А что было дальше?

Ночь опустилась на Энканто. Двое мужчин с тяжёлым сердцем зашли а палатки. — Долорес ещё не вернулась? — Спросил Феликс, глядя на Агустина. В его глазах читалась тревога. Агустин покачал головой. Его мысли также были заняты племянницей. Мужчина представлял, как обнимает свою жену и детей, как гладит по голове Антонио… — Что-то приближается! — Крик священника вернул Агустина в реальность. Он схватил оружие, которое ранее забрал у убитого военного и, вместе с Феликсом, направился к горам. Луна пробивалась сквозь облака, освещая каждого, кто защищает родину. — Агустин, спасибо за всё, — прокричал Феликс, готовясь стрелять. Скупая слеза скатилась по лицу мужчины. Агустин протёр очки и лишь тихо ответил: — Тебе спасибо. — Как думаешь, они не откроют по нам огонь? — С опаской спросил Камило, когда они приближались к горам. Сердце бешено колотилось, однако радость от возвращения домой парень унять не мог. Он, то и дело, поглядывал на кузину, улыбаясь. — Мы предупредим их, — ответила Иса и тут же несколько лепестков роз улетели по направлению к Энканто. Исабелла взмахнула рукой и хищные цветы, которые обвивали горы, поползли вниз. Иса и Камило почувствовали, как опускаются вниз. Их встречали испуганные лица мужчин. — Oh, mi amor! — Воскликнул Агустин, подбегая к дочери и крепко обнимая её, — Ты жива! Но как похудела… — Камило? — Феликс с непониманием подошёл к сыну. Камило лишь опустил голову. Парень почувствовал, как крепкие руки отца прижали его к пухлому животу. Было так тепло. — Мы потом об этом поговорим, — прошептал Феликс, потрепав сына по волосам. — Война окончена! Главный — мёртв! — Воскликнула Исабелла. Её голос разнёсся по поляне, где собрались отважные защитники. Они перешёптывались, с недоверием глядели на девушку. Однако потом послышались восторженные крики и всхлипы. Несколько сотен шляп взлетели ввысь. — Я читал, что так делают во внешнем мире, когда побеждают! — Воскликнул кто-то из толпы. «Это была радость со слезами на глазах». Многие невинные жители пострадали во время нападений со стороны вражеских войск. Семья Мадригаль не стала исключением: на заднем дворе теперь было 4 могилы. Возле последней крутился ягуар. Абу не мог ни спать, ни есть. Животное лишь ждало, когда хозяин вновь окликнет его. Встреча Исабеллы и Камило с семьёй прошла, как ожидалось, тепло. — Dios mios, мы пережили войну, а ваши обнимашки — нет, — пробубнил Камило, стараясь выбраться из объятий матери. Почувствовав, как капли упали на одежду, парень тут же замолк и растворился в тепле и уюте. Пеппе Мадригаль было невыносимо тяжело сообщить семье, что случилось с их младшим сыном. Гром и сверкнувшие молнии говорили сами за себя. Вместе с Джульеттой, сёстры объяснили, что произошло. В тот день в Энканто завяли все цветы.