Глава 4. Праздники бывают разными
11 мая 2022 г., 06:00
Примечания:
А у меня хорошие новости)) Несколько дней назад, мой менеджер согласовал все моменты, так что могу рассказать)) У ФФ появилось будещее, а точнее: гетная-ориджинал версия, которая получит не только обложку, но и печать (тьфу-тьфу, не сглазить бы). Так что теперь... сюжет полностью скоординирован и расписан по пунктам. Всего в истории будет 17-18 глав и охватывать она будет 3 года событий. А плановое окончание пока поставили на сентябрь-октябрь этого года (надеюсь меня к тому моменту не убьют, за не сданные вовремя рукописи). Финал обещает быть ооооочень горячим))
К вокзалу мы подъехали, когда до отбытия поезда оставалось жалких пятнадцать минут. Вот почему именно с этой семейкой постоянно возникают все неприятности? Или их на самом деле прокляла Магия, вследствие предательства сюзерена? Хотя... я не удивлюсь, узнав, что они осознанно на всё это пошли, даже не задумавшись о том, что потом придется по счетам расплачиваться. Хотя чего толку гадать, мёртвых-то этим всё равно не вернуть. Постанывая, потому что мышцы шеи затекли, я подхватил свои вещи и первым рванул в сторону прохода.
Если они опоздают на поезд, это их трудности. Меня это уже не будет касаться никоим боком. По крайней мере, на это и был расчет. Но нет, сильная рука миссис Уизли перехватила меня за воротник и дёрнула обратно, словно нашкодившего ребёнка. Чертыхнувшись про себя, посмотрел через плечо и убедился в том, что работникам Министерства вообще плевать на меня и моё нежелание проводить лето с навязанными друзьями, от которых уже порядком подташнивало.
Больше не пытаясь вырваться из захвата, я стоял и рассматривал проходящих мимо людей. Пока совершенно неожиданно не наткнулся взглядом на старшую сестру леди Малфой. Андромеда с мужем сидели в привокзальном кафе и рассматривали меня, о чём-то тихо перешёптываясь. Я же с замиранием сердца попытался понять, на что это тянет. Они просто изучают, страхуют меня, или может, преследуют какие-то иные цели? Нужно было сдерживать эмоции, но выходило просто кошмарно. Никак не думал, что за три недели выживания у Уизли, я так соскучусь по нормальным людям.
Еще раз внимательно посмотрев в ту сторону, принял решение пока не выдавать свою озабоченность присутствием в радиусе видимости одной из леди Блэк. Рыжим знать о том, что именно эта семья меня поддерживает и защищает, думаю как-то не стоит. Меньше знают — крепче спят. По крайней мере — сейчас, пока дед ещё не начал активно участвовать в жизни Британии. А этого не произойдёт до тех пор, пока Снейп не сварит нормальное зелье, могущее вернуть деду его человеческую внешность. За полуличем точно никто из здравомыслящих людей не последует.
Тяжело вздохнув, ещё раз незаметно посмотрел в сторону четы Тонкс и поплёлся за собравшимися в кучку рыжими. Когда же мы проходили мимо кафе, то муж бывшей Блэк — Тед Тонкс — столкнулся со мной и, пробормотав извинения, быстро вложил в карман что-то увесистое. Я же, стараясь не выдавать своё медленное охреневание, также извинился и поспешил за Уизли, даже внимания на это не обратившими. «Вот вам и охрана для великого героя!» Похитили бы меня, а эти даже не заметили бы.
С трудом угомонив тремор пальцев, я всё же дошёл до поезда. И пока остальные рыжие прощались друг с другом, бросился в первый же попавшийся туалет. Заперев дверь и убедившись, что за мной никто не ломится, достал свёрток и обнаружил флакон с зельем. На белой офисной бумаге, самой обычной шариковой ручкой наспех было нацарапано: «Очищающее». Даже гадать не стоило, кому именно принадлежало сие странное послание. Так что, откупорив крышку, тут же сделал пару глотков.
Ждать эффекта долго не пришлось, уже буквально через минуту меня начало выворачивать от спазмов в желудке. Чёрная кашица, вылетевшая изо рта, ни капельки не добавила мне уверенности в том, что я смогу пережить эту пытку. Но делать было нечего, к тому же, как не посмотри, но это странно: неужели Уизли и правда считали, что смогут контролировать каждый мой шаг? Да будь у Пожирателей чуть больше заинтересованности в моей персоне, я бы давно уже встал на их сторону. Даже сомневаться в таком не приходилось.
После очередной попытки выплюнуть кишки через горло, в организме вроде полегчало. Да и общее состояние улучшилось. Можно сказать, самые сильные и поверхностные зелья я из себя вывел. Для остального, увы, нужно проведение специальных ритуалов и помощь взрослых. Ладно, думаю позже я этим тоже смогу заняться, а пока и такого веселья с головой хватило. Услышав гудок поезда, я наскоро утёр лицо и, умывшись, выбежал из туалета. Сейчас стоило бы найти друзей и начать продумывать план моего дальнейшего пребывания в школе.
Всё, что от меня пока требовалось — не привлекать к себе ещё больше внимания. Если Малфой-старший прислал зелье, значит с дедом всё уже более-менее нормально и они начали прикидывать, как бы половчее вытащить мою жопу из этой передряги. По крайней мере, мне хотелось в это верить. Ещё одно подобное лето я точно не переживу. К тому же, уже совсем скоро мне исполнится шестнадцать: для всех, включая Дамблдора, это аналогично контрольному в голову.
Наследники древних аристократических родов не могут быть отлученными от магии своих имений и родственных вливаний. Как бы не пытались это вытравить из крови, но последний в Роду всё равно несёт в себе силу крови. Это я тоже узнал благодаря леди Малфой. Как оказалось, даже магглы понимают, что кровь не водица и её не размыть. Потому что, фактически — оставшись единственным потомком сильных и влиятельных семей, в моих жилах течёт такой гремучий коктейль, что никому и не снилось.
Нарцисса, конечно, приступила к анализу и даже пришла к кое-каким выводам, но это слишком поверхностно. Полная расшифровка всего того, что может полезть наружу во время проведения ритуала принятия наследия и Рода, потребует около полугода. Так что лишь на рождественских каникулах я смогу выяснить, что же со мной не так. А до сего прекрасного момента придётся сидеть на попе ровно и не отсвечивать, ибо моя головушка подорожала раза в три и где-то ещё раз в десять стала опаснее, чем была в начале летних каникул.
Купе, плотно обжитое гриффиндорцами, находилось через несколько вагонов. В первом обитали равенкловцы, в паре следующих свили логово уже слизеринцы. Так что топал я неспешным шагом и ровно до того момента, пока меня не дёрнули за руку, затащив в одно из них. Уже приготовившись к драке, я с открытым ртом уставился в серые глаза, смотревшие на меня с неприкрытым раздражением. Злой до чёртиков Малфой пугал, да чего уж там, припомнилось даже то, как он врукопашную уложил Дадли, даже не смотря на разницу в комплекции и подготовку.
— Слушайте, может быть хоть до школы доедете, не прибив попутно друг друга? — похоже, Паркинсон была единственной, кто не боялся высказывать в лицо злющему Малфою всё, что думала.
— У тебя мозги где? — не обращая внимания на своих сокурсников, зашипел блондин. — Прежде, чем глотать зелья, ты не пробовал читать к ним инструкции? А? Придурок!
— Какие инструкции? — удивленно вскинул я бровь. — Очищающее как-то не очень походит на неё, как думаешь? Или я должен был где-то накопать еще манифест, листов на десять?
— О Мерлин, тебе мозги зачем был при рождении выданы? — закатил глаза Драко. — Прикоснись палочкой к бумаге.
— Да? — удивленно посмотрев на него, делаю что было велено... а там и вправду проступают слова с последовательностью правильных действий.
— Вот-вот, — заржал Хорёк, — а потом все виноваты в том, что ты тупой.
— Просто я и не подумал, что офисную бумагу можно заколдовать, — потёр я переносицу. — Это же, чёрт возьми, невероятнее зрелища Нарциссы за рулем. Тут самая обычная бумага для принтера и шариковая ручка, где я тебе там должен был искать магию? Не подскажешь?
— В голове у себя, — огрызнулся Малфой, — когда ты в неё не только есть научишься?
— О, точно, насчёт думать, — меня с запозданием догнала-таки нужная мысль, — слушай, есть какое-нибудь зелье, которое заблокирует действие артефакта? Хотя бы временно?
— А на кой тебе это? — удивленно вскинул бровь блондин.
— Уизли и так что-то подозревает, а если я ещё и сегодня пить откажусь, — я аж плечами передернул, — короче, будет слишком подозрительно. Мне тут надо, чтобы алкоголь на меня действовал, а вот зелье, в него подмешанное — нет.
— Что конкретно там будет, случайно не знаешь? — тот немного отошёл в сторонку и опёрся спиной об окно. — Так будет проще понять, чем тебя поить нужно.
— Если я правильно понял разговор, — почесал я в затылке, — то это какая-то гремучая смесь из возбудителя, подавителя, и хрен его знает чего ещё.
— Они что там, оргию готовят? — хохотнул мулат, сидевший около Малфоя.
— Её самую, — на полном серьезе пробормотал я.
— Во блин! — протяжно застонал белобрысый. — Не, так дело не пойдёт. Да даже при помощи сов и экстренного сигнала, все нужное нам банально не успеют перекинуть. В наших заначках искать бесполезно: всех чистокровных обыскивают перед посадкой на поезда, а зелий такого плана, относящихся к условно-светлым, и ясное дело — у студентов быть не должно.
— И... чего делать будем? — я легонько приложился головой о дверь.
— А что им вообще от тебя понадобилось? — блондин вскинул бровь и склонил голову к плечу.
— Угадай с трёх раз. — Скопировал я его позу и манеру речи.
— Неужели девственность? — рассмеялась Паркинсон и лукаво стрельнула в нас глазками.
— Она самая, — без тени иронии отозвался я.
— Чёрт, — Малфой стукнулся затылком об окно, — так и знал что у этих рыжих в голове сплошное дерьмо. Отец не успеет ничего предпринять. Придётся как-то эту мерзость на ходу расхлёбывать. Попробуй запереться в спальне или свалить хоть куда-нибудь. Вообще-то, зелья могут быть не единственной проблемой. Существуют специальные благовония и ароматические добавки для камина. Некоторые так вообще не имеют цвета, вкуса и запаха. До кучи повлияет и общая атмосфера. Вечеринка, шум, игры скрепленные магией... вариантов настолько много, что тебя с ног до головы придется увешивать артефактами и руническими письменами изрисовывать. И то — есть шанс не предугадать событие, которое всё обернёт не в нашу пользу.
— А ты ничего не хочешь нам объяснить? — Нотт подался малость вперед.
— Иди к демонам сношаться! — огрызнулся Малфой, — так, Поттер, либо прячься, либо... я не знаю, с лестницы упади что ли, да в лазарет загреми. Хоть что-то… Послезавтра мать уже запланировала прислать коробку со сладостями. У нас будет неполный, но внушительный запас зелий. Что-то можно выпросить у Северуса, но совсем скоро грядёт непредсказуемое явление, о котором твоя тупая голова забыла рассказать на каникулах.
— Извини уж, на них я был занят немного другим, — у меня возникло сильное желание дать Малфою в глаз, — сперва не сдохнуть от ритуалов, потом — от потока новой информации, а под конец — в доме чокнутой семейки сохранить свою задницу в целости и сохранности и не обзавестись до кучи детками в пятнадцать. Не горю, знаешь ли, желанием продолжать этот поганый род.
— А мать предлагала ведь оформить тебе госпитализацию с банальным аппендицитом, — философски пожал плечами Хорёк.
— Так-так-так... — Паркинсон вновь влезла в разговор. — Все это, конечно, очень замечательно, чудесно и мне даже очень интересно, когда это вы успели так хорошо сдружиться. Так что я даже практически бескорыстно готова предложить самый действенный план спасения задницы Героя от члена, желающего пообщаться с ней поближе в интимной обстановке. Поттер! Слушай и запоминай: хватаешь её в охапку и тащишь со всех ног к нам в подземелья после десяти вечера. Я уверена: обойти нашего декана ты как-нибудь осилишь. А теперь я очень внимательно слушаю, что же такого вы скрываете от всех. Тайный роман? Бурные страсти? Помолвку? ...Что?! Я же сейчас от любопытства прямо на этом месте сдохну!
— Родная, на минуточку, успокойся. — Малфой потряс головой и что-то прикинул в уме. — Знаешь, Поттер, а ведь она права, неси-ка ты свою задницу в наши подземелья. Да так, чтобы об этом никто не узнал. Там уже и поговорим нормально.
— Хочешь сказать, я вот так прям беспрепятственно смогу притопать к вам и меня никто не кокнет по ошибке? — вопросительно посмотрел на белобрысого.
— Какая самоирония — я восхищён, — театрально прижал тот руки к сердцу. — А если серьёзно — это самый простой вариант. У нас тебя точно искать не станут. Да и Снейп не сдаст, даже если наткнётся. Сам понимаешь.
— Но его же тогда не было? — как-то неуверенно протянул я.
— Это не значит, что он ещё не в курсе дел, — покачал мой собеседник головой, — скажем так... там весьма запутанные отношения. И, учитывая тот факт, что матушка всё это контролирует... Прям мурашки по коже.
— Если леди Малфой руководит этим балаганом, — задумчиво протянул я, — то я удивлён тому факту, что Дамблдор еще не сдох в жутких судорогах при отправке на тот свет.
— Сплюнь, — Хорька аж передёрнуло. — Если матушке на самом деле придет эта идея в голову, то возрождение Тёмного лорда для всех станет шуткой. Она же Блэк… Последняя Блэк… Короче, ну его нафиг, не стоит оно того.
— Она на самом деле может перекроить половину Британии под себя? — вспомнил я слова, нечаянно оброненные Малфоем-старшим во время одной из посиделок.
— Если тётка захочет, то ее Азкабан не удержит, — закатил глаза Хорь, — нашему дорогому родственнику дементоры оказались нипочём. А он ведь изгнанный, ты представь на что способен чистокровный Блэк, не отлученный от камня.
— Слушай, а может ей анонимку отправить, рассказать, где Невилла искать? — я на несколько минут даже задумался над такой перспективой. — А что? Двух зайцев одним выстрелом ухлопаем.
— Ты впереди паровоза-то не беги, — хохотнул аристократ, — а то ремнём по заднице прилетит так, что сидеть пару месяцев не сможешь. У отца рука тяжёлая, пороть он умеет как никто другой. Таланты у него, скажем так, специфические, потому-то твоему деду они и приглянулись. Короче, давай так, ты сперва с головной болью разберись, а затем уже принимайся за вторичные дела.
— Так ладно, допустим, что Снейп в курсе дел и против твоей матушки не пойдет, дабы не получить проклятие в задницу и отсутствие стояка на пару месяцев, но как я попаду-то к вам? — вопрос меня действительно интересовал.
— Очень просто, — сверкнул глазами наглый Хорёк. — Новый пароль «Воздаяние за кровь»: произнесёшь его и попадешь к нам.
— А у старост вопросов не будет? — еще раз посмотрел я на молчащих слизеринцев.
— Поттер, ты точно кретин! — покачала головой Паркинсон. — Старостами стали я и Драко, а значит сами решаем кому пароль сообщать. У вас они тоже сменились, так что никаких проблем.
— Вот ведь чёрт! — хлопнул я себя по голове.
— Что еще ты забыл рассказать? — блондин даже не удивился моему крику.
— Грейнджер, я забыл про неё, — обреченно протянул я.
— А с ней-то что не так? — удивились Паркинсон и все сидящие в купе.
— Поттер! — тихо прорычал Малфой.
— Да нет, ты не так понял, — я попытался успокоить взбешенного блондинчика, — у неё кровь тоже не проверяли, так что один демон знает, что там скрывается. А у неё ведь день рождения девятнадцатого, она старше нас практически на год. Потому вот и возникла проблема с тем, что план Уизли может сработать только один раз. Сегодня! Потом будет поздно. В отличие от меня, её время для проведения ритуала замрёт на месте до тех пор, пока не появится возможность его провести. Не знаю уж, откуда у них такая информация, но против неё рыжее семейство тоже играет по-крупному, и Лонгботтому нужны только её мозги, а не сила.
— Так... я правильно понял, что они тоже хотят её трахнуть? — Малфой подался вперед.
— И да, и нет, — пожал я плечами, — просто у них желание подгадить ей к совершеннолетию. Точнее рыжий может и смирился, но вот моей замене как-то не дает покоя тот факт, что Грейнджер может получить наследие. Вот из-за этого его пукан прям подгорает в последнее время.
— Так, тащи её с собой, потом разберемся, — махнул рукой блондин, и потёр переносицу тем же жестом, что и его отец.
— Она же грязнокровка, ты рехнулся! — возмутилась молчавшая до этого Миллисента.
— Рот закрой, — шикнула на нее Паркинсон, — твоего мнения сейчас не спрашивали. Когда начнешь приносить пользу магическим накопителям, вот тогда и поговорим.
— Ладно, я постараюсь сделать всё правильно, — решил я не заострять внимания на словах старосты девочек. — Просто... это может оказаться непросто.
— Ну так придумай что-нибудь, — усмехнулась брюнетка, — ты Герой или где; вдруг она по уши в тебя влюблена, позови её чёрт тебя дери на свидание. Поверь: никто не откажется побыть с героем Поттером наедине.
— Она как раз и может, — покачал я головой.
— Тогда свяжи и принеси на плече, — всё так же издевательски протянула Пенс, — всему вас, мужиков, учить надо. То с давалками не общаться, то нормальных баб клеить.
— О, кстати, напомни потом, я тебе кольцо с самым большим бриллиантом родом с Косой Аллеи должен, — щелкнул я пальцами, — за Уизлетту — точно, а с Гермионой попробую.
— Давай, шуруй, пока твои не начали весь поезд переворачивать в приступе паники, — закатил глаза Малфой.
— До вечера, — помахав на прощание, я просканировал пространство снаружи и убедившись, что никого нет, выскользнул из купе.
После такого гостеприимства со стороны зелёного факультета у меня в голове даже пронеслась шальная мысль — я явно не с той компанией пошёл учиться. Ведь говорила же мне Шляпа на распределении, мол, внучек, вали-ка ты в Слизерин! А я, пенёк, переубедил её на Гриффиндор, наслушавшись дрянных сплетен и теперь разгребаю то, что вообще не должен. Вздохнув, покачал головой и отправился искать купе, которое занимали мои друзья. Надо им на глаза показаться, а то, ещё не ровен час, истерику поднимут, типа «всё не так и всё не то». От них вообще можно ожидать чего угодно (и всё равно не угадать).
Нашлись они достаточно быстро. И самое удивительное, про заглушающие чары почему-то ни один из присутствующих даже и не вспомнил. Эх, угораздила меня жизнь вляпаться… Лучше бы и в самом деле отдали в школу для трудных подростков, от тех хотя бы и так понятно чего ждать, а эти козлы чересчур скрытные и действовать стараются за спиной. Никакого покоя от них. Хоть иди и топись, честное слово. С такими друзьями враги мои могут спать спокойной. Убьют меня не за тридцать серебряников, а гораздо дешевле, что удивительно.
Улыбнувшись вымученно, но равнодушно, я забился в самый дальний угол и прикорнул. По крайней мере они должны думать именно так. В противном случае я не смогу узнать подробности планируемой сегодняшней вечеринки. А увести Грейнджер нужно. Точнее, спасти себя и её заодно. Либо мне как герою всех сирых и убогих ломаный кнат цена. Ладно, Поттер, бери себя в руки и вытаскивай голову из задницы, сперва думай, потом действуй, а то очередная ловушка взведена и уже не за горами. Особенно с добрым дедушкой на передовой.
Кажется, в этот раз (без специального зелья) мне особо не поверили, но все же спустя полчасика темы начали становиться более интересными. На всякий случай даже легкие отвлекающие чары накинул, пусть думают о себе, а не о том, как бы меня покруче подставить. В результате выждать пришлось ещё около часа, но я всё же дождался. Убедившись в отсутствии признаков моей активности, «друзья» решили взяться за главное.
— Ну что, ты достал? — Невилл подался вперед и заскрипел сидушкой.
— Обижаешь: лучшая дурь, какая только может существовать, — рассмеялся рыжий, — близнецы дали гарантию на сто шансов из ста, что накроет всех. Это будет самая большая оргия из всех, какие ты только видел. Поверь, такого назначения в старосты ещё никто не делал. Вечеринка будет такой, что потом все на слюну изойдут, что не смогли попасть на неё.
— Ты не забывай, что нужно трахнуть Поттера, — с тяжелым вздохом сказал тюфяк, — его сраное благородство может даже зелье не пронять.
— Тут ты прав, — почесал затылок друг, — мы его половину лета пичкали всем, чем только можно. И что ты думаешь? Да нихрена! Прикинь, он даже от магловской наркоты не стал двигаться. Лежал тюфяком и дрых. После такого Перси прикинул что-то в уме и сообщил, что с вероятностью процентов в девяносто, над ним поколдовал кто-то из чистокровных.
— Блэк? — моя замена, в отличие от рыжих не стала горячиться и угадывать верный вариант.
— Не, не должен, — насупился Рон, — он все лето просидел в том жутком доме и даже не подавал признаков того, что хочет познакомиться с Поттером ближе.
— Тогда я ничего не понимаю, — потряс головой предатель всех чистокровных.
— А чего тут понимать, близнецы сказали, что скорее всего это Малфои. Ну как обычно, тем на жопе не сидится, — прошипел сквозь зубы Уизли, — давно отец говорил, их посадить надо. Подкинуть что-нибудь и закрыть с полной конфискацией в нашу пользу.
— Они-то там при каких делах? — удивилась Луна.
— А как ты ещё объяснишь тот факт, что ни Малфой, ни этот примерно в одно и то же время перестали вообще что-либо воспринимать и чувствовать? — Джинни едва не кипела от злости. — Я столько сил на всё это положила! Раз за разом стараясь сделать всё правильно и не попасться. А его выворачивало каждый раз, когда он к моим духам принюхивался! Они, на минуточку, огромных денег стоили, настроены были персонально на него, он от меня глаз должен был не отводить. И что в итоге? Да кроме своих слизней и этого паршивого заговора, ни о чем другом не думает.
— Но они бы всё равно не сделали благое дело за спасибо, — фыркнула блондинка. — Ты хоть представляешь какой срок грозит за использование магии крови? Там Поттера надо было целиком продать, чтобы они на такое решились.
— Продать не продать... но он стал странным, постоянно воротит нос и блюет от каждого зелья, — задумчиво протянул Рон, — хотя то же снотворное на него спокойно действует, кровоостанавливающее тоже, да и простудное. Короче, я уже ничего не понимаю, он мне за каникулы все остатки нервов истрепал.
— Тогда это точно не магия, — покачал головой Невилл, — не бывает такого, чтобы всё действовало, кроме тех, которые пытаются навредить. Настолько тонко выборка не делается. Не забывай основы магии, мы хоть живем в волшебном мире, но чудеса здесь не срабатывают.
— Пожалуй, ты прав, все мы просто несколько перенервничали, — согласились брат и сестра.
— Да, меньше забивайте голову, — отмахнулся заменяющий меня актеришка из погорелого театра. — Если бы на нем действительно что-то было, чары на платформе это бы опознали. А они его как родного пропустили, даже не пикнули.
— А ты прав, дружище, как я забыл? — рассмеялся рыжий.
— Вот потому-то тебе и не доверили роль Поттера, — тихо буркнул толстяк.
— А не боишься, что тебя заменят? — тут же оскалился обиженный приятель.
— Ну да, конечно, держи карман шире, такое жалкое отребье как ты еле-еле умеет только в шпионаж, — вальяжно протянул Невилл. — Твоя роль заключается в том, чтобы лизать геройскую задницу и не позволить ему сделать то, что нам будет невыгодно. Угадай, с кого Дамбик три шкуры спустит, если Потти свяжется с кем-нибудь из прихвостней Лорда? Так я тебя просвещу – с предателя крови!
— Тебя забыл спросить, — огрызнулся мой лучший друг, — его деньги всё равно будут нашими! Так что... потом, если захотим, и себе дом отстроим тебе на зависть. У него в сейфах столько золота — что на пять хватит.
— Это мы ещё посмотрим, — Луна в долгу не осталась, — все получит тот, кто от него залетит, а мы с Невом можем и подождать лет пять, пока он не сдохнет, отыграв свою роль. А потом уже можно его детей выбросить обратно к магглам и больше не вспоминать. Погиб и погиб, какая кому будет разница от чего, не царь ведь!
— Даже не думай, швабра белобрысая, — а вот и моя невестушка заголосила. — Он только мой! Никто не смеет его трогать. Или тебе так же как Виснкер патлы повырывать, а может сразу почки отбить? Ты только скажи, тебя близнецы быстро натянут на два члена, чтобы неповадно стало. Уяснила? Или для наглядности по роже твоей тупой съездить?
— Прекратите, куры вы тупые, — тихо рыкнул Невилл, — кто вам, идиоткам, сказал, что он может быть только с бабой? Если наследие будет активным и иметь дуапольную форму, то вопросов вообще никаких. От него залетят или он залетит. Самое главное, чтобы слизни об этом в жизни не узнали. И он пока ещё всё же не вступил в него полностью. Частично... мы как-нибудь переживем.
— Во, слышали, что вам умный человек говорит, — загоготал рыжий. — От нас залетит и уже никуда не денется. Жаль, сегодня подлить нельзя. А то у нас весь факультет потом будет выяснять кто и от кого. Такого даже Дамблдор не простит. Так что прижали жопы и мните сиськи дальше, вам права голоса не давали.
— Так, прекращайте, — прошипела сквозь зубы Уизли-младшая, — если Грейнджер застукает вас за планированием самой отвязной вечеринки года, то она на неё и не прибудет.
— Не переживай ты так, она тоже приглашена в качестве одного из главных блюд, — заржал Рон. — Найдется куча желающих, которые захотят ей вставить. Вот тогда и посмотрим, насколько хватит ее моральных нотаций, когда на хую будет скакать и умолять сильнее.
— Ты бы губу закатал, Ронни-бой. — Джинни язвительно усмехнулась. — Она своего Крама в мокрых снах видит, а ты на его фоне никто и зовут тебя там никак. Она так восхищалась тем, как галантно он ухаживает и как признается в любви на ломанном английском. Так что на твоем месте я бы уже подыскала ту, кто тебе из жалости даст. Все приличные бабы уже разобраны.
— А то, я погляжу, у тебя поклонников целая толпа? — фыркнул рыжий. — Так и будешь до скончания лет со своим Поттером таскаться. Всю молодость просрёшь на этого идиота, как у тебя только мозгов на такое хватило?
— Сдался мне этот очкарик, — фыркнула девица, — был бы хоть на рожу смазлив? Ну-ка, посмотрите на него! Кожа да кости, а из ценностей только банковский сейф и круглые очочки, над которыми потом весь мир рыдать будет. Буду я его ждать, делать мне что ли больше нечего?! Вон, сегодня Дин так красноречиво мне намекал, вот под предлогом общего веселья и наиграюсь вдоволь. А этот выблядок может трахаться хоть со всем факультетом разом. Главное, чтобы чары сбой не дали и все прошло ровнёхонько, как и планирует директор.
— А вот это ты, пожалуй, правильно сказала, — усмехнулся Невилл, — после сегодняшнего вечера ему уж точно нечего будет возразить и высказать. В его задницу можно будет запросто биту засунуть (пролезет без проблем), такое и предложить не грех, после пятой бутылки все равно адекватных не будет — если дурь реально качественная, как близнецы её пропиарили.
— За это они зуб дают, можешь потом с них стрясти проценты, если не прокатит Поттера поиметь, — тут заржали почти все присутствующие в купе.
— Тише вы, ещё разбудите, — Луна шикнула на всех веселящихся.
— Не, не должны, он последнее время, что убитый дрыхнет, — отмахнулся от предупреждения рыжий. — Мать уже переживать начала, не вступает ли он раньше времени в наследие? Последний всё же в Роду, а там такая хрень водилась, что ядовитый на язык Малфой и то поприятнее будет, чем этот в полной силе. Почему и следует его сегодня оттрахать так, чтобы на утро встать не мог. А то, не ровен час, зашибёт потом, когда магия начнет шалить.
— Ладно, хер с ним, — тихо буркнул толстяк и гоготнул. — Будем решать проблемы по мере их поступления. Рыжий, дуй давай в вагон для старост проверь как там Грейнджер. Рыжая — оповести всех наших о вечеринке и море бухла в придачу. Чем больше народу, тем интереснее. Луна — с тебя слухи по всей школе, что грифы устроили грандиозную оргию, на которой сам святой Поттер отжигал. Всем всё ясно? Тогда, господа и дамы, приступаем! Мне надо еще у Забини алкашку забрать, он её отказался мне лично занести, урод проклятый.
На том, кажется, моя участь и была решена этими утырками. Они спокойно разошлись по своим делам, а я, распахнув глазки, едва-едва не дрожал от гнева и ненависти. Уродится же такое прям под боком! Так и хотелось их всех дружно сдать деду на опыты, пусть с ними развлекается, но было нельзя. Пока что. Ещё рано высовываться. Пока я играю и пляшу под дудочку директора, ко мне вопросов ноль. Но, как только попытаюсь изменить сценарий пьесы, то всё покатится с горы снежной лавиной, погребая под собою всех: причастных и нет, а заодно и меня. Пиздец! Полный!!!
Распределение первокурсников я благополучно пропустил мимо ушей, не желая заострять внимание на ненужных вещах. В голове всё ещё прокручивались мысли обо всём произошедшем в купе. Какое-то нехорошее предчувствие скребло в груди и никак не давало мне покоя. Хотелось выть волком и валить отсюда куда глаза глядят. Но кто же меня отпустит? Хе, ну явно не такие добрые и душевные люди, которыми я был окружен по собственным вине и глупости. Дай Мерлин мне сил пережить сегодняшний вечер и не лишиться рассудка.
Бросив беглый взгляд на подругу, заметил, что та нервно елозит по скамейке, пытаясь втолковать нашему общему рыжему приятелю, что присмотр за первокурсниками тоже входит в общий перечень обязанностей старост и они обязаны за ними присматривать. Но ему на это все было глубоко фиолетово, если не сиренево. Ибо в голове у Уизли была только сегодняшняя вечеринка и перспектива натрахаться вдоволь. Но тут я умываю руки, да и Грейнджер все же немного, но жаль, да и вряд ли бы она добровольно во все это вляпалась. Скорее... по незнанию чистокровных заморочек.
Окинув взором зал, с сомнением посмотрел на остальные факультеты, которые уже косились в сторону нашего стола и ждали начала событий. Если нашим всё же удастся устроить самую грандиозную попойку (со времён моего папани), то это обязательно войдет в исторические хроники и будет передаваться из уст в уста еще пару десятков поколений, примерно до следующей «вечеринки века». Подперев щеку кулаком, я осторожно посмотрел на стол зеленых и с сомнением переварил мысль о том, что они собираются меня спасать. Даже вслух такое было не произнести, мигом бы в дурку упрятали.
Дождавшись окончания торжественной части, мысленно досчитал до тридцати семи и.. пошёл в неизвестном направлении, ни с кем не попрощавшись. Окрик Джинни решил проигнорировать, сделав вид, что просто в гуле Большого зала его слышно не было. Разговаривать с друзьями не хотелось, а ссылаться на головную боль было уже нельзя. В лазарете они тоже могут до меня добраться. Я и так уже понятия не имел: кто тут друг, а кто -- заклятый враг. Ситуация менялась настолько стремительно -- что казалось, будто я схожу с ума.
Пройдя по пустым коридорам, постарался привести мысли в порядок и не дать панике захлестнуть себя с головой раньше времени. Пока что всё, о чем я мог думать, сводилось к дальнейшим перспективам. Если Малфой вознамерится мне помочь, то это сократит заготовленный мною план действий на пару страниц. Его влияние ведь не только среди аристократов, но и в министерстве достаточно ощутимо, чтобы даже при наличии мерзкого характера -- на их семейство молились. И это даже не в фигуральном смысле. Если оказаться в амантах у кого-то из них, можно неплохо так продвинуться в социальных кругах.
План, конечно, так себе, но чем собственно чёрт-то не шутит. Вдруг это станет неплохим подспорьем не только для карьеры, но и просто для жизни. Когда там дедуля в чувства придёт -- ещё неизвестно. Он со мной за эти два месяца даже ни строчкой не перекинулся, так что его воскрешение пока можно даже и не рассматривать в качестве будущего повышения по карьерной лестнице. Становиться королём этого мира я не собираюсь; не, если передадут по наследству, ещё подумаю, но рвать ради этого жопу -- смысла не вижу.
С большой ответственностью приходит слишком много геморроя, а я не Хорёк, чтобы вот так просто вестись на красивые сказочки и развешивать уши в стремлении заполучить местечко потеплее. В отличие от него, изнеженного и избалованного, моя школа жизни наглядно мне доказала: бойся своих желаний, они имеют свойство сбываться. А у меня после такого ни одной здоровой нервной клетки не осталось. Спустя ежегодные сплошные нервотрёпки, присутствовало лишь желание побиться головой о стену (но сомневаюсь, что поможет). Вот честное слово, как вообще с этим жить?!
Узнав время (Темпус) -- все же понял, что Грейнджер надо забирать. Иначе проблем не оберешься; а следовательно -- придётся натягивать маску героя и стремительно шевелить батонами в направлении общей гостиной факультета, чтобы попытаться исправить то, что успел натворить по собственной глупости. Какой из меня, к демонам, герой? И как они вообще могли найти в подростке достаточно нужных качеств и самое главное, как они убедили в этом жителей страны? Не, ну серьезно? Неужели взрослые люди так легко ведутся на всё это? Вон, до сих пор в воскрешение не верят, а в меня -- почему-то -- запросто. Ей-Богу, идиотизм…
Прикрыв глаза, досчитал до десяти и всё же вошёл в комнату. Звонкий смех, переругивания и гвалт сотни голосов обрушился на меня и пригвоздил на мгновение к полу. Ненавижу бессмысленные метания толп людей, которые зачем-то пытаются казаться лучше, чем они есть на самом деле. Тряхнув головой, поздоровался со всеми и отправился искать нужную мне девицу, чью прелестную задницу придется сегодня спасать. Хе... ну прям рыцарь на белом коне, только сверкающих доспехов не хватает, а заместо скакуна -- наглый хорь (со скидкой).
Усмехнувшись собственным мыслям, свернул в сторону женских комнат и поколдовав над охранкой все же проник внутрь. Не зря же Гермиона умнейшая ведьма столетия, она нашла способ, как нейтрализовать распознание чужаков и спокойно миновать преграду. Этим я и решил воспользоваться, дабы незаметно решить возникшую проблему. Ну, а коли, не получится, так не грех и советом Паркинсон воспользоваться. Мало ли... может гормоны в голову ударили на пятнадцатом году, чего стесняться -- взял на плечо и понёс.
Подойдя к нужной двери, я ещё раз прикинул в голове все возможные варианты дальнейшего развития событий, но все же решил, что нужно действовать. Не зря же меня Героем обозвали? Вот, нужно отрабатывать тот имидж, который на меня повесили. Да только моя подруга была не тем человеком, которого можно было так просто пронять и сделать это настолько незаметно, чтобы она сама на всё согласилась. Рациональность и здравомыслие в ней перевешивали всё остальное, что только могло быть в человеческой натуре.
— Герми, прости, что отвлекаю тебя в такой день, но я хотел с тобой поговорить, — просунув голову в дверь, я осмотрел её спальню.
— Гарри... у тебя что-то срочное? — она как раз отчищала пятно с чьим-то ужином от подола юбки.
— Я понимаю, что ты занята и сейчас не лучшее время для разговора, но все же постарайся меня выслушать и понять правильно, у нас уже часики тикают, — я указал глазами на круглый циферблат за ее плечом.
— Ты меня пугаешь, — она оставила в покое несчастную юбку, — что случилось?
— Нет, не настолько серьёзно, — покачал я головой, — просто давай перейдем в другое место, здесь не самый удобный вариант.
— Признавайся, что случилось, — уперла она руки в боки, — иначе я с места не сдвинусь.
— Гермиона, ты же умная ведьма, должна же понимать, что вечеринки в таких частных школах для богатеньких детишек ничем хорошим не заканчиваются. — с тяжёлым вздохом начал я излагать. — Пусть тебе через две недели будет уже шестнадцать, это не отменяет того факта, что Рональд — не самый лучший вариант для первого опыта. Так что прошу тебя, пошли со мной. Посидим, чаю попьём, поговорим и переждём эту бурю. Остановить её уже невозможно, это всё равно, что стоять на берегу и кричать на буйствующую стихию. Шторм от этого не угомонится. Пойми, я о тебе переживаю, на этих-то мне плевать с Астрономической башни.
— Гарри, ты что вообще такое говоришь? — она удивлённо на меня посмотрела. — Может быть, тебе стоит в Больничное крыло заглянуть: всё же в лазарете отлежаться пару дней лучше, чем бредить.
— Прошу тебя, успокойся и выслушай меня, — покачал я головой, — я нечаянно подслушал планы Рона на сегодняшний вечер. Ты моя подруга, а он мой друг, но я все равно считаю — это низко и бесчестно. Так нагло пытаться приставать и тем более желая перед этим напоить, дабы не сопротивлялась. Потому прошу —
пошли куда-нибудь.
— Он не может так поступить! — на лице девушки ярко вспыхнул румянец.
— Включи голову, Герм! — я в два шага подлетел к ней и встряхнул за плечи, — он урод, каких ещё поискать нужно. При любой опасности — свалит, поджав хвост. Кроме того, он придурок и моральный урод, который умело прикидывается милым пупсиком. Давай просто пойдём в другое место и тебе всё по полочкам разложат. Из меня слишком дерьмовый оратор, так что советую тебе поговорить с теми, кто чуть больше смыслит во всём этом, нежели я.
— Может быть… — попыталась она надавить на меня.
— Гермиона, не вынуждай меня применять к тебе силу, — с тяжёлым вздохом посмотрел я на неё, — у нас не так много времени. Основное действо начнётся, как только часы пробьют одиннадцать: всех лишних разгонят по комнатам, а дальше... даже думать не хочу. Ещё раз, прошу тебя, включи голову и давай по-хорошему. По-плохому тебе не понравится.
— Перестань вести себя, как маленький ребеночек! — шатенка, сдвинув брови на переносице, попыталась наставить на меня палочку. — Гарри, так будет гораздо лучше для тебя. Я сейчас применю усыпляющие чары, а к утру ты уже обо всём позабудешь.
Я протяжно простонал:
— Гермиона, твоей магической силы не хватит усыпить меня. В тебе чистой магии — кот наплакал. У меня хотя бы один родитель чистокровный, пусть он и был конченым идиотом. А у тебя оба — магглы. Давай не будем доводить ситуацию до греха.
— О Мерлин, Поттер, — она резко от меня отшатнулась, — ушам своим не верю, тебя что — чокнутый Хорек покусал? Да что вообще с тобой произошло за это лето? Ты ведешь себя очень странно и подозрительно. Может быть, после возрождения Тёмного Лорда тебе стоило бы отправиться в Мунго на обследование? Знаешь, участие в тёмных ритуалах может очень плохо сказываться на восприятии мира. Я немедленно сообщу об этом как директору, так и миссис Помфри.
— Грейнджер, не беси меня, — тихо рыкнул я на неё, — никто меня не кусал, и я в своём уме. Это ты сейчас пытаешься прикрыться от реальности, нацепив розовые очки. А ты в курсе, что они всегда бьются стёклами внутрь? Вытащи уже голову из задницы и пойми наконец, что Рональд тебя лихо использует: ты за него всё-всё делаешь, влюбившись по уши, как маленькая девочка. Честное слово, лучше бы Виктору дала: он хотя бы был искренен в своем порыве заполучить через тебя информацию, даже не скрывая этого.
— Я тебя не узнаю, — она на самом деле попыталась меня зачаровать.
— Что, никак? Как я и говорил. — С протяжным стоном выдохнул сквозь зубы, прекратив тратить время на пустые разговоры, которые, видимо, не имели никакого смысла. Убедить её добровольно спуститься к слизеринцам — было равносильно одному из двенадцати подвигов Геракла. Так что, ещё раз мысленно пообещав Паркинсон самый большой булыжник из уютного французского ювелирного магазинчика, я приготовился переубеждать Гермиону иным путем. Стряхнув в руку незарегистрированную палочку Блэков, меланхолично прикинул —
убьёт ли она меня потом, или нет? Ладно уж, чем собственно чёрт-то не шутит, пора действовать.
Магия слетела с кончика палочки быстрее, чем я успел это осознать. Гермиона, недоумённо хлопнув пару раз глазами, уже ничего сказать не успела. Сконцентрировавшись, я послал ещё одну легкую магическую волну, пока она не успела отойти от первой атаки. Не позволяя магии рассеиваться, осторожно опутал её лёгким Ступефаем, не позволяющим ей возмущаться, но и не превратившим в каменное полено. Вот теперь можно закидывать на плечо и тащить в логово к змейкам, которые нас уже заждались.
Подойдя к ней, с сожалением усмехнулся, присев на корточки и аккуратно приподнял её. Гермиона затрепыхалась, но чего-то посильнее извиваний не смогла продемонстрировать. Поправив тело, дабы его было проще транспортировать, я попросил у неё прощения и открыл дверь спальни. Хорошо хоть в коридоре никого не было. Видимо, вечеринка началась без нашего присутствия, а это значит, что в общей толкучке есть шанс проскользнуть незамеченными и покинуть территорию гостиной без получения излишних вопросов.
Придав лицу самое независимое и постное выражение, я ускорил шаг, стараясь не выглядеть каким-то маньяком-похитителем. Хотя со стороны это только так и выглядело. Стрельнув глазами в сторону диванов, я обнаружил, что главных действующих лиц ещё не было на месте. Выдохнув с облегчением и ускорил шаг. Гермиона у меня на плече замычала и попыталась что-то сделать, но над этой картиной лишь пошло рассмеялся кто-то из семикурсников, я даже не стал высматривать кто именно это был. Не до того.
Выскочив за дверь, постарался двигаться как можно более тихо и незаметно. Если по части замка, приближенной к гостиной Гриффиндора я не боялся идти, то про Снейпа, дежурившего в подземельях пытался не забывать. Как бы хорошо он не был связан с дедом, но здесь все мы всё ещё отыгрываем социальне роли «ученик и учитель», а не «сюзерен и вассал». Но надеюсь, Малфой не приврал хотя бы в этом и получать нагоняй от блистательной последней Блэк главный ужас Хога не захочет, ввиду понятных обстоятельств.
Тишина ночного замка умиротворяла и дарила зыбкое, этакое обманчивое ощущение покоя. Мне на мгновение показалось, что всё налаживается. Что сейчас произойдёт чудо и меня минуют все невзгоды этого учебного года. Ведь не может же быть так, чтобы каждый месяц приключалась перманентная жопа? Но, думается мне, что всё же жизненные неурядицы — не единственные преграды на извилистом пути моей судьбы. Тяжела нынче доля национального Героя, тут уже хоть волком вой и избавляйся как можешь, от всего, что повисло на душе мёртвым грузом.
Гермиона в очередной раз попыталась напомнить о себе, но я стойко спускался всё ниже в подземелья. Нельзя тормозить, наоборот — следует ускориться, пока у меня на пути никто не появился, начав вставлять палки в колёса. Но как только я подумал о том, насколько я сегодня везучий и мне прямо-таки прёт по жизни, как тут же явился тот, кого я меньше всего желал видеть перед собой. Профессор огромадной чёрной тенью навис над нами и смотрел тёмными глазищами практически в упор. От столь пристального внимания с его стороны у меня в желудке ужин начал леденеть, а сердце всерьёз задумалось о перспективе остановиться и больше не стучать.
— Я так понимаю, вы не очень пунктуальны даже в таких вопросах? — он смотрел на меня с неприкрытой угрозой и каким-то... отчаянием?
— А? — самым глупым образом ответил ему.
— За мной, Поттер, — поняв, что это всё же дохлое дело, Снейп покачал головой.
— Куда мы? — я поспешил за ним. — Сэр.
— Вы вспомнили о вежливости? — иронично протянул мужчина, — необычно для вас. Но, отвечая на ваш вопрос — в гостиную, пока вы окончательно не заблудились и не попались на глаза ещё кому-нибудь. Я надеюсь, вы не пили то пойло, что мистер Забини впарил вашим «друзьям»?
— Нет, сэр. — отрицательно помотав головой, прибавил шаг.
— Вот и хорошо, наутро ваш львятник ждет один приятный сюрприз, — мы приблизились к самой обычной, ничем не примечательной двери. — Воздаяние за кровь.
Дверь, услышав правильный пароль, с протяжным скрежетом раскрылась и продемонстрировала нам черный провал, за которым я ничего не смог узреть. По молчаливому кивку профессора я сделал осторожный шаг вперёд и оказался по другую сторону стены. Забегая наперёд, скажу, что Пелена не позволяла посторонним из коридора разглядеть, что происходит в гостиной. Снейп, все такой же молчаливой тенью прошелся по гостиной и указал мне на одно из кресел, стоящее на небольшом удалении от столика, возле которого расположились ещё шесть таких же удобных сидений.
— Все остальные скоро подойдут, — профессор окинул нас с Гермионой придирчивым взглядом и поморщился. — Если она и Паркинсон подерутся — даже не тащите их ко мне. Лечите сами, Гринграсс-старшая прекрасно в этом разбирается, а вот младшую не подпускайте, у неё дар со стороны отца, не матери.
— Профессор? — я немного подался вперед.
— Нет, я не ваша нянька, Поттер, — остановил он меня взмахом руки — но до конца этого полугодия постарайтесь никуда не вляпаться и прошу вас, сделайте одолжение, найдите общий язык не только с Малфоем.
— Я постараюсь, — закивал я подобно игрушечному болванчику. — но это не только мое желание, сэр. Вы же прекрасно понимаете, что теперь всё стало несколько проблематичнее, я больше не сирота из чулана под лестницей.
— И это самая большая проблема, — он окинул гостиную своего факультета каким-то невидящим взглядом. — Когда символ борьбы с несправедливостью меняет сторону, обычно за этим следует шторм. А здесь у нас не просто предательство, тут полное забвение и выбор новой идеологии, идущей вразрез с той, которую вы демонстрировали до этого момента. Знаете, что случается с теми, кто так безжалостно сжигает мосты?
— Их первыми и снимают с шахматной доски, — пожал я плечами, принимая его слова на веру.
— Иногда их начинают использовать против их воли и это куда страшнее, чем просто упасть в коробку с отыгравшими свое фигурами, — профессор выглядел каким-то странным и незнакомым. — Пока что всем не до этого и самым идеальным вариантом будет и дальше подыгрывать министерским чиновникам. Вам я очень не рекомендую попадаться на глаза Амбридж.
— Кому? — за ужином, я, кажется, пропустил не только распределение новичков, но и пару-другую важных объявлений.
— Факультет, слушать внимательно: — профессор обернулся ко мне спиной, — похоже, не только Поттер, прослушал вводную часть сегодняшнего дня. В этом году в преподавательском составе есть дама из министерства. Она будет вести уроки по Борьбе с Тёмными искусствами. Я не могу сказать, что она прямо-таки гений в данной теме, но спорить с ней не рекомендуется. Эта жаба давненько стоит поперёк горла не только всему Аврорату, но и отделу экономических правонарушений. До своей должности она дослужилась тем, что минут через десять общения с ней, дьяволу продашь не только душу, но и девственность сотого потомка, лишь бы больше её не услышать ни разу. Но при всём при этом, настолько злопамятной стервы на своей памяти я не припомню. Я знаю, вы на Паркинсон грешите, а теперь помножьте это дело на семь, добавьте пинту яда василиска и пару вагонов зловредности пикси. Вот это всё в куче, возведите в квадрат и оно будет олицетворять Амбридж в её лучшем виде. Я надеюсь, всем понятно, что с ней лучше не вступать в открытое противостояние и не попадаться?
— Да, сэр! — дружно гаркнули слизеринцы.
— Вот и хорошо, а теперь напоминаю ещё раз; если наутро хоть кто-то мне пожалуется на то, что вы создавали неприятности — ни одной вечеринки до конца года не состоится, — он внимательно посмотрел в каждый угол гостиной. — Надеюсь, никому не нужно напоминать про мистера Флинта? Ну вот и славно. Проследите, чтобы Поттера вернули к началу пятого, про Грейнджер решайте сами, за неё не просили. И да, передайте старостам, чтобы они уже, наконец-то, подобрали нормальный пароль, над этим третий год все ржут, у Вискис был отвратительный характер и еще более мерзкое чувство юмора, если бы не её феноменальные способности держать в узде квиддичную команду, выгнал бы с поста. Доброй ночи, Поттер…
За сим профессор с нами распрощался и эффектно удалился, на прощание даже не одарив студентов взором. После ухода страха и ужаса любого учащегося Хога, атмосфера резко изменилась. Со столов сползли наспех накинутые иллюзии, музыку перестали заглушать чары, а весь лоск сполз с представителей элиты. Вот это я понимаю, номер; я бы даже не понял, если бы собственными глазами не узрел сейчас. Это до какой степени у них всё отработано, что получается так ловко манипулировать собственной благонадежностью в глазах грозного Снейпа?
Я уже мысленно содрогнулся и представил, что с молчаливого одобрений Ужаса Подземелий его змейки меня на клочки порвут. Но... нет, со мной лишь вежливо поздоровались, уточнили, всё ли в порядке с Грейнджер, передали чашку с чаем и сообщили, что всё остальное на общем столе, включая закуски и прочие радости вечеринки. И после этого все присутствующие в комнате потеряли ко мне всяческий интерес, образовав скромные кружки по интересам. Тут я их понимал, но вот такое равнодушие к моему пребыванию на их территории, честно говоря, даже не знал, чем оправдать.
— О, ты уже тут. — Паркинсон выглядела до того странно в обычных джинсовых шортах и бесформенной мужской футболке, что сама на себя не была похожа. — Мы немного задержались, у нас первокурсники со страху шторы в комнате подожгли, ну ещё бы, кальмара так близко увидеть. Я в свои пятнадцать вздрагиваю, а для их нежной психики — это просто кошмар.
— А где Малфой? — я повертел головой в поисках белобрысого.
— А я смотрю, ты моим советом по покорению женских сердец всё же воспользовался. — засмеялась Пенси и призвала чайник с кофе и сливки. — Не волнуйся, никто твою белобрысую зазнобу не уводит. Он точно так же, как и твоя подружка, оттирает штаны от детских неожиданностей. Похоже, об этом нас не предупредили, когда в старосты посвящали. Беда-то оказалась общей.
— Ну, тут уже вам виднее, меня эта участь как-то миновала, — пожал плечами и наконец-то ссадил подругу в соседнее кресло.
— Да ладно тебе, не злись, Малфой и вправду занят, — рассмеялась брюнетка, — но пока его нет, я прям стражду всё-всё узнать из первых уст, как давно вы вместе.
— Паркинсон, я тебе, конечно, должен, — с сомнением покосился на ту, — но ты границы-то не переходи. Так можно и до Мунго не доехать.
— Ой, напугал ежа голой задницей, — отмахнулась она от меня. — Но всё же, когда вы успели так сильно сблизиться? Бескорыстный Малфой — зверь, встречающийся ещё реже, чем мозгошмыги вашей Лавгуд.
— Панс, прекращай уже выплескивать свою больную фантазию на людей, да ещё и в таких количествах, — Малфой приземлился на соседнее сиденье, рядом со мной. — Давай ты сперва попытаешься подумать головой, а не только в неё есть; и уже потом открывать рот. Кстати, — он протянул мне письмо — оно пришло внеочередной совой. Отец, кажется, был слегка на взводе — когда отправлял, Луна едва окно не вышибла, чтобы доставить.
— Ну, милый... — заныла девушка.
Я же в это время развернул плотный лист бумаги и жадно уставился на строки:
«Это может показаться весьма странной просьбой, но прошу тебя — не откажи старику в такой малости. Пришли семь капель крови и три волоска. Всё это будет нужно собрать в четверть третьего, когда Луна будет в двадцать пятом дне. Созвездие вроде бы... не так важно, к тому же сейчас всё равно не равноденствие, до него могу и не дожить. Так что прошу — поторопись. Иначе эта болванка скорее всего развалится окончательно и Хвост простой поркой точно не отделается. Мерлиновы яйца, я уже страдаю от ревматизма и стенокардии и это — величайший тёмный маг столетия? Самому себе в этом признаться трудно. Я бы раньше с тобой связался; но исправление ошибок этого безмозглого полудурка оказалось делом трудоёмким и на отвращение бессмысленным. Надеюсь, на зимних каникулах увижу тебя собственными глазами, если не загнусь. С Малфоем передай посылочку, если согласишься.
Ну ты понял — кто. Если что-то срочное — пиши, Снейп перешлёт.»
Перечитав послание от Тёмного лорда пару десятков раз, с сомнением подумал о том, что Хвосту явно не повезло родиться в этом мире. Поскорее бы он уже сдох! Чего же такого он там наворотил, что даже самая простенькая тушка для нежити (рассчитанная на пять лет) начала загибаться всего за пару месяцев? Ой, даже представлять себе страшно. Явно ничего хорошего из этого не получилось. Отложив конверт в сторону, я понял, что обижаться на деда из-за этого не могу. Мне бы тоже было не до новоявленного родственника, если бы я помирал, едва воскреснув.
— Малфой, ты лучше меня в этом понимаешь, во что надо собрать кровь и волосы, чтобы это не повлияло на день Луны и что-то там еще... — почесал я в затылке, — короче — на сам почитай.
— Потти, ты тупой? — вздернул он бровь. — Хотя... это риторический вопрос. Кровь — только в стерильное алхимическое стекло, волосы... ну, в зависимости от того, для каких целей они тебе понадобятся.
— На, — чтобы заткнуть поток бессмысленной для меня информации, я просто сунул ему письмо под нос.
— Так-так-так-так, — пробежав пальцем по строчкам, он быстро выдал: — Таркинс, какой сегодня день лунного цикла?
— Восемнадцатый, — отозвалась девушка с ярко-красными волосами, — позавчера полнолуние было, ты чего?
— А двадцать пятый день чем знаменит? — не перестал вести допрос староста.
— С какой конкретной целью? — девушка подошла к нам и опёрлась на спинку кресла.
— Нам надо кровь и волосы собрать для ритуала переселения душ из трансмутационных объектов некроформ, — не моргнув и глазом выпалил блондин.
— О, ну тогда это не ко мне, — она задумчиво отхлебнула из бокала, — Мариаль, подойди пожалуйста.
— Что за частная вечеринка? — тоненькая и невзрачная блондинка подплыла к нам из дальнего конца комнаты.
— Почему кровь и волосы для ритуала переселению душ из трансмутационных объектов некроформ надо собирать в двадцать пятый день лунного цикла? — повторила та вопрос Малфоя.
— Ой, так это же совсем просто, — рассмеялась та, — до седьмого курса доучилась и не знаешь, молись, чтобы Снейп не прознал, а то ты не выпустишься. И тебе, Паркинсон, грех не знать, твоя же семейка по материнской линии на этом специализируется.
— Ты тут не выпендривайся, — огрызнулась Пенси.
— Ой, боюсь-боюсь... — рассмеялась та в ответ, — но всё же, господа хорошие, стыдно не знать. Именно в этот день Луна имеет самое мягкое и нейтральное поле, которое вообще никак не будет воздействовать на магическую составляющую. Тем самым вы получите исконно собранную кровь и эссенцию магического отпечатка. Всё намного проще и легче, чем вы думаете. Если некромантия и имеет отношение к родственным связям — то ингредиенты, полученные добровольно от близкого родственника в такой день — не помутнеют и не затуманят следы.
— Гм, но тогда получается, они пытаются произвести подмену? — удивленно посмотрел я на слизеринок.
— Не совсем так, — покачал головой Малфой, — скорее всего, во время первого ритуала что-то пошло не так. Хотя… Учитывая, в каком состоянии был отец — там вообще всё пошло через жопу. И теперь именно с этими последствиями они и пытаются разобраться. И вот для этого нужна кровь кого-нибудь из родственников. А ты, Поттер, единственный ближайший (хоть и по магии), но внук.
— Час от часу не легче, а я думал, что хуже уже вряд ли будет, — покачал я головой.
— Спасибо, красотки, я ваш верный должник, — сладко протянул белобрысый.
— Ой, иди ты, — отмахнулись обе семикурсницы, — Малфой в долгу встанет нам пять раз боком и ещё семь через колено. Так что, пожалуй, откажемся. Но всё же — если что — держите нас в курсе дел. Мы в Сорбонну собираемся поступать на кафедру тёмной ритуалистики, если что — материалы для повышения квалификации ещё пригодятся.
— Вообще ничего обещать не можем, — покачал головой староста, — наше б дело было — да без вопросов. А тут как бы с нас три шкуры за такие выходки не содрали — что у посторонних спросили. Вы это, с моей матерью свяжитесь. Если она согласится, то уже никто против и слова не скажет.
— О, спасибо, — кивнули они нам и удалились.
— Мальчики... — Паркинсон протянула это с такой интонацией, что у меня аж волосы на голове зашевелились, чуя неприятности.
— Успокойся, радость моя, — Малфой покачал головой и призвал со стола еще несколько чашек. — Для начала, можешь заняться Грейнджер? Заодно и выясни, чего там с ней не так.
— Ну, милый... — заныла девушка.
— Панс, давай без этого, вот честное слово — и так башка трещит, а скоро ещё и вечеринка начнется, мне от неё всегда зубы сводит, — блондин скривился, — короче, Потти, закидывай свою подружку на плечо и пошли к Пенси в спальню, там тише всего. У Дафрин Блёр (по слухам) был слишком чуткий сон и огребали от старосты за малейший шумок все до единого, ну а теперь же доораться до женской спальни старост просто нереально, наши постарались на славу.
— Пошли, — согласно кивнула брюнетка и куда-то ускакала.
— Сейчас она приволочет Забини и можно будет начинать, — Малфой поманил меня за собой.
— А нам головы потом не оторвут? — Взяв Гермиону на руки, я поспешил за блондином.
— Не, — отрицательно покачал головой мой собеседник. — Лорд в курсе, что в крайнем случае — отец и Снейп будут ставить на меня. Поэтому и участие слизеринцев никто не будет рассматривать, как трагедию. А вот Грейнджер никто не брал в расчёт. Потом, если что, память ей почисти, чтоб раньше времени чего лишнего не вякнула.
— Она после сегодняшнего вечера, думаю, в первых рядах побежит ручку подставлять, — с тяжелым вздохом я сгрузил Гермиону на кровать, — я даже и не знаю, как тому кретину Аваду промеж глаз прям там не пустил. Честное слово, первый раз в жизни так хотелось кого-то убить.
— Ну, пока рановато с этим, нам ещё стоит пережить весь этот год и пройти положенные ритуалы; вот после этого уже можно будет спокойно валить рыжего, тебе слова никто не скажет, — отмахнулся от меня Малфой.
— Мальчики, вы тут ничем развратным не занимаетесь? — Паркинсон влетела в комнату, волоча за собой упирающегося мулата.
— Радость моя, я тебе сейчас реально врежу по щам и не посмотрю на твой прекрасный и слабый пол, — блондин так красноречиво вздёрнул бровь, что та едва не подавилась.
— Перестань на меня шипеть, — она все же попыталась не сдавать позиции, — итак, все в сборе, я готова вникать в то, что между вами двумя происходит в настоящий момент.
— Сперва займёмся Грейнджер, а потом выяснять будем; кто — с кем, зачем и по какой причине, — покачал он головой, давая понять, что на этом вопрос закрыт.
— Иди ты лесом, — с тяжёлым вздохом Паркинсон приблизилась к моей подруге, — и я вам советую рассказывать историю так, чтобы я была в ней заинтересована.
Девушка медленно взмахнула палочкой и перед ней выстроился стройный ряд разнообразных флаконов. Она не спеша начала перебирать их и по одному выливать на голову моей подруги. Я хотел уже дёрнуться, но замер под предостерегающим взглядом хорька. Видимо ему лучше знать, чего такого творит Пенси, что над Гермионой начала формироваться темно-синее облачко с мелкими электрическими разрядами.
— Ну, господа, что я могу сказать, — после затянувшегося молчания, изрекла та, — это полный пиздец и он не лечится. Я бы на её месте оторвала всем рыжим яйца и скормила бы всё это их же сестричке не отходя от кассы.
— Панс? — Малфой напрягся, а Забини перекрыл выход из спальни старост.
— Фините, — махнула та палочкой в сторону шатенки, — короче, Грейнджер, решать тебе, но я бы на самом деле именно так и поступила. На тебе штук семнадцать разнообразных проклятий, большая часть которых противоречит друг другу. Похоть и холодное возбуждение не могут использоваться одновременно. Аналогично с зачаточным и противозачаточным. Короче, тебе повезло лишь потому, что эти придурки понятия не имеют как правильно использовать любовную и сексуальную магии. Что, зачем и почему… Но — мой тебе совет, перед тем как выходить из моей спальни —
хорошенько подумай. Еще одно проклятие голодной страсти и тебя можно будет хоронить. Люди вообще редко могут выжить, после такого. Это только глупые и наивные недоучки полагают, что секс и любовь самые безобидные вещи на свете. О, я могу им гарантировать, что они просто никогда не встречали настоящего мага секса и страсти.
— К чему именно могло привести такое странное смешение чар? — в глазах подруги стояли слёзы и голос ее дрожал, словно осенний листик на ветру.
— Тут вопрос более философский, нежели практический, — покачала головой Паркинсон, — скорее всего, через пару лет ты либо сошла бы с ума, либо просто стала нимфоманкой, охочей до секса и бесконечного количества извращений. Могу даже предположить, что при такой концентрации чар, всё это дело свело бы тебя с ума и место на кладбище через годиков так двадцать, было бы тебе обеспечено.
— А от них можно избавиться? — я вопросительно взглянул на девушку.
— Полчасика назад я бы послала тебя куда подальше, — пожала плечами брюнетка, — но теперь даже я не уверена, что хочу услышать о том, что ещё может ожидать нас всех.
— Ой, завязывай уже драматизировать, — отмахнулся от нее Малфой, — если бы всё было настолько плохо, как ты тут описываешь, от тебя бы мы даже слова не услышали бы. Твой светлый лик в этой комнате уже бы не находился, а Уизли внезапно стали бы безъяйцовыми. Так что давай по-нормальному.
— В общем, ничего обещать не могу, — покачала та головой, — тут на самом деле столько всего, понамешано, что я удивлена, как Грейнджер ещё не начала по ночам светиться. Снять это дело можно, правда, не так быстро как хотелось бы, но с минимальными последствиями для неё. Только для этого придется тебе, дорогая, сделать выбор: здоровье или магический ритуал принятия наследия в шестнадцать лет.
— Ты же знаешь, как правильно бороться с наведённым на меня мороком? — Гермиона с надеждой посмотрела на слизеринку.
— Знаю, но это очень муторно, энергозатратно, да ещё и до кучи отбирает прорву времени, — Паркинсон сложила руки на груди и посмотрела на нее долгим и ничего не выражающим взглядом. — Так что я не вижу никакого смысла ввязываться в это гиблое дело, и пытаться как-то исправить то, что натворили ваши дружки с факультета «сильных, но безмозглых».
— Дорогая, я готов положить весь мир к твоим ногам, — театрально протянув ручки к ней, пропел я, — давай договоримся. Ты только ценник адекватный назови, а дальше мы порешаем. Сама знаешь же, что не обижу. Малфой бы просто так (за спасибо) ко мне и на пушечный выстрел не подошел бы. А сейчас — смотри — сидит и ромашкой прикидывается. Не ломайся, у всего есть своя цена и я хочу её услышать.
— Ну надо же, а у тебя оказывается в голове есть мозги, — засмеялась брюнетка, сверкнув потемневшими от магии глазами.
— Итак, — я приблизился к ней, — цена вопроса?
— Ну... ты сам как думаешь? — она очень внимательно посмотрела на меня. — Этот вопрос затрагивает не только меня. Гринграсс, Фалько, Таманеа. Каждой из нас придется приложить немало сил для того, чтобы вытащить её фактически с того света. Возможно... возможно, даже леди Малфой придётся просить о помощи. Так что тут даже не в деньгах вопрос — здесь скорее бартер — итак, чем ты готов пожертвовать, в обмен на её жизнь?
— Как насчёт сделки? — прищурив глаза, я очень внимательно вгляделся в её расширенные зрачки.
— И что такое особенное ты можешь мне предложить, что я обязательно соглашусь помочь Грейджер решить эту проблему? — девушка подалась чуть ближе и даже попыталась подёргать меня за ворот.
— Ты же любишь своих родителей? — ухватив за короткие косички (свисающие на затылок), запрокинул ей голову, — Так что я предлагаю их неприкосновенность до твоего шестнадцатилетия, в обмен на жизнь Гермионы. Ты же прекрасно понимаешь, что шкуры предателей ценятся очень дёшево никому не нужны. А Паркинсон сделал всё что смог, чтобы его имя вообще никак не фигурировало в одном ряду с Пожирателями. Как думаешь, моя радость, ему эту маленькую вольность простят?
— Малфою простили, — тут же ощетинилась девушка, — так что и всем остальным авансом будет сделана поблажка.
— Ты действительно так считаешь? — изогнув бровь в ироничном жесте, протянул я.
— Конечно, иначе там и вовсе никого не останется, — еще раз попыталась вырваться из моей хватки Паркинсон, — так что не стоит меня пугать тем, чего никогда не будет.
— Поверь мне на слово, — ласково прошептал я ей на ушко, — Малфоям, (так же, как и мне) простят в этом мире даже то, что обычным людям и не снилось. Так что давай ты не будешь пытаться одурачить меня? Я прекрасно знаю, что голова твоего отца покатится по полу сильно прежде, чем он успеет оправдаться. Махинации с финансами Лорда расцениваются по очень высоким ставкам. Каковы шансы у такого идиота на выживание? Я думаю — не шибко велики.
— Я поняла, — тут же пошла на попятную брюнетка.
— Вот и умничка: сделаешь всё правильно — так уж и быть, твой папаша останется жив, даже практически невредим (наверное) —но опять же, помни, я не добрая фея, за красивые глазки не даю, — подойдя обратно к креслу, я взгромоздился на подлокотник рядом с Хорьком. — Как думаешь, Паркинсон все ещё жив?
— Жив, — самодовольно протянул блондин, — деньги же он пока ещё не вернул на расчётные счета организаций, принадлежащих Ставке. Так что пока он не выплатит всё то, что тихо спёр (с процентами) — ему суждено влачить жалкое существование.
— Вот! Теперь у тебя есть гениальная возможность сделать нам с Драко огромное одолжение и продлить его существование на этой бренной земле ещё на пару месяцев, а то и лет, — сладко протянул я и удобнее устроился на спинке кресла. — Ну так что? Готова принять такую сделку, или попытаешься поторговаться?
— Но всё же, я хочу знать, что именно связывает вас двоих настолько сильно, что вы даже готовы пойти против собственных факультетов? — она, прищурив глаза, ядовито улыбнулась.
— А ты знаешь, что бывает с такими любопытными? — Драко подался вперед и одним движением заставил её прилипнуть к креслу. — Но так уж и быть, я утолю твое любопытство и кое-что скажу. Мы на одной стороне и этого достаточно, чтобы выступить против всех.
— Подождите, — тут кажется, до Гермионы начало доходить, что не всё так просто в этом мире, как кажется. — Гарри, ты не мог связаться с Малфоями, это противоречит любой логике! Что вы вообще забыли в одной комнате? Вас же тошнит друг от друга!
— Гермиона, иногда жизнь заставляет нас принимать решения исходя из ситуации, а не из наших желаний, — посмотрел я на неё с жалостью, долгим взглядом. — Так что... давай ты не будешь драматизировать и нагонять паники. Все нормально, честное слово. С Драко намного приятнее общаться, чем с Рональдом. К тому же, как выяснилось, аристократы могут быть весьма приятными людьми, если не пытаться сплясать чечётку на их любимых мозолях. Приколись, они даже в Дадли смогли распознать весьма полезную личность для мира магии. Оказывается, мой кузен является самым ценным приобретением моего рода за последние несколько поколений.
— Ты сам себя слышишь? — удивилась она. — Ты ненавидел Дадли с того момента, как только вы научились ползать. И сейчас ты говоришь, что он ценный; мало того, ты нашел в его лице поддержку. Что с тобой вообще происходит?
— Эх, Гермиона, давай ты не будешь снова начинать эту песню, — покачав головой, я постарался не показать сильного раздражения, — мы уже не дети и наши взгляды на мир периодически видоизменяются.
— Не пытайся заговорить мне зубы! — возмущенно воскликнула та. — Сперва похищаешь меня из спальни, теперь ты водишь дружбу с Хорьком, а что дальше?! Перейдёшь на сторону Темного Лорда и отправишься ратовать за рабские ошейники и тотальное подчинение всех, кто не относится к чистокровным???
— Слу-у-ушай, а это отличная идея! Как насчёт изложить ее в письме и посмотреть, что из этого выйдет? — я перевел взгляд на Малфоя, который подозрительно молчал.
— Поттер, кончай придуриваться, у нас сейчас есть проблемы посерьезнее, — тихо пробормотал тот, смотря стеклянным взглядом практически в никуда.
— Чёрт, ты меня сейчас пугаешь, — я пораженно всматривался в его заледеневшие черты лица.
— Вот блин! — Забини (про которого я уже успел забыть) сорвался с места и подлетел к нам. — Пэнси, живо шуруй в свою комнату и тащи все зелья которые найдешь! Что-то же должно помочь!
— Что с ним? — мы одновременно задали этот вопрос.
— У него траханный докси провал в нереальность, — звук пощечины огласил комнату, — да вашу мать, какого демона вы тут сидите! За зельями! Пока он тут не сдох!
После его слов, обе старосты сорвались с места и рванули прочь из комнаты. Я же попытался растормошить Малфоя, но ничего не помогало. Лишь суровый взгляд Забини помогал осознать, что еще не все потеряно. Но с другой стороны, какой-то странный червячок ревности кольнул меня: тот знал об особенностях белобрысого, а я — нет.
— Вот это всё, что мы смогли найти, — девушки сгрузили на столик несколько десятков разноцветных флакончиков.
— Есть? — я с надеждой посмотрел на мулата.
— Вот оно, — из этой всей кучи он выудил самое обычное зелье тёмно-голубого цвета, — отойдите немного назад, его может начать трясти.
— Ты уверен в том что делаешь? — мы сделали так как он и велел.
— Да, я уже не первый раз вижу это дерьмо, и даже не десятый, — он нажал пальцами на щеки Драко и влил снадобье в горло, заставляя его проглотить, отточенным движением по кадыку.
Прошло несколько томительно долгих секунд перед тем, как тот закашлялся и засветился. На самом деле — начал испускать мягкий фиолетовый свет. Это продолжалось не дольше минуты, но я перепугался так, что у меня едва глаза на лоб не вылезли, когда изо рта блондина потекла практически черная кровь.
— Спасибо, — он облегченно выдохнул и улыбнулся Забини.
— Чего там было? — мулат аккуратно присел на корточки и вытер окровавленное лицо. — Совсем жопа? Или так, пока — терпимо?
— Блейз, всё серое, оно неостановимо рушится, — протянул Малфой и откинулся на спинку кресла. — С последнего раза трещин там стало раз в двадцать больше и теперь они появляются даже не поверхностными — сразу глубокими.
— Как считаешь, на сколько ещё его хватит? — наконец-то Блейз поднялся и пересел обратно на диван.
— Не более лет десяти, может меньше..., — покачал головой блондин. — Есть даже одна дыра, сквозная, через неё всё видно. Пока что она по размерам не больше моего пальца, но — если темпы разрушения не снизятся, третья реальность начнет накладываться на наши и сотрет всё к ебеням.
— Дорогой, какие ветви теперь отсохли и перестали питать купол? — посеревшая до мелового цвета Паркинсон заставляла задуматься о том, какая задница приключилась в этот раз.
— Целых две: одно случилось на севере Кельта, другое практически в центре Йоркшира, — пробормотал тот и запрокинул голову, останавливая кровь.
— Это уже не шутки! Как только ещё несколько камней перестанут получать подпитку — то фактически наш мир останется без защиты, — она закусила губу и попыталась что-то проанализировать.
— Сколько родов нужно поднять на ноги с нуля? — Забини посмотрел на Малфоя.
— Минимум одиннадцать к концу этого года и ещё штук... тридцать лет за пять, — покачал головой блондин. — Мы не найдём столько народу, даже если расссмотрим всех магглорожденных.
— Гребаный Дамблдор! — выругалась брюнетка и начала наматывать круги по комнате. — Можно, конечно, попытаться пересмотреть всех, кто с пятого курса и выше — но не факт, что попадется вообще хоть кто-нибудь адекватный. Младшекурсники и вовсе не подходят. Что же делать..?
— Слушайте, о чём теперь я не знаю? — сложив руки на груди, я посмотрел на троицу.
— Помнишь, мать рассказывала о том, что раньше проверки проходили все магглорожденные, их семьи и едва ли не до пятого колена? — Драко посмотрел на меня пристально и выжидающе.
— Да, и про то, что если среди них выявлялись даже побочные ветви старых семей, то их всех принудительно прогоняли через процедуру принятия наследия, — кивнул я, — но потом эту практику упразднили из-за жестокости по отношению к людям, приходящим в наш мир.
— Вот только это была не жестокость, — зло выплюнул тот, — а необходимая мера безопасности. Каждая чистокровная семья вносит свой вклад в поддержание барьера, который отделяет наш мир от третьего. Мы и магглы – жители второго мира. В первом мире проживают демоны, эльфы, фейри и прочие. Они похожи на людей и мы можем с ними контактировать. А вот население последнего, так называемого изнаночного мира, не очень-то и дружелюбно. Ещё одной войны мы стопудово не переживём — сдохнем из-за оголодавших тварей.
— Получается... чистокровные поддерживают барьер между нами и этими монстрами? — я удивлённо посмотрел на него.
— Я выражусь точнее: алтарные камни чистокровных имений поддерживают его, — он что-то прикинул в уме и продолжил:
— А мы лишь вливаем в них силу — все, вне зависимости от того, какую степень родства имеем, лишь бы была живы кровь и магия рода, — пояснила для меня лично Паркинсон.
— Те же Булдстроуды лишились своей крови, — Забини отвел в сторону глаза, — их алтарь умер, они не смогли ответить на призыв рода и продемонстрировать силу поколения. Фактически на весь наш мир осталось не так много семей, чьи камни пока ещё удерживают Завесу.
— И ты пытаешься мне доказать, что это оправдывает вас и показывает, какие вы все из себя тут замечательные и благородные, что сражаетесь за правое дело и тому подобное? — Гермиона возмущенно вскинула бровь и посмотрела на собеседников. — Не смешите меня, это бред сивой кобылы просто потому, что ничего из этого не может иметь смысла до тех пор, пока нелепая и никому неизвестная Завеса существует. Или вы на самом деле считаете, что про это целенаправленно молчат и не пишут в книгах? Да я в жизни не поверю в такой бред.
— И что ты хотела этим сказать? — Пэнси презрительно посмотрела на мою подругу. — Если в дурацких книжках, одобренных Министерством, не указана правда, то типа её уже не существует? Ты хоть сама себя слышишь? Ты в этом мире без году неделя и даже не понимаешь толком, по какому принципу выстраиваются магические связи. Да что в тебе вообще есть? Хваленые мозги, неспособные анализировать простейшую информацию? Или миленькая мордашка, которая нарожает Уизли выблядков с обновленной кровью и поможет избавиться от части ограничений из-за проклятия магического ядра? Не задирай нос раньше времени, у тебя отсутствует поддержка либо сила, способная тягаться с теми, кто давно живет по законам Магии. Жалкая девица из грязнокровок никогда не сможет претендовать на что-то большее, чем фальшивая должность в Министерстве. Сядешь там и будешь до скончания жизни варить кофе и перебирать бумажки, думая, что спасаешь мир и делаешь его чуточку лучше. Живым примером тебе — сам Министр. Как бы ваш Дамблдор не кричал о равенстве и прочей брехне, тем не менее у власти находится сильный полукровка, разбирающийся в законах мироздания. И никогда это место не займёт тот, кто презирает все устои магического сообщества.
— Грейнджер, твоя проблема заключается в том, что ты не пытаешься познать новый и совершенно неизведанный для себя мир, — Забини налил воды в стакан и передал бледному Малфою. — Ты пытаешься казаться умнее, чем есть на самом деле. Так дела не делаются. Фраза «я прочла это в книге» не работает в том случае, если перед тобой собеседник, знающий тему намного лучше. Из первых уст, так сказать. И теперь ты пытаешься уговорить нас поверить в то, что мы принижаем твои достоинства, коих по факту нет.
— Это вы делаете всё для того, чтобы выставить нас в дурном свете, — тихо прошипела моя подруга, — на адаптацию отводится всего пара часов в поезде и мне приходилось уже там сталкиваться с отвратительным поведением таких заносчивых ублюдков, как вы. Думаешь, это что-то поменяет в моём отношении к вам?
— Во-первых, начнем с того, что на нашем факультете тоже учатся магглорожденные и даже полукровки, не знающие, кто их родители, — Малфой возмущенно посмотрел на шатенку, — если ты думаешь, что умнее всех, ошибаешься. Во-вторых, как бы ты не пыталась преодолеть свой предел, без ритуала совершеннолетия сделать этого у тебя не выйдет. Никак. Уже через год, тот же Крэбб будет намного сильнее тебя или любого грязнокровки, просто потому, что его кровь даст силу и знания, которых у вас нет и не будет. Просто по той причине, что вы дебилы и слушаете таких как Уизли и Дамблдор, выплясывая коленца под их дудку.
— И если однажды утром ты, проснувшишь, не увидишь за окном привычного мира, то так и знай — это твоя головная боль, что ты поверила не тем людям, — ткнула в нее Пенси.
— Иногда достаточно совершить лишь одну ошибку, — сверкнул глазами Малфой, — чтобы до конца жизни жалеть о том, чего не смог сделать.
— Просто смирись с тем, что это мы, представители древних семей не даем всему кануть в бездну, — тихо сказал Забини, — а вы просто паразитируете на общей магии и даже не понимаете в чем заключается главная суть Завесы, чистокровности и даже самой истины магического мира. Монстры, видишь ли, не спросят лично у тебя, какие у тебя взгляды. Стоит барьеру пасть... и ты сама прибежишь к нам, моля о спасении!
— А что произойдет, если Барьер окончательно рухнет? — Гермиона подалась чуть вперед, пытаясь поймать ценные крупицы информации.
— В этом случае все три реальности окажутся тесно переплетены друг с другом, — Паркинсон меланхолично пожала плечами. — И тогда уже ничего на земле не останется в том виде, в котором оно существует сейчас. Это приведет к катастрофе. Помнишь маггловские истории про крестовые походы и охоту на ведьм? На самом деле это была война с теми, кто проживает в третьей реальности; маги и магглы всеми силами пытались отстоять свое право на жизнь, и если честно — у них это едва-едва получилось. Так что... чем закончится третий прорыв Завесы — я судить не берусь. К тому же чистокровных слишком мало для дальнейшего поддержания равновесия, а из-за действий вашего старого маразматика ситуация обострилась до предела.
— Раньше, если роду светило угасание или забвение — всегда искали преемника: полукровку или даже грязнокровку, да хоть того же сквиба — лишь бы искомый наследник подходил по параметрам и был принят алтарем. — Малфой медленно покачал головой. — Теперь же вы даже не понимаете, чем грязнокровки отличается от чистокровных; и почему полукровок никто не презирает и с радостью берут в старые семьи. Само понятие крови для вас мертво.
— Ну тогда объясни так, чтобы мы поняли, — возмущенно протянула моя подруга. — Пока что это больше всего похоже на дешёвые понты.
— Вот, Грейнджер, объясни мне на милость, с виду ты умная девка, но корона явно тебе не по размерам, — Паркинсон с тяжелым вздохом рухнула на собственную постель, — так почему ты ведешь себя, как конченная идиотка? Вроде и не дура, но так тупишь — аж блевать тянет.
— Пасть закрой! — ощетинилась моя подруга. — Или тебе жить надоело? Ну так я тебя прокляну, что ни один колдомедик не расколдует.
— Она у тебя прививки от бешенства хоть делала? — Пэнси, не стесняясь нашего присутствия, стащила блузку и осталась в одной юбке и лифчике. — Ладно, так уж и быть, тебе, дуре, покажу. Смотри и внимательно запоминай, что такое чистокровная ведьма и чем она отличается от такой грязнокровки, как ты.
Вслед за верхом улетел низ, и девушка осталась в одном белье и чулках. Но кажется, это волновало только меня одного. Медленно вдохнув, она прикрыла глаза и затянула что-то на латыни. Нудно и монотонно, но от этого голоса хотелось влезть на потолок, появилось странное чувство, словно меня сотни иголок пронзили. Кинув взгляд на Малфоя и Забини, отметил, что те тоже морщатся, но от них исходит тусклое свечение, которое, скорее всего, ослабляет эффект от действий Паркинсон. Значит... это и есть та магия, которую запретили в министерстве: родовая специализация, в которой любой чистокровный мог дать пару сотен очков форы любому полукровке (вроде меня).
Голос всё набирал обороты и казалось, что им сейчас проткнёт меня насквозь. Но в реальности же она говорила едва слышнее шепота. Тёмно-розовый свет, исходящий от неё, лёгким туманом наполнял пространство и забирался в легкие, мешая дышать и даже думать. Не знаю, сколько прошло времени, но рядом со мной на колени приземлилась Гермиона. Из её рта сочилась кровь, и она едва могла дышать. Я было хотел дёрнуться в её сторону, но внезапно внутренности скрутило острой болью, стоило брюнетке чуть повысить голос.
Хриплый смех, больше всего напоминающий воронье карканье, заставил взорваться огненный смерч в районе солнечного сплетения. Такой адской боли я еще ни разу в жизни не испытывал. Чёрт! Я думал хреново было, когда старые шрамы болели, а оказывается — всё это просто цветочки по сравнению с теми ягодками, которые припасены в руках у чистокровных. Если несовершеннолетняя Паркинсон способна на такое, то, что может сотворить любая из сестер Блэк? Тут даже думать страшно.
— Хорош, — тихо сказал Малфой и голоса в комнате смолкли.
— Жаль. — девушка спрыгнула с постели и подошла к рыдающей Гермионе. — Если ты до сих пор искренне полагаешь, что можешь покрыть разницу между нашими происхождениями обычной зубрёжкой книг, то я тебя сильно огорчу: даже это тебе не поможет. Пока у тебя не будет покровителя, для Магии ты не имеешь большего значения, чем обычные букашки.
— Что это было? — прохрипела моя подруга и выплюнула сгусток чёрной крови.
— Моя родовая магия, которая принадлежит мне по имени и крови. — Засмеялась та и медленно слизала с подбородка Герм сочащуюся кровь, — Это не смертельно, не заразно и даже не опасно. Моя специализация не призвана вредить, но даже магией секса можно убить, если знать, как правильно управлять чужими желаниями и кровью.
— В каком смысле? — прохрипел я и оперся на заботливо подставленное плечо Забини.
— Если совсем простым языком, то Пэнси сейчас заставила всю кровь в ваших телах функционировать неправильно — Малфой влил в рот Гермионе какое-то зелье и продолжил лекцию: — Когда человек возбуждён, то кровь приливает к гениталиям, а маг секса может контролировать весь этот процесс, не давая возбудиться, либо кончить — своеобразная пытка. Но в то же время можно проделывать обратный процесс, разгоняя кровь и заставляя её усиленно притекать к головному мозгу, лёгким и верхним конечностям.
— Идеальное убийство, которое никто не сможет правильно классифицировать или опознать. — Покачал головой мулат. — И это самое безобидное, что есть в арсенале каждого из нас. Как думаешь, на сколько тебя хватит против той же Гринграсс, владеющей магией подчинения; или нашего декана? Снейп один из сильнейших менталистов, плюс он имеет кровь, усиленную демонической. Поверь, там тебе уже будет не до шуток.
— Что ещё можно получить, пройдя тот ритуал? — просипела Гермиона и позволила Драко поднять себя на руки и перенести на постель. — Профессор Снейп его прошёл?
— Никто не знает, что получит, призвав свою кровь, — покачал головой блондин и влил в рот Грейнджер еще одно зелье. — Чаще всего выходит нечто среднее между родителями призывателя, но были и такие случаи, когда предсказать конечный результат было невозможно. А есть и те люди, по кому с пеленок всё понятно.
— Вы можете рассказать, что нужно сделать, чтобы заполучить такие способности? Я никогда об этом не читала. — Она, закусив губу, попыталась подняться, но залезшая к ней Пэнси придавила плечи к кровати.
— Ты всё ещё веришь, что в книгах кроются абсолютно все ответы? — Забини и я упали на диван, пытаясь отсмеяться.
— Это глупо и наивно с твоей стороны доверять тому, что хранится у нас в Хоге; если будешь послушной девочкой, так уж и быть — возьму тебя зимой с собой, посмотришь на настоящую библиотеку древнего рода. — Рассмеялась брюнетка. — Мы, конечно, не носим фамилию Малфой и такой роскоши не имеем, но и у нас есть книги, которые никогда не были в этом мире в открытом доступе, так что тебе придется очень постараться, чтобы их увидеть.
— Ну и тогда в чём же истинная суть происходящего? — глаза Гермионы загорелись тем самым, фанатичным блеском.
— В том, что истины — не существует, — пожал плечами Малфой. — Каждый из нас привык совершать разнообразные поступки, которые всегда имеют те или иные последствия. Даже магия иногда может зависеть от того, какой из путей ты изберёшь. Точно так же (хочешь ты того или нет), но от твоего выбора будет зависеть, сможешь ли ты выжить в этом мире или сгинешь, подобно яркой вспышке.
— Даже сейчас каждый из нас совершает свой осознанный — или нет — выбор, — подхватила Пэнси. — И вся их совокупность влияет в целом на магическую целостность Завесы. Если мы совершаем то, что наш род считает правильным и приемлемым, то силы алтарного камня усиливаются. Если же идём наперекор установленным правилам — можем всего лишиться. Булдстроуды и Уизли живой тому пример. Отказавшись от собственной крови, они стали слабее даже обычных грязнокровок, и вовсе не имеющих даров предков.
— Но, наверное, всё это дело же можно как-то вернуть? — тихо спросил я.
— Можно, — девушка кивнула и медленно начала разбирать спутанные пряди Гермионы. — Если они смогут найти троих безвинных, то проведут один ритуал... Для его осуществления им нужен кто-то один сильный, второй — чистый и третий — проклятый от рода своего. Если в ночь на Самайн напоить истлевший алтарь кровью девственно чистых магов, подходящих под заданные параметры, то можно воскресить родовой дар и получить шанс на прощение.
— Но что останавливает Уизли от этого шага? — моя подруга вскинула глаза и внимательно посмотрела на девушку, чьи колени служили ей подушкой.
— Радость моя, найти тех людей, кто насильственно лишится девственности до шестнадцати и при этом не сойдёт с ума — крайне сложная задача, — рассмеялась та и погладила брюнетку по голове. — Возможно, будь они связаны с миром магглов, сделать это не составило бы труда, но сейчас выход на ту сторону барьера жестко регламентирован; и свободный доступ есть только у чистокровных, чьи предки и устанавливали эту часть магической Завесы. Через алтари мы спокойно можем перемещаться с этой стороны на ту. Так вот, коли они недоступны для Уизли — то им нужно найти кого-то среди магов. Чистокровного, сильного грязнокровку — такого, кто уже успел до начала формирования ядра заполучить проклятие. Вот и прикинь, какова реальная возможность найти их до ритуала совершеннолетия, изнасиловать и отдать жертвенной кровью?
— Твою мать... вот ведь мудачьё недобитое! — я даже не успел обдумать сказанное, а слова уже слетели с губ.
— Удиви меня, Потти, — хохотнул Малфой и завалился на постель к девушкам.
— Эти недобитые выблядки решили принести нас троих в жертву ради своего грёбаного очищения, — я зло прищурил глаза и еще раз выругался. — Летом, пока я жил у Уизли, в один день нечаянно подслушал разговор близнецов. Они тогда обсуждали свои планы: меня и Герм по кругу пустят на привественной вечеринке «в честь начала учебного года», а тебя — немного попозже — изловят и выебут в коридоре. В тот момент я честно решил, что это просто дерьмовая шутка и желание порисоваться: мол они такие крутые, что яйца квадратные. Но сейчас, я, кажется, понял. Малфои – кто может быть чистокровнее этих снобов? Гермиона, которую называют сильнейшей ведьмой этого поколения. Я – которого Волан-де-морт проклял ещё до того, как я начал говорить. Все это очень сильно напоминает те самые параметры, которые им нужны для проведения подобного рода ритуала.
— А вот это уже не шутки, а полнейшая задница, — покачал головой мулат. — Если эти твари попытаются выкинуть подобное с вами двумя... Хогвартсу не устоять. Тёмный лорд от него камня на камне не оставит, а несравненная Леди Малфой добьет тех, кому посчастливиться от него спрятаться.
— Короче, так, слушайте меня внимательно и запоминайте — душка Пэнси сейчас всё разрулит... — потёрла ручки Паркинсон. — Грейнджер, ты же с Крамом по углам, надеюсь, не пестики с тычинками обсуждала? Ну хоть пару раз он тебя засосал, как следует?
— Да, — покраснев, выдавила из себя Гермиона.
— Вот и замечательно, — ехидно улыбнулась шатенка. — Теперь мне достаточно накинуть на вас парочку-другую заклинаний... а там многие поверят в то, что вы сегодня на радостях затрахались всю ночь до потери сознания. Не благодарите — это моя специализация. Но перед тем, как я начну магичить: нужно, чтобы ты, киска, как следует присосалась к нашему герою и передала ему в процессе этого дела хотя бы пару крох собственной магии. Иначе — увы — никак… Должна же я хоть с какого-то основания изваять вам магический резонанс?
— Подожди-ка, — Блейз весело сверкнул глазами и улыбнулся во все тридцать два зуба, — у меня есть идея намного круче и прикольнее; чёрт возьми, Уизли от зависти повесятся на собственных галстуках и сдохнут! Драко... давай? Я же знаю — вы можете такое проворачивать…
— Ты же понимаешь, что от этого вы потом не отмоетесь, вас ломать пару недель будет точно? — блондин внимательно посмотрел на собственного друга.
— Зато ты и представить себе не можешь, какое представление будет ожидать нас всех с утра, на завтраке, — рассмеялась брюнетка. — Половина Хогвартса стопроцентно провалится в обморок. Как так — самые чистокровные снобы не побрезговали перетрахаться друг с другом, так ещё и национального героя прихватили, а заодно — грязнокровку. Это же вызовет эффект похлеще разорвавшейся бомбы.
— О Мерлин! — Паркинсон громко засмеялась и рухнула в объятия подушек — Зайка, как тебе вообще такие мысли приходят в голову. Это же… Я даже и не знаю с чем сравнить... кто-то посмел придумать подлость еще большего масштаба, чем бы я осилила вообразить.
— Черт! — тихо выругался сквозь зубы Малфой. — Послали же боги друзей, с такими и врагов не надо. Вы хоть представляете, что с нами Снейп сделает сразу после такого фееричного заявления с нашей стороны? Дай-то Мерлин, чтобы мы живыми вышли из этой комнаты.
— Детка, если тебе что-то не нравится, так ты только скажи, — Пенси внимательно смотрела на приятеля. — Я и Зайка быстро сделаем так, чтобы около тебя остались только Крэбб, Гойл и тупенькая Миллисента. Если уж откровенно говорить, можем до кучи докинуть еще Снейлерс, она как раз третий год по тебе сопли пускает, а ты не замечаешь несчастную четверокурсницу; какой холодный Слизеринский прЫнц, аж рыдать охота.
— Ладно, Кисуля, я не то имел виду, — тут же потряс головой Малфой и поймав руку шатенки нежно ее поцеловал, — не злись, а то замок перестанет существовать уже через полчаса. Давайте лучше по делу. Это же не только нам решать. Поттер, Грейнджер, вам слово.
— Я пока что не очень понимаю, что вы вообще хотите сделать — я склонил голову к плечу и задумался.
— Если вы считаете, что подобная выходка будет уместной, то почему бы и не провернуть её, — улыбнулась Гермиона, — я уже представляю перекошенное лицо Жрона и то как его будет коробить от одной только мысли, что я дала Гарри и зловредному Хорьку, а ему не дала.
— Яйца Мерлина, детка — ты превращаешься в порядочную сучку? — Блейз приподнял вопросительно бровь. — Миледи, вы там как ритуал пройдёте, потом загляните ко мне на огонёк, в вас черти водятся такие, что омут должен быть глубок и развратен.
— Зайка, мне можно уже начинать ревновать? — Паркинсон умиленно похлопала ресницами. — Настаиваю на блядской оргии в самом фееричном ее исполнении. Это как раз тот уровень, которому должен соответствовать уважающий себя маг секса! А уж если добавить сюда еще душку Драко, мы такого можем замутить, что никому и не снилось. Магия секса, магия крови и магия контроля – гремучий коктейль!
— Слушай, перед тем, как думать о том, чем будешь заниматься на шестом курсе, ты лучше о настоящем подумай, — покачал головой мулат. — Сейчас нужно наложить на нас всех чары и сделать всё дело с первого раза, у нас не будет второго шанса заставить всех поборников Света дружно обосраться.
— Так, ну коли пошла такая пьянка, у меня есть еще одно предложение, — блондинчик хитро прищурился и окинул нас всех вопросительным взглядом.
— Жгите, ваша светлость, — рассмеялась Паркинсон.
— Для небольшого ритуала потребуется по три капли крови и добровольное желание на любые действия в плане секса, — начал медленно объяснять нам блондин. — Вот только больше не нужно ничего делать, достаточно только думать об этом и представлять с точностью до мельчайших деталей. Постепенно магия сплетет эти бредни в одно целое и сформирует нам одни воспоминания на всех. Так что даже если кому-то захочется их проверить, они увидят у всех одно и тоже в голове.
— Слушай, милый мой, а этому не учат магов крови, это раздел менталистов, ты мне зубки не заговаривай, откуда в твоей головушке данная теория? — она медленно перевернулась и подкатилась под бок блондину.
— И у видящих Малфоев такого точно в арсенале никогда не было, так что рассказывай? — Забини потянул меня за руку, и мы рухнули на постель к остальным.
— А я все думала, зачем тебе такая огромная кровать, — Гермиона вытащила придавленные волосы и сместилась ближе к подушкам.
— Все ты правильно поняла, детка, — рассмеялась брюнетка. — Но мы немного отвлеклись от темы нашей беседы. Откуда ты знаешь родовую специализацию Грейсенов? Они сгинули в веках еще, наверное, тринадцатых.
— Это не их специализация, а Ластренджей, — покачал головой блондин, — я нашел их книгу рода, оказывается они очень сильные менталисты, просто скрывают это за веселеньким прикидом «тупые боевики».
— Хорошо, допустим, — не поверил в это Забини, — но выучить по книге рода способность другой семьи нельзя!
— Мерлин с вами, — простонал хорёк и перевернулся на бок, подгребая Пэнси под себя, — ну не могу я рассказать в деталях — это был эксперимент, проводимый еще до падения Лорда. Скажем так, он нашел применение нейтральному магическому коду семьи Малфоев. Если все пройдет успешно, то через годик вы обо всём подробно и узнаете. А пока давайте ближе к телу, что делаем с памятью и этой идиотской во всех смыслах затеей?
— Милый, — Паркинсон взвизгнула, когда пальцы Хоря прошлись по ее ребрам, — конечно, расскажешь во всех подробностях, а пока предлагаю начать готовить все к двойному ритуалу. Спешу вам напомнить, ночь отнюдь не резиновая. Нужно успеть все до шести утра!
В комнате практически мгновенно жизнь начала бить ключом. В отличие от ничего не понимающего меня, все остальные в ритуалах явно смыслили намного больше. Они оперативно начали заниматься подготовкой рунического круга и какого-то определенного набора: свечей, трав и прочей ерунды, которую я ни разу не то, что в жизни — в книгах не встречал. Даже дед так подробно не расписывал в дневнике о том, как правильно провести его воскрешение. Хорошо хоть я сам не сунулся — здесь, оказывается, нужно провести масштабную подготовку, а это — огромная и трудоёмкая работа. Для коей у меня было слишком мало мозгов и много непоседливости.
Глядя на весь этот бардак, я сейчас обдумывал одну-единственную мысль, разросшуюся на всю черепную коробку: как же всё до эдакого докатилось? Оказывается, даже Гермиона была не прочь устроить школе хорошую встряску и обеспечить вагон сплетен на ближайшие пару месяцев. С таким успехом про вечеринку «львов» уже и к обеду никто не вспомнит. И все бы в этом плане было прекрасно и замечательно, но… Всегда есть это чёртово «но», от которого никуда не спрятаться. В нашем случае — его звали Рональд Уизли, и был он таким дерьмом, который за такое унижение нам до конца жизни будет стараться отомстить.
Мне же оставалось лишь тихо офигевать (сидя на диванчике) в связи с тем, как резко моя привычная и размеренная жизнь начала катиться в Тьмутаракань на деревню к дедушке. И всё бы было ещё вполне себе туда-сюда — даже терпимо — если бы не ослепительные перспективы сдохнуть раньше времени. Данный путь... не, мне такое и нахрен не сдалось — слишком ценю комфорт и собственную личную выгоду, чтобы так просто разбрасываться любыми ресурсами.
Сейчас, когда у меня, казалось бы, был выбор перейти на другую сторону — по факту не было никакой другой… Наличествовали лишь предательство со стороны тех, кому я доверял; да люди, готовые плыть по течению.
И — если честно — в голове не желала складываться до конца ни одна картина дальнейших событий. Потому что — пережив эту ночь — я спустил в толчок амбициозные планы «доброго» директора, который спал и видел себя новым Королём всея Англии, под чью дудку и должны были вытанцовывать все, включая и меня.
Вот только когда марионетки совершенно неожиданно срываются с ниточек и начинают жить своей жизнью — их выкидывают на свалку, убирая из спектакля. Ну и опять же — любой шаг не в нужную сторону грозил мне тем, что я отправлюсь на аудиенцию повыше. Перспективка, скажем так, отвратительная. Избежать её был один вариант — бестолковый правда… Становиться послушным пёсиком ДДД я не хотел. Мне и нафиг развитие подобного рода не сдалось.
— Насяльника Поттер! Чё завис, давай вставай, — махнул мне рукой Забини. — У нас всё готово, можем уже начинать.
Я послушно кивнул и присоединился к другим в центре комнаты. В голове всё ещё звучали отголоски сомнений в правильности данного, принятого впопыхах решения. Но идти против большинства не хотелось. Я и так только-только начал завоевывать их доверие, а порушить всё это очередным идиотским поступком… Я же не Лонгботтом, в конце-то концов! Оставалось лишь довериться чистокровным в их знании магических наук. К тому же, даже Гермиона была «за», а это дорогого стоило, между прочим.
— Мысли, что текут по струнам бытия, свяжите воедино картину творения разума тех, кто в кругу держит слово перед другим, — голос Малфоя, казался мне ледяным и далёким. — Ветром пронизаны громовые штормы, так складным раскатом единого времени, пронесется по памяти нашей соединённый воедино бытности глас. Так будет же перед каждым открыта дорога, чтобы путь единый пройти и в точке начала конец свой найти...
По комнате прошёлся небольшой ураганчик, разметавший все предметы и устроивший кавардак. До кучи он навёл на головах присутствующих творческий беспорядок. Я тихо вздохнул, почувствовав, как магия начала струиться между нами. Незримыми лентами она опутывала и притягивала, сплетая наши души, сердца и разум в нечто новое и неописуемое. В голове тут же всплыло напоминание: «нужно представить себе неебический разврат», из которого потом и сложится единая картина. Стараясь ничего не нарушить, я принялся усиленно фантазировать, словно я занимаюсь самым извращенным и грязным сексом, о каком имел только представление.
— ...Чтобы сохранить семь дорог до воскрешения и успокоить три времени, связав миры в один, — продолжил напевать блондин. — Грация лент, что плывут в небесах и разрывают реальности, пусть грянет единая ведьмина чаренальная фермантальда и вспыхнут звезды Крамальонального сердца...
В очередной раз по комнате пронёсся небольшой вихрь. Каждая клеточка моего тела завибрировала и отозвалась на призыв его голоса. Казалось — сделай ещё один вдох — и вселенная взорвётся мультиколором. И чем больше я погружался в общую магию, тем тоньше начинал чувствовать всех присутствующих в комнате людей. И если честно, это было так необычно, что я почти перестал различать поле ритуала и реальность. Весь мир начал мерещиться единой вибрирующей параллелью.
— ...Убаюкать метели в душе и воскресить лунный свет, который очистит брег души и омоет сердце... — распев становился всё пронзительнее и холоднее. — ...Как кольцо единого Бога опоясывает меч проклятых. Как кольцо смерти ведёт нечистых. Как кольцо погибели управляет выжившими. Так магия связывает нас!
Перед глазами вдруг начали плыть во все стороны разноцветные пятна, и я едва не потерял ориентиры в этом кромешном море всевозможных цветов и оттенков. Этот волшебный мир кружил голову и опьянял. В нём не существовало фактически ничего и в тоже время всё было всем. Объём, звук и даже время... перестали быть чем-то привычным, воплотясь в нечто живое, подвижное и изменчивое. Словно водная гладь, по которой то и дело разбегались круги от брошенного камушка. Потревоженное спокойствие, которое, впрочем, давало надежду на завтрашний день.
— ...Беги, пока можешь! Лети ещё выше, центра земли достигая..., — слова ощущались самыми колючими и в тоже время родными. — ...Три точки реальности сольются в одну и правду от лжи не отличить никому. Если в душе достаточно пламени, то станет преградой для всех любопытных. Тонкой завесой окутав разум, узрит даже видящий души сей тайны предел. Спаси и убереги сердца ты молящих в этой ночной полутьме сотворив дорогу к идущему в вечность пути!
Странно… Мне даже не верилось, что всё пройдёт настолько четко и гладко. Казалось, что вот-вот и произойдет событие, могущее перевернуть с ног на голову происходящее в комнате. Но — нет… Вспышки разноцветной магии начали постепенно гаснуть и превращаться в тусклое свечение, окутывающее наши фигуры. Я вращал головой во все стороны и пытался понять, что же будет дальше. Но по тому, как расслабленно чувствовали себя остальные, кажется, это было последнее магическое представление на сегодняшний вечер (или утро?).
Свечи потухли сами собой, комната погрузилась в полумрак. В отличие от спальни гриффиндорцев, солнечный свет здесь был редким гостем. Никто из наших никогда не понимал, как у них вообще получается жить по соседству с кальмаром? Вода здесь подходила прямо к окнам и стайки рыбок, проплывающих мимо в этот момент, были тому прямым подтверждением. У меня это в голове всё же никак не укладывалось и хотелось покрутить пальцем у виска. Но — это был их сознательный выбор. И возможно, поступи я в Хогвартс на Слизерин — тоже удивлялся бы тому, как можно каждое утро встречать рассвет за окнами.
— Ну что же. Теперь с чистой совестью и грязными помыслами можно собираться на завтрак, — рассмеялась Паркинсон, откинув со лба чёлку. — Потом в Омуте глянем, что же нафантазировал наш коллективный разум. Мне прям очень интересно посмотреть на то, как со стороны выглядит совместная фантазия пятерых, столь непохожих друг на друга людей. А еще можно будет поиграть в «угадай, что из этого моё»
— Пэнс... не выноси мозг, а? — Откинув голову на матрац, блондин пожал плечами, — давай сейчас попробуем сделать так, чтобы каждый из нас дожил до конца этого дня, а затем уже будем думать о возможности позлорадствовать над скудостью твоего воображения.
— А почему — моего? — обиженно вскинулась брюнетка.
— Как видишь, остальные не шибко рвутся смотреть на это безобразие и восхищаться тем, как под влиянием магии и момента нафантазировали невесть чего, — Гермиона упёрто покачала головой, сверкнув хитрющими глазками.
— Хорошо, — с тяжелым вздохом сказала Пенс, — теперь я поняла, что вы все тут скупердяи и язвенники. С такими каши не сваришь.
— Ладно, теперь попрошу всех уделить мне несколько минут, — Драко поднялся с пола и пошел выпить, — важно одно: чтобы каждый из вас не сомневался в том, что произошло сегодня. Если ваши метания неожиданно сумеют повлиять на иллюзию реальности в голове, то вся суть ритуала просто рассыплется на осколки. Никому не позволяйте усомниться в том, что мир в вашей голове настолько же целостен, как и всё Настоящее.
— Так что, давайте, детки перейдем ко второй фазе волшбы, — брюнетка вновь скинула с плеч пиджак, оставаясь в белье. — Все скидываемся по три капли крови в общую чашу. Киса — тащи из ящика граммов сто винчика — матушка прислала его для Снейпа, но в угоду нашим нуждам – обойдётся. Нам сейчас это жизнь спасет, а ему — так, на вечерок с твоим отцом вылакать.
— Короткая инструкция, — подавая девушке бутылку, сказал блондин, — сейчас все сцеживают кровь, затыкаются напрочь, и по возможности не реагируют на то, что будет происходить, малейшее магическое колебание и придется начинать все сначала. Потом, как только Панси разрешит, делаем по три глотка и расходимся. Будет пора собираться к предстоящему явлению во плоти на глаза всей школе.
Все согласно кивнули и на самом деле с серьезным видом уставились на самый обычный стакан, в котором уже плескалась пара сантиметров алой жидкости. Воображение тут же разыгралось и на его месте мне тут же предстала кровь. Потряся головой, я попытарался отогнать все непрошенные мысли и нормализовать дыхание: только в обморок свалиться не хватало. Такого позора в присутствии слизеринцев, я точно не переживу. Так что, стараясь дышать на раз-два-три, принял из рук Гермионы небольшой нож и повторил манипуляции с проколом пальца. Ровно три капли упали в чашу, и я выдохнул с облегчением.
Ничего страшного и опасного не произошло. Небо на землю не рухнуло, мы не превратились в жаб.
Уф! Можно считать, что эксперимент прошел удачно и приступая к ритуалу уже сексуальной магии, ничего сверхнеобычного с нами не произойдет. Пока всё в полном порядке и магия решила нас сильно не карать.
И на том спасибо. А то с моей удачливостью и верой в проведение ритуалов — ещё и не такого можно было ожидать.
В отличие от Малфоя, Паркинсон начала творить свой ритуал более плавно и неторопливо. Ее голос мелодично разливался и превращался в весеннюю капель. Она, казалось, своими чарующими звуками смывала с сердца все проблемы и неурядицы, позволяя успокоиться и окунуться в забытьё. Не было ни ярких красок, ни пронзительных тонов — лишь успокаивающая дымка нежно-розового цвета да проносились звуки легчайшей мелодии. Всё выглядело так по-детски воздушно и невинно, что меня начало понемногу разбирать веселье от мимолётной мысли: неужели магия секса и вправду так выглядит?
Она неспешно текла по комнате, окутывая всех присутствующих своим теплом. И это действовало так убаюкивающе, что я едва не пропустил момент, когда всё начало принимать более серьёзный оборот. Неожиданно для меня в воздухе запахло удушающе сладко, словно Браун опять вылила на себя целый флакон духов и теперь пытается очаровать Уизли. Наивная идиотка: от такого только тапки откидывают! Хотя, Джинни — туда же: хоть подходи, хоть не приближайся — вонь дичайшая. То ли дело Гермиона или Пенси, вот рядом с кем было не страшно помереть от удушья на занятиях.
Аромат проникал в лёгкие и даже, казалось, въедался в кожу. И всё было бы отлично, если бы ещё и не начали слезиться глаза. Вспомнив предостережение Драко, я попытался не обращать на это никакого внимания. Главное — дотерпеть до последней фразы этого ритуала. Кинув осторожный взгляд на остальных, отметил про себя, что даже Малфой позеленел, а у того устойчивость к подобным магическим штучкам ну явно повыше моей будет. Неужели подступает тот самый полный песец? Очень на это смахивает, что из-за меня всё — как обычно — пошло через задницу.
Хм... Пока что никто из сокурсников не шевелился и не пытался в панике сбежать куда глаза глядят, так что я тоже сидел и старался не отсвечивать. Да и интересно было, чем же всё закончится? Я быстренько прикинул в уме: «если сейчас пошевелюсь и попытаюсь что-нибудь изменить, или там — ляпну чего-нибудь — есть немаленькие шансы сорвать ритуал».
Но все же — несмотря на опасения, магия постепенно улеглась... да и схлынула, оставляя лишь легкое послевкусие сладкого на кончике языка.
Паркинсон первой взяла бокал, медленно что-то прошептала и сделала небольшой глоток, передав его дальше. Малфой и Забини молча отпили и сунули его в руки Гермионы. Та тоже без особых возмущений решилась осторожно глотнуть, и протянула стеклянный фужер мне. Я же, не найдя поводов для отказа, тоже приложился как следует, и вернул его изначальной владелице. Пронзительный вопль (на латыни?) заставил меня подпрыгнуть и ошарашенно посмотреть в сторону брюнетки. Но нет, кажется, она не сошла с ума — это было окончанием сего мучительного действа. Бррр, этот финальный аккорд во второй части магического шоу ощущался мерзковато с непривычки: так можно и кони двинуть!
— Ну вот и всё. Теперь можно официально заявлять о том, что грифы — порченые, — Пэнси отставила стакан с вином и тяжело выдохнула, — утомительная ночка. Ну почему ваш дружок не мог выкинуть нечто подобное в октябре? Самый скучный месяц на события. Так нет же… Нам пришлось выкручиваться в первый же день прибытия в школе, творя магию буквально из подручных средств. Кому рассказать, башку оторвут и будут правы.
— Не переживай, — Забини улыбнулся так легкомысленно, что в груди сердце перестало колоть, — ничего же не случилось, все прошло в штатном режиме. Ну, подумаешь — воняло чуть больше положенного, так и нас было не трое, а пятеро: может это просто концентрация твоей силы такое сотворила.
— Ладно, на этом заканчиваем, — Малфой рывком приподнялся и узнал который час, матерно присвистнув. — Уже полшестого утра — нифига мы засиделись — скоро подъём. Если вас не обнаружат во львятнике — будет трагедия. Нам лишние проблемы по второму кругу и нафиг не нужны, так что живо все — по комнатам!
— А как же быть с сотворенной магией для получения эффекта в Большом зале? — Гермиона удивленно хлопнула глазами.
— А для этого, зайка, и не нужно приходить всем вместе, — лукаво протянул мулат. — Давайте вы устроите сюрприз еще и себе.
— Да, Блейз прав, так будет намно-ого интереснее, — подмигнула ему брюнетка.
— Хорошо, тогда встречаемся через пару часов, постарайтесь все придти к более-менее одинаковому времени, — закатил глазаки Малфой, — чтобы расслоение не было так заметно. И наплюйте на вислого, если он постарается вас задержать. На вас отпечатки спадут быстрее всего, так как мы распределены по разным факультетах — но для поддержания легенды нам нужно, чтобы следы оставались отчетливыми и ясными.
— Понятно. Тогда сейчас мы быстро переодеваемся, а около 07:40 мы приведём первокурсников, — Гермиона критически осмотрела себя и старост Слизерина. — Вам же, мальчики, придётся как-то подстроиться под это. Выбрав интервал плюс-минус десять минут.
— У меня с этим нет проблем, — усмехнулся брюнет, — я спокойно приду со своими, никто не придаст этому особого значения.
— Тогда я буду тебя провожать, — кивнул я головой, — Рональд всё равно не особо с головой дружит, а тебе должен помогать кто-то из мальчиков.
— Вот и замечательно, — Пенс хлопнула в ладошки. На том мы, собственно, и порешили. Возвращаться в башню было страшно и с какой-то стороны даже жутковато. Но мы же героические львы, привыкшие сражаться за справедливость и даже не побоявшиеся заночевать со змейками в их логове. Если бы Дадли узнал о том, что происходит в закрытой школе, к которой он нас все лето ревновал, его бы удар хватил. Но пока следовало думать о насущном, а не о том, что будем делать на каникулах…
