По ту сторону стекла

Пик сидел на своей мягкой водорослевой кровати, прокручивая все варианты причин, по которым отец мог вызвать его. Странно. Он же только недавно был в тронном зале, неужели нельзя было сразу сказать, если это действительно что-то важное? Пик поджал под себя свой темно-фиолетовый, местами черный акулий хвост и обхватил его руками. Затем пошевелил огромным хвостовым плавником: легкое колыхание кончиков в воде даровало Пиковому принцу некое спокойствие, мысли не бегали, а тихо и мирно лежали на полочках разума. «Будь спокоен, будь спокоен…" — закрыв глаза, Пиковый король (по масти) повторял эти два на вид простых слова снова и снова, пытаясь вырвать из прошлого оборванные, облезлые кусочки тусклых воспоминаний детства. Нет, детство желтоглазика не было каким-то страшным, залитым жестокостью. Наоборот. У него были любящие родители, которые не жалея сил, отдавали себя полностью своему государству, его процветанию и безмятежному будущему для потомков. Жаль, что Королева Селестия умерла, когда Пику было всего шесть лет. Из ее образа он запомнил только ее нежный голос, что по ночам пел ему милые колыбельные, и нежные руки, которые так и норовили приобнять и обласкать своего сына. Тяжелая утрата. Каллен (отец), хоть и смирился со смертью супруги, но второй раз женится отказался. Он решил посвятить себя своим детям, чтобы те не грустили и старались не ощущать отсутствие материнского тепла и уюта. Кроме Пика есть еще младшая сестренка — Афина. Девушка с бледно- лиловым хвостом с белыми окантовками на чешуйках была словно срисована с матери — каждый ее локон черных, как смола, волос повторяли материнские пряди, а голубые глаза помогали ни Пику, ни Каллену не чувствовали себя одинокими. Сестричка была их лучиком света в кромешной тьме: никогда не грустила, всегда танцевала и пела песни, затягивая в своеобразный ураган счастья своих самых близких и единственных русалов. Пик вздохнул. Мысли вновь потихоньку ворошили извилины мозга, раздражали, заставляя появляться еще более запутанным концепциям. Руки невольно потянулись к кипящей от тяжелых воспоминаний голове, хватаясь за нее, одновременно заставляя острые акульи зубы сомкнутся, надавливать на десна, ранить их. Так всегда происходило, когда Пик оставался в полной тишине и одиночестве — паника охватывала его железными когтистыми лапами и не отпускала, пока принц не засыпал в мучениях. Отец и сестренка не знали об этой проблеме — Пик считал себя достаточно взрослым, чтобы потихоньку перебирать тяжести отца на себя, тем самым облегчая ему работу, и самому решать свои проблемы. Это и повлияло на его замкнутость и холодное отношение к посторонним. Недоверие…