Голос

Серёжа в нетерпении падает на кровать и обнимает подушку. Эмоций слишком много, и он чуть ли не попискивает от нетерпения, но, сделав пару глубоких вдохов, берёт себя в руки. День рождения наступил только сегодня, уже поздний вечер, да и вообще, может это окажется совершенно нудный старикашка-учитель какой-нибудь истории Древней Греции. Он устало прикрывает глаза и спустя мгновение вздрагивает, распахнув их. "Привет". Он в волнении кусает губы и старается запечатлеть в памяти этот хрипловатый, мужской, но определённо молодой и приятный голос. Счастливо улыбается и весь обращается в слух. "Соскучилась?... Извини милая, задержался. Зато, я купил тебе кое-что вкусненькое. Я прощён?" И смеётся, так уютно и тепло, что Серёжа на миг представляет, что это ему. Лёгкий румянец покрывает щеки, но следующая его фраза заставляет нахмурится, и улыбка медленно сползает с веснушчатого лица. "Ну, иди ко мне. Не обижайся... Ты же знаешь, я люблю тебя" Слезы непроизвольно застилают глаза, противной мокрой дорожкой стекают вниз и капают на рыжие пряди. Серёжа стирает их, и разозлившись на совершенно незнакомого человека, "выключает" его голос. Мысли одна за другой бешено сменяют друг друга и Разумовский не знает, за какую ухватиться. Умом он понимал, что родственная душа ещё не значит, что человек словно принцесса в башне должен дожидаться своего суженого. Отношения никто не запрещал, давно были известны случаи, когда соулмейты так и не находили друг друга или встречались лишь в старости. Однако обида тугим комком уже поселилась у него в груди. "Ну и пожалуйста. Мне вообще соулмейт не нужен!". Он отворачивается к стене лицом и поджав колени, жмурится. Целый месяц рыжий регулярно перед сном пялиться в потолок и сжимает подрагивающими руками одеяло. Желание вновь услышать этот завораживающий голос набатом бьёт в голове, стекает вниз и задерживается в тонких пальцах. Но он упрямый до чёртиков, да и боится ужас как. Признаться себе, что зависим от незнакомца было ещё не самым неприятным. А вот вновь услышать слова любви, адресованные не ему.. Поэтому он упрямо закрывал глаза и пытался уснуть, но завораживающий голос впечатался куда-то под череп и, к его сожалению, никак не хотел забываться. Прошло ещё какое-то время и он и впрямь забыл об этой своей наивной детской глупости, жизнь не заканчивалась, а проблем было все больше, так что на свою призрачную влюблённость времени уже не оставалось. Окончание школы, поступление в институт и пугающая самостоятельная жизнь. Через год уже значимый проект, несколько жёстких дисков кода и ненужная, но от части такая приятная известность. Досрочное окончание обучения, работа в хорошей компании и агрессивно настроенная толпа завистников. Он был готов к трудностям, конкуренции, но настоящее покушение на жизнь выбило из колеи и если бы не лёгкое ножевое ранение, надолго отправившее на больничную койку, все могло закончится куда печальнее. Сережа не знал, то ли его везение вдруг очнулось от вечного сна, то ли судьба решила больше не издеваться над бывшем детдомовцем, но это спасло ему жизнь. В старом доме, где была квартирка Разумовского, произошла утечка газа. Взрыв, и на месте его спальни дыра, куски арматуры и обломки его спокойствия. Отчего то дико хочется жить, словно сдерживающие печати сорваны. Смелости раньше не хватало, а теперь уж чего терять. Приходит время действовать, как он с детства привык, сломя голову в самое пекло и плевать на последствия. Благо все свои записи, наработки и ноутбук рыжий слишком ценил, не смог оставить в пустующей одинокой квартире. За ночь пишется дополнительный код, а утром, упрямо стараясь не уснуть, он звонит практически единственному человеку, которому доверяет. Научный руководитель, Игорь Константинович. Не смотря на то, что при первом знакомстве они поцапались, а последующий месяц и вовсе пытались друг друга "придушить" в негласном соревновании, спустя некоторое время оппонентам пришлось признать несомненный ум друг друга и даже подружиться. Да что уж скрывать, Сережа по праву считал этого насмешливого, язвительного и излишне прямолинейного человека своим лучшим другом. Прикрыв глаза и тихо усмехнувшись нахлынувшим воспоминаниям, Разумовский вкратце изложил ситуацию. Через несколько часов Игорь сидел у него в палате и удивлённо, но весьма удовлетворённо бегал глазами по разноцветным строчкам. Ещё через несколько часов Сережа был переведён в отдельную палату в платном отделении, а при входе был проставлен личный телохранитель. Планы были грандиозные, и рисковать было нельзя. Все таки умереть в шаге от такого, да ещё и по собственной глупости было бы до чёртиков обидно. Неделя пробежала совершенно незаметно, оставив лишь хронический недосып, стаканчики с кофе, окинутые недовольным взглядом лечащего врача, и новый проект. Работа можно сказать всей жизни. Раньше постоянно что-то мешало, страх, что ничего не выйдет, сомнения, те самые, невероятно нужные, но никак не находящиеся строчки кода. Но в один момент все изменилось словно по щелчку. Возможно, они бы и сами не поняли, что же произошло, но колёсико загрузки заставляло сердце колотиться с бешеной скоростью. Сережа устало откинулся на подушку. Все готово, теперь осталось только ждать. Пара дней, его выпишут из этого до ужаса надоевшего здания, все файлы наконец-то выгрузятся на сервера, а их проект произведёт настоящий фурор. Очень хотелось спать, но глаза упрямо не закрывались, продолжая пялиться в потолок. Отчего то вспомнив похожую ситуацию, совсем как тогда он поджал губы и кивнул сам себе. Он давно смирился с этой частью своей жизни и вряд ли что-то измениться, если тот парень уже давно женился и обзавёлся парочкой детишек. Возможно, они даже встретятся в реальности и смогут стать если не друзьями, то хорошими знакомыми, даже спустя столько лет. Он нервно скомкал футболку на груди, отчаянно зажмурился и включил его голос. Сначала ничего не происходило, и он уж было решил, что ничего не услышит, как в голове прогремело хрипловатое "есть, капитан". Это было настолько непривычно, что он вздрогнул и подскочил на кровати. Заживающий бок неприятно закололо и тихонько зашипев, Серёжа сполз обратно на кровать. Завороженно вслушиваясь в голос, который спустя столько лет не спутал бы не с чем, он с ужасом замечал все больше фраз, редко звучащих в обычной жизни. Этот мужчина явно стал военным и судя по сосредоточенному, слишком серьёзному голосу он был не на простых учениях. Возможно, Серёжа слишком переживал за незнакомца, а может это его паранойя сыграла злую шутку, но он начал вспоминать слова его охранника, в начале их знакомства пытающегося выйти с ним на диалог, про какие то военные действия к югу от страны. Он выскочил в коридор, заставив мужчину подпрыгнуть на стуле и резко выключить стоящий в холле телевизор. Видимо добродушные медсестры доверили скучающему пульт от местного старенького ящичка, висящего под самым потолком. Разумовский был так взволнован, что даже и не заметил, что в спешке телевизор остался включенным, лишь звук пропал. - Помните, неделю назад вы рассказывали про какую-то войну. Что за война, где? Охранник явно опешил, но потом молча махнул рукой под потолок и прибавил звук. В эфире шли новости. Новости про войну в Сирии. Рыжий в испуге замер, читая бегущую снизу полосу с основными, наиболее важными данными. Названия мест и ориентировок, прозвучавших в голове тихим, сосредоточенным голосом совпадали с теми, что мелким шрифтом проносились внизу экрана. Он был почти уверен, что соулмейт там. Вздрогнув, но зажмурился, в неверии замотав головой, и убежал обратно в палату, хлопнув дверью так, что висящий рядом план эвакуации отвалился, унося с собой на пол гвоздик и кусочки штукатурки. С тех пор он не выключал его голос даже на ночь. И пусть тот мешал, заставляя вскакивать по среди ночи, нервно вслушиваться в отдельные фразы. Серёжа слишком волновался за незнакомца, все таки обстановка была очень напряжённой и жизнь вояк могла оборваться в любой момент. Серёжа думал, что страшнее всего будет услышать просьбы о помощи, крики, стоны боли или предсмертные хрипы. Но в день выписки он осознал, что страшнее всего тишина. Соулмейт, судя по представлению "лейтенант Олег Волков", молчал уже сутки. Конечно, все можно было списать на заслуженный отдых, отсутствие миссий или обет молчания, но в сердце маленьким коварным червячком поселилось нехорошее предчувствие. Безэмоциональное, бледное лицо телеведущей, сообщающее трагичные новости с передовой вызывало тошноту. Через неделю тишины Серёжа сполз на пол своей новой квартиры и зарыдал, срывая голос и вырывая лохматые рыжие пряди. Надо было найти его ещё тогда, не смотря ни на что. Плевать на его девушку, на Сережины чувства, боль в груди, он мог быть его другом. Он мог быть сейчас жив.. Через две недели дверь в квартиру была безжалостно вскрыта, а рыжий подхвачен за шиворот и засунут под ледяной душ. Игорь понимал, насколько другу тяжело. Но загубить собственную жизнь, важный проект из-за того, что уже не вернуть было бы ужасно, по отношению к самому себе. Через месяц Серёжа стоял на сцене, нервно заламывая тонкие пальцы, и представлял на открытом слушании акционеров проект. Скептичные лица инвесторов вызывали желание грохнуться в обморок, но в конце зала стоял Игорь и корчил смешные рожицы, от чего комок страха постепенно рассасывался, оставляя лишь небольшое, предвкушающее волнение. Все таки они душу вложили в это, даже если толстосумы не оценят проект по достоинству, они вряд ли опустят руки. Оба слишком этим горели, едва ли досыпая и доедая в последнее время. Да и к тому же работа в хорошей компании предполагает хорошую зарплату, и даже без такой важной финансовой поддержки они смогут воплотить мечты в реальность, пусть чуть позднее и сложнее. Сережа замолкает, благодарит за внимание и уходит, нервно сжимая в руках телефон. Через пятнадцать минут ему вновь предстоит выйти на сцену вместе с Игорем, что бы ответить на вопросы. Но это уже не страшно, он сделал все, что мог. Теперь все зависит только от судьбы. Телефон противно звенит, писклявый рингтон эхом отдаётся в черепной коробке. Глаза слишком тяжёлые, что бы открыть их с первого раза. Чуть не скинув его на пол, он все же берёт трубку, но затем хмурится и пытаясь сфокусировать взгляд смотрит на яркий экран. Игорь звонил, пятнадцать раз. Сережа смахнул непослушными пальцами уведомления, перезванивая и готовясь услышать недовольные вопли друга, как доносится шум из коридора. Кто-то яростно колотит кулаком в дверь, и если бы она не была бронированная, рыжий рискнул бы с ней попрощаться. Спотыкаясь и пошатываясь, он недовольно открыл её и хотел было отругать нежданного гостя, как был сбит с ног вихрем из кудряшек и ужасного шума. - Сережа, черт возьми, когда-нибудь ты начнёшь брать трубку! Они одобрили, наш проект будут инвестировать! Собирайся, быстрее, нужно отвезти все документы и подписать договор, необходимо твоё личное присутствие. Одобрили, одобрили черт возьми! Он начал приплясывать от переполнявших его эмоций, пока до Разумовского медленно доходил смысл слов. - Игорь... Игорь, ты не шутишь? Их заинтересовало наше приложение? - Не шучу! Я сам в шоке. Кстати, так как мы уже выгрузили коды на сервера, они хотят выпустить его уже на этой неделе. Тебе придётся дать интервью на телевидении, я к сожалению присутствовать не смогу, они отправляют меня презентовать его лично. Прости. Тряхнув головой, Серёжа счастливо рассмеялся, глядя на ошалевшего от реакции друга. - Плевать на интервью, это самое простое. Мы сделали это, мы смогли! Вместе! Он впервые за долгое время сам обнял Игоря и побежал собираться. Их ждёт серьёзная работа.

***

Мужчина затаив дыхание внимательно вглядывался в экран, следя за каждым движением губ молодого гениального программиста. После того, как на важной военной операции произошел взрыв, его контузило. Одними из многочисленных последствий были временная немота и отсутствие слуха. Конечно, лучше так, чем смерть, но тишина отчаянно сводила с ума. Зато сейчас ничего не мешало включить родственную душу, мягкий, слегка заикающийся голос которой заменил теперь весь остальной мир. Он ещё раз внимательно вгляделся в лицо рыжего и отметив явное соответствие беззвучных слов и фраз, звучащих в голове, удовлетворённо откинулся на спинку дивана. Теперь он своего не упустит. Имя мягко и непривычно скользнуло на язык, так и оставшись неозвученным. "Сергей Разумовский" Приложение успешно выпустили и Серёжа увлечённо в нём ковырялся, словно он не прописал лично каждую строчку, каждую буковку. От своего детища его оторвал тактичный звонок в дверь. Недовольно поморщившись, он отложил телефон и медленно двинулся в коридор, отпирая дверь. - Игорь, черт возьми, я ведь дал тебе ключи, не говори мне.. Возмущенную тираду пришлось прервать. Напротив стоял совершенно незнакомый мужчина, держащий в руках белую пустую табличку. Он приветливо, но немного смущённо улыбнулся, и перевернул её. Большими чёрными буквами было написано то, от чего сердце рыжего перешло на бешеный темп. Привет, меня зовут Олег, и я слышу твой голос у себя в голове. Наконец-то я тебя нашёл.