два совершенно разных

«ричард, подмени меня на смене». казалось бы, простая фраза для брата-близнеца. своеобразная привилегия на пути социальной лестницы — вот, ты стоишь в самом её начале, а кто-то сильно на тебя похожий помогает делать первый шаг, ты — второй, и коллективным трудом виднеется центр, если не последние ступени. главная проблема заключалась в том, что. ну, они выросли в двух зрелых взрослых мужчин, а что главное — разных. коннор это понимал смазанно, под своей призмой: на кассе главное — работать, так что руки в ноги и не забудь бейджик. ричард стерн на одну смену становится коннором стерном и немного опечален (у него выходные; вроде бы проблема нехватки времени в забитом графике брата — проблема брата, а не родственников). на работе его узнают. странно было бы, не узнай младшего брата-близнеца коллеги старшего брата-близнеца. да и глаза им птицы не склевывали, в чём проблема сопоставить двух совершенно разных мужчин друг с другом? джеффри фаулер — то ли закупщик, то ли менеджер, то ли хуй с горы — заскочил ненадолго, поздаровался с коннором стерном (и остальными, естественно), что-то забрал и смотался. ладно, возможно их «общие черты» узнаются только в более близком контакте, чем в редком привет-пока. …возможно. ричард, обиженный богатым опытом со школьного периода, отстаивал свою индивидуальность до последнего вдоха, если требовалось, потому что у них с коннором настолько разное всё, что сравнивать их некомпетентно и неуместно. яркий пример: — почему вы сразу поняли, что я не коннор? — ну, знаешь, — девушка, знакомая ему не понаслышке красиво опирается на стойку, стопроцентно готовая выдать психологический анализ и разбор из типов личности. — коннор знает, что делать. отвратительный пример, но дельный. ричард обещается выполнять любую работу и временно приравнять себя к стажёру, хлопать глазками и извиняться от чистого сердца и здоровых почек, как его учили перед зеркалом. извините, что так долго, извините, что криво, не так, как вы хотели, как вам нужно, а почему нельзя послать нахуй и уйти? жаль, что коннор сделал такой отвратительный выбор с работой. в какие-то определенные моменты его заменяли. извиняться и слушать бла-бла-бла под нос не нужно — радовало. тот факт, что приходилось это делать за других, не сильно беспокоило (он стажёр и замена почти-профессионалу, не хочется портить его итак шаткое положение в рабочей иерархии даже такому, как его брат-близнец). к примеру, были волны утром (завтрак и чашечка кофя, а лучше пол-литра разом, чтобы ебануло до вечера), обеденный (до пизды деловой, грубо говоря), и послерабочий (уставший и хоть что-нибудь, чтобы не вырубиться). ему указали на график работы, на список причин, когда и как именно разгонять посетителей, слегка пренебрегших общественным местом, указали на чисто свой жестовый язык и кнопки быстрой помощи. учить основным обязанностям его не стали, потому что к концу вводной части (которая в себе не несла ровно нихуя полезного) болели виски. просто отметься за брата, улыбнись и привлекай к себе положительные эмоции — работа простая, для стажёра-однодневки сгодится. на небольшой паузе ему разрешают залезть в телефон, чем ричард пользуется. открывает переписку с братом и пишет, что уже устал, а прошло от общей смены где-то треть. коннор отправляет весёлый смайлик, который вот вообще не веселит. в зале включают музыку для фона, но скоро песня заканчивается и наступает очередь следующей, никак для фона не подходящей. каждое утро в иерихоне начинается одинаково. это уже обычай, традиция. каждую смену включают фоновую музыку, слоу-ремиксы и инструментал ради уютной товарищеской атмосферы. иногда, право, когда «большие дяди» ни за кем не наблюдают, работники подключают свои плейлисты (однажды, к примеру, полдня они провели под «розовую пятницу»). к полудню ричард вошёл во вкус. ничего не смущало: ни вредные покупатели, ни дайте-скидку, ни че-так-долго. даже бьющая по ушам ники минаж приелась и чувствовалась. в один момент, объединившись в совет иерихона, работники намекнули, что настала очередь ричарда стерна постоять за стойкой и попробовать себя в деле. тем более, кто-то хотел выбежать покурить, и «ничего не случится за пятнадцать минут, держитесь пучком». за эти пятнадцать минут зашло трое. двое женщин и один мужчина. одна девушка кассу прошла мимо, направляясь к уже занятому столу; вторая засела в угол с ноутбуком; а мужчина, к сожалению ричарда (точнее, коннора стерна), шел к кассе. он заказывает эклеры и кофе. одно в синем стаканчике, второе — с коньяком, и просит нарисовать на нём член. что? член. вы уверены? да, покупатель был уверен. лисий взгляд не испортили даже зло поджатые губы. он всем своим видом намекал, что ничего необычного и станного в его просьбе нет. ладно. два совершенно разных кофе с совершенно разными требованиями, на одном надо попросту чиркнуть член. плюс два эклера, шоколадный и банановый. стоящий рядом для подстраховки парень глянул на ричарда, исполняющего обязанности коннора, и одним взглядом дал понять, что делать такое богохульство не собирается под дулом пистолета, поэтому отдал два готовых стаканчика и протянул маркер, откопав его в столе. пришедшея к тому времени норт, оставляющая за собой горький шлейф сигарет, толкнула джоша, мол, «хуйней не страдай и помолись за меня в воскресенье». уже забирая заказ, в иерихон зашёл ещё один мужчина. покупатель перевёл всё своё внимание на него и протянул стаканчик с чётко различимым членом — ради такого цирка ричард постарался от души. — надо было тебя в дет-дом сдать. — тебя было бы проще туда вернуть. наблюдать за трогательной сценой получилось недолго. двое мужчин сразу отошли к свободным местам, покупатель отдал банановый эклер второму, пришедшему позже: «завязывай с весенним обострением, а то изнамекался весь». вдвоём они выглядели необычно: одного роста и привычек, некоторые черты лица угадывались друг у друга, ответы одинаково пахли желчью, но не сопернической; короткий ёжик на конский хвост, зеркально проколотые мочки уха и вообще не похожий стиль. прикольные. чем-то напоминали их с коннором. больше никто не зашёл, поэтому ричарду разрешили сдать пост и спокойно отсидеть дальше. время шло, брат не писал и не появлялся в сети; временные коллеги расположились недалеко от него и обсуждали, как же хорошо в перерывы от волн. джош просил — умолял, скорее, если так можно выразиться — норт не включать свой ужасный хип-хоп, а она в своей манере указывала ему прямую дорогу нахуй. — можно ещё два синнабона? — отвлекло их минут через двадцать. ричард решил добить парочку самостоятельно и дополнил заказ. — коннор стерн… — рука слегка вздрагивает, стоит покупателю прочитать чужое имя. брат-близнец не говорил про постояльцев, ничего, кроме бейджа, не дал. помимо них вряд ли кто смог заметить несоответствие. да и если, не пойдет же он жалобы писать, верно? — благодарю. ричард клянётся, что не напрягал слух, лишь бы услышать, что он сказал второму. именно поэтому улыбнулся, когда до него дошло «он коннор». (нет, он не коннор, но это мелочи). мужчина в кожаной куртке и жирным членом на стакане бросил в сторону кассы такой смешанный и нечитаемый взгляд, что стало не по себе. не сложно понять: внимание он направил именно на ричарда. или на коннора. он знал его? вариантов пришло множество: может, он один из постояльцев, запомнивших кассира; может, он имеет счета с самим ричардом, но это вряд ли — он бы знал гипотетическую причину или мужчину. коннору писать и спрашивать «кому я член нарисовал?» желания не появилось. по крайней мере льстило, что их вполне возможно различить. они изучали друг друга какое-то время, пока второго не пнули под столом. потом норт прибавляет громкость назло джошу, привлекая так же внимание посетителей, и под ники минаж продолжается рабочий день, будто ничего сверхъестественного не происходит. в дверях зазвенели колокольчики (вообще не в тему, но кто-то из рабочих другой смены настоял на их присутствии). ричард первым обратил внимание и расслабился. — коннор? — подал голос один из двоицы, уже собравшихся на выход. — мистер рид? — как знал, что не в матрице, — выдыхает он и выбрасывает стаканчик с нарисованным членом. кивает брату, — новенький. хотят ко мне поставить. — уже решено, что меня ставят к лейтенанту андерсону, — отмахивается коннор от возможного сотрудничества с неким ридом и дальнеших его комплиментов. — мне выбор понравился, ему тоже. — хэнку ничего не нравится. я только тебе удачи пожелаю. поверь, она ещё понадобится, если собираешься с ним работать, а не заменять. стерн-старший для вида улыбается, так, как умеет только он: «класс, а теперь отъебись», и забирает у брата-близнеца бейдж, кивает коллегам и всем своим видом даёт понять, что планирует доработать последний день в иерихоне. — ещё увидимся, — кидают вслед и почему-то, да, они всяко ещё увидятся. мир тесен, а будучи младшим братом коллеги инкогнито-рида шансы возрастают вдвойне. комично получилось.