Часть 1
31 января 2022 г., 19:17
Первый раз, когда Леголас встречает моего отца, это абсолютная катастрофа.
Эльф рассказывал, что его не было в Лихолесье, когда моего отца вместе с Торином заточили в темницах короля эльфов. Он сказал, что все время находился на юге и не возвращался до тех пор, пока группа Торина не сбежала с помощью Бильбо. Но для моего отца это совсем не имеет значения. Леголас очень похож на Трандуила, и поэтому для Глоина они словно один и тот же эльф.
Мы приехали в Минас Тирит на день рождения молодого принца Эльдариона. Праздновать будет весь город, цитадель украшена цветами и гирляндами, повсюду яркие краски. Сам дворец кишит встревоженными поварами и слугами, а также людьми, у которых много дел и очень мало времени. Здесь шумно и весело, такой суеты я никогда раньше не видел, даже воздух словно поет от волнения. Я и не ожидал ничего меньшего от города, который был без короля так долго. И сейчас у всех безусловно есть повод для праздника.
Гномы Эребора приехали в город несколько дней назад, но мы с Леголасом только что прибыли, и король Гондора — несмотря на то, что сейчас он должен быть счастлив — ведет себя так, как будто его город вот-вот рухнет. В его глазах отчаяние, а на лбу блестит пот, потому что Трандуил должен приехать к завтрашнему вечеру, и после этого случится что-то ужасное.
Я уже взрослый, и теперь мы с отцом ладим гораздо лучше чем в моем детстве. Большую часть моей жизни мы с ним почти не разговаривали, несмотря на то, что жили в одних и тех же залах. Он мрачен, суров и резок, и хотя его сердце остается абсолютной загадкой, он открыто высказывает свое мнение при каждой возможности. За последние годы я заработал честь и славу для его имени, и возможно, он гордится мной, хотя и не говорит этого вслух. После окончания войны, он приложил гораздо больше усилий, чтобы помириться со мной, и я тоже уже не тот гном, которым был когда-то. Он пытается общаться со мной, хотя для него это нелегко, поэтому я тоже пытаюсь.
Если бы я был умнее, то возможно, отложил бы их встречу. Но я провел так много времени с эльфами, что есть некоторые вещи, которых я просто больше не замечаю.
Сейчас Леголас находится в каменном городе, словно пойманный в ловушку и отрезанный от своей лесной свободы. Он окружен бесчисленным множеством людей, незнакомцев, громких и ярких, а Леголас эльф и воин. Он полагается на свои чувства, и ему трудно справиться с толпой. У него дикий и опасный вид, так что люди избегают его, даже не осознавая этого. Перед нами жители города расступаются, создавая коридор, и я этому очень рад, потому что когда Леголас находится в плохом настроении, мне никогда не приходится пробиваться сквозь толпу.
Мой друг неподвижен и напряжен, холоден и пугает, а его глаза подобны тлеющим углям. Эльфы умеют произвести впечатление когда хотят. Прошло много времени с тех пор, как я замечал такие вещи.
Мы пробиваемся к верхнему кругу города, входим в одну из комнат… а потом все идет плохо.
Внезапно до меня доходит, что Глоин уже очень старый. Мои детские воспоминания связаны с большим и сильным гномом, у которого великолепная борода, заплетенная в косы и металлические кольца, неодобрительный взгляд глаз угольно-черного цвета. Когда-то его плечи казались такими большими, словно могли нести горы, а руки были огромными и мозолистыми. И я помню, что его голос был глубоким и гулким, способным привлечь внимание каждого в пределах слышимости, если он того пожелает.
Теперь мой отец стал меньше, а может я стал выше. Его борода по-прежнему густая, но теперь она почти вся седая, и там где он когда-то был твердым как гранит, теперь стал мягче. Но его голос все такой же грозный, глаза все еще угольно-черные, и когда он видит Леголаса, то гневно прищуривается.
Он видит эльфа, видит сходство с королем, который однажды похоронил его под горой, чтобы о нем забыли. Он видит на лице Леголаса холод и замкнутость, и ужасно неверно это истолковывает. Он думает, что Леголас отстранен, горд, и считает, что гномы ниже его достоинства. Он видит только принца, и в одно мгновение на первый план выходят недобрые чувства и неприязнь.
Он бросает гневные слова, а Леголас как всегда огрызается в ответ, он не говорит оскорбления, но его голос ледяной и резкий. Ситуация обостряется мгновенно, в основном из-за моего отца, и к тому времени, когда я вытаскиваю эльфа за дверь, все стало ужасно. Леголас почти не отвечает после первых обидных слов, но я ни на секунду не сомневаюсь, что он близок к тому, чтобы вытащить свое оружие.
Мы закрываем массивную дубовую дверь и успеваем пройти три коридора, я все ещё слышу, как мой отец выкрикивает оскорбления.
***
Когда Арагорн услышал о ссоре, я ожидал, что он будет читать эльфу лекцию. Я видел как он делал это раньше. Это не первый раз, когда человек, который даже не достиг своего первого века, делает выговор эльфу, рожденному до того, как был построен Минас Тирит. Вместо выговора, страх в глазах Арагорна усиливается, в его движениях появляется дикая паника, и мне очень жаль этого парня. Леголас видит это, смягчается и опускает голову. Он сердито говорит, что постарается изо всех сил вести себя хорошо, не обращая внимания на гордость, неприязнь и гнев, и на мгновение я вижу искорку торжества в глазах Арагорна. Если бы я знал, как он может так легко добиться такого сотрудничества от эльфа!***
На следующее утро мы все избегаем друг друга. Я завтракаю с отцом, который вежлив и сердечен, и ведет себя так, как будто прошлой ночью ничего не случилось. Он спрашивает меня о моем здоровье, о том чем я занимаюсь в последние дни, и я задаю ему те же вопросы. Мы осторожно танцуем вокруг того, что на самом деле хотим сказать. Ни один из нас не упоминает ни эльфов, ни людей, ничего даже отдаленно способного вызвать ссору. И мне интересно, всегда ли так между отцами и сыновьями. Однако пока все идет нормально, потому нам удается вести легкий разговор. Так было не всегда, и поэтому хорошо провести спокойное утро с Глоином. Мы немного разговариваем, временами молчим и вообще ничего важного не говорим.***
В отчаянной попытке все исправить, Арагорн зовет всех нас на обед во второй половине дня. Это прекрасный день, ясный и яркий, с теплым солнцем и свежим ветерком. И мы сидим на улице в саду, чтобы Леголас мог свободно дышать. Он очень отличается от того, как выглядел вчера, сейчас он удобно устроился на мягкой траве, и с каждым вдохом снова становится моим другом эльфом. Я думаю, что, возможно, он пытается ради Арагорна, потому что Леголас совершенно игнорирует моего отца. Арвен принесла маленького Эльдариона, и мы все сидим на одеялах, а перед нами стоят блюда с едой, которую должны есть королевские особы. Все вкусно, но я привык к мясу и блюдам приготовленным эльфами, поэтому меня расстраивают крошечные яйца и нелепая выпечка, которую можно проглотить за один укус. Глоин сидит отдельно от всех нас, не настолько, чтобы это было грубостью, но между нами существует невидимая граница. Но мне все равно, потому что я соскучился по друзьям. Я не обращаю внимания на холодный ветерок, который обдувает нас. Мой отец и его ворчащая свита сбились в кучу, и сидят почти в тишине. Все они волосатые и толстые, и похожие на сварливые валуны. В последние дни я вижу их по-другому: они до сих пор гномы, которых я знал всю свою жизнь, но одновременно они словно незнакомцы. Я слишком привык к шуткам и заботе моих друзей. Я избавился от прошлого Гимли, и мне нравится Гимли, которым я являюсь сейчас. Я больше не являюсь частью группы моего отца. Сад большой и красиво ухоженный. Но я вижу, что это не совсем по вкусу Леголасу, здесь недостаточно дико по его меркам, но большинству нормальных людей здесь нравится. Сейчас поздняя весна, поэтому все вокруг свежо-зеленое и яркое, каждый куст, дерево и растение цветут. Воздух ароматный, несмотря на ветер, который проносится на этой высоте. И мы долгое время просто веселимся с малышом. Эльдарион еще не может ходить, но он не согласен сидеть на месте. Он ужасно суетится, когда его кладут на одеяло или держат в руках. Ребенок извивается как хорек, поэтому большую часть времени ему помогают делать первые шаги. У него подкашиваются колени при каждом шаге, и он еще не знает как работают его ноги, но все равно высоко подпрыгивает и широко улыбается. Арагорн изменился, теперь он выглядит более счастливым и расслабленным. Эту его сторону я раньше не видел, но рад за него. Он с любовью и нежностью смотрит на сына и жену. Мы дразним его за то, что он размяк и за то, каким глупым выглядит. Арвен как всегда прекрасна. Она никогда не связывает волосы, и длинные темные локоны треплет ветер. Ее кожа бледная и безупречная, Арвен всегда была красивой, но думаю, что ее красота идет от тепла и счастья, которые она излучает. Она не из тех кто болтает попусту или сплетничает, и поскольку я привык к тишине эльфов, это меня успокаивает. Нам всем комфортно друг с другом, мы вполне счастливы, и в конце концов, я совершенно забываю, что мой отец здесь. Леголас успокоился, и снова стал тем эльфом, которого я знаю. Он подшучивает надо мной, его глаза такие же яркие, как небо, на губах знакомая улыбка. Я что-то отвечаю на его шутку, он заразительно смеется. Когда наше подшучивание становится слишком жарким, мы с эльфом вскакиваем на ноги, а затем он гониться за мной, но я слишком сильно смеюсь, и не могу убежать далеко. Неожиданно я ловлю взгляд своего отца, и не могу понять выражение его лица. Я никогда раньше такого не видел. Но мне все равно, и я снова обращаю внимание на своих друзей. Глоин — мой отец, и я по-своему забочусь о нем, но он выглядит серьезно и недовольно. А в моей жизни больше нет места для таких эмоций.***
Когда прибывает Трандуил, Арагорн выглядит так, словно готов скончаться на месте. Возможно, приезд эльфиского короля немного формальнее, чем нужно, но это представление ради гномов, с которыми сейчас я стою рядом. В любое другое время Трандуила встретили бы в тишине и покое где-нибудь в тихом месте, но сейчас мы стоим во дворе, выстроившись в ряд. Плиты во дворе подметены, каменная кладка прекрасна, но Минас Тирит никогда не был местом изысканного декора. Я слышу, как поют птицы, ветер свистит у меня в ушах, но кроме этих звуков больше ничего не слышно, потому что никто не разговаривает. Я чувствую неодобрение Глоина, и незаметно отодвигаюсь от него. Я наблюдаю за Леголасом, который стоит совершенно один, словно остров посреди моря людей. И когда прибывает Трандуил, кажется, что шторм наконец-то утих или взошло солнце. Трандуил высокий и стройный, но у него аура огромного и пугающего эльфа. Он двигается грациозно, как будто каждое движение было продумано за несколько дней. По его лицу ничего нельзя прочитать, взгляд у него как у ястреба: бесстрастный, непроницаемый, холодный. Они с сыном очень похожи, но они такие же разные, как зима и лето. Король приходит со своей свитой, и я изо всех сил пытаюсь подавить ухмылку. Я знаю многих из них, но есть двое, от вида которых мое сердце колотится и танцует от радости. Альмареан и Идрен, мои хорошие друзья. Они неразлучны, всегда вместе и всегда следуют за Леголасом, когда появляется возможность. Король эльфов тепло приветствует Арагорна и Арвен. Я знаю Трандуила, и поэтому узнаю искорку искреннего удовольствия на его лице, когда он приветствует их. Взгляд Трандуила невыразительный и невозмутимый, но все меняется, когда он смотрит на сына. Леголас — единственный ребенок Трандуила, мать Леголаса умерла очень давно. Они защищали свой народ с момента восхождения Дол Гулдура, и я никогда не видел связи, подобную той, которую они разделяют. Она сложная и причиняет боль, и иногда у меня от этого разбивается сердце, потому что жизнь, которую они прожили, помешала им быть просто отцом и сыном. Они капитан и король, и устраивают спектакль для всего мира. Но я знаю что Трандуил и Леголас очень заботятся друг о друге. Принц кланяется королю, король коротким кивком принимает его верность, а затем сын смотрит на отца с широкой ухмылкой. На его лице подлинное удовольствие, настоящая радость. Отец протягивает руку и убирает с лица своего ребенка прядь волос, и на лице Трандуила появляется улыбка. А в следующую секунду Леголас снова стал лучником, а Трандуил — королем в гостях. Остальные эльфы группируются рядом со своим принцем. В любое другое время они бы толкали друг друга, болтая на эльфийском языке, но напряжение на террасе вообще убивает всякое легкомыслие. Мы все играем прямо сейчас, и я чувствую негодование эльфов к гномам, с которыми стою рядом. Они здесь чужие, и именно они вызывают весь этот дискомфорт. Был ли я когда-нибудь таким? Думаю, что я был таким раньше. Я очень хорошо помню, как впервые попал в Ривенделл. И сейчас мне стыдно за свое прошлое поведение. Я снова немного отодвигаюсь от остальных гномов, и мне все равно, даже если мой отец это заметит. Трандуил осматривает собравшуюся группу, видит Глоина и других гномов и полностью игнорирует их, пока не замечает меня. Он наклоняет голову, как птица, и оценивающе смотрит на меня. Но я провел много времени с этим устрашающим эльфом за последние несколько лет и знаю его. Он подходит ко мне, его глаза весело блестят. — Трандуил, — киваю я, не в силах сдержать улыбку. — Рад видеть тебя. Я чувствую, как вздрагивает мой отец. Возможно потому что я обратился к королю так неформально, или, может быть, потому что я вообще к нему обратился, или, может быть, потому, что я не кидаю в него камни. Но мне все равно. Трандуил - мой друг, и когда он протягивает руку, я с радостью ее пожимаю. — Гимли, — бормочет он, осматривая меня. — Ты хорошо выглядишь. Мы скучали по вам с Леголасом этой весной. — Ионвэ не сказал, какой весной нас ждут, — напоминаю я ему, и на его губах мелькает тень улыбки. — И правда, он не уточнял, — Трандуил убирает руку и, хотя он все еще разговаривает со мной, переводит взгляд на моего отца. Глоин смотрит прямо на него, словно пытаясь уничтожить его жизнь одной силой мысли, и я на мгновение поднимаю взгляд к нему, прося богов дать мне сил и терпения. Эту привычку я перенял у Леголаса, и очень стараюсь от нее избавиться. Трандуил отходит, подол его одежды шелестит по камням. Он осматривает гномов, пока они не начинают ерзать на месте и недовольно бормотать. Им неуютно находиться под взором такого существа, как Трандуил, либо они недовольны потому что он грубо вот так пялиться. Эльфы не считают продолжительный зрительный контакт грубостью, хотя я не раз пытался объяснить Леголасу что так делать не стоит. Но Трандуил понимает что делает, и смотрит на гномов, пока воздух не начинает трещать от напряжения. Гномы злятся, Арагорн начинает топтаться на месте, не зная, стоит ли ему вмешаться или нет, а Леголас со своими друзьями просто с любопытством наблюдает за происходящим, ожидая что вот-вот произойдет. А потом Глоин протягивает руку с таким видом, словно ожидает, что ее откусят. — Трандуил, — рявкает он, и я прекрасно знаю, что он отказался от титула из вредности. — Я слышал, что твой мальчик спас жизнь моему парню пару раз, и они, кажется намерены вместе путешествовать. Как бы смешно это ни было, но мы не должны быть врагами, если они могут быть друзьями. Такого я точно не ожидал, и судя по лицам собравшихся, они тоже. Трандуил удивленно моргает, а Арагорн цепляется за перила, чтобы не упасть в обморок. За секунду все напряжение уносится ветром, и я слышу, как Леголас тихо смеется. Я думаю, что это первый раз за столетия, когда Трандуил потерял дар речи.***
Уже поздно, и я очень устал, но есть некоторые вещи, ради которых стоит держаться подальше от постели. Я сижу на балконе, прямо на полу, скрестив ноги и опираясь спиной о холодную каменную стену. Я смотрю на небо, потому что нет лучшего вида, чем небо с самой вершины Миндоллуина. Я чувствую, как гора подо мной дрожит и ее песня проникает прямо в мое сердце, этот звук громкий и бесконечный, успокаивающий и знакомый. Надо мной мантия Эльберет во всей красе, ничто не отвлекает глаз, и хотя ночью похолодало, я вполне счастлив сидеть здесь. За балконными дверями собралась странная группа: люди, эльфы и гномы. Все изо всех сил стараются вести себя как можно вежливее друг с другом. Это неестественно и неудобно, но я ожидал, что оружие вытащат задолго до ужина, так что напряжение в комнате намного лучше, чем кровопролитие. Леголас произвел на меня впечатление тем, что не убежал в ночь после пяти минут общения с гномами. Но сейчас Леголас принц. Он более сдержан, осторожен, вежлив. Все эти качества наставники вбили в него за последние несколько тысяч лет. Слишком легко забыть его возраст, потому что он так часто ведет себя по-детски. Но эльф может поддержать светскую беседу и вести себя вежливо, когда от него этого ожидают. Тем не менее, он — лесной эльф, и это все равно, что смотреть, как кролик и лисица сидят рядом и притворяются вежливыми. От этой мысли я улыбаюсь сам себе. Интересно, как долго я смогу оставаться в одиночестве? Словно в ответ на эту мысль, дверь открывается, и медово-золотой свет от свечей заливает камень. Раздается шорох, дверь снова закрывается, и хотя я не поднимаю глаз, все же знаю кто пришел. Глоин садится рядом со мной, производя очень много шума. Его ноги сейчас сильно болят, и скорее всего мне придется помочь ему подняться. Я предлагаю ему свой мешочек с табаком, и он с благодарностью принимает его. — Временами это единственный способ спастись от них, — говорю я, глядя на звезды и выдыхая дым. — Они не выносят запаха табака. Мой отец кряхтит, и какое-то время ничего не отвечает. Он набивает трубку табаком, зажигает ее и делает глубокий вдох. — Ты изменился, парень, — тихо говорит он мне, и я наконец оглядываюсь на него. Он сидит почти в такой же позе как и я, и я могу видеть только его силуэт, но его глаза блестят, как угли в темноте. И я не могу причитать что-то в его взгляде. — Ты молчишь и ведешь себя как один из них. Я сразу ощетиниваюсь, и каждая капля раздражения и напряжения, от которых мне удалось избавиться днем, внезапно появляются снова. Глоин кладет одну руку мне на плечо. — Это не совсем плохо, Гимли. Мне они никогда не понравятся, я никогда в жизни их не пойму… Но посмотри на себя. У тебя нет ни единой прядки седины в твоей бороде, а ты уже в возрасте. — Да, но с возрастом я не стал более мудрым, — фыркаю я, потому что ничего не могу с собой поделать. Мой отец улыбается, но его веселье не длиться долго. Я чувствую, как исчезает его улыбка, и устало потираю лицо. — Мы с Леголасом через многое прошли, отец. Больше, чем я когда-либо говорил тебе. Его друзья это и мои друзья. То, что случилось с тобой, Торином и другими, все, что мне говорили и чему меня учили… Это не то, чем я живу. — Я и не ожидал, что ты проживешь мою жизнь, Гимли, — говорит он. — Я никогда не был для тебя хорошим отцом, но я хотел для тебя лучшей жизни. Мы с твоей матерью не хотели, чтобы ты был воином. И я рад, что она не увидела войны, но она бы гордилась гномом, которым ты стал. Я горжусь гномом, которым ты стал. Я в шоке смотрю на него, разинув рот. Глоин удивляет меня снова и снова. Он сделал первый шаг к миру с Трандуилом, чего я никогда не ожидал, а теперь это? — Мальчик с бородой Махала, не плачь! — фыркает он, замахав на меня рукой. — Я говорю серьезно, и тебе больше не нужно волноваться. И я улыбаюсь, чувствуя себя на более знакомой территории. Он смотрит на меня краем глаза, и я вижу в его взгляде веселье. Я нащупываю свой мешочек с табаком и ворчу себе под нос. Мы сидим в тишине до конца вечера, пока я наконец не начинаю засыпать. Когда мы с Леголасом приезжаем в город, всегда останавливаемся в соседних комнатах. В Минас Тирит много коридоров и этажей, и я могу легко заблудиться, поэтому Леголас часто проводит меня до моей комнаты. Поэтому мне нужно найти этого непоседливого эльфа. Я встаю собираюсь уйти, но что-то меня останавливает. Мой отец внезапно кажется очень маленьким. Словно призраком того, кем он был, когда я был ребенком. У него больше нет жены, у него мало друзей, а его сын скорее будет проводить время с эльфами, чем с ним. Он старый, сейчас не с кем сражаться, и не кем командовать. Его народ процветает, а земли плодородны. Что ему теперь остается, кроме как попытаться загладить вину перед тем как умереть? Внезапно я понимаю почему он постарался помириться с Трандуилом, и останавливаюсь. Он выжидающе смотрит на меня, и я вижу в его глазах надежду и неуверенность. И мне интересно… — Я рад снова увидеться с тобой, отец, — нерешительно говорю я, и мне ужасно неловко произносить эти слова. — Возможно, я скоро выкрою время, чтобы навестить тебя. На секунду Глоин застывает, и я ерзаю на месте. Я вдруг стал лучше понимать Леголаса. Он всегда чувствует себя пойманным в ловушку в этом городе, и я должен извиниться за то, что часто заставлял его приезжать. Глоин улыбается, это огромная и яркая улыбка, которая странно смотрится на его лице. На короткое время кажется, что он просто отец, а я просто его сын, и он счастлив, что мы проводим время вместе. Клянусь Эру, у нас еще есть время, чтобы наверстать упущенное. Хотя мы так много потеряли. — Да, — кивает он, — я думаю, это было бы замечательно. И если ты хочешь, то можешь даже привести своего эльфа.
