The end

Джин сидит у себя на кухне в окружении тишины, она стала его нежеланным спутником по жизни в последнее время. На столе стоит кружка недопитого чая, который уже давно остыл и скорей всего так и останется одиноко стоять на столе. Глаза парня направлены в окно, где разбушевавшаяся стихия гонит ветром листья, а с небес хлещет дождь, словно его слёзы, которые не так давно закончились, а мысли его далеко от этого места и времени. Он даже не замечает хаос природы. Всё о чём он может думать, это о своей мудачей натуре и потерянном счастье. Неизвестно сколько он уже так тихо придаётся бывшим счастливым временам и сколько бы ещё сидел, не замечая ничего вокруг, если бы из мыслей его не вывел резкий стук в дверь и еле слышный грубоватый голос: -Ты живой, Джин? Открывай, я пришёл с лекарством для души и поднятием настроения, -после сказанного человеком за дверью послышался едва слышимый стук бутылок друг об друга. Хозяину квартиры не очень-то хотелось кого-то пускать, всё, что ему хотелось это просто перестать придаваться воспоминаниям, но предложение от незваного гостя звучит слишком заманчиво, да и может чьё-то присутствие поможет отвлечь его от самокопания, поэтому он кое-как находит в себе силы подняться со своего насиженного места и тихо пройти в коридор ко входной двери, чтобы всё-таки впустить первого человека за последнее время к себе в квартиру. -Элегантный ход, пижон бля, — первым делом произносит Сокджин, как только дверь отворяется, а на глаза ему попадается наполовину промокший молодой человек, и даёт ему зайти в своё убежище. На мужчине было чуть намокшее пальто, цвета хаки. В руках же он держал зонт и пакет с названным лекарством. На лице красовались очки, а пепельные волосы были растрёпаны и немного влажными. Он отдал пакет в руки Джина, и, положив зонт на тумбу, которая находилась поблизости с выходом, поторопился стянуть с себя промокшую обувь и верхнюю одежду. -Если есть время шутить, значит не всё так плохо, как я мог подумать, — сказал было мужчина, но когда он собрался повесить пальто, его глаза зацепились за ярко-красный шарф.-Или я поторопился, -тихо проронил тот. -Ты что-то сказал? -Прокричал Ким уже из кухни, в которую успел скрыться, не сомневаясь в самостоятельности друга, ведь он не впервые посещал эту квартиру. Он был занят поиском стаканов, чтобы разлить по ним содержащийся напиток в бутылках. -Нет, я молчал, — уже входя на кухню, соврал гость. Он искренне не хотел бередить старые раны друга, которые ещё кровоточили. Он считал, что пока Джин сам не затронет эту тему, будет игнорировать её. Да, он не был согласен со своим другом и считал его мудаком, как и весь универ, да, он хотел многое высказать ему и вставить мозги, ведь верит, что в глубине всё-таки его друг котик, который просто начал бояться людей и никого к себе не подпускает. Джуну просто хотелось поддержать своего друга, ведь не по наслышке знает о всём дерьме, которое пережил Джин за 20 лет своей жизни. -Надеюсь, ты ничего не сломал, Джун, у меня нет денег что-то покупать, если это так, — возмутился Джин, наливая напиток с бутылки по кружкам. -За кого ты меня принимаешь, — возмущённо процедил Намджун.- Даже если такое происходило, это были единичные случаи. -Я принимаю тебя за ходячую катастрофу, и, если бы это было единичным случаем, я бы так не переживал за всё своё имущество в этом доме, — в конце фразы Джин протянул бокал, наполненный волшебной жидкостью Джуну. Как только тот взял в свои руки бокал, в руках Джина уже находился его, который он без промедления поднёс к своим губам, да, это действительно то, что ему сейчас было нужно. -Может в зал? сядем на диван, а то тут неудобно будет тусить, — с усмешкой на губах проговорил Джин, после глотка пива. -Пошли, посмотрим какое-нибудь шоу. Вдруг показывают что-нибудь интересное, -глотнув из кружки, ответил Намджун. И они направились в указанную в разговоре комнату вместе с пакетом алкоголя и найденной закуской у Джина дома. Гостиная выглядела так, словно её не посещали с самого заезда в квартиру. Она была убрана и пуста, только растения висевшие на стене и картина между ними, говорили, что здесь правда живут люди, а лёгкий бардак на журнальном столике показывал, что всё же эту комнату посещали. Парни сели на маленький потрепанный диванчик, а закуски поставили на маленький столик, стоящий неподалеку. Напротив них расположился телевизор, который только и ждал, когда же его включат. Именно это и сделал Джун, потянувшись за пультом, который лежал на том же столике, на который они решили поставить закуски, и нажав кнопку включения. Телевизор включился на канале с каким-то шоу, которое Джун никогда раньше не видел, его не очень и интересовали эти бесполезные шоу, в которых ведущие пытаюсь издеваться и смеются над своими гостями, так что Джун решил переключить на какой-нибудь музыкальный канал. Это было их любимое занятие с Джином, напиться и подпевать песням, которые они знаю, обсуждать клипы и смеяться с других песней, которые они не знали, но как только он собирался нажать на кнопку пульта, его остановил голос хозяина квартиры. -Это любимое шоу Чимина, он не пропускал не один выпуск, а я любил смотреть на его реакцию от этого шоу, как он смеялся, возмущался, комментировал что-то..... Интересно, он до сих пор его смотрит? — полулёжа промолвил Джин и отпил из кружки напиток. -Хочешь мы можем посмотреть это шоу. -Давай, я не против, оно и правда интересное. -Ответь мне Джин, ты всё-таки не забыл его, да? Хочешь поговорить об этом? — ответил Джун и отложил пульт, оставив шоу на фон. -Нет, давай не будем говорить об этом, я ещё не в той консистенции, чтобы говорить об этом, — поставив точку в продолжении диалога, Джин уставился в экран телевизора. Его друг не стал продолжать разговор, за что тот был ему очень благодарен. Хоть один человек в его жизни, который не отвернулся от него после всего, что произошло. Может его друг и считал его мудаком, но пока молчал, ещё успеет сказать этот факт в слух. Он правда ценил это в Джуне. Сокджин конечно сказал оставить это шоу, но сам не следил за происходящим на экране, ведь опять начал проваливаться в свои воспоминая. Это было как будто только вчера. Они лежали в обнимку на этом самом диване с Чимином и смотрели это глупое шоу. Точнее смотрел Чимин, а Джин наблюдал за Чимином. Как он внимательно наблюдает за разговор и его лицо из серьёзного превращалось в улыбчивое, потому что там смешно пошутили. Джин обожал улыбку и смех Чимина, именно поэтому он всегда старался как-то пошутить, чтобы ещё раз услышать этот перезвон колокольчиков, посмотреть на самую лучшую улыбку глазами самого лучшего человека в его жизни и почувствовать своими объятиями как он смеётся всем телом. Ему правда не хватает этого смеха сейчас, этой самой волшебной и исцеляющей улыбки. Этих милых и одновременно коварных глаз. Этих пухлых губ, желательно на своих губах. Как же он скучает по всему Чимину, но он сам решил окончить это всё. Теперь это его самое ужасное решение за всю жизнь. Оно даже переплюнуло решение признаться матери в своей ориентации. Определенно оно возглавляло рейтинг ужасных принятых решений Сокджина до недавнего времени. Всё же после признания он чувствовал себя более живым, чем после расставания со своим лучиком света в этой кромешной тьме. В воспоминаниях резко возник день их встречи. Чимин только перевёлся в их институт и был новеньким в его группе, а Джин, ненавидящий этот институт и свою жизнь, был обычным студентом с друзьями мудаками и такой же мудачей репутацией, а прицепом ко всему являлись проблемы в семье. Милый новенький сразу приглянулся ему, ну как не засмотреться на это солнце с его милой улыбкой, у Джина не было выбора, но будем честны, Джин испытывал гейскую панику и обычно, когда он её испытывал, он вёл себя как больший мудак, чем есть на самом деле, а ещё у него была репутация не лучшего человека в универе, поэтому вышло, что вышло, и Сокджин решил забыть о новеньком, о этом событии и продолжить своё мудачье существование с периодическими ссорами с мамой, если бы не случайная вечеринка и проигрыш в каком-то то ли споре, то ли игре. Его друзья решили, что будет весело поиздеваться на новеньким, поэтому придумалисамое ужасное задание из всех. Влюбить в себя Чимина, повстречаться полгода и бросить его у всех на глазах. Джин был против, но что он мог в то время сделать? Пойти против своих названных друзей? До не давнего времени он правда думал, что не может, но теперь понимал, что он мог, просто не хотел упасть в глазах своих давно знакомых людей и потерять свою репутацию. Чтож, это решение тоже присутсвует в его списке ужасных решений. Джин решил, что не будет лгать и прямо расскажет Чимину об обстоятельствах. Его конечно считали говняным человеком, но он всё же человек, а не монстр. И на следующий день предложил Чимину встретиться. Ну как предложил, он просто сказал, что будет ждать его после пар и тому не сбежать, а также что ему плевать на планы другого. Его будущий парень правда пытался сбежать, но Джин настоял, и они пошли в кафе поблизости с универом после окончая пар. Как только они сели за стол, Сок вкратце выдал всё. Чимин конечно не согласился, он же не был тупицей, которая плюнет на их историю знакомства и поможет этому человеку, но Джин предложил сделку. Как он считал удачную, от которой просто невозможно отказаться. Чимин считал по-другому, но всё же уже размышлял над этим предложением. Они разошлись на том, что тот всё обдумает и решит, Джин не настаивал и дал тому время на решение. В день, когда Чимин согласился на авантюру был не очень счастливым днём Джина, он серьёзно поругался с матерью и последнее о чём он думал, это тот глупый спор и его последствия. Они вместе провели почти весь оставшийся день, обдумывая и ставя условия в свою игру, как только всё было обговорено, они просто решили пообщаться на отвлечённые темы, и, как считает Джин, именно в этот день он начал влюбляться в Чимина, ну по крайней мере тот стал ему симпатичен не только из-за внешности. Джин точно не помнит, когда они слишком сблизились, чтобы считать это простой игрой, когда он сам перестал считать это всё игрой. Может, когда после очередной семейной ссоры он не задумываясь поспешил к Чимину? Или когда он стал просыпаясь по утрам и искать Чимина взгядом? Может, когда он стал замечать милые привычки Чимина? Но определённо в какие-то из этих моментов. Он помнит их первый поцелуй. Это был март. Если точнее, то 9 число. Они оба пошли к другу Чимина на день рождение, всё-таки статус был такой у их отношений, где было слишком много алкоголя, а его парня было слишком мало. Он не помнит о чём они тогда говорили, но отчётливо помнит, как губы ангела коснулись его. Помнит, что они тогда стояли на балконе и то, что Джин только покурил. Помнит, что это был самый невинный поцелуй в его жизни и самый желанный. Он помнит испуганные глаза напротив своих, в них читалось осознание поступка, который совершил их хозяин, и как только Чимин собирался сбежать, Джин протянул его в свои объятия и уже сам поцеловал. Он не помнит, сколько они так простояли, но помнит, что их застукал друг и красные от смущения щёки своего парня. Теперь думая об этом, это был тот самый момент, когда границы были стёрты и он перестал считать всё игрой. Он до сих пор хранит в холодильнике пепси, потому что это любимый напиток Чимина, на кровате у него до сих лежит мягкая игру уточки, которая так похожа на его милого Чимина с этими губками уточкой, он до сих пор носит шарф, подаренный ему на какую-то дату, в его шкафу до сих пор лежат вещи Чимина, чтобы он мог остаться на невплановую ночёвку, а в ванной 2 зубные щётки. Даже картина с цветами ему остались после Чимина. В этом доме ему всё напоминает о его первой и возможно единственной любви. Пока он вертелся в своих воспоминаниях, шоу успело закончится, а первая бутылка закончится. Джун уже собрался наконец переключить на другой канал, когда Джин решил, что время пришло. -Скажи, я правда такой мудак? -Честно? Полнейший придурок, — спокойно ответил его друг, и наконец-то переключил на другой канал, где показывали какой-то клип недавно дебютировавшей группы. — Но ты и сам это знаешь. -Даа, я так любил его, знаешь, я даже представлял нашу с ним будущую жизнь, через год там, десять лет, и в мечтах мы всегда вдвоём, янадеялся на счастливую жизнь с ним, но забыл самое главное, что я не достоин счастья. Просто хочу, чтобы это всё оказалось кошмарным сном, и утром, открыв глаза, увидеть его на соседней стороне кровати, а после прижаться к нему, обнять и расцеловать каждый миллиметр его лица, а когда он проснётся мы продолжим нежиться в кровати, но когда придёт время вставать, мы вместе отправимся умываться, а после готовить завтрак, он как всегда сядет за стол и будет отвлекать меня своим милым видом котёнка, а я как всегда слишком засмотрюсь на него и только гул чайника меня отвлечёт, когда всё будет готово, мы сядем есть бутерброды, потому что яичница будет спалена, и пить чай, ведь кофе вредный и горький, Джин, чай лучше. Хочу вернуться назад и дать себе по лицу за разрушенную жизнь. -Мне интересно, почему ты вообще такое смог сделать, я же видел, как ты его любишь, почему ты решил бросить его? -Не знаю, просто… в тот день мне опять звонила мама, и я был на нервах, ещё за день до мне напомнили про то, что завтра тот самый день икс, ещё и наша с ним ссора… Я так ненавижу себя за тот день… Как там говорилось? Имея не ценим, потерявши плачем? -Ага, именно так. Джун не был свидетелем расставания их друга, но это было так колоссально, что кто-то даже снял это, он бы ни за что не поверил, что Джин мог так себя повести и сказать то, что сказал, но на видео было всё хорошо видно и слышно. А в видео было видно, как ругались эти двоя, не с самого начала, но это была самая кульминация, заплаканный Чимин и еле сдерживающийся Джин -Это всё и правда была игра? — еле слышно смог выдавить из себя Чимин, стоя в шоке никак не шевелясь. -А ты что думал? Когда я говорил, что я люблю тебя, я врал. Я бы смог полюбить тебя? Только в твоих мечтах, да если бы не этот спор, я бы даже не посмотрел в твою сторону. -Но… все твои слова? Действия? Ты… — не выдержал парень и начал рыдать, бесспомощно открывая рот, ведь ни одно слова он больше не мог выговарить. -У тебя самые обычные глаза, — сказав это, Джин посмотрел в глаза, которые обожал всем своим существом, которые считал самыми прекрасными, а у Чимина кажется сердце сейчас разобъётся, с каждым новым словом он чувствует это, вот раз. -И твой ебучий красный шарф меня только душит, — с этими словами Джин демонстративно срывает с себя шарф, свой самый любимый шарф, подаренный самым дорогим ему человеком, а у Чимина слышется второй хруст. -А твоя очень глубокая душа, оказалась не глубже лужи, — это были последние слова, которые Чимин услышал в тот день от Джина, это был последнний раз, когда Джин видел Чимина, и всё, что он запомнил это то, как быстро Чимин развернулся и убежал. Для него это был самый последний и самый больной хруст сердца. После этого представления, всё, что Джину хотелось- повесится, но это было бы слишком просто, его телефон разрывался от уведомлений, а он продолжал стоять как истукан, и только спустя минуту, а может час, он аккуратно опустился, поднял бедный шарф и осознал, что он сделал. Но пути обратно не было, и всё, что он чувствовал, это только пустота там, где по идеи должно было быть сердце. Но Джун всё же не верил тому, что тогда сказал Сок, всё же именно ему отправляли эти все сообщения о невероятных чувствах, он видел, как тот стал чаще улыбаться и меньше загоняться. -Всё-таки ты и правда мудак, даже по отношению к себе, но я вижу, как ты себя чувствуешь себя, я же не слепой, — на эту цитату ему ничего не ответили, и он решил сменить тему.- Когда ты вернёшься в универ? Тебя и отчислить так могут. -Я взял больничный, — задумчиво ответил Джин, ему было плевать на универ, но это было уговором, всё же мать обещала закрыть на ориентацию сына глаза, если он его закончит, у неё пока получилось плохо, да и её сын не особо старался быть номер 1 в учёбе, кое-как оканчивает последний год. -Знаешь, Намджун, я думаю о том, чтобы согласиться на предложении матери и женится на дочке её подруги, — после сказанного, Джин залпом добил стакан, в котором наполовину плескалось пиво и поднялся, направляясь на кухню, чтобы покурить. Нам ничего не успелответить и решил оставить своего друга одного, всё равно он не курил, а просто так сидеть на кухне за компанию не очень-то хотелось, всё равно молча, так что не важно здесь или там. Как только Джин появился на кухне, то сразу открыл окно и достал пачку сигарет, но тут его телефон зазвенел. Для него это было неожиданно, и он не успел достать его, как звонок прекратился. Как только телефон оказался в его руках, Джин обомлел от того, что увидел. Ему звонил Чимин. Он ещё бы долго мог любоваться этим и думать зачем и почему, но руки сами нажали позвонить. Прежде чем он понял, что сделал, ему уже ответили. -Привет, Джин? — боже, как он скучал по этому голосу, но больше, чем по голосу, он скучал по обладателю этого голоса. Абонент, не дожидаясь ответа, продолжил.- Когда я смогу забрать оставшиеся вещи в твоей квартире? -П-подожди, Чимин, — запнувшись в начале, ответил Джин, — послушай, я бы хотел извинится за те слова, ты правда лучшее, что было в моей жизни, я правда люблю тебя, твои самый прекрасные глаза, словно маленькие вселенные, твой красный шарф единственное, что действительно греет меня в это холодное время, а твоя душа… Твоя душа лучшее, что вообще могло родиться, ты самое лучшее, что у меня было… Прости, правда, пожалуйста… На том конце во время монолога была тишина, только тихие вдохи и выдохи говорили о том, что человек на том конце ещё не отключил звонок. Но тишина не долго продолжалась. -Слушай, Джин, ты поставил точку тогда в наших отношениях, я всё понял, поэтому не стоит продолжать всё это, мы должны забыть друг друга, ты найдёшь человека, который правда поймёт тебя, простит тебе всё, но я не могу. Ты знаешь, как это всё было важно для меня, я правда не могу спокойно находиться в отношениях после всего, что произошло, просто скажи, когда я смогу зайти за своими вещами. -Я свободен завтра, заходи в любое время, — кое-как проговорил Джин, проглотив непрошенные слёзы. -Окей, мы зайдём ближе к вечеру, тебе же будет удобно Тэхёни? — последняя реплика была произнесена приглушённо, словно он не должен был услышать её, с какой теплотой сказано это Тэхёни, когда-то в самом начале, так же произносилось его имя. Но Джин не успел ничего ответить, Чимин сбросил, даже не попрощался, а может и сказал, просто Джин его уже не слушал, после этого Тэхёни. Джин закурил, в его голове было пусто, он не чувствовал ничего, только опустошение. Так вот какой вкус потерянной любви без шанса на возврат. Это оказывается больно, когда понимаешь, что действительно ничего не вернуть, что всё оставшееся после счастливого время только воспоминания, но всё, что ему остаётся это продолжать жить, дышать. Одному наблюдать это бедствие природы за окном, не чувствуя тёплые и родные объятья, не чувствуя этой поддержки, опоры рядом. Его ещё долго не покинет сожаления о сказанном, ведь чтобы было, если бы он просто промолчал, чтобы было, если бы он плюнул на эту ненужную ему гордость, а просто обнял тогда его и признал свою вину. Но уже поздно, слишком поздно, чтобы думать, а если. Назад время не вернуть, а слова, сказанные в пылу ссоры, не вернуть. И всё, что сейчас Джин может сделать, это докурить сигарету и вернуться к своему другу, не показывая своих чувств, попытаться отвлечься от всего и просто посмеяться вместе с Джуном, хотя смеяться не хочется совсем. Хочется кричать так, чтоб голос сорвать, хочется реветь так, чтоб больше никогда не плакать, этим он и займётся, когда Джун уйдёт, а пока нельзя подавать виду, нужно вести себя так, словно снова всё хорошо, так, словно не было никогда никакого Чимина, так, словно он снова тот, который готов бороться со своей матерью, быть уёбком в университете, а дома просто обычным человеком без целей в жизни, единственной радостью которого, это проведённое вместе время со своим дорогим другом. Получается плохо, но Джин будет стараться, и может когда-нибудь у него получится, но точно не сегодня, а пока ему остается натянуто улыбаться и глотать уже безвкусное пиво, слушая речь своего друга о безвкусных и однообразных современных песнях.