I will always be with you

-Блять, — утробный рык. -Блять… Мужчина мечется из стороны в сторону, словно зверь, загнанный в клетку. -Блять! — со звоном разбиваются бокалы, злостно опрокинутые на пол. Но вспышку гнева это не прекращает. Следом за бокалами летит и бутылка дешевого вина, а затем и канделябр, стол, стулья. Мужчина не выдерживает и с размаху садится в кресло. Пальцы с обкусанными ногтями с силой зарываются в чёрные волосы, едва ли не до крови царапая кожу головы. Проходит минута. Ничего не происходит. Проходит пять минут. Ничего не происходит. Проходит полчаса. Ничего не происходит. В камине тихо потрескивает огонь. Дыхание и сердцебиение мужчины уже пришли в норму, но где-то в душе буря всё ещё продолжает сметать всё на своём пути. Но она слишком далеко, так что плевать. Ещё через несколько минут мужчина наконец осмеливается поднять глаза. В маленькой комнате полный беспорядок, а единственная вещь, что выглядит порядочно, это портрет над камином. Портрет, с которого на него смотрит, не то печально улыбаясь, не то сочувствуя, молодая блондинка с аквамариновыми глазами. -Блять, — уже совсем тихо разноситься по комнате.

***

-Профессор… — тихо, где-то на грани слышимости, раздаётся голос. Такой знакомый, такой родной… — Профессор Де Роль… — голос всё ещё до безобразия тихий, но звучит словно ближе. Что-то не так…. — Фредерик… — уже совсем близко, словно кто-то измученно шепчет на ухо. Осознание приходит внезапно. -Блять! — мужчина рывков выпрямляется и смотрит вниз. Перед ним лежит юноша, бледнее трупа, с аквамариновыми глазами. Голый. На холодном металлическом столе. Лежит, а из прокушенной шеи медленно вытекает тёмная кровь. Голова пустеет. Он снова нарушил обещание. -Профессор Де Роль, — из последних сил зовёт юноша, — в моей сумке, наружный карман. Там… Договорить он не успевает. Мужчина уже ушел. Разумеется, Де Роль знает, что в сумке у парня, но у него есть свои средства. Из многочисленных ящиков выуживается пара ватных шариков и небольшая полупустая бутыль с мутной жидкостью. Этой же жидкостью смачиваться шарики, которые прикладываются к месту укуса. Юноша фыркает и морщится. Щипет. Пытается отвернуться, но тёплая рука ловит его за подбородок, не давая этого сделать. — Тише, котёнок, не вертись, — голос у мужчины спокойный, глубокий. Через пару минут мужчина убирает уже изрядно пропитавшуюся кровью вату. Из раны кровь больше не течёт и Де Роль облегченно вздыхает. Юноша словно оживает. Кожа розовеет, начинаются шуршания. Он только намеревается что-то сказать, как его перебивают. -Использовать крововостанавливающие слишком часто не следует. Это может навредить естественному кровообразованию и ухудшить свёртываемость крови. В добавок, ты потерял не настолько много крови, чтобы тебе требовалась помощь столь сильных лекарственных средств. Юноша не хочет перечить. Он чуть сползает к краю, и только готовиться закинуть щиколотку мужчине на плече, как его снова прерывают. -Не стоит. На сегодня с тебя хватит, — мужчина нежно обхватывает ледяными пальцами чужую ногу и не даёт совершит манёвр. Юноша тихо вздыхает, но покорно слезает со стола, собирает разбросанные вещи. — Вот так всегда, — тихо бурчит себе под нос, хотя знает, что его услышат, — вы клянётесь, что больше не будете, стараетесь быть нежным, но каждый раз срываетесь и кусаете… -Прости, — слышится из другого конца комнаты. Юноша поднимает голову и смотрит на мужчину. А тот лишь сочувственно улыбается, держа в руках чашку со свежезаваренным чаем. Мятным. Как юноша любит.