Даже через двадцать лет

Теплый ветер касается ее лица, мягко обволакивая тело девушки. Ночь прячет Гермиону в тени, мешаясь с темным цветом мантии. Она подносит фильтр сигареты к губам, делая вторую затяжку. Так трудно было возвращаться в школу. После всего, через что она с друзьями прошла. Гарри и Рон, конечно же, выбрали академию авроров. Она раз в неделю отправляет им письма, получая в ответ жалобы на строгих учителей и изнуряющие тренировки. Она улыбается, поднимая голову к небу. Сотни звезд прям как на ладони, смотрят на нее в ответ, от чего голова кружиться. Вместе с новым потоком ветра в ее голову врезаются мысли о Малфое. Гермиона думала, что сложно будет в суде, выступая за него, чтобы в Азкабан не упекли. Но трудно сейчас. Очень трудно, она бы выбрала сотню таких судов, нежели каждый день его видеть за соседней партой. Холодный взгляд больше не был таким ледяным, она точно заметила в его глазах страх. Страх за свое будущее, ведь, ни денег, ни положения, ничего. У него не осталось ничего, кроме писем матери. Всегда уложенные волосы стали похожи на вихры как у Гарри на четвертом курсе. Блондинистые пряди развевались на ветру, неприятно касаясь глаз. Если же раньше он даже не касался их днем, как с утра уложил гелем, так оно и было. То сейчас, он трогал их всегда. Всегда поправлял, иногда пряча челку за ухо. А что говорить о форме. Грейнджер выпускает клубы дыма, прикрывая глаза, сотый раз представляя белую рубашку, которая закрывает карманы брюк. Она не была заправлена, поэтому свисала вдоль ног. А сверху парень надевал зеленый жилет. И рукава... Неважно, будь то пиджак, рубашка или водолазка. Как можно сильнее, он натягивал рукава по самые кончики пальцев. Гермиона с самого начала поняла, что он прячет метку. Она много раз видела его за книгами в библиотеки. В запрещенной секции, вход куда разрешен лишь старостам. Однажды Драко заснул, склонив голову на руки. Перед ним так и осталось лежать открытое пособие по черной магии. Раздел меток. Он хотел свести ее. — Не боишься, что директор увидит? — пусть она и не слышала голос Малфоя с самой войны, она узнала его. Узнала чуть хриплый голос, с низкими нотками. Она была уверена, что тот у окна, но его там не было. Грейнджер чуть съехала по черепице, заглядывая в класс по трансфигурации, но и там его не было. — Подними голову выше, — он сидел на метле. Мантии на нем не было, лишь зеленый свитшот, что странно. Малфой и маггловские вещи? — Разве можно ночью летать? — Гермиона склонила голову на бок, замечая, что этот свитер очень сильно ему идет. Он улыбнулся. Боже, теперь понятно, что Панси говорила о его улыбке. "Малфоевска улыбка". Когда он слабо приподнимает уголки губ, словно усмехаясь. Но после обнажает ряд зубов, прикрывая глаза. Из его рта вырывается смешок и, Гермиона не понимает, почему ее так закоротило. Возможно это все сигареты, но от чего-то, в тени ночи парень кажется до ужаса привлекательным. Он сжимает дерево метлы, от чего пальцы напрягаются и темно-синие вены проступают на коже. Гермиона моргает, вспоминая о тлеющей сигарете в своих руках. Пальцы чуть подрагивают от собственных мыслей, но она выдыхает, вновь поднимая глаза на Малфоя. — Будешь? — какая глупость. Она тут же замолкает, осознавая, какую ересь сморозила. Где Малфой и сигареты, тем более с Гермионой на крыше Хогвартса. — Не откажусь, — блондин спрыгивает на крышу, аккуратно отложив метлу к стене. Малфой присаживается рядом, даже не удосужившись протереть грязную черепицу крыши. Не дожидаясь руки, он вынимает сигарету из худых пальцев Гермионы. Медленно подносит к губам, не спуская взгляда с ее лица. "Как всегда красивая. Правда..." — Ты похудела, — клубы дыма улетают в ночное небо, пока парень касается ее продрогших рук, — кушай больше. — Приму к сведенью, — сердце делает кульбит, но она лишь глубже вдыхает, пряча руки меж бедер. Блондин кивает, словно что-то понимает, но ни черта он не понимает. Какого черта на нем этот зеленый свитер, волосы не уложены и, какого хрена он делит одну сигарету с Грейнджер? — Как думаешь, о чем я жалею больше всего? — он протягивай сигарету девушке, на мгновенье ощущая покалывание в пальцах. Стоит ей убрать руку, как все тут же пропадает, сменяясь на ночной холод. — Ну..— боится сказать что-то не то, но вроде вопрос глупый, она смотрит на его руку, делая очередную затяжку, — это? Малфой вновь улыбается, отворачиваясь от нее. Смотрит на небо, хмурит брови и пытается подобрать "те самые слова". — Я... больше всего я жалею за все те мерзкие слова, что вырывались из моего рта в твою сторону, — он переходит на шепот, говорит совсем тихо, на грани решительности, — прости... Гермиона охает, распахивая широко глаза. Прямо перед ней Малфой роняет слезы, поджимая губы. Он молчит, смотря куда-то в ноги, но стоит ему поднять глаза... Сигарета выпадает из ее рук, падая вниз. Кажется его красные глаза она запомнит на всю жизнь. — Дра.. Дрожащий палец ложится на ее губы, прося помолчать. Блондин сглатывает, дрожа всеем телом. — Когда на ч-четвертом курсе ты врезала мне... я понял, что натворил. Гермиона, твой кулак волшебный, — сквозь слезы он мимолетно улыбается, — и то, что я сделал со своей жизнью и мои слова на твой счет, все это было неправильно.. Он прикрывает глаза ладонью, позволяя первому всхлипу вырваться из него. Это точно все сигареты, иначе.. Как, черт возьми, объяснить тот факт, что девушка крепко обняла его. Положила холодные ладони на его спину, начиная медленно поглаживать его. Ведет кончиками пальцев вниз, прямо к пояснице и, возвращается обратно к лопаткам. — Послушай меня, Драко, — ее губы коснулись его виска, — в детстве я была очень доброй. Девчонки по соседству дразнили меня за мечту попасть сюда. А родители говори, что я должна быть умнее, не лезть на рожон. Мое воспитание сделало из меня тихоню, совершенно не умеющую за себя постоять. Но Гарри и Рон помогли мне. Научили, как нужно справляться с такмими людьми.. не суть. Драко, — она слабо улыбнулась, заглядывая в его грустные глаза, — тебе не нужно извиняться. Это твое воспитание, то, что тебе дали родители. Тебе точно не нужно извиняться. Аккуратно смахивает слезы его лица, обхватывая щеки. — Гермиона... — Ты открыл портал в поместье, позволяя нам сбежать от Беллатриссы, я знаю, что это был ты. Ты не выдал Гарри. Не убил Дамблдора. Драко, ты бросил Гарри палочку в войне, — ее лицо был так близко, что и без того раненое сердце парня делало кульбит, — думаешь, я не заметила, как удары волшебным образом отражались от меня? Если бы не ты, я бы вместе с остальными лежала в могиле. Стискивает в кулаках ее мантию, захватывая вместе с рубашкой. Поцелуй выходит ужасно соленым и горьким. Но отчаянно нужным. Его сухие губы накрывают ее, после чего он крепко обнимает Грейнджер, зарываясь в кудрявые волосы. Девушка замирает, испуганно распахивая глаза. Но нежные руки Драко касаются ее волос, аккуратно убирая их за плечи. Даже губы Рона не казались такими теплыми и приятными. Когда она закрывает глаза, позволяя себе плыть по течению, вдруг в ее голове всплывают все моменты, когда он помогал или защищал ее. Девушка наклоняется вперед, утопая в его раскрытых объятиях. На удивление, в его руках тепло. Очень. ~ Через шесть лет. Министерство Магии. Этим утром, она обещала себе, что зайдет в офис лишь за зонтом. С этой недели начинается ее заслуженный отпуск, но... Это же Гермиона Грейнджер. Поэтому сейчас, в восемь вечера она сидит за столом, доделывая отчет. Какого черта? Без понятия. Она делает перерыв, поднимаясь по пожарной лестнице на крышу. Бросить курить так и не удалось с самой школы. Но она и не хотела. Единственная вещь, позволяющая разложить мысли, грех от нее избавиться. — Гермиона? — она замечает тонкую фигуру. Малфой сложил руки на тонких прутьях ограды. Он разворачивается в ее сторону. И тут же потоки ветра пробивают их тела. Она вздрагивает. Тот самый дурацкий зеленый свитшот. — Драко,— она магко здоровается, делая пару шагов вперед, — будешь? Кроткий кивок. Она передает ему сигарету, тут же шарясь в карманах, ища зажигалку. В паре сантиметров от ее лица, блондин щелкает пальцами, после чего сигара зажигается. Руки так и остаются в карманах, когда она переводит глаза на мужчину. — Вау, неожиданно, — заправляет волосы в хвост, но пара прядей так и выбивается. Но уже второй раз за минуту, Малфой вырывает из нее воздух. Его пальцы касаются нежных щек, заправляя волосы за ухо. — Я умею удивлять, — подносит сигарету к ее лицу, позволяя обхватить губами. Грейнджер мычит что-то неразборчивое, отворачиваясь к городу, который погружается во мрак. Так и стоят, поочередно деля сигарету на двоих. Когда он делает последнюю затяжку, окурок летит куда-то вниз. Вот и все. Ей хочется уйти, но пальцы ловят ее под локоть, разворачивая к себе. Малфой аккуратно касается ее, подходя еще ближе. Их отношения с восьмого курса так и не продвинулись. Вновь украденные поцелуи ночью, сигарета на двоих и не более. А Малфой на больше и не надеется. Где он, пожиратель смерти и героиня войны? А Гермиона смеется, как к нему подступится? Всегда держит дистанцию. Смешно. До слез. Блондин снимает свитер, чуть встряхивая его. Гермиона кажется понимает, тут же выставляет руки вперед, но Драко одним движением натягивает его на нее. Рыжие волосы разлетаются во все стороны. — Не нужно... — Ты замерзнешь, а я хочу еще с тобой постоять, — он такой всегда. Не подпускает к себе, держит дистанцию и молчит. Но случаются моменты, когда он затягивает ее в очередной пустой кабинет и целует, аккуратно сажая на стол. Или как сейчас, обхватывает ее лицо, большим пальцем поглаживая щеку. Вновь заправляет волосы за ухо и натягивает свитер до середины бедра. А Гермиона поправляет широкую вещь, натягивая рукава до кончиков пальцев и тычется носом в ткань. Приятно. Что-то морское и еловое. Что-то приятное. Что-то, что правда греет. Малфой становится позади, обнимая ее за плечи. Смотрит куда-то вперед и улыбается. Незаметно, лишь для себя. Губы касаются виска, оставляя легкий поцелуй. И нет, Гермиона пришла за зонтом. Только за зонтом. Но он подождет. ~ Еще через четыре года. Все как-то сложилось не так. Малфоя отправили в отдел к Гарри. А после и командировка. И вот его нет уже второй месяц. А Гермиона что? К сегодняшнему вечеру шеф ждет от нее ответа о ее переводе. Согласна ли она или нет. Но девушка сильнее кутается в зеленый свитер, вдыхая последние капли аромата Драко. Смотрит на камин перед собой и молится, лишь бы его наглая морда появилась сейчас. Она спросит его что он думает о ее повышении. Если тот улыбнется и похвалит ее, то видимо там и правда хорошее место. Но если его губы расплывутся в отвращении, то она останется. Ей и здесь хорошо. — Черт, — она накрывает себя пледом, пряча в нем голову, — скажи, что там ужасно, плохо... и я не поеду. Прошу появись сейчас же! — кружка с какао летит в камин и через мгновенье пламя взлетает к потолку и из него кто-то матерится. — Твою мать, Грейнджер, мой нос опять пострадал, — девушка подпрыгивает на месте, подбегая к огню. Она падает на колени, внимательно всматриваясь в знакомое лицо. — Драко, ты.. здесь, — она накрывает губы ладонью, вздыхая от облегчения. — Не совсем, — он смеется, после чего его взгляд вмиг тускнеет, — я скажу все тут, хорошо? Девушка медленно кивает, выжидающе смотря на него. — Гермиона, я влюблен в тебя с самого первого дня, как увидел тебя, еще в том чертовом поезде, — его лицо обрамляется пламенем, но даже так она видит его сожаление, — а потом я продал свою душу, после чего началась война. Тот вечер на крыше, помнишь? — она медленно кивается, широко улыбаясь, — о, ты в этом свитере, он тебе идет. — Драко.. — Я так сильно влюблен в тебя, знала бы ты. Все наши встречи не могли насытить мою душу и я желал большего, желал тебя, что неправильно, — на этих словах ее взгляд мрачнеет, — я гребанный пожиратель, Гермиона. Я не пара героине войны.. — Не говори так, — она тянется к его лицу, но вспоминает, что это просто огонь. — Но это так и пока эта дрянь будет на моей руке, я не смогу позволить себе коснуться тебя. Езжай, работа хорошая. Найди себе заносчивого ублюдка, кажется это твой тип, — она вместе с ним улыбается, — я останусь тут, в Австралии. А ты забудь и брось курить. Как бросишь, тут же забудешь. — Не забуду, — он утирает зеленой тканью слезы, размазывая тушь по лицу, — скажи где ты, пришли патронуса, я найду тебя, давай же. — Прости, я не стою тебя, — он исчезает, оставляя после себя в камине лишь угольки. Гермиона склоняет голову вниз, после чего горькие капли расплываются на полу. Рядом так и лежит кружка от какао. Девушка хватает ее, занося за голову. Со всей силы бросает вперед, от чего стекло разбивается о камин. Чертов Малфой.