Дядя Лёва Аккерман

Пока Микаса с Эреном мирилась и леденцами его задабривала, к Леви караульный подбежал. — Капитан, тут вам письмо какой-то подозрительный тип передал. Леви конверт взял. Бумага хорошая, плотная, каким-то тростником и странными закорючками изрисованная. Перевернул, а на обороте адресат значится: Разведкорпус, капитану Леви. Леви почерк командора Смита сразу узнал и забеспокоился. Понял, что Смит уже третий день в штабе не показывался, а ведь его ещё вчера ожидали. Мать титанья, у Эрвина, кажется, проблемы, а он, Леви, тут в лошадок играет и казенные средства на семечки разбазаривает! — Кто, говоришь, письмо принёс? — Странный парень, сэр! Я сперва подумал — сумасшедший, гнать его хотел. Как из ванны вышел — в халатике и шлепках. Хорошо, хоть штаны при нем были. А вот с волосами ему не повезло, лысый он был, как коленка.Но говорил как нормальный человек. Сказал, что он от доктора фон Зен... Хрен… Франкенштейнссона, вот. Тут капитан совсем разволновался. Только Франкенштейнссона ему не хватало, кем бы этот подозрительный тип ни был. Леви караульного отпустил и в свой кабинет поспешил. Дверь запер, конверт вскрыл поскорее и сел письмо читать. И вот что прочёл: Здравия желаю, Леви. Пишу тебе это письмо из психической лечебницы доктора Суси фон Зигмундфрейдссона.Ты спросишь, какого черта я тут забыл? Дело в том, что я самую чуточку с ума сошёл. Доктор Суси считает, что со мной подсознание приключилось. Подсознание — это, знаешь ли, такая штука, с каждым может случиться. Особенно с теми, кто ответственную должность занимает и всю жизнь слишком быстро бегает, высоко прыгает и орёт громко. В общем, доктор предложил мне две недели у него полечиться и я согласился. Сам понимаешь, сумасшедший командор разведку до добра не доведет. И потом, не оставлять же мне здешние розовые грядки невскопанными. Социальная ответственность — вещь очень важная. Да и сакура сейчас в самом цвету. Лечебница здесь, надо сказать, просто чудесная. Если ты, дружище, когда-нибудь с ума сойдешь, очень рекомендую. Особенно мне медитация нравится. Представляешь — целый час под цветущей сакурой сидишь и никто вокруг тебя не бегает и не орёт. А ещё булочки тут вкусные очень. Извини, Леви, долго писать не могу, спешу на трудотерапию. Э.Смит. P.S. Самое главное чуть не забыл! Я во дворе корпуса коня своего оставил, на коне седло, на седле сумка, в ней — документы по последним поставкам лежат. Надо срочно отчёт по ним сделать. За ним со дня на день сам Хваткинс из управления заявится. А Хваткинс — личность нервная, гневом управлять не умеет и под цветущей сакурой явно никогда не медитировал. Без отчёта он совсем перенервничает и всех нас к титаньей матери порешит без всяких УПМ. Ты уж постарайся, пожалуйста. И да, хорошо бы на складе инвентаризацию провести, запасы проверить. А то повар ругается, что пшено залежалось, и теперь это уже не крупа с жучками, а жучки с крупой получаются. Я, ты знаешь, всецело за разнообразие рациона выступаю и белковую пищу уважаю очень, но во всем баланс соблюдать надо. А то на зубах слишком хрустит. PPS. А здорово ты всё-таки отряд свой воспитал! Доктор Суси и тот лучше не сделал бы! Моё тебе за это уважение. PPPS. Выживешь после встречи с Хваткинсом — премию дам! Леви письмо прочёл, на спинку кресла откинулся и глаза закрыл. Посидел так пару минут. Тяжела жизнь капитанская: то новобранцы в детство впадают, то командор с ума сходит. Хорошо хоть, что самую чуточку. Смит всё-таки очень дисциплинированным человеком был и никогда бы себе не позволил слишком сильно с ума сойти. Да и почерк у него твердый, уверенный, как и всегда. Тут Леви вспомнил, что совсем недавно заковыристую докторскую фамилию в газете прочёл. Там доктору целая статья посвящена была, в которой его очень хвалили. Ну что ж, значит, Эрвин в надёжных руках. Надо будет его навестить, гостинец отнести что ли. Чаю там или шоколадку горькую. Как раз для мозгов полезно. Да вот хоть семечек подсолнечных. Новобранцам их все равно оставлять нельзя, опять эти балбесы весь корпус заплюют. Но все-таки, что ни говори, а Эрвин тоже изрядный балбес! Вот уж правда, лицо разведки. Субординация субординацией, а против правды не пойдёшь. Сколько раз ему Леви говорил, что режим труда и отдыха соблюдать надо? Но кто ж его слушать станет. Зато как отчёт для Хваткинса делать, так сразу Леви. Нет, он сделает, конечно, куда денется. Только кто бы знал, как же эти балбесы его достали!