Солнечная пыль

Ирак, вечер дня перед основными событиями Сон в общей казарме — в принципе дело неприятное. Кто храпит, кто сопит, кто еще что. Но за два года, проведенные в армии, Эмити уже свыклась с этими неудобствами. Единственный, кто действительно мешал погрузиться в сон — Джейсон Колчек. Ну потому что он уже заебал бубнить во сне. Ему явно снилась какая-то не самая приятная хуйня, вот он и шептал себе что-то невнятное под нос, а потом резко просыпался, лежал вслушиваясь в тишину минут пять и снова отрубался, на этот раз уже оглушительно храпя. Разобрать, что он там бубнит было практически невозможно, потому что все это было на грани слышимости, и Эмити была уверена, что больше никто из ее товарищей этого не слышал, потому что те вообще отрубались с рекордной скоростью, стоило только их головам коснуться подушки. Блейз иногда могла разобрать, что конкретно говорит во сне Колчек. Один раз она слышала, как он звал отца, говорил ему, что вернулся и выжил, и просил его хоть раз не встречать сына пьяным. В другой раз он перед кем-то извинялся, а из последнего — девушка отчетливо расслышала свое имя. А так разобрать джейсоновские ночные разговоры было совершенно нереально. Обычно, некоторые из солдат могли переговариваться друг с другом перед тем, как уснуть. Они с Джейсоном обычно такой ерундой не страдали, потому что ей хватало этого придурка и днем, а вечером она предпочитала отдыхать и спать, если ее саму не мучала бессоница. А такое с ней случалось с детства, не зависимо от того, насколько она устала. Постоянно шептались Мервин и Джоуи, даже перед сном не перестававший шутить про родительниц друг друга. И болтать они не прекращали, пока кто-нибудь на них не шикал и не просил завалить еблеты. Обычно, это был Ник. Ник Кей — вообще странный парень. Вроде бы довольно позитивный, насколько это возможно в их положении, но недели две назад, после дежурства на КП, его будто бы подменили. Общаться он стал только с Колчеком (Эмити вообще не понимала такой странный выбор), остальных своих товарищей избегал и подозрительно сблизился с альфа-сукой, что не могло не удивлять. Завтра важный день, приезжает этот хрен Кинг, который привезет с собой какую-то важную информацию, что-то про спутники и химическое оружие, вроде. Эмити и Джейсону поручили встретить полковника и провести ему небольшую экскурсию по бывшему дворцу Саддама. Колчек был от такой перспективы не в восторге, о чем не уставал напоминать Блейз каждые несколько минут. В какой-то момент он так откровенно достал девушку, что та чуть было не поддалась соблазну спихнуть его с лестницы. Потому что Джейсон всегда раздражает. С самого первого дня их знакомства на полигоне в Вирджинии. Эмити не знала о нем почти что ничего. Единственное, о чем как-то проболтался Колчек — это не самые лучшие отношения с семьей. Еще немного информации Эмити получила от его ночных разговоров во сне, а в остальном Джейсон — та еще загадка. А еще Блейз окрестила его Джейсон я-в-порядке Колчек. Ну потому что этот еблан всегда «в порядке». Чуть ли не оторвало ногу? «Я в порядке, Блейз, отъебись.» Погиб близкий товарищ? «Мне похуй, Блейз, уйди нахуй.» А может, в ходе операции погибли практически все твои подчиненные, лейтенант? «Жалеть — это не про меня, съеби с глаз моих, Блейз.» Причем Эмити прекрасно видела, что он не в порядке. Потому что Джейсона Колчека всегда выдавали глаза. Он вообще херовый лжец. И вообще, за то время, пока судьба активно будто бы подталкивала их друг к другу, Блейз успела неплохо так узнать Джейсона и даже… привязаться к этому придурку в какой-то степени. Но ненависти к этому заносчивому еблану было больше. Потому что Джейсон Колчек — заноза в заднице, и не только у нее, но и у всего взвода, и вообще… — Ты спишь? — мысли девушки прервал сдавленный шепот снизу. Колчек не может отъебаться от нее даже ночью. — Заткнись и спи. — прошипела Эмити, свесив руку с койки и показывая лейтенанту средний палец. — У меня херовое предчувсвие. — Джейсон будто бы и не заметил реплики Эмити, и продолжил говорить, не меняя интониции. — Хуйню не неси. Все это совсем не похоже на Колчека. — Блять, этот Кинг ничего хорошего своим приездом не принесет. — Ну да, он со своей космической херней явно не просто так к нам едет. — кивнула Эмити, не понимая, с чего вдруг Джейсона проперло на задушевные беседы. — Спорим на десять баксов, что я прав? — Пошел на хуй. Джейсон сдавленно усмехнулся и еле слышно пробормотал: — Спи давай. Больше Колчек не сказал ни слова, а через минуты две засопел. Эмити лежала в темноте, и странное предчувствие окутало ее сердце. Всю сонливость как рукой сняло. Девушка прикрыла глаза и попробовала уснуть, вслушиваясь в далекий храп Мервина, который стал для нее самым привычным звуком на этом свете, как ей казалось. Тогда Эмити не знала, что жить ему осталось меньше одного дня.