Последний из мародёров

В классе защиты от темных искусств царила привычная суматоха. Со всех сторон, сопровождаемые громкими возгласами и смехом, летели искры заклинаний – студенты третьего курса учились обезвреживать богарта. - Ты можешь не умничать, а нормально показать, если все поняла? - Если бы ты нормально слушал, что нам говорил профессор Люпин… - Профессор, вы видели? У меня получилось! Профессор Люпин! Профессор Люпин? Римус Люпин стоял посреди шумного класса с отсутствующим выражением лица. Услышав свое имя, он на секунду замер, а затем, тряхнув головой, вышел из оцепенения. - Да, конечно, я все видел. Молодец, Парвати! Рон, ты держишь палочку под неправильным углом – в этом ошибка. Невил, он тебя не укусит, это ведь всего лишь богарт! Прозвенел звонок, и толпа студентов радостно побежала в Большой зал обедать. Люпин тяжело вздохнул, сел за стол и закурил. Есть сейчас хотелось меньше всего: ему нужно было побыть в одиночестве и подумать. Уже в десятый раз он прокручивал в голове этот текст. Записку он сжег сразу же после прочтения – сказалась старая, еще времен Ордена, привычка. В принципе хранить ее не было никакой нужды, потому что содержимое тех строк профессор запомнил наизусть: Лунатик, мне очень нужно с тобой поговорить. Я один знаю правду. Я догадываюсь, что ты думаешь обо всей этой истории, но, если хоть какая-то часть тебя еще верит мне, приходи сегодня на наше место. Буду ждать тебя там с полуночи.

Бродяга

До самого вечера он не выходил из кабинета. Выкурив почти целую пачку, решил проверить контрольные пятикурсников. Строчки разбегались перед глазами, мысли путались. Он преступник, он убил 13 человек, он полжизни провел в тюрьме… Почему я должен ему верить? Зачем он мне написал? В конце концов, с чего я вообще взял, что это он? Мы не особенно скрывали свои прозвища, когда учились в школе. Через несколько часов Люпин обнаружил, что так и не исправил ни одной ошибки в раскрытой перед ним тетради Фреда Уизли. Часы пробили полночь. Сказать, что это глупо, - ничего не сказать. Он надел пальто, закрыл кабинет, спустился в школьный двор. В лучшем случае я рискую работой, которую не мог найти пять лет, в худшем – жизнью. Посмотрел на луну, проверил, на месте ли палочка… и зашагал по направлению к Гремучей иве.