Ангел и Демон

      Длинный черно-красный шарф, темный пуховик, красная шапка… Высокие ботинки на шнуровке, а-ля мужские армейские. Рюкзак с декоративными шипами… И милая чуть отрешенная внешность, если можно было это так назвать. Хотя, у этих людей-бунтарей внешность всегда отлична от большинства. Да что говорить, он сам когда-то был таким. Когда был человеком, имея имя, музыку, сережку в ухе и прочие атрибуты земной жизни, включая период счастливого распиздяйства. Видимо, потому он сейчас внешне был из тех времен, что оставили самый яркий след в его той жизни. Судя по всему, эта юная барышня шла домой, пока ее не схватил приступ, внезапное помутнение, заставив упасть в глубокий обморок здесь, в темном углу двора, далеко от фонарей и основных тропинок. Решила срезать, ясно… Вот и срезала. Ангел прекрасно понимал, почему с ней это случилось — над ней темными сгустками весел переизбыток негатива, который она сама себе и заработала — вечные жалобы, непомерная жажда внимания, некоторое презрение к людям, относившимся к ней с добротой и искренней симпатией, плюс вечные страхи по всякой ерунде и ненависть к своей очень даже красивой внешности. Она не была злой. но она зависела от всех этих темных энергий, слишком много хватая себе и отрицая жизнь, как дар, как возможность просто быть счастливой. Ангел прекрасно понимал, что сейчас снова нарушит правила, вмешиваясь и спасая ту, которой нельзя помогать, иначе она не усвоит важного урока. Но, позволить ей вот так замерзнуть на все крепчающем морозе он не мог. В конце концов, уроки она и живая может принять, даже если ей будет очень больно, она будет жива, а это главное. К тому же, через боль она все равно вырастет над собой. И многое поймет. Ну, он надеялся на это, зная, что не на всех оно действует. И все же, что-то заставляло видеть хорошее, и верить в хорошее, даже с учетом того, что теперь ему были доступны все внутренние секреты людей. И как же много там было неправильного и грустного… Где-то в рюкзаке зазвонил телефон. Ага, потеряли, ищут, есть шанс, что побегут на улицу, навстречу, и найдут… Но, могут ведь опоздать, обнаружив окоченевший труп. Придется создавать все условия, чтобы первый случайный прохожий среагировал на ее местонахождение и вызвал скорую помощь. Ангел напряженно вслушивался, с беспокойством наблюдая, как темные сгустки над девушкой разрастаются и меняют оттенок в худшую сторону — все ее отрицание хорошего теперь вырывалось из подсознания, становясь опасным маячком для появления… Он не успел закончить собственную мысль, с презрением покосившись на приближающегося к ним господина в роскошном черном фраке с красным подкладом, накинутым поверх напоминающего бронежилет черного костюма, и таких же черных штанов, заправленных в высокие тяжелые сапоги. Его бровь украшал пирсинг, а прическа со сбритыми висками, цвета воронова пера, небрежно свисала на одну сторону. И выглядел он гораздо старше Ангела, имея внешность мужчины под шестьдесят. Он был ростом примерно с Ангела, но еще и довольно мощного телосложения. Ступал он тяжело и неторопливо, точно зная, что свое не потеряет. Ангел прочувствовал всю его черную энергетику аж за несколько метров, и тело его било крупной дрожью, насколько эта энергия и его личная не совпадали. Неудивительно, учитывая, что это был сам Демон. Демон, заметив Ангела, остановился, внимательно разглядывая его, и лицо его было одновременно безучастным и злым. — И какого черта ты здесь забыл? Это моя террито… — начал Демон, но Ангел скинул капюшон с головы, и смотрел теперь недоверчиво и пристально. — Светлые волосы, светлые глаза… Ты Ангел, что ли? — Демон усмехнулся, сплевывая через зубы. — Я-то думаю, чего такой оборванец в наших рядах, да еще и в простых человеческих шмотках. Виноват, темные оттенки твоей одежды с толку сбили. — Демон засмеялся, потирая ладони, и косясь на Ангела. — Так, какого хрена ты тут забыл, светленький? Это моя территория, и моя забота, проваливай! — Нет. — возразил Ангел. — Девушка жива, я ее спасу. — Она полна негатива, и она моя клиентка. — нетерпеливо отмахнулся Демон, даже не поворачиваясь в его сторону. — Вали отсюда. Демон склонился над девушкой, осматривая, и губы его расползлись в довольной улыбке. — Почти готова. Надо помочь. — с этими словами он положил свою массивную ладонь с черными заостренными ногтями ей на лоб. Девушка дернулась, и еле слышно застонала, а все ее тело начало трясти. — Не смей! — заорал Ангел, подскакивая к Демону, и хватая за запястье, дабы убрать его руку подальше от несчастной. Светлая энергия мгновенно выжгла багровые следы на запястье, и теперь пришла очередь Демона орать от боли. Вне себя от ярости, он со всей силы толкнул Ангела в грудь, отбрасывая на несколько метров. — Да как ты смеешь, мерзость, чертов святоша, дрянь! — продолжал вопить Демон, — Она принадлежит МНЕ, и ее душонка пойдет СО МНОЙ!!! — Пошел нахуй! — заорал Ангел в ответ, — Она живая и БУДЕТ ЖИТЬ! Демон замахнулся на него, намереваясь пробить кулаком ребра, однако, Ангел ловко схватил его руку, награждая новыми ожогами. Но и Ангелу такая оборона далась нелегко — большое количество светлой энергии потратилось в этой схватке. Он был теперь сильно ослаблен, чего Демон никак не должен был заметить. В противном случае, конец его будет быстрым и болезненным. Он мог бы прикоснуться к Безусловной Любви и набраться сил, но для этого нужно было покинуть этот мир, оставляя Демона один на один с девушкой. — Ну, хорошо… — проговорил Демон, потирая поврежденную руку. — Я уступлю тебе ее. Спасай. Мне плевать, она не первая и не последняя. Демон подозрительно легко сдался, отходя в сторону, и жестом приглашая Ангела пройти к девушке. Ангел присел рядом с ней. Она продолжала тихонько постанывать, и дышала теперь совсем слабо. Ангел заметил, как губы Демона расползлись в нехорошей улыбке. Конечно, можно было продолжить этот бой. Прогнать паршивую сущность прочь. Из последних сил… Девушка вновь издала тихий стон, возвращая внимание Ангела себе. Он осторожно поправил ей шарф, и подтянул сползшую шапку. — Что, и спасибо не скажешь? — язвительно процедил Демон. — Ты не вызываешь у меня доверия, как и желания благодарить. — сухо ответил Ангел, глянув на того исподлобья. — Лучше скажи сразу, что ты задумал? — Я? — кротко и тихо ответил Демон. — Ничего. Где же твоя Иисусова доброта, небесный житель? Или, ты не в состоянии ответить на МОЕ добро? — Я не Иисус, так что, шел бы ты нахуй… — вновь повторил Ангел недавний посыл. Демон на это многозначительно цокнул, и стоял теперь, тихо наблюдая за происходящим. Сколько раз за свою земную жизнь Ангел посылал нахуй кого-либо? Не счесть. Жизнь панк-рокера будто бы обязывает к надменной дерзости. Даже если твоя группа несет людям добро, ЗОЖ и вегетарианство. Ангел горько усмехнулся. Нет, в этом определенно была какая-то ошибка. Не того Бог назначил Ангелом. Бог, в которого он никогда не верил. — А ты не такой уж паинька… — Демон внезапно тихим и кротким голосом сбил его с мысли, вызывая раздражение и досаду. — Может, перейдешь к нам? Оденешься получше… И вдвоем мы быстрее с ней разберемся. Ангел резко поднялся и развернулся к нему, окончательно разгневанный подобной наглостью, желая ответить тому в лучших традициях приверженца панк-рока, однако, Демон не дал ему ничего сказать. — Угомонись. — примиряюще поднял он мощную руку. — Или собрался снова послать меня? Брось, это не оригинально. — Ты кажется сказал, что отвалил от нее?! Так чего тебе еще надо здесь?! — огрызнулся Ангел. Он смотрел Демону прямо в глаза, смело, вызывающе, точно бунтующий подросток, а не представитель Света. Ангел ждал ответа, и готов был сразиться за жизнь девушки, чего бы это ему не стоило. В его земной жизни подобный настрой творил чудеса, позволяя выстоять в любых трудных ситуациях. А их было немало, да и что говорить, все они были созданы им же самим. — У меня есть предложение. Я вижу, что ты слаб, и спасти ее ты не сможешь. Растерял все свои силы. Но, я могу помочь. Ей нужно попасть к людям, чоб ее увидели и спасли. — Каким образом? — усмехнулся Ангел. — На руках донесешь? — Что ты, лучше! — обманчиво дружелюбно рассмеялся Демон, махнув рукой. Внезапно, лицо его стало серьезным и зловещим, а глаза загорелись красными жуткими огоньками. Он широко растянул свою мерзкую улыбку, и продолжил: — Я действительно подниму ее, и она сама дойдет, даже не понимая, как она смогла. Но, есть один момент… Мне нужно, чтобы ты позволил мне вселиться в нее.