели место случаться куда большее количество раз, чем было бы приемлемо. Там они первый раз и встретились. Альбедо, мерно перебиравший содержимое аптечки в поисках мази от ожогов для облажавшегося в лаборатории Тимэя, схватившего не ту колбу не в то время, и Итэр, застывший в дверях с глупой улыбкой, которая быстро сошла на нет. С разбитой губой сильно не поулыбаешься. - Дайте угадаю, кружок по борьбе? – несколько насмешливо поинтересовался он. - Очень смешно! Где медсестра? – фыркнула Паймон, торопливо подходя к аптечке и вырывая ее у парня из рук, роняя на пол пару тюбиков, - Что стоишь? Садись, буду тебя лечить! – скомандовала она, кивая на стул. Альбедо лишь удивленно приподнял брови. Какой разрушительный альтруизм. Впрочем, хороших намерений было мало, потому что к побитому и немного кровоточащему Итэру, девчушка первым делом ломанулась с бинтами. Альбедо мог только надеяться, что она не с медицинского. Вовремя остановив девушку, он достал дезинфицирующую жидкость и вату. Надувшейся от возмущения Паймон пришлось дать охлаждающий пакет и велеть держать его на месте самых сильных ударов. Сам же Альбедо смочил вату и приподнял подбородок парня, чтобы получше разглядеть его лицо на предмет увечий. Разбитая губа, ссадина на щеке, подбитая бровь. Не кулаками же они его порезали? Он перевел взгляд с увечий, встречаясь со смущенным и виноватым взглядом в ответ. Альбедо запомнил чувство, которое накрыло его в тот момент слишком хорошо. Словно в груди произошло замыкание и под ребрами с треском вспыхнули искры, разнося что-то электрическое по всему телу до самых кончиков пальцев, оставляя после себя до сегодняшнего дня незнакомый трепет. Лицо, которое он сейчас держал в руках напоминал идеальный холст. Холст, который испортили, нарушили гармонию и баланс цветов, уничтожили весь шарм чарующего произведения. Животные. - Тебе необязательно это делать, я наверное тебя отвлекаю… - начал Итэр, растягивая губы в слабой улыбке и мгновенно сбрасывая ее, слабо шикнув, от вновь напомнившей о себе боли. Очаровательно. - Сиди уже, - отмахнулся Альбедо, выходя из секундного транса, аккуратно прикладывая вату к местам, которые этого требовали. И хоть у него и была на данный момент четко поставленная задача, все мысли были только о том, как хорошо его щека ложится в ладонь, словно она была создана для этого. Как нежные губы сжимаются плотнее от жгучего ощущения и как золотистые глаза въедаются в подсознание, напоминая о теплом полуденном солнце. - Я Итэр, - представляется парень, чувствуя необходимость разрушить неловкое молчание, неловкость которого умножало мизерное расстояние между их лицами и пронзительный, сканирующий взгляд бирюзовых глаз. - Альбедо, - после небольшой паузы отвечает он. Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что реплика требует ответа, а не просто является демонстрацией чарующего голоса. В голове даже на секунду появилась мысль прижать вату к больному месту чуть сильнее, чтобы услышать его снова, но парень быстро ее отбросил. Звучало это, даже в его зачарованном состоянии, слишком нездорово. Чего блондин не мог предсказать на тот момент, так это того, что такие нездоровые мысли вскоре станут его неразлучными спутниками и их количество будет только расти.