Выберая меня, ты знаешь, на что идёшь

Солнце светило ярче, чем обычно, облака быстро плыли по лазурном небу. Ти встала раньше всех, и также рано началось похмелье. — Чёрт, не надо было смешивать коньяк с вином. — она чувствовала себя, очень мягко говоря, не очень хорошо. В мыслях поселилось сожаление, а в горле чёртова Сахара. Ватные ноги понесли полу живое тело по комнате, по коридору, а затем и по лестнице. Чуть ненавернувшись, вошла на кухню. Пройдя мимо гостиной, можно было подумать, что там тусили бомжи. — Присвятые струны… Не повезло тебе, Дазай. — на лице Цу появилась лёгкая ухмылка. Ему придётся это всё убирать. Ведь он хозяин этого дома. На кухне как у бедного студента — ни-че-го. Пусто. Только грязная посуда заполняет пространство и, возможно, тараканы где-то шуршат, доедая крошки. Несмотря на всё это, интерьер был милым и аккуратным. Заглянув в холодильник, ти нашла пару яиц, молоко и немного хлеба. — Чтож, придётся мне готовить для этих оболтусов. Что бы они без меня делали. — она улыбнулась сама себе и взялась за готовку. В планах было приготовить хлеб в яйцах и сварить кофе. При всех своих способностях ти разбила тарелку, через пару минут на шум спустился Чуя. — Ты чего шумишь с утра пораньше? — с сонными глазами и прерывчатыми зевками он уселся за стол. — Ну, давай, удиви своими кулинарными способностями. — Подожди, сейчас уберу осколки. Оба сели за стол и начали трапезничать. Завтрак разводили разговорами и рассказами. О том, что Дазай постоянно куда-то пропадает и о том, что происходит в мире. Вскоре разговор случайно коснулся недавно упамянутого в новостях убийцы. Но на эти милые светские беседы вскоре спустился Дазай. — Доброе утро, гномам. — он вышел из-за угла. — Ого, и кто из вас такой хозяйственный? Не поверю, что это Чуя. — Эй! — воскликнул Чуя. — Я очень хозяйственный, при нашем продолжительном сожительстве ты не готовил и не убирал. Да, ты мог заказать поесть или клиннинг, но не сделать это сам. — А сам-то? — Мальчики, хватит. С утра пораньше как женатая пара, ей богу. — Что? — воскликнул оба. — А что такого? Всё, хватит, ешьте. Оба замолкли и приступили к трапезе. Даже после недавней ссоры на кухне сохранялась мягкая атмосфера. Постукивание столовых приборов звенело словно бубенчики в оркестре с пенопластом, который небрежно скользил по стеклу. Осаму же не мог больше слушать эту кокофонию и решил включить телевизор. На экране появился какой-то сериал, но его тут же прирвал выпуск новостей. Новости были не из приятных… Ведущий: «Выпуск «…» был прерван срочным новостями. Сегодня в центре города было обнаружено изуродованное тело мужчины. Лицо распознать не удалось. Прямо в ярёмную вену был воткнут медицинский скальпель, а на нём надпись -» Всё ради тебя». Видимо, у этого убийцы есть либо заказчик, либо тот, кого он пытается защитить. Получается, что он герой? Смотрите наш канал, здесь самые свежие новости нашего города! Сейчас мы…» Цу резко выключила телевизор, не дав телеведущему закончить предложение. — Боже, да как они заебали с этим убийцей. — сказала Цу и продолжила попивать кофе. — Не думал, что такая милая девушка матерится. — возмутился Накахара. — А когда мы напились и мат из моего рта летел через каждые полтора слова, тебя не так удивило. — Я не такой уж алкаш, но я ничего не помню. — Да тебе Скумбрия подлил коньяк в вино. А я добровольно была подопытной крысой. — Дазай! — закричал Чуя, но, повернувшись к нахлебнику, он проглотил все оскорбления и посылы. Сам Дазай же сидел, держась пальцами за подбородок. Было очевидно, его что-то озадачило. На кухне настала притуплённая тишина. Они редко видели это выражение лица, но были теми единицами, которые стали свидетелями не клоуна в пальто летом, а серьёзного и интелегентного мужчины. Накахара работал с ним раньше, а Цу была ему очень близка. — Вы ничего не заметили? — спросил Дазай слегка ошеломлённых друзей. — Ничего необычного, а когда, если конкретнее? — Цу первая подала голос и признаки жизни. — Вчера. Когда ты пришла. В паре кварталов отсюда стоял этот мужчина. Я его заметил, когда Чуя вытолкнул меня. И ещё кое-что. Скальпель в ярёмной вене. — он поставил акцент на последних двух словах. Дело в том, что полное имя Цу — Цу Ярё. Конкретно это смутило его. Но была ещё одна деталь — скальпель. Этот острый хирургический инструмент известен всем и ассоциируется с хирургами, операциями и спасением жизней. Но Дазаю скальпель известен как изящное холодное оружие, ассоциируещееся с прошлым. Мрачным прошлым. Он мог бы вспоминать о нём каждый раз, когда видел Накахара Чую, но он долгими годами боролся разорвать эти ассоциации и у него получилось. Теперь это… Если Чуя хотя бы немного понимал, что сейчас происходит в сердце Дазая, то Цу в полном неведении стояла в сомнениях. Это же могло быть обычное совпадение. Да. Совпадение. Скальпель, созвучие части кровеносной системы с полным именем, тот мужчина, что при следовал Цу… Это точно не могло быть обычным совпадением, глупо так считать. И все присутствующие в этой комнате понимали это.

Продолжение следует…