А что было дальше?

Бруно Мадригаль не мог закрыть глаза, только не сейчас. Нужно было досмотреть до конца. — Tiо Бруно? — испуганно воскликнула Долорес. Выражение лица дяди её напугало. «Не стоило этого делать… Я думала, мы с Мариано будем счастливы!» — переживала девушка, крепче сжимая ладони дяди. — Надо заканчивать! — Воскликнул Бруно, как вдруг видение продолжилось. Из весёлой свадьбы, их перекинуло на разруху: здания падали, люди кричали, а свеча горела… Ярко? Долорес обернулась именно в этот момент… Неожиданно, боль взяла верх. Ветер начал слабеть. Долорес выпустила руки дяди из своих и испуганно глянула на него. «Мама…», — пульсировало у неё в голове. Бруно продолжал сидеть на коленях. Голова кружилась, а желудок сжался. Его трясло, к тому же зрение никак не могло сфокусироваться. «Наверное, это из-за того, что я давно ничего не предсказывал…» — подумал мужчина и перевёл взгляд на изумрудную табличку. Взяв себя в руки, Бруно стряхнул с неё песок и начал разглядывать видение. Оно было счастливым: Долорес, в прекрасном белом платье, кружилась в танце с Мариано. Рядом танцевал Камило, Антонио прыгал верхом на ягуаре… «Неужели, мне померещилось?» — Размышления Бруно прервал голос Долорес. — Бруно? — Она тяжело дышала. Девушке было страшно смотреть в глаза дяди. Они по-прежнему горели зелёным светом, хотя мама рассказывала, что это происходило, лишь когда Бруно использовал свой дар. «Почему в видении о свадьбе была свеча?» — думала она. —Вот, смотри! — Бруно весело протянул Долорес стеклянную табличку. Его всё ещё тошнило, но он не хотел показывать своё недомогание. — Это… Моя свадьба? — Взволновано глянула Долорес. — Но я ведь… А свеча? — Я сам не знаю, — устало сказал Бруно. — Может, мам… Альма в-вынесет её на свадьбу? — Может… Свеча была очень важна для семьи Мадригаль. Возможно, её так же используют на свадьбах? Но зачем? Долорес кивнула. Она взглянула на своё торжество, где все были счастливы. — Вот видишь, — сказала она, поднимаясь, — это хорошее предсказание. Бруно улыбнулся. Головная боль не утихала, а сердцебиение участилось. Казалось, что Долорес может отчётливо слышать каждый его удар. — Ты в порядке? — спросила девушка, тем самым подтвердил опасения дяди. Бруно понял, что всё ещё сидит на коленях. Ноги его не слушались. Попытаясь встать, мужчина снова оказался на земле. — Да, — пробубнил он, показывая «класс». — Хорошо…- племяннице было тяжело сдержать смех. — Хм, я пойду покажу остальным, хорошо? Мне кажется, они уже готовятся сносить эту дверь, хм. Бруно прикрыл глаза. — Антонио нам бы не простил, — сказал он, кое-как поднимаясь на ноги. — Хм, — Долорес хихикнула и быстро, словно птица, убежала. Распахнув дверь, девушку чуть не сбили с ног все родственники. — Ну что? — с нетерпением спросила Пеппа. Её платье промокло, а волосы были расстрёпаны. Видимо, женщина сильно переживала. — Вот, — Долорес протянула матери пророчество. Все столпились вокруг Пеппы. Из изумрудный таблички на Мадригалей смотрели счастливые Долорес и Мариано. — И…Это всё? - недоумённно спросила Пеппа. Долорес кивнула. Не успела она открыть рот, как за спиной матери появилась радуга и та кинулась обнимать свою дочь. — Я за тебя так рада! — воскликнула она, — Феликс, нужно будет рассылать приглашения! — Стойте, мы же ещё не знаем дату свадьбы! — Улыбнулась Долорес. — И ты не попросила Бруно посмотреть её? — Раздражённо спросил Камило. Девушка покачала головой. Ей не хотелось бы ещё раз участвовать в этом «ритуале». — Думаю мы скоро узнаем, — успокоил всех Феликс, — Не пора ли уже ужинать? — Ты правильно подметил, Феликс! — сказала Альма, все ещё разглядывая предстоящую свадьбу. — А где Бруно? — А, он ещё там остался, хм, — беззаботно ответила Долорес. — Идите к столу, я его позову, — сказала, светящаяся от счастья Пеппа. — Надеюсь, tio останется сухим, — прошептал Камило на ухо Мирабель, когда они направились к столу. Пеппа открыла дверь, ведущую в комнату Антонио. Она совершенно не изменилась со дня получения мальчиком дара. Только стало больше животных. Возле реки фламинго утоляли жажду, а капибары сидели под деревьями, ветви которых были укрыты змеями. Под одним из таких расположился Бруно. Он стоял, устало прислонив голову к стволу дуба, и прикрыл глаза. — Бруно! — Пеппа радостно окликнула его. Ответа не последовало. Над женщиной начало появляться небольшое облако. «Спокойно…» — Бруно?! — она подошла ближе. Мужчина приоткрыл глаза. — О, привет! — улыбнулся Бруно сестре, которая вместо ответа побежала и стиснула его в объятиях. Они были такие же крепкие как в день, когда провидец вернулся домой. — Спасибо! — воскликнула Пеппа. — Долорес так счастлива! Мы все очень рады за неё. — Это не я, это будущее, — виновато ответил Бруно. — Я рада, что у неё будет счастливая свадьба, — сказала Пеппа, обнимая брата и тут же пожалела о своих словах. «Чёрт…» Над ней снова появилось крошечное облачко, которое младший брат принялся отгонять. Он делал это так увлечённо, что ударил сам себя по лицу. Пеппа засмеялась. Её брат был живым подтверждением того, что детская неуклюжесть не всегда проходит. Бруно был ниже Пеппы, а потому, отгоняя облако, случайно ударил её по плечу. — Ой, прости, извини… — сразу же затараторил братец, а Пеппа сильнее стиснула его в объятиях. Но, взглянув в глаза Бруно, тело женщины покрылось мурашками. Она ослабила хватку, проверяя, не померещилось ли ей. — Что ты делаешь? — грозно спросила она. Бруно остолбенел. У сестры резко менялось настроение с момента получения дара, но на это всегда были причины. — Ээ… Отгоняю облака? — промямлил он. — Тук-тук-тук, по дереву! Последний удар, как всегда, пришёлся на голову самого Бруно. Дав брату закончить «ритуал», Пеппа схватила его за руки: — Что ты… Что с твоими глазами? — спросила она. Поднялся ветер. «Она переживает…» — смекнул Бруно. — А что с ними? — спросил провидец. Пеппа ничего не ответила. Потянув мужчину за руку, женщина подвела его к реке. — Взгляни, Бруно! Голова всё ещё кружилась. Мадригалю казалось, что стоит ему взглянуть вниз, как всё захлеснёт темнота. Но сестру Бруно расстраивать не хотел, а потому послушно взглянул на своё отражение. — Теперь понятно, почему меня боятся, — с улыбкой пробубнил мужчина. Синяки под глазами никуда не делись. Казалось, что за 10 лет недосыпа они с ним навсегда. Растрёпанные волосы, старая одежда, борода… Но самое главное — горящие зелёные глаза! Бруно прищурился. «Не может быть! Я же уже не… Почему?» Бруно покачал головой. — Вы скоро там? — раздался из-за двери голос Джульетты. — Мы ждём. — Идём! — крикнула в ответ Пеппа, — Бруно, что с твоими глазами? — Я не… — провидец запнулся. Предсказания всегда истощали его. Однажды, после 50 желающих узнать, что произойдёт в будущем, Бруно нашли без сознания в собственной комнате. Он не помнил, что случилось и почему, лишь чувствовал сильную усталость. В общем, дар редко приносил мужчине что-то хорошее. Но одно было неизменно: глаза светились непосредственно при самих предсказаниях. — Что вы тут копаетесь? — спросила Джульетта, подходя к брату и сестре. Она тут же обратила внимание на облако, нависавшее над головой Пеппы, и на Бруно, изучаещего своё отражение в воде. Положив руку мужчине на плечо, чтобы привлечь его внимание, Джульетта с улыбкой спросила: — Ты себя впервые увидел? Бруно обернулся. Внутри сестёр всё перевернулось. — Вот почему копаемся! — раздражённо проговорила Пеппа, беря Джульетту под руку, — Скажи честно, ты смотришь в наше будущее? Эти слова сестра произнесла тихо, со страхом. Бруно взглянул на неё. Причёска была испорчена ветром, а облако лишь наростало. Черты лица были нечёткими. Казалось, сестёр вот-вот смоет волной. Джульетта сдвинула брови. Она никогда не видела брата таким. Разве что в детстве, после большого количества предсказаний. Глаза Бруно хоть и были тёмно-зелёными, однако не светились. — Я… — начал он. Мужчина старался говорить весело, но голос выдавал его состояние. Головная боль усиливалась и все, чего Бруно хотелось одного: лечь на гамак в своей комнате и уснуть. — Не волнуйтесь. После предсказаний такое бывает. — Что же ты мне сразу не сказал? — спросила Пеппа. — Забыл, — провидец пожал плечами. — Мне кажется, что сейчас за нами прийдёт ещё кто-то, — с улыбкой проговорила Джульетта, похлопывая Бруно по спине, — Пойдёмте, позже всё обсудим. Тройняшки переглянулись и двинулись к двери. Тропинка была узкая, так что шли друг за другом. — Оступимся — промокнем, — улыбнулась Пеппа. Её платье уже было мокрым от собственного дождя, так что женщина не особо переживала по этому поводу. Бруно шёл в конце. Ноги казались ватными. Он усилено тёр глаза, чтобы те перестали светиться, но, похоже, это не помогало. «Может, стоит попросить у Джульетты арепу? — Подумал он, — У неё, кажется, осталось несколько». Выйдя из комнаты Антонио, тройняшки сразу же почувствовали запах пирога. Джульетта улыбнулась. Она готовила весь вечер и, хотелось бы, чтобы все отведали и оценили её старания. Облако над Пеппой сразу же исчезло. Гостиная была всё ближе, голоса усиливались. Впервые Бруно мог понять Долорес: каждый звук бил как молот по голове. Картинка становилась всё более нечёткой. Чтобы не упасть на лестнице, мужчина придерживался за перила. — Бруно, пойдём со мной на кухню, — прошептала Джульетта, беря брата под руку, — Привет, мам! — Наконец-то! — воскликнула Альма, — Где вы так долго были? — Убирались в комнате Антонио, — буркнула Пеппа, садясь за стол. — Но я же… — начал оправдываться мальчик, но Пеппа приложила палец к губам. — Ладно… Джульетта, Бруно, садитесь! — Предложила Альма, обращаясь к детям. — Мы сейчас придём, — сказала Джульетта, заталкивая брата на кухню. Внимательность снова его подвела и мужчина, упав, ударился головой о тумбу. Он быстро вскочил и, как ни в чём не бывало, принялся высыпать из пончо крошки, которые приберёг для… — Бруно, я бы могла дать крысам и целое печенье, — улыбнулась Джульетта, — Но не на кухне, пожалуйста. Мужчина виновато опустил голову, а грызуны, наевшись, убежали. — Садись. Придётся немного подождать, так как ареп у меня, к сожалению, больше нет. Бруно замер. — Нет, не стоит, я… — пытался оправдываться провидец. — Бруно, я хорошо вижу, когда людям плохо. К тому же, у тебя хоть и зелёные глаза, но они не должны светиться, верно? — улыбнулась Джульетта, замешивая тесто. Бруно послушно сел. — Тук-тук-тук, по дереву! С самого детства он и Пеппа привыкли слушатся старшую сестру и особенно, когда речь заходила о здоровье. — Бруно! — воскликнула Джульетта, подходя к брату, — Бруно, не спать. — М? — мужчина не заметил, как его веки слиплись, — Я же на мгновение. — Арепы готовы, — улыбнулась Джульетта, поставив перед братом тарелку с ароматными лепёшками. Мужчина взял лакомство и откусил небольшой кусок. Боль начала утихать. — Ешь-ешь, — сказала Джульетта, присев рядом, — О, уже и глаза не светятся. Бруно улыбнулся. Тепло арепы растекалось по телу. Мужчина доел лепёшку и, поблагодарив сестру, встал из-за стола. Но стоило ему сделать первый шаг, как дар тут же заявил о себе: голова снова закружилась, а глаза не могли ни на чем сфокусироваться. — Всё хорошо? — спросила Джульетта. Её дар не сработал? Почему? Что случилось? Но Бруно не хотел обидеть сестру, поэтому его ответ был положительным. — Я, пожалуй, пойду посплю, — мужчина улыбнулся. — Спокойной ночи, — нежно сказала Джульетта и отправилась к семье. — Джульетта, все уже поели, — сказала Альма, как только её старшая дочь зашла в гостинную. — Прости, мама, были дела, — спокойно объяснила Джульетта, садясь рядом со средней дочерью, — Как дела, Луиза? — М, хорошо, мамуль! А почему ты спрашиваешь? — Ты же моя дочь,- улыбнувшись, произнесла Джульетта, обняв Луизу за плечи. — Остальные уже ушли спать, — сказал Камило, доедая десерт, — Присоединюсь, пожалуй, к ним. Кстати, а где Бруно? Вы же за ним, вроде, ходили. Пеппа нервно глянула на Джульетту. — Камило, иди спать, — резко сказала она, погладив парня по голове, — Феликс, проследи за ним. Недоумённые взгляды мужчин сменились кивками, когда над головой Пеппы появилась облако. — Пеппита… — начал успокаивать жену Феликс. — Живо! — воскликнула женщина, и Камило с отцом поспешили скрыться. — Агустин, Луиза, идите тоже в свои комнаты, — твёрдо сказала Джульетта, — Я скоро прийду. — Что-то случилось? — поинтересовалась Луиза. — Это касается Бруно? — спросил Агустин. — Нет, не переживайте. Спокойной ночи! — Джульетта поцеловала дочь в лоб и прошептала мужу, — Я всё расскажу. — К чему это всё? — спросила Альма, когда за столом осталась только она и дочери. — Мам, нужно поговорить, — Джульетта глянула на Пеппу, прося поддержки, — У Бруно было видение… — Ещё одно?! — воскликнула Альма. — Нет-нет! — женщины замахали руками. — Мы о том, которое он сделал для Долорес, — сказала Пеппа. У Альмы внутри похолодело. «Неужели, не все так хорошо? О, Бруно, когда же жизнь станет спокойнее?» — Глаза у Бруно светяться лишь тогда, когда он использует свой дар? — осторожно начала Джульетта. Ей крайне не хотелось расстраивать маму, но нужно было узнать, что произошло сегодня. — Да. — Сегодня всё было по-другому, — продолжила Пеппа, — Даже после «ритуала» глаза Бруно оставались ярко-зелёными. — И были такими, пока я не дала ему арепу, — закончила Джульетта. — Я даже не знаю, что ответить, — сказала Альма, опустив голову, — Что он говорил? — Что это нормально, что просто давно не практиковался, — сказала Пеппа. — Пеппа, ветер! — воскликнула Альма, когда ураган снёс со стола несколько тарелок. — Прости… — буркнула Пеппа, поглаживая косу, — Солнечно, солнечно, солнечно… — Пророчества истощали Бруно и, не знаю, помните ли вы… — Альма замялась. Она не хотела возвращаться к тому дню, — Ладно, я с ним поговорю. — Только давай завтра, мам? — попросила Джульетта, — Ему нужно выспаться. Альма кивнула. За окном завывал ветер, совы подали голос. — Пойдёмте спать? — предложила Джульетта, вставая из-за стола, — Касита всё уберёт. — Мирабель бы обиделась на тебя, — подколола дочь Альма, — Спокойной ночи! — Спокойной ночи! — ответили сёстры, прежде чем расползлись по комнатам.