Icy Hot

Её окружает тепло и уют, когда звонит её телефон, и Кэролайн требуются все её силы, чтобы не проигнорировать шум и не зарыться поглубже в одеяло. Однако, узнав мелодию звонка Кэт, она протягивает руку к раздражающему устройству. Её раздражение из-за того, что она покинула свой кокон, только усугубляется тем фактом, что её соседка по комнате, очевидно, была слишком ленива, чтобы просто постучать в её дверь. Но только когда костяшки её пальцев стучат по холодному металлу незнакомой тумбочки, она вспоминает — она не в своей постели. Её глаза распахиваются, когда она прижимает пушистое белое одеяло к своей обнажённой груди. Кэролайн вытягивает шею, чтобы взглянуть на столь же обнажённого мужчину, ворчащего во сне рядом с ней. Воспоминания медленно настигают её, но тёмно-розовые губы — отличное напоминание о том, что это была невероятно приятная ночь. Клаус. Его звали Клаус. Свадьба из ада длилась на час дольше, чем предполагал безупречный график Кэролайн, и она заказала более крепкий напиток в баре отеля, вдали от требовательных невест и их новоиспеченных свекровей. Встреча с очаровательным незнакомцем сделала её облегчение ещё более сладким, особенно когда он предложил некоторую физическую разрядку. Она не была фанатом встреч на одну ночь, но Клаус доказал, что стоил отклонения от её обычного распорядка после работы. Кэролайн отключает телефон, решив, что может позвонить Кэт во время поездки-позора в такси. Оглядев роскошный номер, она осторожно встаёт с кровати, чтобы найти свою одежду, небрежно сброшенную накануне вечером. Её нос морщится от кучи ткани, которая раньше была элегантным платьем-футляром, но, по крайней мере, её туфли аккуратно стояли рядом с ним. Чтобы найти сумочку потребовалось покопаться ещё немного, она была спрятана под рубашкой Клауса, которая, на сколько она помнила, была брошена на комод. Оглядываясь на кровать, она неуверенно прикусывает нижнюю губу. Уже опаздывая на работу, у неё действительно не было времени как следует попрощаться — если он вообще хотел этого. Неопределённость отношений на одну ночь была ужасна из-за её привычки слишком много думать, поэтому Кэролайн заставляет себя быстро принять решение. Она достаёт из клатча одну из своих визитных карточек, благодарная за то, что таскает их с собой на все свадьбы, которые планирует. Написав номер своего мобильного телефона рядом со своим именем, она добавляет короткую заметку на обороте: «Мы отлично повеселились, позвони, если когда-нибудь вернешься в город». Как-то так. Никто не пострадал, и теперь всё в его руках. Он сказал, что приехал в Нью-Йорк по делам, и Кэролайн могла бы не возражать против интрижки на полставки. Одевшись, она нерешительно распушает волосы, придавая им приличный вид. Бросив последний взгляд через плечо, она выскальзывает из комнаты, оставляя Клауса спать. Её телефон начинает звонить, прежде чем она успевает сообщить таксисту свой адрес, и она раздраженно отвечает: — Я еду домой, Кэт. — Забавно, мне казалось, что именно это ты мне и сказала прошлой ночью, — протягивает Кэтрин, равнодушная к раздражению своей подруги. — А потом я просыпаюсь от твоего сообщения о том, что ты встретила кого-то в баре, без фотографии на случай, если ты пропадёшь. Кэролайн морщится. Это не было похоже на неё — нарушать их протокол безопасности, устоявшийся ещё в студенческие годы. Тем не менее, она была довольно рассеянна, даже отправляя это сообщение, в то время как губы Клауса скользили по её шее в лифте: — Я хотя бы отправила номер комнаты? — Я просто говорю, что ему лучше бы быть очень горячим. — никогда не позволяйте себе утверждать, что у Кэтрин Пирс не было своих приоритетов в порядке. — Но так как ты пропустила утреннюю рутину, я подумала, что должна напомнить тебе, что сегодня ты на дежурстве по доставке. Кэтрин представляла собой свирепую комбинацию адвоката и матери-одиночки, но как лучшая подруга, соседка по квартире и почётная тётя, Кэролайн делала всё возможное, чтобы помочь, где могла. Обычно ей было легче делать некоторые вещи, учитывая её более гибкий график работы в течение дня. Нахмурившись, она достаёт телефон, чтобы проверить записи в своём ежедневнике. Её мозгу ещё предстояло привыкнуть к реальной жизни; она была уверена, что какая-то её часть всё ещё уютно устроилась в постели с Клаусом: — Эм, школа или балет? Удивлённая её нехарактерной неорганизованностью, Кэтрин фыркает: — В четыре часа на катке, фигурное катание на этой неделе перенесли из-за… — …Олимпийской выставки, да, — наконец вспоминает Кэролайн. — Извини, ты же знаешь, что я начинаю всё путать, когда у меня что-то идёт не так. — Как бы то ни было, агентство переживёт, если ты немного отдохнёшь утром, особенно если половина того, что ты рассказал мне о вчерашней невесте, правда. Кто вообще планирует свадьбу в среду? Её плечи поднимаются с глубоким вздохом: — Богатые люди, которым не нужно ходить на работу по четвергам. К сожалению, я таковым не являюсь. Тон Кэт сочувственный, когда она отвечает: — Тогда иди на работу, только, пожалуйста, не забудь забрать Надю с катка. Мне бы не хотелось, чтобы ты столкнулась с другим горячим парнем и снова отвлеклась. Смеясь, Кэролайн улыбается в окно, глядя на отель: — Не волнуйся, я не думаю, что мне так повезёт. Скажи Наде, что мы с ней сегодня встретимся. Такси рвануло вперёд, когда она повесила трубку, и она почувствовала странный прилив энергии на весь день. Кэролайн почти наслаждается дрожью предвкушения под кожей. Может быть, Клаус позвонит перед отъездом из города, просто чтобы она могла закончить свою неделю на такой же хорошей ноте. После работы Кэролайн направляется в спортивный комплекс, где Надя занимается фигурным катанием. Войдя в здание, она вздрагивает от внезапного холода в воздухе. Вокруг эхом отдаются скрежет коньков и болтовня родителей. Кэролайн устраивается на трибунах, быстро находя Надю среди семилетних детей, наблюдающих, как их тренер демонстрирует свои умения. Маленькая девочка машет рукой, её кудрявый конский хвост взволнованно подпрыгивает позади неё, пока она не машет в ответ. Когда дети расходятся, чтобы попрактиковаться во вращениях, она с удивлением наблюдает за тем, как уверенно Надя держится на льду. Помимо опыта в чирлидинге и гимнастике, ловкость и атлетизм Кэролайн никогда не усложнялись дополнительными лезвиями, привязанными к её ногам. Однако более впечатляющим был мужчина, катающийся на другом конце катка. Одетый в элегантный чёрный костюм, он легко поезжал сложную программу. Петли, вращения, прыжки — каждый из них сопровождался вздохами как детей, так и взрослых. Кэролайн предполагает, что он приезжий профессиональный фигурист, просто держит свои мышцы в тепле, чтобы похвастаться перед следующей группой. В том, как он двигался, было что-то знакомое, но она так и не смогла разглядеть его лицо, чтобы понять, знала ли она его по прошлой Олимпиаде. Тренер хлопнул в ладоши, собирая детей вместе, чтобы закончить занятие. Все они в унисон восклицают: «Спасибо, мистер Майклсон!» Мужчина резко останавливается, чтобы в последний раз кивнуть им, и группа расходится. Разъезжаясь со льда к трибунам, они ковыляют к своим родителям. Надя ухмыляется, приближаясь к Кэролайн: — Ты видела? Я должна кататься с Клаусом Майклсоном! — Я видела, — отвечает Кэролайн, осознание медленно приходит ей в голову, когда олимпиец подъезжает ближе к краю катка. Он болтает с мужчиной в костюме по другую сторону катка, но, должно быть, чувствует её взгляд, потому что поворачивается к ней. Его глаза расширяются, несомненно, отражая шок на её лице. Судя по всему, она встретит свою интрижку раньше, чем надеялась. — Э-эм, — её голос прыгает, когда она снова сосредотачивается на Наде, странное смущение зудит на её коже. — Ты готова идти? Не обращая внимания на нервы Кэролайн, Надя не спешит расшнуровывать коньки: — Почти. Это было так здорово, тётя Кэролайн! Мы научились вращаться на носках, хотя мы ещё недостаточно взрослые, чтобы делать это в движении. — Кэролайн? Она вздрагивает от теплоты в его голосе, сильнее, чем ожидала. Подняв глаза, она видит, что он перегнулся через ограждение и с интересом наблюдает за её реакцией: — Привет. Эм… — Тётя Кэролайн, — Надя трясет её за локоть, шепча своё благоговение достаточно громко, чтобы он услышал. — С тобой говорит Клаус Майклсон. Его рот сжимается, как будто он пытается не рассмеяться, и Кэролайн прищуривает глаза в явно удивлённом взгляде: — Иди переоденься, — мягко приказывает она, сходя с трибун, чтобы встретиться с ним на краю катка. Клаус расплывается в ухмылке, когда она приближается: — Это неожиданно. — Не то слово, — Кэролайн закатывает глаза. — Я не знала, что ты будешь здесь. На самом деле я не знала, кто ты такой. Пожав плечами, он наклоняется ближе к ней: — Что важно, так это то, что теперь мы знаем друг друга. — его бровь приподнимается с намёком, но он смеется, когда она слегка толкает его в плечо. — Я был рад узнать, что ты оставила свой номер сегодня утром. Она на мгновение опускает взгляд, пытаясь не обращать внимания на растущий жар на своих щеках: — Значит ли это, что ты собирался позвонить мне? Переодевшаяся и уставшая после тренировки, Надя внезапно появляется рядом с ней: — Я хочу есть, тётя Кэролайн. Виновато нахмурившись на Клауса, она гладит Надю по голове: — Хорошо, милая. Бери свою сумку, мы купим пиццу по дороге домой. Твоя мама работает допоздна, так что мы можем взять ананасовую. Надя торжествующе восклицает и идёт за своими вещами, оставляя Кэролайн наедине с предостерегающим взглядом Клауса: — Что? — Ананас на пицце? Итальянцы оторвали бы тебе голову. — Делай со мной всё, что хочешь, Марио, но это восхитительно. — скрестив руки на груди, она едва сдерживается, чтобы не поёрзать. — Ты не ответил на мой вопрос. Ты хотел воспользоваться моим номером? Раздаётся свисток, сигналируя, что начинается следующее занятие, и Клаусу, кажется, уже пора: — Полагаю, тебе предстоит это выяснить. — он кивает ей с дерзким подмигиванием. — Может быть, в следующий раз я смогу убедить тебя остаться в постели. Он скользит назад, размашисто поворачиваясь, чтобы поприветствовать новую группу учеников, и Кэролайн не может сдержать глупой улыбки, которая растягивает её губы. Глядя на Надю, она делает глубокий вдох, чтобы, надеюсь, унять румянец: — Ты готова? Они выходят с катка, Надя радостно болтает, размахивая их соединенными руками. Улыбаясь солнечным лучам, Кэролайн, в конце концов наполняется приятным предвкушением следующей недели.