Случайности бывают разными

Цзян Чен прибыл в Гусу буквально полчаса назад. А все потому что Цзинь Лин захотел здесь обучаться. Его племянник уже как месяц здесь учится. И ведь ни разу не написал своему родному дяде как у него дела! Если бы это было бы не Гусу, а другой какой-нибудь орден, он бы несильно беспокоился. Но это ведь Гусу, в котором черт знает сколько правил! А зная своего не слишком послушного племянника, беспокойство Цзян Чена не было напрасным. И вот он сидит рядом с главой ордена, попивая неизвестный ему сорт чая и ждет, когда закончится занятия А-Лина. По правде говоря вкус у чая был странным. Но мужчина не мог понять что именно в нем было странное. Посмотрев на непонимающие лицо Лань Сиченя, Цзян Чен понял что с чаем явно что-то не так.  Уж слишком задумчивое было лицо у главы ордена Лань. Только он хотел было спросить, что с этим чаем не так, как в его глазах потемнело, потом резко вспыхнуло, а затем и вовсе закружилась голова.                                  *** Темно. Почему так темно? Был же день. Или это он заснул? Прямо перед главой ордена Лань! Цзян Чену стало неловко. Он сразу же попытался сесть, но понял что его что-то накрывает. Он закопашился судя по всему в складках ткани и спустя несколько минут по глазам резанула вспышка света. Так получается было темно не из-за того что наступил вечер, а из-за ткани которая его накрывала. Стоп! Откуда здесь такая знакомая на ощупь ткань? Цзян Чен опустил голову вниз и не поверил своим глазам. Это были его одежды. Он взял в свои маленькие руки свой почему-то большой пояс. Руки... Его руки стали меньше! Он стал в панике огдлядывать себя, но без зеркала это плохо получалось. Вдруг он услышал шевеление рядом с собой. Цзян Чен повернул голову. Его шоку не было придела. Ведь из под белых тканей выполз маленький Лань Сичень! -Цзэу-цзюнь?! -В Гусу запрещено шуметь, - машинально сказал он. - Что такое? Лань Сичень открыл глаза и медленно повернул голову в сторону Цзян Чена. Теперь его очередь удивляться. -Саньду Шэншоу?! Лань Сичень придвинулся чуть ближе и взял своими маленькими ручками лицо Цзян Ваньина. Заглянул в удивлённые глаза. -Так я и думал, - нервно усмехнулся он. - Извините, глава ордена Цзян, кажется мои ученики перепутали травы и случайно вместо моего чая принесли один из своих экспериментов. -Случайно! - лицо Цзян Чена вспыхнуло. Его негодованию не было придела. -Прошу вас, не нервничайте, - мягко попросил Лань Сичень. Все таки он был от части виноват, что не проверил что именно заваривается в чай. - Свойство этих трав должно пройти через неделю. -И что вы мне предлагаете делать всю эту неделю? - раздраженно вздохнул Цзян Чен. Как я покажусь сейчас Цзинь Лину? -Для начала нам нужно найти подходящую одежду. - Лань Сичень завернулся в какую-то деталь своего гардероба. - Пойдемте! И забыв про всякий этикет, глава ордена Лань схватил Цзян Чена за руку и куда-то потащил. Цзян Ваньинь только и смог что прикрыть свое тело.                                   *** -Дядя! - выкрикнул Цзинь Лин, забыв про всякие правила и входя в комнату. - Почему ты... Он не договорил. Его глаза округлились до размеров чашек. -Ты чего встал на пороге, Цзинь Лин! - весело проговорил Вэй Усянь и похлопал паренька по спине. - Неужели дядю не узнал? Как только он это сказал, его глаза приобрели такую же форму что и несколько минут назад у Цзинь Лина. -А твой брат времени даром не теряет, Лань Чжань! - с улыбкой выпалил Вэй Усянь, глядя на разбросанные одежды на полу и разлитый чай. - Да и Цзян Чен тоже хорош! -Мм? - удивленно промычал Лань Чжань, тоже глядя на этот беспорядок. *** Лань Хуань привел Цзян Чена в свои покои. Да еще и умудрился привести так, что их никто и не заметил. Цзян Чен стоял по середине чистой комнаты, в которой не было ни одного изъяна и наблюдал за хозяином этой самой комнаты. Тот, удалившись на пять минут, вернулся уже со стопкой детских вещей, которую обычно носили ученики клана Лань. Один из комплектов он отдал Цзян Ваньину и показал ему где можно переодеться, тот благодарно кивнул. Быстро переодевшись Цзян Чен вернулся в комнату, где уже стоял абсолютно одетый маленький Лань. Было немного не привычно видеть главу ордена Лань таким милым малышом. Ваньинь раздраженно засопел, ведь сейчас он выглядит точно таким же милым малышом, как и Лань Сичень. -Приношу еще раз свои извинения. - мило улыбнулся он. -Да чего уже сожалеть, - отмахнулся Цзян Чен и посмотрел на Лань Сиченя. Он не смог сдержать улыбки. Лань Сичень был безупречен. На одежде ни одной складки, волосы аккуратно прибраны. Вот только лобная лента почти слетела с его лба. Еще чуть-чуть и она сползет прямо ему на нос. Это было так мило и очаровательно, что Цзян Чен не сдержался и взял конец ленты. -Она сейчас слетит с вашего лба. - Предупредил он. Лань Сичень же замер, а потом и вовсе залился краской. Цзян Чен же ничего не понял и удивленно посмотрел на своего собеседника. -Вы так и будете стоять? - спросил Цзян Чен, а когда увидел, что лицо Лань Хуаня еще больше покранело, тяжело вздохнул и сам завязал ленту так, чтобы она не свалилась. Отошел на несколько шагов, придирчиво посмотрел, а затем протянул руку и немного поправил. Лань Сичень так и стоял, как вкопанный, да к тому же еще и красный. Цзян Ваньинь удивился такой странной реакции Лань Хуаня. А потом вдруг вспомнил, что лобная лента имеет какое-то особенное значение для гусуланьцев. Вот только какое именно он не знал. Цзян Чен сделал зарубку в памяти, чтобы поинтересоваться потом у Вэй Усяня. Ну а пока он смотрел на совершенно красного Лань Сиченя и не мог понять в чем дело. Этот неловкий момент прервал ворвавшийся, как вихрь, в  комнату Цзинь Лин, а за ним и Вэй Усянь, который пытался его удержать. Ну а следом за ними в покои медленно и грациознно вплыл Лань Чжань. -Дядя... - Цзинь Лин в какой за сегодня раз остолбенел. -И чему же ты научился в Гусу, что так орешь и врываешься в чужие комнаты? - строго спросил Цзян Чен и скрестил руки на груди. Его племянник замялся и даже кажется немного покраснел. -Ого, какая прелесть, Цзян Чен! - воскликнул Вэй Усянь. - А я то уж подумал, что у тебя личная жизнь налаживаться стала. -А ты зачем сюда приперся? - не слишком вежливо спросил глава ордена Цзян. -Я хотел проверить своего любимого братика! - лучезарно улыбнулся тот. - О, Цзян Чен, ты такой милашка! Так и хочется тебя за щечки взять. Вэй Ин сделал в сторону Цзян Чена несколько шагов. Тот же дернулся и отошел за спину стоявшего рядом Лань Сиченя. -Ты чего удумал! - возмущенно прокричал Цзян Чен из-за спины Лань Хуаня. Глава ордена Лань не смог удержать свой смех. Настолько милым был сейчас Цзян Чен. Честно говоря, ему самому хотелось потискать главу ордена Цзян. Он бы его и на ручках подержал, но сейчас Лань Сичень сам был не намного выше Цзян Чена. Ну может быть чуть-чуть повыше. -Дядя...ты...Как? - шок Цзинь Лина был безграничен. -В этом виноват я, - смущенно и одновременно виновато сказал Лань Сичень. Лань Хуань выглядил таким милым, что на него не возможно было злиться. Цзян Чен лишь вздохнул. Кажется, его очаровал маленький Лань Сичень. -Я же уже сказал, что не виню вас. - Цзян Чен смущенно отвел взгляд в сторону. Вэй Усянь это заметил и чуть не подавился воздухом. Его брат и такой милый! Неужели на него так влияет Цзэю-цзюнь? -Что нам с ними делать? - Цзинь Лин присел на корточки рядом с малышами. -Ждать когда действие зелья закончится, - пожал плечами Лань Сичень. - Нужно потерпеть одну неделю. Глава ордена Цзян, не окажете ли вы мне честь, погостить немного у нас? -Хорошо, - немного подумав, ответил Цзян Чен. -Просто прекрасно! - Лань Сичень лучезарно улыбнулся. - Я вас провожу до гостевых покоев. -Стойте! Вам нельзя одним! - воскликнул Вэй Усянь. - И вообще пусть Цзян Чен поживет у н... Его просто не дослушали. Цзян Ваньинь схватил за руку Лань Сиченя и быстро выбежал из его покоев. *** И только когда они отошли на достаточное расстояние Цзян Чен смог немного расслабиться. Нет, ну что удумал этот жук! Да он, если бы остался у них на ночь, то точно бы не уснул. Ведь Цзян Чен хорошо знал своего брата. А то как он на него сейчас смотрел вообще пугало. Поэтому, Цзян Ваньинь не выдержал и постыдно сбежал. Справа послышался тихий смешок. Он повернул голову. Это Лань Сичень тихо смеялся в свой рукав. Заметив, что на него обратили внимание, Лань Сичень попытался убрать улыбку, но это у него плохо получалось. -Прошу прощения, - тихо сказал он. -Вы опять извиняетесь, - он закатил глаза. Во взрослом обличии это выглядило бы раздраженно, но в детском это было так умилительно и мило, что Лань Хуань улыбнулся еще шире. Цзян Чен вопросительно посмотрел на него. -Вы просто очень милый, - не удержался Лань Сичень и мягко посмотрел на лицо своего собеседника. -И вы туда же, - фыркнул Цзян Чен и отвернулся. Но Лань Сичень успел заметить охвативший его румянец. На реакцию своего брата он реагировал совсем по-другому. Это почему-то грело душу Лань Сиченю. За таким диалогом они и дошли до гостевых покоев. -Отдыхайте, глава ордена Цзян. Надеюсь, вам приснятся хорошие сны. Он нежно улыбнулся и вышел. Цзян Чен проследил, как закрывается дверь и с тяжелым вздохом сел на кровать. Он был еще немного смущен. Его никогда не называли милым. И сейчас услышать это от Цзэу-цзюня было очень смущающе и... Да черт возьми, приятно! До Цзян Чена дошло, что на его губах застыла глупая улыбка.                                     *** Весь следующий день Цзян Чен провел в своих покоях. К нему приходил Вэй Усянь, но он от него спрятался. К нему также приходил А-Лин. Цзян Чен не смог его прогнать, да и честно говоря, он по нему соскучился. Это же из-за него вечно занятой Саньду Шэншоу приехал в Облачные Глубины. Единственного племянника он любил, хоть и редко это показывал. Он часто его ругал, пытаясь тем самым воспитать. Неугомонный Цзинь Лин вечно во что-то влезал. И у Цзян Чена просто не хватало нервов тихо обьяснять почему так нельзя, как делала его сестра. Но зато он всегда был рядом и пытался поддержать. Цзинь Лин это понимал и почти не обижался на дядю. После ухода племянника, Цзян Чен сел за стол и начал читать письма и важные документы, которые ему привезли из Пристани Лотоса. Дел как всегла было много. Он даже не заметил, как наступил поздний вечер. Отвлек его стук в дверь. И на раздраженное «Кого еще тут приенесло?!» ответил тихий голос: -Господин Цзян, позволите ли вы мне войти? Цзян Чен стукнул себя по лбу за не очень вежливое приветствие, но потом подумал, что пришли все таки к нему и пошел открывать дверь. На пороге стоял Лань Сичень. Он держал поднос с едой и как всегда вежливо улыбался. Казалось, из-за того что он стал маленьким, он был еще милее и очаровательней. -Я вас сегодня целый день не видел и поэтому начал немного волноваться, - смущенно начал Лань Сичень. - Позволите ли вы мне с вами отужинать. Цзян Чен молча кивнул и пропустил его в комнату. Лань Сичень поставил на свободное место на столе поднос, пытаясь не уронить бумаги. Цзян Чен же их поспешно убрал. Когда все было прибрано, они начали ужинать. По правилам Гусу разговаривать за едой было нельзя, поэтому ели в тишине. После не слишком плотного ужина, последовал чай. Цзян Чен настороженно посмотрел на предложенный напиток. -Не волнуйтесь, я проверил, - поняв настороженность главы ордена Цзян, сказал Лань Сичень. Хоть Цзян Чен и сказал что не злится на него, но ему все равно было немного неловко. За чаем они тоже не особо много разговаривали. Но это молчание их обоих никак не тяготило. Можно сказать, они наслаждались молчанием, слушая тихий шелест листьев и пение птиц через открытое окно. Они сидели рядом. Почти плечом к плечу. Цзян Чен и не заметил как его глаза закрылись и он опьяненный вечерними звуками и теплым чаем положил голову на маленькое плечо Цзэу-цзюня. Лань Сичень вздрогнул и повернул голову. А когда увидел, его губы невольно расплылись в нежной улыбке. Лань Хуань не стал его будить и лишь позволил себе небольшую слабость, прижав к себе чуть ближе. Вскоре он и сам заснул. *** На следующее утро у Цзян Чена почему-то затекла спина и шея. А еще он не помнил, как добрался до кровати и почему собственно она такая тяжелая. Пришлось разлепить веки. Он потер своими маленькими ручками глаза и посмотрел перед собой. Перед ним лежал Цзэу-цзюн. Какого хрена?! Цзян Чен начал судорожно соображать что было вчера. А когда вспомнил, застонал в голос. Он заснул прямо на плече главы ордена Гусу Лань! Святые Небожители! Казалось, Цзян Чен еще никогда не был так смущен. От его возгласов заворочался Лань Сичень. И прежде чем Цзян Чен попытался позорно сбежать, сел и улыбнулся своей фирменной улыбкой. Цзян Чен же нахмурил брови, скрывая свое смущение. -Почему вы меня не разбудили, Цзэу-цзюн? - он сложил руки на груди. -Вы так сладко спали, - смутившись, Лань Сичень опустил голову в пол, как провинившийся адепт. - У меня просто рука не поднялась вас разбудить. Ну вот как можно злиться на этого человека? Как можно смотреть на него строго, когда его уши так мило краснеют, а нежная улыбка не сходит с губ? -Ладно, забудем. - Цзян Чен тяжело вздохнул. -До свидания, Саньду Шэншоу. Лань Сичень уважительно поклонился и краснея еще больше, вышел из гостевых покоев. Он даже не услышал ответное прощание. Цзян Чен покачал головой. Пару дней назад он даже и подумать не мог, что окажется в такой ситуации. Да что там! Факт того, что он ребенок ужасно злил и бесил. Еще раз раздраженно вздохвув, Цзян Чен принялся за письма и отчеты из Пристани Лотаса.                                   *** Вот уже прошла неделя с того дня, как Цзян Чен выпил этот дурацкий чай. Все эти дни он не вылезал из своих покоев, погруженный с головой в работу. Цзян Чен разве что не забывал есть и спать, слушал, как адепт ордена Гусу Лань передает приятного аппетита от Цзэу-цзюня. Ну и иногда прогонял надоедливого Вэй Усяня и излишне заботливого А-Лина. Племянник был даже надоедливей, чем Вэй Ин. Он приходил и по-долгу сидел рядом с ним. Цзян Чен не мог его прогнать. Он видел, что мальчишка просто соскучился по нему, но тот просто не осмеливался говорить этого дяде в слух. Но вернемся к проклятому чаю! Вот уже прошла обещанная неделя, а он до сих пор ребенок. Цзян Чена уже порядком раздражало его маленькое тело. Поэтому он, не долго думая, вышел из покоев и направился к Лань Сиченю. Долго искать его не пришлось. Глава ордена Гусу шел ему на встречу. Высокий, как всегда изящный. Цзян Чен остолбенел. Высокий? Он еще раз осмотрел приближающегося Лань Сиченя. Он был взрослым! А как же он? -Какого хрена, Сичень?! - заорал он, когда тот подошел. -Глава ордена Цзян... - удивленно прошептал он, даже не обратив внимания, как к нему обратились. - Вы... Лань Сичень присел на корточки и оказался на одном уровне с Цзян Ваньином. В голове была только одна мысль. Какой же он очаровательный, когда злится! -Почему я все еще такой, а ты... Ты! У Цзян Чена уже просто не хватало слов. Он ухватился за рукава ханьфу Лань Сиченя и гневно на него смотрел. -Мы сейчас же пойдем к лекарю! Не успев ответить, Цзян Чен изумленно охнул. Его резко подняли вверх. Он только и успел, что ухватиться за шею главы ордена Лань. Лань Сичень же уже мчался к домику лекаря, наплевав на правила. Там им сказали, что глава ордена Цзян выпил чуть больше чая, поэтому эффект продлится чуть дольше. На сколько дольше ответить никто не смог. Цзэу-цзюнь поблагодарил их за ответ и опять поднял на руки в конец охреневшего от новостей Цзян Ваньиня. Тот даже не обратил внимание. Он ухватился за его шею и просто молчал. Лань Сиченю захотелось погладить его по голове. До чего растерянным было красивое личико главы Цзян. Они вышли из домика лекаря, но не успели они пройти и половины пути, как им навстречу бежал Вэй Ин, а за ним следом шел Лань Ванцзи. Цзян Чен скривился. Только их сейчас не хватало для полного счастья. -А-Чен! - воскликнул Вэй Усянь. - Почему ты... Он запнулся. Вэй Ин уставился на своего брата, как на каменное изваяние. Тот сидел на руках Цзэу-цзюня и держался своим маленькими ручками за его шею. Тем временем Лань Сичень объяснил ситуацию. -А-Чен! - возмущенно воскликнул Вэй Ин. - Почему ты не давал мне подержать тебя на ручках?! Казалось, его только это и заботило. А то что Цзян Чен все еще ребенок его никак не волновало. Он потянул руки в попытки забрать своего брата с рук  Цзэу-цзюня. -А ну руки убрал! - заорал на него Цзян Чен, крепче обхватывая шею Лань Сиченя. Тот даже невольно сделал шаг назад от Вэй Усяня. -Прошу прощения, - тихо сказал он, бережно держа главу Цзян. - Я отведу Саньду Шэншоу в его покои. -Но... Вэй Ин обиженно посмотрел в спину главы ордена Лань. -Лань Чжань, твой брат уводит у меня моего шиди! -Мгм, - кивнул он, тоже смотря на удаляющиюся спину брата с Цзян Ченом на руках. В его голове промелькнула мысль, что его брата тоже уводят... *** Цзян Чен сидел на руках главы ордена Лань и думал, как все так нелепо вышло. Он - глава именитого ордена держится за шею самого Цзэу-цзюня. А тот не выказывая никаких протестов, нес его. Собственно куда? Его покои находились в другой стороне. А Лань Сичень шел такими извилистыми тропинками, что Цзян Чен уже запутался сколько раз они свернули. Но вопросов не задавал. То ли любопытство, то ли еще что? Наконец, они вышли на небольшую поляну. Ее затопило яркое солнце, грея своими лучами все пространство. Дул теплый ветер и он приятно обдувал лицо. -Цзэу-цзюнь, зачем вы меня привели сюда? - все же задал вопрос Цзян Чен. -Я... Просто вы... - пытался найти слова Лань Сичень, что для него не свойственно. - Вы были очень растроены и мне захотелось поднять вам настроение. Цзян Чен был удивлен. Еще никто не пытался поднять его настроение. Обычно от него все прятались, когда он был в плохом расположении духа. А тем временем Лань Сичень с ним на руках опустился на траву, не заботясь о чистоте своих белых одежд. -Я обычно прихожу сюда, чтобы помедитировать. Или просто насладиться природой. -Хорошее место, - пробормотал Цзян Чен, щурясь на солнце. - Успокаивает. Цзян Ваньинь непочтительно зевнул. А потом, кажется, уснул. *** Проснулся он от ветра, который стал чуть прохладней. Он наморщил лоб. Попытался вспомнить, как уснул. А когда вспомнил, невольно вздрогнул. Черт! Он опять заснул перед Цзэу-цзюнем! Цзян Чен поспешил распахнуть глаза. Он поблагодарил всех богов, что не вскочил с места. Потому что, если бы он это сделал, то точно врезался лбом прямо в подбородок Лань Сиченя. Оказывается, он лежал на его коленях. Точнее его голова. Голова? Он все таки подскочил. Хорошо что Лань Сичень вовремя отреагировал и успел отпрянуть. Правда неудачно. Цзян Чен еле успел схватить его за запястье и вернуть в сидячее положение. Они оказались непозволительно близко. Казалось, Лань Сиченя это нисколько не смущало. Он нежно улыбнулся мужчине. -Поздравляю, Саньду Шэншоу, вы вернулись в прежнее состояние. -Да, - согласно кивнул тот. Между ними повисло неловкое молчание. Они впервые не знали что сказать. Но оба понимали, что времени у них не так уж и много. -Думаю, мне пора, - Цзян Чен встал и протянул руку Лань Сиченю. Тот принял помощь и поднялся на ноги. - Спасибо за оказанное гостеприимство, Цзэу-цзюнь. -Рад был вас видеть, Саньду Шэншоу. Они постояли так еще пару мгновений, держась за руки и смотря друг другу в глаза. Затем Цзян Чен напоследок провел подушекой большего пальца по бледной коже и уважительно поклонившись, ушел. Лань Сичень еще долго стоял и смотрел в спину удаляющегося заклинателя.                                    *** Прошло несколько недель. В Гусу как всегда тихо и спокойно. Здесь все дышало свежестью. Все адепты занимались своими делами. Никто не сидел без дела. Все чем-то занимались. Поэтому никто и не заметил поменявшееся настроение главы ордена. Кроме Вэй Усяня. Тот видел, что Цзэу-цзюнь был немного... грустным? Нет, он также терпеливо разговаривал со своими адептами и также мило улыбался. Но что-то не так было в его взгляде. Вэй Ин начал замечать, что Лань Сичень начал все чаще о чем-то задумываться. Он долго смотрел в одну точку, не замечая ничего вокруг. Как-будто он по кому-то скучал. Это видел и Лань Ванцзи. В его взгляде все чаще мелькало беспокойство за брата. Но и сделать он ничего не мог. От всех задаваемых вопросов он увиливал, мастерски меняя тему. Вскоре они заметили, что Лань Сичень начал странно реагировать на имя Цзян Чена. Как только в разговоре промелькнет его имя, Цзэу-цзюнь выходил из своей задумчивости и начинал прислушиваться к разговору. Вэй Усянь переглянулся с Лань Чжанем и в голове начал зарождаться только ему известный план. Ведь когда это он оставался в стороне? Чтобы не происходило между Лань Сиченем и Цзян Ченом, Вэй Усянь им обязательно поможет. Пусть его даже и не просили об этом! *** Цзян Чен настолько погрузился в дела ордена, что у него хватало сил только для того чтобы дойти до кровати и заснуть. Дел накопилось много. Делать их совсем не хотелось. Но кто его спрашивал! Приходилось засиживаться допоздна, чтобы все решить. Вот почему он какой день ходил с поганым настроением. Его раздражало все. Но больше всего его бесил тот факт, что он скучает. И по кому?! Да по главе ордена Лань! У Цзян Чена это вызывало столько смешанных чувств, что его и так больная голова шла кругом. Поэтому он старался не думать об этом, нырнув в работу с головой. И вот в один из таких дней в его кабинет ворвался черный вихрь с красной лентой в волосах. -А-Чен, я скучал! -Вэй Усянь?! Что ты тут делаешь? - брови мужчины нахмурились. Хоть Цзян Чен его и рад был видеть(правда, он ни за что не признается). -Я пришел тебя спасать от твоей скучной работы! - скакал он, поднимая Цзян Чена на ноги. - И не один. Вэй Ин лукаво подмигнул и почти вытащил из кабинета своего брата. Цзян Чен позволил ему это сделать только потому, что он охренел от такой наглости Вэй Ина. И только он хотел заорать на него, да как следует пнуть (желательно в воду), как понял, что они уже достаточно далеко ушли. Цзян Чен почему-то передумал. А толку? Он давно знает своего брата. Если Вэй Усянь что-нибудь задумает, он обязательно это сделает. Поэтому он просто молча сверлил спину друга взглядом. -Кстати, - Цзян Чен кое-что вспомнил. - Какое значение имеет лобная лента для гусуланцев? Вэй Усянь резко остановился. -Зачем тебе это знать? -Просто интересно. - Цзян Чен пожал плечами. -Ох, А-Чен, скажи, тебе дали ленту? -Нет... - Цзян Чен насторожился. -Ну тогда... - Вэй Ин продолжил идти. - Лобную ленту можно брать только родителям и братьям или сестрам. И еще своему мужу или жене. Для гусуланцев эта лента очень много значит. -Понятно, - пробормотал Цзян Чен, а потом сам остановился. Он же... Он! Цзян Чен начал краснеть на глазах. Пресвятые небожители, как же ему стыдно! Он же повязал ее Лань Сиченю, когда та сползла! Как же ему теперь в глаза смотреть этому мужчине?! Вэй Усянь заметил покрасневшее лицо брата, но задать вопрос не успел. К ним уже подошли братья Лань. И Вэй Ин заметил еще одну странную реакцию. Цзян Чен побледнел, затем покраснел, а потом опять побледнел. Он даже не смог должным образом поприветствовать братьев Лань. -Ну раз мы все собрались, идемте! - Вэй Усянь взял подруку Лань Чжаня и потянул его в только ему известное место. Цзян Чен же как ни странно молчал. Вместо всех тех колкостей, которые он часто бросал в адрес Вэй Ина, он покорно следовал за ним, отводя взгляд от как всегда улыбающегося Лань Сиченя. Наконец они зашли в таверну и уселись за стол. -Так, вы сидите, а я сейчас приду! - сказав это, Вэй Ин куда-то ускакал. А тем временем к ним подошел слуга, принимающий заказы. Увидев бледное лицо Цзян Чена, он участливо спросил: -Может, для начала молодые господа желают бодрящий отвар? -Давай, - кивнул Цзян Чен. Лань Чжань молчал, тем самым не отказываясь, а Лань Сичень и вовсе, казалось, о чем-то задумался и не сводил взгляд с Цзян Чена. Вскоре им принесли отвар. Цзян Чен сразу же осушил половину чашки. Лань Чжань тоже решил попробывать и аккуратно пригубил напиток. Лань Сичень последовал примеру двух мужчин и тоже отпил немного. Цзян Чен вздрогнул от глухого звука. Оба братьев Лань... спали! Мужчина даже дар речи потерял. Он удивленно посмотрел на подошедшего Вэй Усяня. Тот выронил мешочек с семенами лотоса, который держал. -Они что, алкоголь пили?! -Нет, только отвар. Вэй Ин взял чашку мужа и понюхал содержимое. -Все ясно, в этот напиток добавляют алкоголь. - Вэй Ин тяжело вздохнул. -Это их так из-за алкоголя что ли? - Цзян Чен удивленно вскинул бровь. -Сам до сих пор удивляюсь. -И что теперь с ними делать? -С ними?! Это что они с нами сделают! -Это ты о чем? - Цзян Чен насторожился. Но ответить Вэй Усянь не успел. Оказывается, они уже проснулись и Лань Чжань сняв свою ленту, намотал ее ему на оба запястья, тем самым связав. Цзян Чен мягко говоря охренел. Лань Чжань же уже выводил почти несопротивляющегося Вэй Ина из таверны. -Цзэу-цзюнь? - Цзян Чен повернул голову. Лань Сичень уже проснулся и ярко улыбнулся. -Хочу на ночную охоту! - Сказав это, он подорвался с места и выбежал из таверны. -Цзэу-цзюнь! Твою мать, Лань Сичень, куда ты на пьяную голову-то собрался?! Цзян Чен еле поспевал за пьяным Ланем, который уверенно шел к лесу. Ему его удалось догнать только уже в самом лесу. -Лань Сичень, вам не хорошо, пойдемте я отведу вас в ваши покои! - Цзян Чен вцепился в руку мужчины, опасаясь что он опять убежит -Я прекрасно себя чувствую! - воскликнул он. - Я полон сил! -Я верю, верю. - Цзян Чен чувствовал, что разговаривает с ребенком, а не с мужчиной. - Но... Его бессовестно прервали. Лань Сичень потянул его в глубь леса. Все уговоры он просто пропускал мимо ушей. Цзян Чен уже потерял всякую надежду вернуться этой ночью домой. Но как ни странно они сделали круг и вернулись обратно в Пристань. Была уже глубокая ночь и поэтому на улице не было ни единой души. -Хочу купаться! - воскликнул вдруг Лань Сичень и побежал к пруду с лотосами. -Что? Нет! Цзян Чен еле успел схватить мужчину и притянуть к себе поближе. Лань Сичень же смешно надул губки и начал вырываться. От резких движений Цзян Чен не удержал равновесие и упал вместе с Лань Сиченем на землю. -Вы не ушиблись? - обеспокоенно спросил он. -Хочу поцеловать. -Что? Ему не ответили. К его губам прижались другие. Да так нежно, словно просят разрешения. У Цзян Чена закружилась голова. Но он не сопротивлялся. Его губы приоткрылись пропуская чужой горячий язык. Он испустил тихий стон. Лань Сичень только усилил напор, игриво прикусив нижнию губу. Сколько они так целовались, он не знал. Но в какой-то момент Цзян Чен разочарованно понял, что так нельзя. Что он бессовестно пользуется пьяным состоянием мужчины. Он с трудом оторвался от таких нежных губ и поднялся, держа Лань Сиченя за руку. -Пора спать, - хрипло произнёс он и повел мужчину за собой. Лань Сичень не сопротивлялся. Он только шел и довольно улыбался, как кот дорвавшийся до сметаны. Цзян Чен привел его в свою резиденцию и уложил спать. Лань Сичень быстро уснул под действием алкоголя. Цзян Чен тихо вышел и направился в свои покои. Уже раздеваясь, он заметил что на его шее намотана налобная лента. Черт! И как он не заметил? И самое главное, как он ее завтра будет возвращать хозяину? Он решил что подумает об этом завтра, поскольку сегодня он чертовски устал.                                    *** На следующее утро Цзян Чен пошел провожать гостей. Каждый шаг давался нелегко. Как ему объясняться перед Лань Сиченем? Он не знал, но выбора у него все равно не было. Стало еще хуже, когда он увидел только одного Лань Сиченя. Тот стоял к нему спиной и смотрел на лотосы. Цзян Чен неловко прокашлялся. -Глава ордена Лань. -Глава ордена Цзян. -Я... - Цзян Чен решил перейти сразу к делу и протянул ленту. - Я приношу свои извинения за вчерашнее, ну и за тот раз тоже. Смущенно выпалил он смотря в сторону и краснея, как девица на выданье. -Не беспокойтесь, - Лань Сичень забрал ленту. - Все равно она уже давно ваша. Это он уже сказал на порядок тише, но Цзян Чен его услышал. На несколько минут он впал в шок, но затем в груди разлилось тепло. -Тогда верните, - он протянул руку. -Что? -Верни мне мою ленту! - смущенно сказал Цзян Чен. - Ты сам ска... Договорить ему не дали. На него просто набросились с поцелуем. Лань Хуань целовал так влажно, так горячо. Так, что захотелось плюнуть на все и не выходить из постели желательно три дня. Но у каждого есть свои обязанности. -Я прибуду сюда, как только покончу со всеми делами. - Прошептал в самые губы Лань Сичень. -Буду ждать... Цзян Чен улыбнулся, любуясь мужчиной. Без лобной ленты он казался еще привлекательней. Своим. Цзян Чен сделал шаг назад, чтобы полюбоваться на свое запястье, на котором была лента. -Я вижу мы многое пропустили! - послышался голос Вэй Ина. -Заткнись! - крикнул на него Цзян Чен и с большой неохотой вернул ленту. -Хорошо, хорошо, - покорно закивал он. Цзян Чен удивился и посмотрел на брата. Теперь было понятно почему Вэй Ин был такой покладистый. Он еле передвигал ноги, чуть ли не вися на Лань Чжане и на каждом шагу зевая. На шее его виднелись яркие отметины. Цзян Чен решил промолчать. Настало время прощаться. И как бы сильно Цзян Чен не хотел отпускать Лань Хуаня, ему пришлось. Но он не унывал, помня о данном им обещании скоро вернуться. Цзян Чен улыбнулся, провожая взглядом удаляющуюся на мече фигуру Лань Сиченя.