A Court of Light and Melody

Неделю спустя... Азриэль толкал тележку с книгами рядом с Гвин, пока они шли по коридорам библиотеки. Должно быть ее исцеление еще не закончилось, поскольку сделка с Азриэлем о запрете на книги объемом более восьми тысяч страниц все еще оставалась в силе. У нее было чуть больше двух недель, чтобы закончить работу для Меррилл и половина из них уходила на сбор различных томов, которые ей не разрешалось поднимать. Азриэль охотно согласился помочь ей в выполнении этих обязанностей. Вину за эту сделку можно было бы поделить на двоих, но было бесконечно увлекательно спорить с Поющим с Тенями о том, кто из них виноват больше. На данный момент они решили, что Гвин — самая невиновная, но Азриэль поклялся, что найдет способ обойти ее. — Ты, без сомнения, самый большой спорщик из всех мужчин, которых я когда-либо знала, — проворчала она, когда они продолжили путь вдоль секции с лечебными текстами. Ее глаза прочесывали полки в поисках нужной Меррилл книги. — А ты — самая большая болтушка, — фыркнул Азриэль. Гвин указала на толстый зеленый корешок, находившийся прямо на расстоянии вытянутой руки. — Вот эту. Бесшумно потянувшись за книгой, Поющий с Тенями достал ее своими длинными пальцами. Котел, когда же она наконец наберется смелости для того, чтобы попросить почувствовать эти пальцы внутри себя? Когда она сможет почувствовать эти большие руки на своей груди? После разговора об их связи ее походы в купальные комнаты под покровом ночи стали куда более частыми. Она продолжала представлять, как они с Поющим с Тенями, приняв узы, путаются в его простынях день за днем, пока не потеряют себя от наслаждения. — Куда дальше? — спросил Азриэль. Гвин тряхнула головой, пытаясь прояснить мысли, затем развернула свиток Меррилл. — Уф, нам нужно спуститься на один уровень и перейти на другую сторону. Раздел исторических событий. — Она со вздохом спрятала бумагу обратно в мантию. К ее приятному удивлению, Азриэль только кивнул и развернул тележку, чтобы направиться к лестнице. Она последовала за ним, улыбаясь про себя. — Итак... не снились ли тебе в последнее время кошмары? — спросила Гвин. От нее не укрылось, как Азриэль крепче ухватился за ручку тележки. — К счастью, нет. А тебе? — Нет, — улыбнулась она. — Это были счастливые полтора месяца. — Я так понимаю, больше никаких снов о том, как ты меня соблазняешь? — Ты очень удачно упустил тот момент, где я вырывала тебе кадык, — пробормотала Гвин, когда они продолжили спуск по лестнице. — И нет. Это прекратилось после нашего первого задания. — Из любопытства... они начались после дня рождения Амрен, когда ты сказала, что не хочешь продолжать наши отношения? — Если я правильно помню, мы оба пришли к этому решению... — Но я сказал, что это было неправильно, — добавил он с гордой ухмылкой. — Я же согласилась с тобой. — И все же? — Никто не любит слышать: "Я же тебе говорил". — Но мне это доставляет кучу удовольствия. — Это никак не помогает, Азриэль, — ухмыльнулась Гвин. Он бросил на нее косой взгляд, когда они прибыли на следующий этаж, и щеки его раскраснелись. — Ты сражаешься нечестно, жрица. — Не понимаю, о чем ты, Азриэль. Рядом с ней раздался низкий гул. Шум прекратился после резкого кашля Поющего с Тенями. Азриэль остановил тележку, и Гвин повернулась к нему, высоко подняв брови. Если раньше он казался покрасневшим, то теперь стал багровым. При взгляде на Гвин у него свело челюсть. — Я не хотел, чтобы это произошло, — извинился он. — Мне очень жаль. Гвин окинула взглядом пространство, проверяя, нет ли где посторонних ушей. К счастью, оказалось, что они были одни. Она понизила голос. — Подожди. Что именно произошло? — Я просто... с тех пор, как мы разговаривали той ночью, мои... желания стали немного сильнее. К сожалению, иногда они имеют привычку уходить из-под моего контроля. У жрицы отвисла челюсть. — Ты хочешь сказать, что я просто сказала твое имя и это возбудило тебя настолько, что ты зарычал? Азриэль смущенно потер подбородок. — Да. Странная и чуждая гордость поднялась в груди Гвин. Один только ее голос, произнесший его имя, вызвал такую реакцию. — Ты... боишься? — мягко спросил он. Гвин звонко рассмеялась и продолжила путь к разделу исторических событий. — На самом деле, я скорее горда собой. Азриэль со своими длинными ногами быстро догнал ее. — Правда? Гвин кивнула, повернув направо по одному из проходов. — Я никогда раньше никого не возбуждала. — О, это не может быть правдой. Остановившись у книжного шкафа с текстами об исторических событиях, Гвин позволила своим глазам блуждать по корешкам. — Кэтрин притягивала взгляды всех мужчин-купцов, прибывавших в Санграву. Она всегда была более красивой близняшкой. Ни одной веснушки на лице. — Нужная ей книга была сравнительно небольшой, поэтому она сама сняла ее с полки и бросила на тележку. — В то время как я буквально в крапинку. — Ты так говоришь, будто это плохо... Гвин смущенно улыбнулась и вынула свиток из своей мантии. — Я не думаю, что кожа в пятнах — это привлекательно... Теперь фольклорные тексты. На два уровня выше. Они молча начали свой долгий путь к следующей секции. Но тут Азриэль заговорил. — Я не понимаю, как веснушки делают тебя менее привлекательной..., — пробормотал он. Гвин пожала плечами. — Я тоже, но я давно смирилась с этим. Меня это не беспокоит. — Она повела их по проходу налево. — Как я уже сказала, так было всегда. Кэтрин всегда была красивее. — Тебе кто-то говорил такое? — спросил Азриэль недоверчивым тоном. — О, нет. По крайней мере, не в лицо, — пробормотала она, осматривая полки. — Но люди всегда говорили ей, какая она красивая. Меня они как бы обходили стороной. — Заметив текст, который указала Меррилл, Гвин указала на нижнюю полку. — Красная. Азриэль наклонился, его губы сложились в ровную линию, когда он снял книгу с полки и положил ее на тележку. — Ты знаешь, есть такая вещь, как неприступная красота. — А еще есть такая вещь, как предвзятость, — усмехнулась Гвин, прежде чем уйти. — Пойдем, Поющий с Тенями. — Хочешь сказать, что я нахожу тебя красивой только потому... — он наклонил голову, понизив голос, — что ты мой мэйт? — Возможно, — пожала плечами Гвин. — Но я не жалуюсь. — Это полный абсурд, — ворчал Азриэль, следуя за ней, когда она резко повернула направо. — Думать, что веснушки что-то негативное в твоей внешности. — О, успокойся, Поющий с Тенями. Я не считаю себя уродиной, я просто осознаю, что я не такая красивая, как Кэтрин. — Гвин остановилась у книжного шкафа с художественной литературой. — Пауза. Азриэль остановил тележку, лениво облокотившись на нее, его сифоны мягко мерцали в свете ламп. — И что на это сказала бы Кэтрин? Гвин замерла в своих поисках. Нечасто люди спрашивали о Кэтрин... Но она была благодарна, когда они спрашивали. Было приятно поговорить о ее близнеце, а не воспринимать ее как плохое воспоминание. Рана была еще свежа, но Гвин еще на первых консультациях поняла, что избегание темы Кэтрин не поможет ей исцелиться. — Прости меня, — сказал Азриэль, неправильно поняв ее молчание. — Нет, нет. — Гвин улыбнулась про себя, взяв с полки небольшую книгу. — Кэтрин просто сказала бы мне заткнуться. Она всегда была слишком властной. Азриэль наклонил голову, уголок его губ причудливо приподнялся, тени плясали по его сложенным рукам. — А ты это качество рассматриваешь, как собственное. Гвин взяла еще две книги. — Естественно. Азриэль усмехнулся. — Властная. Любишь соревноваться. И покритиковать себя. Еще и шутница. Сияя, жрица повернулась к нему лицом. — Да, и задумчивый Поющий с Тенями не может не улыбаться и не смеяться каждый раз, когда я оказываюсь рядом. — Справедливое замечание. Гвин положила три книги на ближайшую к Азриэлю сторону тележки, а затем покачала головой. — Это для тебя. Судя по взгляду, Азриэль был приятно удивлен. — О? Твои любимые? Гвин звонко рассмеялась. — Нет, нет. Я не рекомендую свои любимые книги. Я рекомендую книги, которые, по моему мнению, подходят конкретному человеку. — Она положила палец на синюю книгу, сокращая расстояние между ними. — Тайна, происходящая в дождливом городе Рассветного двора. А главный герой — красивый, задумчивый мужчина со скрытым прошлым. Я не сомкнула глаз, пока не дочитала. — Она провела пальцем по пурпурной книге. — А эта с перчинкой. О певице, которая должна выбрать между другом детства и таинственным убийцей, живущим под театром, в котором она выступает. Азриэль фыркнул. — Я думаю, выбор будет очевиден. — Ты удивишься, какие споры возникают по этому поводу, — пробормотала Гвин. Она положила палец на толстую черную книгу. — А вот это — мистический роман, действие которой происходит в Иллирийских горах. В лесу живет чудовище, и иллирийцы, мужчина и женщина, отправляются, чтобы поймать его, но... ну, скажем так, финал очень неожиданный. Уголки губ Азриэля опустились в знак одобрения. — Интересно. — Я жду от тебя глубокой рецензии на эту книгу. Она была написана два века назад, но действие происходит пятьсот лет назад. Я хотела бы знать, насколько она исторически точна. Азриэль усмехнулся, кривая улыбка расплылась на его губах. — Очень хорошо. И сколько времени у меня есть, чтобы все прочитать? — Держу пари, что ты закончишь их до того, как мы отправимся в Весенний Двор. — У меня меньше трех недель? На все три? Гвин кивнула. — А если они мне не понравятся? Жрица подмигнула ему. — Этого просто не может быть. — Оу? — сказал Поющий с Тенями, глядя на нее исподлобья. Гвин ткнула пальцем ему в грудь. — Независимо от того, понравятся они тебе или нет, ты должен их прочитать. — Должен, да? — насмешливо произнес он. — Конечно, должен, — сказала Гвин, высоко подняв голову. — Мой мэйт просто обязан знать классику. Его двусмысленная улыбка стала еще шире. Он склонил лицо, и Гвин поняла, что это для того, чтобы скрыть румянец на его щеках. Она сделала ему одолжение, ничего не говоря и просто молча наслаждалась ситуацией. Они не целовались с той самой ночи, и сейчас, когда он так очаровательно застенчив, было очень трудно удержаться. Она очень хотела попросить его поцеловать ее здесь и сейчас, но никогда не знаешь, кто может подсматривать. Гвин начала спускаться по лестнице. — Пойдем. У нас еще много работы, Азриэль. Она услышала, как он прочистил горло, а затем колеса тележки заскрипели, когда он двинулся за ней.