Глиф Монадо

Тем временем Луз закончила свой разговор с Идой и уточнила, что она снова останется на ночь. "Но тебе лучше поскорее вернуться! Твой палисман начинает нервничать без тебя", - сказала Ида через свиток. "Ну, а как вы звоните своим сотрудникам с другого конца города?" - спросила Луз: "Я не могу призвать её, как ты делаешь с Филипом, по щелчку пальцев". "Тогда оставь её при себе или, может быть, раз у тебя есть Монадо, ты можешь призвать её сейчас?" - спросила Ида. "Я не знаю". "Ну, просто попробуй. Сложи руки вместе, сосредоточься на призыве своего палисмана и разведи их в стороны, чтобы призвать его." - сказала Ида через свиток. "Хорошо". Луз сложила руки вместе и сосредоточилась на своем талисмане. "Аметист", - подумала она, вспомнив о своем талисмане и разведя руки в стороны. К её удивлению, посох образовался между ними еще до того, как наверху появилась Аметист. Дракон загорелся, увидев своего владельца. Он принял форму палисмана и уткнулся носом в щеку Луз, издавая звуки восторга. "Судя по этим звукам, я полагаю, что это сработало?" - спросила Ида через свиток. "Так и есть. Спасибо, Ида, - сказала ей Луз. "Да, хорошо, убедись, что ты скоро вернешься, прежде чем Кинг займет твою комнату". "ЕСЛИ ОНА ХОЧЕТ ВЕРНУТЬ СВОЮ КОМНАТУ, ЕЙ ПРИДЕТСЯ ОТДАТЬ МОНАДО МНЕ!" - закричал Кинг, продолжая вести себя как тиран даже после того, как его правда была раскрыта. "Хорошего дня", - сказала Ида, вешая трубку. Луз разберется с Кингом позже, когда они с Аметистом еще немного по обнимались друг с другом, пока Эмити отдыхала рядом с ней. "Хм, интересно, где палисман Эмити, Призрак?" - задумалась Луз. Раздался стук в дверь, и Луз открыла её. "Эмира? Что ты здесь делаешь?" "Помогаю". Она передала посох Эмити Луз. "Что бы ты ни сделала с мамой, это свело её с ума, она сказала, что уничтожит посох Эмити я за это". "Уничтожить палисмана?" - сказала Луз, вспомнив как она впервые увидела, что Белос сделал с палисманом, и крепко сжала посох Призрака. "Да, это безумие и может сильно ранить Эмити, но мне удалось вытащить его, пока Эд создавал иллюзию, чтобы мама уничтожила её". - сказала Эмира, глядя мимо Луз и видя Эмити на диване. "Как дела у Эмити?" "Она... делает все возможное".- сказала Луз: "С этим было очень трудно справиться". "Держу пари. Мама пришла домой с повязкой на глазу и шрамом на щеке." - сказала Эмира: "Я полагаю, это сделала Варежка?" "...Может быть", - сказала Луз. Эмира присела на корточки и положила руки на плечи Луз. "Послушай, Луз, ты знаешь, что ты мне нравишься, я думаю о тебе как о хорошем друге". - сказала Эмира, после чего усилила хватку: "Но если ты причинишь боль моей сестре как физически, так и эмоционально, мне все равно, есть ли у тебя какой-нибудь волшебный меч, я выслежу тебя и разорву на части. Поняла?" Луз признала угрозу, но впилась взглядом в Эмиру за то, что та даже предположила нечто подобное. "Я никогда не думала причинить боль Эмити. Я никогда не делала это раньше и не причиню ей вреда сейчас." - сказала Луз Эмире. "Ради твоего же блага, я надеюсь, что ты говоришь правду. Даже твой меч не поможет тебе, если ты все испортишь." Эмира оставила человека наедине с собой, закрыв за собой дверь, оставив Луз возвращаться на диван и посадив Призрака рядом со своим хозяином. "Подождите, как она узнала о моем мече?" Луз посмотрела вниз на свое Монадо в форме ожерелья, задаваясь вопросом, поняла ли она это с первого взгляда. "Должно быть, так оно и есть", - сказала Луз. Может быть, однажды Эмити расскажет Луз о происхождении своих сережек на их первом свидании. До тех пор Луз оставалась в неведении, продолжая оставаться рядом с Эмити, а Аметист лежала рядом с Призраком. В "Blight Industries" Аладор над кое-чем работал. То, что он должен был сделать много лет назад... документы о разводе. "Я слишком долго позволял тебе делать все, что тебе заблагорассудится, Одалия. Завтра я с этим покончу", - подумал он с твердым и решительным выражением лица. Рядом с бумагами лежали его доказательства жестокого обращения Одалии с Эмити. Он собирается погубить её, она потеряет все, а он будет тем отцом, которым должен был быть все эти годы. "Я знаю, что не имею права, но я собираюсь стать отцом, которым ты можешь гордиться, Миттенс". - сказал Аладор себе, убирая все в личный сейф до завтра: "Я устал быть слабаком".