Моя любовь - лишь иллюзия в твоих глазах

Сейчас Король-Император и его Королева-Императрица сидели в гостинной отделанной в фиолетовых оттенках. Пурпурные обои с белым узором, сливовый потолок и вишнëвый паркет, красивая и дорогая мебель из красного дерева отделанная красивыми узорами прекрасно вписывалась в интерьер. На данный момент, Пиковый Король сидел в мягком бархатном кресле в чëрных брюках, белой рубашке, чëрных туфлях и всë с такими же лохматыми волосами, но уже со стриженными. В руках он держал чашку, наполненную чëрных чаем. Напротив него, в таком же кресле, сидела его жена. Рин была одета в лавандового цвета просторного халат, потому что еë живот не давал ей одеть что-то обтягивающее. — Скажи, ты когда-нибудь хотел отправится в путешествие? — спросила дева, складывая руки на своëм животе. — К чему вопрос? — Просто хотела узнать, може мы… Договорить она не успела. Рин резко согнулась пополам. С невероятной для неë положения резвостью она поднялся на ноги и подошла к Пику, который даже не смог нормально среагировать, поэтому просто поднял руки в защитном жесте. Но жена не собиралась его бить, как она могла это сделать в связи с перепадами настроения. Она подошла близко-близко, так, что можно было детально рассмотреть еë яркие жëлтые глаза. — Кажется началось.. - Пик ошарашено молчал, переводя взгляд сжены и на еë живот. Он-то думал, его сейчас повалят на пол и будут бить. — Схватки? — отрывисто спросил мужчина, пытаясь перехватить блуждающий взгляд. — Да, — кивнула девушка, зажмурившись. Король-Император сразу же взял жену на руки и быстрым шагом пошëл в больничное крыло замка. Королева же начинала стонать и скулить. Она держалась за живот, было видно, как ворочается ребенок, как схватки сотрясают все тело, прокатываясь волной… Пик несëт и чувствует как по его рукам текут мутные воды с кровавыми прожилками. Он не знал, хорошо это или плохо, он знал только, что теперь дело пойдет быстро. Схватки накатывали одна за другой, не давая Рин передохнуть. Наконец-то дверь распахнулась. Король с королевой на руках забежали в палату гле сидел шокированный врач. — Чо расселся!? Мне вместо вас принимать роды!? - восьмой положил жену на койку, коя была в палате. Еë колотила крупная дрожь, дыхание с хрипом вырывалось из легких, а ноги она и вовсе не могла свести. — Ваше величество, вы можете не много потерпеть, мне нужно вас осмотреть. — Не могу! Ребенок… Он уже… выходит… — бормотала она, пытаясь лечь. — Черт! — Я за Фионой! — крикнул второй врач и, не дожидаясь разрешения, ринулся вниз по лестнице. Пик же тем временем бездумно пялился на Рин, которая напрягала все мышцы живота и спины, пытаясь вытолкнуть ребенка. От каждого усилия еë сотрясала дрожь, лицо стало пунцовым. Она не кричал, только пыхтела, надувая щëки как дитë. В кабинет вошла женэщина с ярко фиолетовыми волосами и в больничной форме. — Так, что тут у нас? — Роды. — А кто это у нас поет? - присела рядом с Рин и, мягко положив ладонь на ее напряженный живот, тихо спросила, - Схваточки усилились? Немного подождала, отсчитывая секунды, – Сейчас перерыв? Роженица облегченно кивнула. Фиона приставила трубочку стетоскопа к животу женщины. Сердечко плода билось ровно и часто. — Пик, я боюсь! Вдруг что не так пойдет?! — С чего бы это? Если ты вместе с нами будешь стараться, то все должно быть хорошо. - ответила вместо короля ей врач. — А как же тот самый риск что я могу умереть во время родов!? — Его не случится! Обещаю!! — Опять схватка? – живот Ринэ под ладонью Фионы вновь напрягся и отвердел. Дождавшись, когда схватка в очередной раз ослабла, она с улыбкой кивнула: — Одна минута и перерыв пятнадцать секунд. Роды идут своим ходом. Ребеночек сейчас продвигается головкой в малый таз. Так что старайся не вертеться и не садиться. Хорошо? И не волнуйся, я буду рядом. Женьщина подошла к другому врачу, что-то обсуждая. На обменной карте красной пастой красовалось размашистое распоряжением главного врача: принять на роды в любое время! В такой ситуации нужно быть готовой к чему угодно. — Пайк, какой интервал между схватками? — Они постоянные, – спокойно ответил тот. Девушка приставила трубку к еë животу ниже пупка. Передвинула выше, послушала справа и слева. Сердцебиения она не услышала. Сердце екнуло, хотя сложность прослушать плод при тонусной матке - дело обычное. И тут она заметила мокрую простыню под роженицей: — Когда отошли воды? - обратилась та уже к Императору. — Сейчас. Пальцы акушерки безошибочно определили нежную макушку плода. — Давай - ка повернемся на бок. Вот так. Потужиться хочется? Ответом послужили стоны и кряхтение. — Король-Император, попрошу вас покинуть палату. - мужчина без пререканий покинул медкабинет и остался ждать в коридоре Э Пик сел на скамейку возле кабинета и слышал все стоны и оры своей жены. Он понимал что вот-вот на свет появится его первенец. Его сын. Его наследник. И это самое время задуматься над тем, что он испытывает к Рин. Правда ли это любовь? За то время что он ждал рождения ребёнка и во время истерик жены он сильно в этом сомневался. Но сейчас, когда та со слезами буквально умоляла его остаться рядом, сердце как-то больно ëкнуло. Это привязанность. Но сейчас не это волновало восьмого. Он думал как увидит своего сына, что совсем скоро и произойдёт. Представляя как его сын будет рости у него на глазах, как они с Рин будут счастливы, как он произнесëт первые слова, как начнëт ползать а уже затем и будет бегать по всему замку, как он взойдëт на престол, на лице невольно всплыла улыбка. Он ждал этого дня. И он настал. Тем временем Фиона и Пайк, помощник акушерки, сидели на кровати по обе стороны от Рин и успокаивали еë, как могли, держали еë за руку и осторожно промакивали ей лоб салфеткой. — Как же больно... — прошептала Майлэн, когда схватка немного отпустила, — сколько же мне еще мучиться... — Совсем немного, ваше величество — успокаивала еë Фиона. — Я хочу прекратить эти муки... — простонала Рин и опять закричала. — Ничего, совсем скоро всë пройдëт — подбадривал еë Пайк, держа королеву за руку. Час спустя, когда у Рин начались потуги, все были измотаны до предела. Рин — физически, устав от бесконечных схваток и изматывающих криков, а врачи — морально, страдая от того, что никак не могут облегчить еë мучения. Королева чувствовала себя, как выжатый лимон. Когда схватки прекратились и стало ясно, что роды перешли в заключительную стадию, Фиона быстро протерла руки спиртом и пересела к ногам императрицы. — Скажите мне, если что-то почувствуете, — предупредила та, глубоко дыша, чтобы успокоиться. — Ребенок... Ребенок... — забормотала девушка пару минут спустя. Приказав не паниковать, врач подняла одеяло. Увидев головку ребенка, женщина быстро подсунула руку под головку ребенка, как учили на курсах. — Ты молодец — прошептал Пайк и слегка поморщился, когда она схватила его с такой силой, на которую, он не представлял, она способна. Много раз он шептал ей успокаивающие слова, хотя Рин затерялась в дымке боли. — О Боже, меня тошнит! — закричала та, ей подставили блюдо, и Рин незамедлительно вырвало. Пайк держал ее волосы и продолжал медленно потирать спину. — Ох, моя малышка, тужься. - Фиона подбадривала еë как могла. — Мне больно! — закричала лилововолосая, заливаясь слезами. — Я знаю, госпожа. Я знаю. Но она будет недолгой. Ты сейчас в переходной фазе, и совсем скоро ребенок будет уже здесь. Рин кивнула, продолжая плакать. Пайк же чувствовал себя беспомощным. Его знания и опыт ничем не могли помочь. Проведя ещë одно обследование, врач заявила. — Десять сантиметров, госпожа. Осталось недолго, дорогая. — Ваше величество, тужтесь. — Госпожа, все хорошо, — подбодрила девушка скорее себя, чем Рин — ваш малыш скоро будет с вами, только нужно ему немного помочь. Ну давайте же, подтолкните его чуть-чуть... Перед глазами поплыли круги. Все кругом закачалось, поплыло. Рин стала вскоре терять саму жизнь. Мелькнула мысль, что она умрëт во время родов и не увидит своих деток. — Она без сознания!! — Боже, приведите еë в чувства! — Как ребенок? — Застрял. — врач просовывала пальцы под горло ребенка, чтобы не перекрылись дыхательные пути, — если она не потужится, ребенок задохнется... — Ты можешь его вытащить? — Нет, — покачала головой та, — тянуть нельзя, я могу повредить позвоночник. С помощью нашатырного спирта Рин быстро вернули в сознание. Она держалась за асистента, когда ей нестерпимо захотелось тужиться. Это было инстинктивным желанием, которое невозможно было проигнорировать. Скорее землю легче остановить, чем еë. К счастью, Фиона уже была на подходе, чтобы принять ребенка. — Хорошая девочка, вот так. Красавица. Продолжай. На протяжении почти двадцати минут она попеременно тужилась и дышала. Не в силах совладать с собой, они постоянно проверял еë состояние, а потом возвращались к родам. — Хорошо, еще один толчок — сказала Фиона. Кряхтя от натуги, та собралась и толкнула изо всех сил. Сильное жжение стало подтверждением, что голова ребенка появилась на свет. — А-А-А-А-А! — закричала она от боли. Ей казалось, ее разрывало надвое. Это было невыносимо. — Молодец, Рин. Почти все. — поощрила свою королеву акушерка. Рин же кивнула в знак благодарности, слова были излишними. Началась следующая схватка и императрица издала практически нечеловеческий крик, она толкнула и почувствовала уменьшение давление, словно отпустили резинку. — Ты умница. Я разверну плечики, поэтому не тужься до следующей схватки. Было тяжело, но Рин смогла удержаться. Началась очередная схватка, и она не выдержала. Она почувствовала, как вместе с остатками околоплодных вод выходят сначала плечики, а потом и остальные части тела. Пайк задержал дыхание и выпустил только тогда, когда ребенок издал громкий возмущенный вопль. Фиона подняла извивающегося младенца и быстро осмотрела, одним махом перерезала пуповину ножницами и стала зашивать еë. Рин же сейчас чувствовала что вот-вот отключится, но держалась из последних сил. Она просила показать ей еë сына. И вот, она лежит и на еë руках лежит маленький свëрточек с маленьким тельцом маленького человечка. Его маленький носик подрагивал. Не сдерживая эмоцый, Рин разрыдалась от счастья. Переутомление и испытанные сильные нагрузки пересилили еë желание остаться с сыном и она провалилась в сон. Ребëнка же отнесли на обследование. В эту ночь, 7 января, у Пикового Короля и у его жены родился сын.