разбитый фарфор

— год и двадцать один день. — проговаривает парень, захлопывая дверь в свою комнату, заставляя вздрогнуть всех в доме от внезапного шума. ровно столько прошло дней с того, как он корит себя за всё что только можно. питер кидает свой рюкзак к столу, туда же летит и его кофта. он присаживается около шкафа, доставая небольшую коробку. паркер не помнит, когда всё пошло не по тому сценарию, что он выстраивал в своей голове и когда всё свернуло к тому, что он прячет лезвия, бинты, пластыри и ещё какие-то штучки для обработки ран от посторонних глаз, чтобы не ловить кучу надоедливых вопросов. парень понимает свою проблему, но это стало частью его рутины. — двадцать пять, двадцать шесть. — он шипит. глубоко и больно. паркер закрывает рот рукой, давай слезам потечь сильнее. пара из них падают ему на раны на ногах, заставляя в очередной раз вздрогнуть. — места больше нет… что же.. — он смотрит на ноги, что были в старых шрамах и новых порезах. по старым не хотелось проходиться, могли просто не зажить. — тут к тебе пришёл мистер старк, открой дверь. — произносит мэй, стучась в дверь и выводя питера из своих мыслей. паркер подскакивает с места. по ногам в два ручья сучится кровь. он не успеет ничего спрятать и нормально обработать. проёб? возможно, но парень не собирается палится ни при каких условиях. дрожащими руками он пытается всё побыстрому забинтовать, чтобы хотя бы не просочилось за время разговора с тони. вроде удалось. питер натягивает на себя штаны, все приспособления свои прячет под одеяло и идёт к двери, открывая её и видя вопросительный взгляд мужчины, что прождал там чуть больше трёх минут. — занимался чем-то непристойным? — с усмешкой произносит старк, проходя в комнату, осматривая её, хотя тут бывает уже не впервые раз. вечно порядок и нет ни одной лишней пылинки. — что? нет.. конечно нет. — питер глупо и наиграно смеётся, закрывая обратно дверь и смотря на тони. — вы что-то хотели? — паркеру не очень приятно сейчас стоять, ибо раны молят нормально с ними закончить, но увы, возможности нет. — нужна помощь твоя. — мужчина поворачивается к питеру, смотря на него. он видит кивок, что мол да, готов на всё. пять минут старк что-то объясняет парню, но кажется в пустую, тот выпал из мира. ноги ноют, кажется до сих пор кровоточат. да, так и есть. паркер опускает взгляд на правую ногу и видит тёмно-красное пятно. он быстро закрывает его рукой, заставляя тони также опустить взгляд на руки юноши, что крепко сжимают ляжки. питер тревожится, очень сильно. впервые по этому поводу. он просто знал, что никто не увидит этого, ведь все эти места закрыта. ну или думал, что никто не увидит. — всё хорошо? ты сам не свой.. — подмечаем старк, смотря на то, как бледнеет парень. — а? да, всё хорошо. всё в порядке, не переживайте. — парень слегка улыбается, кивает головой и поднимает взгляд на тони. — мы можем поговорить об этом чуть позже? я зайду к вам вечером, если вы не против. — да, хорошо… — мужчина чешет затылок и поднимается со стула, направляясь уже к выходу. — тогда я жду тебя вечером, паучок. он доходит до двери и кидает в последний раз взгляд на паркера, а точнее на его ноги, что он так сильно сжимает, замечая именно то тёмное пятно. расползлось и очень сильно. — что у тебя на штанах? — тони указывает на ногу рукой, а питер бегло смотрит на неё и потом обратно в глаза мужчине. — ничего, просто испачкался. хах, да, просто испачкался. — проёб, официально. это конец, это его конец. он бледнеет, а в горле образуется ком. он прекрасно понимает, что старк не идиот, кажется догадывается, что суть совсем в другом. — питер паркер.. — звучит грозно, но это совсем не так. мужчина приближается, продолжая говорить, — что у тебя на штанах? явно не грязь, ведь так? ком в горле стал разрастаться. нет возможности даже набрать больше воздуха в лёгкие, он перекрыл всё пространство. страх нарастал вместе с тревогой. секунда полной тишины. по щекам питера потекли слёзы. он оказался слаб. и это прекрасно понял. а старк смотрит на это с таким же тревожным взглядом, как и юноша смотрит на него сейчас. старк поднимает руки питера с ног и видит огромные пятна. он облажался. он корит себя очень сильно и готов уже пройтись по старым шрамам, чтобы вновь проучить себя за слабость. он без слов встаёт с кровати, доставая свою мини-апчечку, что спрятал под одеяло. стягивает эти чёртовы штаны и разматывает бинты. он мог бы этого не делать. проводить мужчину и заняться всем этим в полном одиночестве, но что-то внутри подсказало ему сделать это именно сейчас, именно при таких обстоятельствах. открывается вид на ноги парня. и тони выпадает с этого вида. он видит то, как сам юноша плачет при виде всего этого. — давай я помогу.. — произносит почти шёпотом старк, беря с кровати эту аптечку и доставая от туда всё нужное. а паркер не отказывается. он только покорно кивает и садится обратно на кровать, смотря на то, как мужчина опускается на колени и подносит ватку, проводя по ранам и убирая скоплённую там кровь. питер щурится и шипит от этой боли. тони старается делать всё очень аккуратно и бережно, чтобы не навредить лишний раз, сейчас это совсем не кстати будет. в голове мужчины не укладывается, как вообще этот солнечный мальчик смог докатится до этого. хотя, кажется понимает. но думать не хочет совсем. неприятные мысли, что оставляют отвратительный привкус. он проходиться ещё пару раз по ногам ваткой, чтобы точно не оставалось следов крови и достаёт пластыри. они были достаточно большими, ибо зачастую площадь психов паркера была большая, обычные попросту уже не подходили по размеру, чтобы перекрыть всё. старк снимает защитный слой с пластыря и наклеивает его, также аккуратно разглаживает, вообще еле прикасаясь. — вроде как всё, — произносит тони и встаёт с колен, смотря в красные, заплаканные глаза питера. — ты уверен, что в порядке? может поговорим..? — я не знаю… не знаю, в порядке или нет, я уже ничего не знаю. — паркер дышит тяжело, обрывисто, иногда будто бы пропуская выдохи и только вдыхает воздух, набираясь то ли смелости что-то рассказать, то ли просто возвращая себя и свои мысли в реальный мир, из которого он успешно выпал ещё по приходе домой. минута молчания. никто из двоих не знал, что сказать. нет, питер знал, что говорить, но не мог. страшно быть слабым перед тем, кто видит только сильную твою сторону и больше никакую. внезапно продувает холодный ветер, через открытое окно. в комнате питера всегда открыто окно и всегда прохладно, ему нравилось это, он чувствовал себя живее так. холодный воздух обдаёт всё тело юноши. проходится куча мурашек и тот, еле заметно, но дрожит. старк ничего не говоря, просто тянет за руку мальчишку к себе и крепко обнимает. эти объятие кажутся тёплыми и такими нужными сейчас. паркер цепляется руками за футболку мужчины и жмётся ближе, будто бы пытаясь полностью провалится в него. мгновение и слышны тихие всхлипы. тони запускает руку в кучерявые волосы парня, перебирая пряди и поглаживая слегка голову, как бы успокаивая его. — простите, мистер старк, я не хотел казаться перед вами и всеми другими слабым. я не знаю, чего я боялся, чего опасался, но всё пришло к тому, что я стал корить себя за любую мелочь, которую мог не делать. я стал использовать лезвие, как наказание за все эти мелочи. я боюсь, уже самого себя… — парень хрипит, слёз становится всё больше, а ему всё больше тошно от себя. — ну всё, спокойно.. — шепчет тони, продолжая проглаживать по голове питера. в этот момент они могли бы уже отлипнуть, немного стыдливо посмотреть в глаза друг другу и разбежаться по своим делам, забыв об этой ситуации, как о страшном сне, но старк понимал, что не тот момент, паркеру всё ещё нужно время, чтобы выплакать все эти скоплённые эмоции, что он пытался закрыть порезами и видом сильного мальчика.