Kitsune

      Время, когда ты чем-то занят, пролетает незаметно. Время, когда ты счастлив, летит с невероятной скоростью. Когда эти две вещи объединяются, единицы времени стираются.       Так случилось и с Саном. Скучная повседневность сменилась яркими впечатлениями. Ведь теперь он был не один, а с маленьким ласковым комочком шерсти. Послушав совет хёна, парень дождался момента, когда характер лисёнка проявился. Это случилось неожиданно и тогда парень понял, что лапа крохи уже начала приходить в норму. Снова усевшись на любимый ковер с ноутбуком, Сан хотел поработать, но что-то небольшое и пушистое резко прыгнуло на колени, устраиваясь в образовавшейся ямке. Однако этим всё не закончилось. Маленький проказник любыми способами пытался помешать работе Сана. Время от времени он вставал, загораживая экран, и, как собачка, пытался проявить ласку посредством лизания лица. Сан не переносил щекотку.       Оставить работу никак нельзя, поэтому был придуман способ по укрощению маленькой бестии, который действительно работал. Всякий раз, когда во время работы на него прыгал комочек, он звал его на кухню, кормил, а затем шёл работать, и каждый раз лисёнок спокойно садился на колени и засыпал. Так у Сана появлялось время для работы. Спустя несколько часов зверёнок просыпался, и они снова кушали. Если бы парень жил один, то после ужина пошёл играть в приставку, позвал бы кого-нибудь из друзей и, если те были свободны, устраивал ночной рейд.       Всё изменилось с появлением комочка. Вечер теперь был занят увлекательнейшими играми с лисёнком. В основном это были импровизированные салки: непоседа нежно кусал парня за ногу и убегал, тот его ловил, укутывая в свои крепкие объятия. Задача пушистика была выйти из этого положения, выбравшись он снова кусал и снова убегал. После таких игр, они ложились спать вместе. Как ребёнок, Сан обнимал лисёнка, который даже не думал сопротивляться.       Когда нужно было куда-нибудь отлучиться, к примеру, в магазин или съездить по маленькому поручению по работе, первое время парень боялся оставлять проказника одного в квартире из соображений безопасности самого комочка, но когда один раз всё-таки отлучился, понял, что опасения были напрасны. В тот первый раз, он пришёл с продуктами, и уже было испугался пропаже, но, обнаружив его в своей комнате, спящим внутри своей домашней толстовки, обрадовался, что ему достался такой милый и необычный питомец.       В другой раз, когда парень отлучался по поручению, проказник встретил его на пороге, прыгающим в той же толстовке. Хотя это было очень забавно и весело, но Сан приучился к идеальному порядку: все вещи (которые он раньше бросал на всевозможные поверхности) были аккуратно сложены на своих местах, ничего лишнего нигде не лежало. Про порядок парень прочитал в Интернете, но как уже понял в последствии, это было не обязательным, потому что маленькая бестия не интересовалась всем, что было не на своих местах. Больше всего его поражало, что комочек умудрялся каким-то образом каждый раз находить ту самую толстовку, и каждый раз в неё забираться. За эти дни несколько раз звонил Сонхва, спрашивал как дела с восстановлением раны у крохи; рассказал про разговор с Джуном уже у себя дома, после которого он многое осознал, стал «другим» человеком, лучшей версией себя. Сан успел свыкнуться с новым ритмом жизни, который с каждым днём его только радовал.       Каждый месяц однокурсники и друзья Сана собирались вместе в их любимом пабе, выпивали, веселились и разгружались после тяжёлых дней на работе. Они занимали столик, находящийся в самом конце зала, любезно отставляемый в сторону хозяином заведения для любимых посетителей, приносящих один раз в месяц хороший доход. Поначалу они собирались просто так, а после окончания учёбы, чтобы обсудить то, как им тяжело приходится, но постепенно, с годами это превратилось в привычку, некую традицию.       – У тебя появился новый друг, а ты нас даже не познакомил. – Юнхо обиженно надул губы. На что все собравшиеся не смогли не улыбнуться.       – Окей, я тебя представлю ему, но он не встречался с незнакомцами, поэтому не рискую пока что. – парень отвёл взгляд.       – Сан, ты забыл? – Джун удивленно раскрыл глаза, а затем резко прищурил. – Он блефует и просто не хочет тебя с ним знакомить. Я видел его питомца, он просто очаровашка.       – То, что я его лечил не считается, но я его тоже видел, в тот день с Хоном. – троица переглянулась еле сдерживая смех, от воспоминаний о том дне.       – Снова у вас какие-то секреты. – Ёсан заметил переглядывания друзей и никак не смог промолчать. – Думаю, что если бы всё-таки я дежурил в тот день в клинике, то хотя бы мельком, но увидел твоего дружка.       – Поддерживаю. У вас два варианта: первый – выпить три кружки пива залпом, второй – рассказать, что у вас там произошло. – Минги думал, что такой ультиматум заставит троицу раскрыть тайну. Но вопреки ожиданиям, не сговариваясь, они одновременно взяли кружки и начали пить.       – Вы же знаете нашего Хва, кратко, но он нам точно расскажет что произошло. Не в трезвом состоянии, но точно скажет, ставлю пятьдесят тысяч вон – сказал Ёсан шёпотом Минги и Юнхо, пока остальные были заняты переговорами о том, как лучше выпить, чтобы не «сломать» желудок.       – Не жалко столько ставить? – так же тихо поинтересовался Юнхо.       Компания начала шуметь, разговоры превратились в пьяный галдёж, а после краткого рассказа Хва (как и предвещал Ёсан), парни начали шуметь сильнее, заказывая еще больше курочки, постепенно перешли на соджу.       Любой хозяин приличного заведения был бы только рад, если бы молодые люди покинули его место, но не этот человек. Каждый раз, глядя на них, он вспоминал свою молодость, и то, как он любил проводить время с друзьями. С годами пришли большие амбиции, поэтому со своей компанией он не мог встретиться, но радоваться за других не уставал. Даже считал, что это место приобретало некий уют.       – Ладно, ладно – Сан поднял руки словно сдавался, – Юнхо, и автоматически Минги, я торжественно обещаю, что покажу тебе лисёнка.       – Мы все это слышали, – Ёсан улыбаясь «мазал» взглядом по друзьям, и потянулся к бутылке, чтобы налить ещё.       – Тебе хватит, дружище. – Минги его остановил, ставя перед ним корзинку с его любимой едой, – Курочка тебя заждалась.       – Согласен, – пробубнил тот уже с набитым ртом. Вся компания залилась громким смехом. Каждый понимал, что уже пора заканчивать, но не хотел покидать место, в котором чувствовал себя как дома.       Самым трезвым был Сонхва. Ему досталась роль мамочки, убирающей за всеми беспорядок и задающей направление в сторону дома. Было уже темно, а друзья еле держались на ногах. Он заботливо посадил Ёсана в такси, получил от того поцелуй в щёку со словами «пока мам!». Парень хотел проделать то же с Юнхо и Минги, но те не отпускали его из больших объятий, даже водителю пришлось немного подождать. В открытое окно парни махали руками, когда машина отъезжала, и кричали «мы тебя любим, мам!», показывая сердечки руками.       – Ну что, дети мои, пошли домой, – со вздохом сказал парень, держа за талию Сана и Джуна. На что большие ребята отозвались одобрительными возгласами.       Уже через пятнадцать минут, они стояли напротив своих квартир.       На Хона нашла внезапная нежность, от чего он минуты три обнимался с Саном, как перед вечной разлукой. Всё это забавляло Хва настолько, что он не мог не запечатлеть этот момент, чтобы потом припоминать им это (в частности Джуну, который в трезвом состоянии не любил скиншип от слова совсем). Слипшиеся пельмешки отлепились друг от друга, и разошлись по квартирам. Как обычно на пороге сидел пушистик и вопросительно смотрел на Сана. Парень еле стоял на одной ноге, снимая со второй кроссовок, облокотившись о стену. Он и не заметил, как стянул его вместе с носком. Что с ним? Неужели пьяный? Повезло тебе с другом, который тебя довёл до квартиры, иначе ночевал бы ты на улице.       – Что? Это точно осуждение. Почему ты так на меня смотришь? – парень сидел на корточках пред лисой, добиваясь ответа. Да потому что ты напился и разговариваешь с лисой. Ты вот сейчас действительно будешь ждать ответа??       – Ладно, признаю, я достоин этого взгляда, – он встал с хрустом в одной ноге, – Чтобы ты больше так не смотрел на меня, пойду лучше просплюсь… Ждать ответа от животного, совсем уже… Умные мысли часто преследуют его, но он быстрее… Ничего, утром начнётся то ещё веселье, когда вспомнишь все свои деяния.       На следующий день голова Сана гудела от боли. Это точно было похмелье. Разлепить глаза было самой сложной задачей, и он справился. Парень тяжело вздохнул, хотел повернуться, но понял, что обнимал кого-то. Мысли разлетелись в разные стороны, а сердце пропустило удар, когда глаза парня напротив открылись. Он помнил, что в баре с друзьями флиртовал с каким-то симпатичным официантом, но будь он даже в самом диком пьяном угаре, такую внешность точно запомнил.       Однако глаза парня казались слишком знакомыми. Под взглядом Сана, парень застеснялся и улыбнулся одним уголком своих пухлых губ, поднимая брови вверх. Это было слишком мило. Он не успел восстановить цепочку событий в голове, поэтому не знал что делать, было очень обидно оттого, что он не мог вспомнить, что произошло ночью. – Прости, я совсем не помню, что произошло вчера… Сейчас голова разорвётся на части… Это очень глупо с моей стороны, потому что, возможно ты вчера уже сказал, но, пожалуйста, скажи как тебя зовут. Просто я хотя бы смогу к тебе обращаться. – виноватый взгляд Сана, возможность наблюдать всё из первого ряда и даже участвовать в этом очень радовала парня, лежащего напротив.       – Чон Уён, – голос был слегка с хрипотцой, из-за того, что он давно не был в человеческой форме, – Вполне естественно, что ты не помнишь то, что вчера произошло.       Сан хотел было встать, привести себя в порядок, но очень сильно удивился, что Уён был совсем без одежды. Это заставило Сана залиться румянцем, чувство вины нахлынуло с новой силой, но всё же встал, и направился к шкафу со своей одеждой.       – Держи, мне правда очень жаль. – парень протянул нижнее бельё, спортивные штаны и толстовку, уже сидевшему на постели парню. Снова сердце Сана сделало переворот, когда он увидел идеальный торс красавца.       – Спасибо, – Уён забрал одежду, начиная одеваться. Ещё будучи лисой он таскал эту толстовку, ведь она имела невероятно приятный запах, – Думаю ты сегодня всё вспомнишь. – он широко улыбнулся, смотря на Сана блестящими глазами, в которых было слишком много обожания.