В голове одно:"Я тебя люблю".

А на кухне суп мой стынет, В голове одно: «Я тебя люблю»

***

Сегодня с самого утра стояла небывалая жара и духота. Местные жители только и делали, что жаловались на то, каким «липким» казался воздух. Он будто плавился под настойчивыми лучами солнца. Блузки и ковбойки липли к телу, со лба не переставая лился пот. Местные ребятишки, которые каждый день играли в футбол за литра три Жигуля, ушли домой, боясь совсем уж сплавиться под знойными лучами. Антон не был исключением. Сейчас Петров валялся на первом этаже дома, на диване, в насквозь промокшей от пота майке. Антон никогда не любил лето. Нет, каникулы он любил, конечно, но само лето он терпеть не мог. Постоянная жара, вечно не всполатый огород, и множество насекомых, которые так и норовят залезть за шиворот. А особенно он не любил отсутствие занятий. Конечно, Антон не любил учёбу до одури, но здесь, в богом забытом месте, без школы заняться было просто-напросто нечем. Перевалившись на живот Антон снова стал фотосинтезировать. Хотелось просто упасть в сугроб вниз лицом и остаться так до сентября месяца. — Хорошая погода. Согласись, Антон? — на первый этаж спустилась Карина. В руках женщина держала полный таз с только постиранными вещами. — Что хорошего в жаре? — возразил Антон вставая с дивана. — Тайга очень непредсказуема, Тоша. Вот ваша бабушка, к примеру, очень любила определять настроение Тайги, — Карина стала аккуратно доставать постиранные простыни и вешать на белую верёвку напротив крыльца. — А это как? Она умела говорить с лесом? — Антон так же не отставал от матери. Шустрые руки мальчишки уже развешали половину того, что было у него в руках. Карина в ответ лишь тепло улыбнулась и, видимо, стала предаваться старым воспоминаниям. — Мама умела читать облака. Она могла только по одному дуновению ветра узнать, будет ли сегодня дождь. По одному «пению» листьев она могла рассказать, где зазимовали птицы или другие обитатели леса, — Антон лишь издал кроткий вздох удивления. Он всегда знал, что его бабушка очень любила это место и жила тут с самого рождения, но чтобы читать настроение Тайги... — Мам, а ты можешь что-нибудь «прочитать»? — спросил Петров, поправив очки на переносице. Карина взглянула на облака, что плыли по небу и медленно закрыла свои изумрудные глаза. — Сегодня будет сильная гроза.

***

Как по предсказанию ближе к вечеру полил сильный дождь. На небе с наветренной стороны появились темно-сизые тучи и через несколько мгновений весь небосвод покрылся серой пеленой. Гром все сильнее отдавался в ушах, ветер вихрем понес по двору пыль. Люди засуетились, стали спешить по домам, но гроза налетела мгновенно. Весь посёлок в одно мгновение опустел. Антон сидел в своей комнате, читая очередную энциклопедию про динозавров, которую папа недавно привёз из города. В доме было очень тихо. Приехав из города папа сообщил, что там началась ярмарка и они могут успеть к её закрытию. Оля, услышав новость о хоть каком-то празднике, начала уговаривать маму поехать всем вместе. Карина недолго сопротивлялась и согласилась на такой внезапный отъезд из дому. Антон же вежливо отказался и пожелал им приятного времяпровождения. Карина, конечно, не хотела оставлять его одного, но все же просить не стала. Лишь сказала, что сготовила суп, и когда Антон захочет поесть, пусть подогреет его на плите. После она быстро чмокнула его в лоб и села в машину. Антон же был рад компании с самим собой. Он уже было достал новую энциклопедию, заварил чай и уютно приглушил свет, как его желудок решил, что пора отведать того самого супа. Петров встал с кровати и направился на первый этаж. Старый дом скрипел от каждого дуновения ветерка и отдавал эхом в местах, где капали более крупные капли. Антон быстро спустился по лестнице, достал суп и сел в ожидании. Подперев рукой подбородок Антон стал потихоньку проваливаться в сон. Дождь приятно тарабанил в окно, а суп тихонько побулькивал на плите. Самая лучшая атмосфера, чтоб провалиться в дрёму. Но все прекрасные планы Антона прервала внезапная трель старого звонка. Через силу распахнув глаза Антон направился в коридор. — Кто? — Хуй в пальто! Открывай реще, Тоха! Грубый, прокуренный, но настолько знакомый голос сразу вывел Антона из дрёмы. Резко дёрнув шпингалет Антон распахнул глаза. На пороге его дома стоял мокрый до нитки Рома Пятифан. Переступая с ноги на ногу Ромка бросил кроткий взгляд на Антона. — Ну? Будем дальше на друг друга смотреть или пустишь внутрь? — Тоша лишь отошёл в бок, пропуская парнишку в дом. В голове было столько вопросов: Почему? Зачем? Для чего? Но все вопросы Антон решил оставить на потом и для начала принять незваного гостя. — Тох, дай чего-нибудь накинуть. А то труханы насквозь мокрые, — после чего раздался тихий смешок. Антон, знатно смутившийся слову «труханы», быстро обернулся и направился на второй этаж. Уже подходя к своей комнате Антон стал внезапно нервничать. Рука так и зависла над дверной ручкой, — ты чего? Тоха? — Н-ничего. Проходи, бери в шкафу все, что нужно, и иди в душ. А то простынешь ещё, — Ромка одобрительно кивнул и прошёл вглубь комнаты. Сердце Антона так и бу́хало в груди. Это был первый раз, когда кто-то их его друзей приходил к нему в гости и заходил к нему в комнату. Все это казалось таким… необычным и нереальным. Из мыслей Антона вывела внезапная трель телефона. Быстро спустившись Тоша поднял трубку. — Да? — Тошенька, ну ты там как? Не голоден?— с другого конца провода слышался обеспокоенный голос Карины. — Нет, мам. Все хорошо. Вот суп грею, думаю сесть ужинать. А вы когда домой? — в ответ повисла небольшая тишина. — Тош… мы сегодня не сможем приехать домой. Понимаешь, тут такое дело,— после этого шло десятиминутное объяснение ситуации. Что-то про машину, сдохший двигатель и плохую погоду. Но Антона волновало вовсе не это. Сейчас в его доме находятся только он и Рома. Только Антон и Рома. Вдвоём. Без родителей.  — Тоша? Тош?— обеспокоенный голос мамы сразу привёл Антона в чувства. — Все хорошо, мам. Я всё понимаю. Не беспокойся, все будет хорошо, — после этого они пожелали друг другу спокойной ночи и Антон повесил трубку. — Я слышал голоса. Все нормально? — в это время Рома уже закончил принимать душ и спустился на первый этаж. В одежде Антона Ромка выглядел довольно… мило. Футболка, что была Тоше велика, села как влитая, а шорты, которые так и слетали с худощавых ног-спичек, плотно облегали сильные мышцы ног хулигана. — Родители звонили из города. Они сегодня домой не вернутся, — Антон коротко взглянул на Ромку и резко распахнул свои глаза. Он был готов поклясться, что сейчас видел лёгкий румянец, проступивший на загорелых щеках. — Ясно. Ну, пошли жрать что-ли, — Ромка продолжил ровно и немного с издёвкой. Он выпрямился и вяльяжно вошёл на кухню, усаживаясь за стол. Приняв все это за наваждение Антон проследовал за ним. Ромка сел на стул и стал оглядываться вокруг. Кухня у Петровых не была мала, но внушительных размеров он тоже не увидел. Один довольно старый стол, как и все в этом доме, и множество кухонной утвари. Всё как у людей, ничего необычного. Но для Ромки это все было неважно. Его цепляла больше атмосфера. Атмосфера уюта наполняла весь дом. Это было так непривычно, что Рома не знал куда ему себя деть. Он всё ёжился на стуле и перебирал мокрый кончик волос. — Рома! Ты почему не высушил волосы? Так и простыть недолго, — Антон недовольно взвизгнул и исчез из кухни, быстро поднимаясь на вверх. Это тоже было непривычно. Такой домашний, доступный и открытый Антон был для него в новинку. В школе обычно тот смурной, вечно думающий или напротив — заразно смеющийся с Бяшей или Полиной. Но не такой… уютный? Из мыслей Рому вывело внезапное ощущение полотенца на голове. Тот хотел было возразить, но Антон уже начал активный процесс сушки. — Голову свою пригни. Вымахал за эти два месяца он блин… — тихую ругань Рома пропустил мимо и лишь расплылся в довольной улыбке. Весь посёлок уже заметил, что Ромка стал активно прибавлять в росте и в весе. Худые, детские руки стали набирать массу, а кадык стал виден всё яснее. Многие девицы посёлка вешались ему на шею, а парни становились серо-буро-малиновые только завидя эту картину. Все замечали, что Ромка парень хоть куда. Абсолютно все, кроме одной белобрысой макушки, что постоянно маячила рядом. Прикосновения Антона были воздушными. Рома их еле ощущал, но чувствовал всем нутром его тепло. Каждое прикосновение пальцев к его волосам вызывало такой табун мурашек, что хотелось подскочить на стуле. Ромка терпел из последних сил, чтобы не прижать к себе это белобрысое чудо и заснуть прямо здесь. В обнимку. Навсегда. Из вихря чувств Пятифан вынырнул должно быстро. Антон уже убирал полотенце с головы, как вдруг резким движением Ромка перехватил его руки своими. Антон непонимающе выгнул бровь и уставился на Рому, ожидая хоть какого-нибудь оправдания. — Р-ром? — в ответ была тишина. Лишь пара синих глаз блестела в ответ. Повисло молчание. Антон чувствовал, что Рома хочет что-то сказать. Сказать то, что гложет его очень давно и не даёт сердцу покоя. Тоша был готов выслушать, понять, обсудить, но Ромка все молчал, крепче сжимая его ладони. В тишине бурлил лишь суп и надрывный вой Тайги. — Суп, — тихо раздался голос Ромки. — А? — Суп, говорю, сейчас у тебя испарится, — Антон залился краской и освободил свои руки из чужих ладоней. Подбежав к плите и дёрнув за нужную кнопку Антон выключил суп.

***

На кухне повисла тишина. В такие моменты люди обычно говорят: «Мент родился». Но сейчас не хотелось прерывать такую… комфортную тишину. Антон бросил быстрый взгляд на Рому. Острый профиль, выраженные скулы и пронзающий взгляд. Загорелая шея, синие вены, в которых текла кровь и явные ключицы. Поймав себя на мысли, что Антон просто откровенно пялится, он поспешно отвёл взгляд. Он сам уже забыл когда стал смотреть на Рому именно так. Когда стал искать на себе его взгляд, пытался запомнить каждое движение и услышать каждое слово… и когда же он стал сидеть так близко к Ромке. Прикрыв глаза Антон пытался успокоить бушующее сердце, но оно лишь забилось ещё сильней. Ощутив груз на своём плече Антон распахнул глаза. Чёрная макушка удобно расположилась по всему плечу Петрова. — Р-рома? — Сердце бу́хнуло в груди, когда в ответ прозвучало лишь кроткое, тихое мычание. — Ты… домой пойдёшь? — Антон замер в ожидании ответа. Он уже не понимал, что происходит и чего он хочет в данный момент, но он был уверен в одном. Если Рома сейчас уйдёт, то заберёт частичку его сердца вместе с собой. — Нет… точно не сейчас. Тоха, не губи атмосферу, — после этого парень протяжно зевнул и стал проваливаться в дрёму. Тихий шум за окном, тусклый свет, тёплая атмосфера и остывший суп на плите. Это вечер они запомнят навсегда.