Совместное фото

      Наруто с восхищенной улыбкой ходил от картины к картине, фоткая некоторые на память. Мадара же вышел из роли бизнесмена и пришел в самых обычных джинсах и джинсовой жилетке поверх футболки. Путешествуя по двухэтажному помещению, они неторопливо разговаривали о том, что было изображено на картинах и о том, что это могло значить. Наруто наконец-таки набрался смелости взять Мадару за руку, поняв сколько всяких женщин на него смотрят. Мадара лишь улыбнулся этому маленькому проявлению ревности и сжал ладонь парня сильнее.       По дороге домой блондин только и болтал о том, как ему понравилась выставка и о том, что некоторые картины не соответствовали гармонии той же самой выставки.       Как оказалось, у Мадары была пятикомнатная квартира, оформленная в классическом стиле. Мадара явно любил темные тона, но не был против ярких, если только в меру. Об этом говорили яркий красный плед на диване и какие-то висюльки над входом в кухню.       Мужчина, стоя недалеко от входной двери потянул парнишку на себя, впиваясь в его губы настойчивым поцелуем. Наруто сначала опешил, но затем стал пылко отвечать, обнимая партнера за шею.       Мадара подхватил блондина за бедра, вынуждая обнять его торс, и прижал парня к стене. Вытянул из джинс яркую футболку, касаясь загорелой кожи.       Наруто лишь ластился к ласковым и одновременно изучающим прикосновениям. Простонал в новый поцелуй, когда чужие пальцы задели сосок. Ему было страшно, самую малость, как, наверное, каждому было страшно в своей первый раз. Но он осознавал, что любит Мадару. И ужасно его хочет.       Мадара не причинит боли.       Они оторвались друг от друга всего на пару мгновений, чтобы вдохнуть необходимый кислород и стянуть верхнюю одежду.       — В спальню? — спросил Мадара с намеком.       Он не собирался давить. Если паренек все еще боится, Мадара готов был отступить. И пусть кожа горела, желая соприкоснуться с кожей Наруто, и пусть собственное возбуждение неудобно растягивало трусы и джинсы. Он готов был отступить, даже если голубые глаза, застеленные масляной пеленой, заставляли задержать дыхание.       — Да. — согласился блондин и увлек их обоих в новый поцелуй.       Уложив Наруто на кровать, Мадара стянул с него джинсы и снял собственные. Будучи почти полностью обнаженным, Наруто стушевался. Он не знал, что и как делать, в какую позу ему лечь и, что говорить, если вообще стоит.       — Не беспокойся, малыш. — прошептал ему на ухо Мадара, который заметил страх в голубых глазах. — Просто расслабься и наслаждайся.       Наруто кивнул и позволил стянуть с себя трусы. Мадара же снова наклонился к лицу паренька легко поцеловал его губы, переходя дорожкой поцелуев на шею и ключицы, попутно оставляя засосы. Поигрался немного с сосками и поцеловал каждый виднеющийся кубик пресса, переходя к главной цели.       Он нежно лизнул головку, выбивая из Наруто стон, затем начал посасывать, играясь языком с уздечкой, слушая стоны парня, который впервые познавал такое удовольствие. Мадара провел языком по всей длине, прежде чем заглотить его почти до конца. Наруто же метался по постели, сжимая в руках простынь. Сначала его завалило смущение, ведь никто и никогда еще не касался его там, не то что уж брал в рот. Но потом его волнами накрывало неизведанное им удовольствие. Язык Мадары будто был везде и повсюду, а потому с протяжным стоном Наруто кончил спустя несколько минут подобных махинаций. Он посмотрел на мужчину, который все ещё был между его ног, видел в сумеречном свете белесые капли на чужих губах, которые Мадара быстро слизал.       Смазав пальцы лубрикантом, который уже лежал на кровати, Мадара принялся за растяжку парня. Собственное возбуждение уже распирало ткань, таких надоедливых в этот момент трусов, но мужчина не скупился, смазывал тщательно и следил за реакцией партнера. Причинить ему боль, потому что не стерпел, было последним, что хотел сделать Мадара. Особенно в первый раз блондина. Когда же он мог спокойно принять уже три его пальца, брюнет посчитал, что парень готов.       Наруто вцепился в его плечи, зажмурившись, когда Мадара целиком вошел в него. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы привыкнуть к инородному предмету внутри себя и дать разрешение двигаться. Он громко и протяжно стонал под каждый размеренный толчок мужчины, обнимая его за плечи и отвечая на поцелуи. Блондин кончил себе на живот на пару мгновений раньше, чем это сделал Мадара, но уже внутрь.       — Извини. — сказал он, ложась рядом с парнем и прижимая его к своей груди.       — Ничего. — ответил Наруто, поцеловав его в шею. — Я люблю тебя.       — И я тебя, малыш. — поцелуй в висок. — Тоже люблю.